Meanwhile in the TARDIS

      Доктор должен был держать Мисси в Хранилище гораздо дольше, чем вышло на самом деле, но он поддался эмоциям из-за её трогательно-обеспокоенного лица, казавшегося каким-то нереальным сном после стольких лет соседства с её язвительной натурой. После приключения на Марсе Мисси осталась на борту ТАРДИС, а все шишки за её вызволение свалились на Нардола, к большому неудовольствию последнего, зато самому Доктору значительно полегчало.              Впрочем, полегчало ненадолго.              Первое же путешествие только вдвоём закончилось тем, что ТАРДИС чуть было не выкинула Мисси за борт, когда они пролетали мимо разрушающейся сверхновой. Мисси немедленно принялась увещевать, что его «допотопная развалюха пытается её прикончить», но Доктор проигнорировал её слова, сочтя произошедшее за совпадение. Двери в последнее время плохо закрывались, и несложно было выпасть наружу. Однако, когда починка дверей была завершена, всё повторилось снова, а потом ещё раз и ещё, пока Мисси не вцепилась мёртвой хваткой в Доктора и не произнесла с маниакальной улыбкой в пол-лица: «Если помирать, то вместе».              Доктор тогда сильно струхнул и наконец внял словам Мисси. Поставив ТАРДИС на ручной тормоз, больше из университета они не перемещались ни в пространстве, ни во времени.              Без периодических приключений на обоих вскоре навалилась скука, но Мисси было не привыкать к ожиданию чего-то интересного, а Доктор с головой ушёл в лекторство как для студентов университета, так и для самой Мисси, которая всё ещё не постигла многое из того, что было необходимо знать, чтобы исправиться и стать хорошим человеком.              Если Повелители Времени надеялись на то, что после подобных ограничений всё нормализуется, то они плохо знали ТАРДИС и явно недооценивали силу её ненависти к чудовищу из своего прошлого, заставившего её переписывать время, сворачивая его в водоворот нескончаемых парадоксов. ТАРДИС никак не могла поверить, что Доктор взял это ужасное существо на борт, но долго злиться на него у неё не получалось, зато отыгрываться на Мисси выходило просто и играючи.              С подачи Нардола, у которого развилась аллергия на космическую пыль из-за лёгких с барахолки, в недавнее время Доктор обзавёлся несколькими роботами-уборщиками. ТАРДИС, взявшая под управление этих несомненно полезных крох, стала подсылать их в комнату Мисси и далеко не уборки ради. Пока Мисси спала, роботы с завидным упорством пытались намотать её волосы на свои валики, а если она бодрствовала — путались у неё под ногами, не давая сделать ни шагу.              Мисси каждый раз с ненавистью смотрела на рыжую голографическую мерзавку, взиравшую с ехидной ухмылкой на её потуги распутать волосы после сна, едва не вырывая их клоками, или надоедавшую ей за смазыванием едва заметных, но не менее болезненных синяков.              Несколько раз Мисси предпринимала попытки уничтожить зловредных металлических букашек, отламывая их валики и щётки буквально с пинка, но Доктор чинил их, и те принимались за старое. В конечном итоге она просто заменила в устройстве роботов небольшой чип, с помощью которого ТАРДИС отдавала им свои гнусные приказы, и вздохнула с облегчением.              Однако на этом отмщение за собственные волосы и ноги в синяках не закончилось. Долгими пустыми ночами, от нечего делать, Мисси переписывала некоторые базовые коды системы ТАРДИС, которые Доктор по небрежности оставил в открытом доступе. В такие моменты рыжая девчонка, сверкая помехами в голограмме, механическим голосом с явным шотландским акцентом приказывала ей прекратить. Мисси, конечно же, пропускала мимо ушей её слова, беспощадно и со зловещим хохотом пуская в систему вирусы и прочую кибер-гадость.