Мои чувства (Генри)

Вдруг атмосфера меняется. У меня словно из лёгких выкачали весь мой кислород. Я только видел её очаровательные зеленые глаза. Я чувствовал её горячее дыхание. Каждая клеточка моего организма желала этого поцелуя долгое время. Между нашими губами находилось меньше сантиметра. Мне на долю секунды показалось, что она тоже желает этого не меньше, чем я. Я медленно начал приближаться к её губам к этому времени мой мозг совершенно мне не подчинялся.  — Генри! Ты здесь? — послышался голос совсем рядом. Чёрт подери!!! Папа!!!!!!  — О! Прощу прощения, — только и произнёс отец, в шоке от увиденной на полу картины. Я попытался максимально быстро подняться на ноги. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Почему именно сейчас?  — Ах, папа… — это всё, что я смог выдавить из себя.  — Я… я только хотел предупредить тебя, что вернусь поздно. Позвонил Маркус, так что я должен идти. Давай тогда, до вечера, — удивление на его лице сменилось ехидной улыбкой. Отец мне подмигнул. Ну, точно! Сначала помешал. А потом намекает «давай сынок, не облажайся». Хотя, стоп! Что я только что не натворил? Я и Лайла чуть не поцеловались. Господи Иисусе… как бы мы потом… что бы потом… как бы мы… к друг к другу… Я всё ещё ошарашено смотрю на отца.  — Да, хорошо. До вечера, — проговорил в унисон. Ни говоря ни слова, папа уходит.  — Генри… — в полголоса обратилась ко мне Лайла. Я медленно поворачиваюсь к девушке. Как бы мне сейчас не было паршиво от сказанных мною слов, но так не должно быть, если бы поцеловались… потом было бы очень сложно… я не готов…  — Ладно, думаю, сегодня мы достаточно поработали. Я подожду, когда краска подсохнет, и ещё раз покрашу. Дай мне кисточку, я замочу её. А завтра всё уберу. Кем был я десять минут назад и кто я сейчас. Как будто два разных человека. Но я просто не могу сейчас всё рассказать Лайле. я лишь могу отталкивать её. Я вижу, что ей это не нравится. Она огорчена… у меня на душе кошки скребут. Но так надо.  — Можешь умыться в ванной, — сказал я девушке, показав на дверь. — Она находится вон там. Я подвожу Лайлу к двери. Сам же удаляюсь из неё.  — Генри?.. — окликнула меня Лайла.  — Да?  — Я… это… Можно я возьму твоё полотенце?  — А, конечно. Я возвращаюсь в комнату. Иду в ванную, открываю шкаф, беру свое полотенце и протягиваю его девушке. Я не могу обойтись так с ней. Может это и хорошо, что мы не поцеловались. И это всего лишь было игривое увлечение. Может мне всё это кажется. Что я ей хоть как-то интересен. Я опускаю глаза в пол, мне ужасно стыдно смотреть сейчас в глаза Лайле. Даже боюсь предположить, что она думает обо мне. Или какими проклятиями она меня осыпает.  — Спасибо, — с натянутой улыбкой произнесла Лайла. Лайла начинает умываться. Я облокотился о кафельную плитку и как полный идиот смотрел на неё. Она просто совершенна. Мой мозг говорит одно, а сердце совсем другое. И как с этим мне совладать? Лайла закончила свои процедуры. Вышла из ванной, прошла в комнату. Начала собирать свои вещи. Я подошел в раковине, открыл воду. Мне надо унять свой пыл, я решил умыться холодной водой. Может это как-то приведет меня в порядок. Я умылся, поднял голову и посмотрел в зеркало. Вода стекала по моему лицу. Генри, что ты наделал? Не хочу, чтобы Лайлы слышала, как я сам с собой говорю. Как мой мозг и сердце сражаются в этой битве. Я выхожу из ванной. В руках держу очки. Я пытаюсь не встречаться с ней взглядом, но не выходит. Её широко распахнутые глаза находят мои. В них нежность, я свел брови немного вмести. Эх, Лайла… я не могу дать тебе того, чего ты хочешь. От этих мыслей трудно дышать…  — Я.… Подвезу тебя до дома, — произнёс я наспех.

***

Последующую неделю я пытался сдерживаться и не впадать в панику при виде Лайлы. Держал свои чувства под контролем. В борьбе моего сердца и моего здравого смысла пока побеждает здравый смысл. Если Клеман и пытался завести со мной какой-нибудь диалог, касающийся Лайлы, я пытался, как-нибудь выкрутиться, или перевести тему разговора в другое русло. Не то, чтобы я не хотел с ним делиться. Я просто сам пока не особо понимаю, что я делаю и зачем. Пока я сам в себе не разберусь, никого не хочу обнадеживать. Я вижу, что мой друг переживает за меня и за свою подругу. Но пока я всеми правдами и не правдами пытаюсь не затрагивать эту тему.

***

— Так, хорошо. А у вас как дела? Всё идёт как надо? -спросил нас Месье Новарра.  — Да, месье. Мы, наконец, закончили съемку. Все согласились нам помочь и поучаствовать в проекте, — ответил я учителю.  — Отлично. Если я не ошибаюсь, вы мне говорили о декорациях? Вы ещё собираетесь делать вашу постановку?  — Да. Мы почти всё уже приготовили, — ответила Лайла.  — Продолжайте в том же духе. Я замечаю, что Лайла немного смущенна и огорчена одновременно. От этого моё сердце немного сжалось.  — Лайла?  — Да? — она не отрывает глаз от своего конспекта.  — Пожалуйста, можешь ко мне повернуться? Она медленно поворачивает голову ко мне. И смотрит мне в глаза. В них столько всего можно прочитать: трепет, волнение, разочарование, предвкушение, нежность. Я сделал глубокий вдох.  — Лайла… Мне… Мне очень жаль, что всё так получилось. Я не знал, как мне извиниться, ещё более глупого извинения я не говорил. Но мне, правда, было очень жаль.  — Что получилось? — у Лайлы заблестели глаза. Ох, это вообще не добрый знак. Она вот-вот заплачет. Что я наделал? Идиот! Дурак! Я сжал кулаки, что костяшки побелели.  — Я точно не знаю, — ответил я почти шёпотом. — Я просто не ожидал этого… Я провожу руками по своему лицу.  — Я очень растерялся и не знал, как себя вести. Не понимаю, что должен был сказать, сделать или не сделать. В тот момент меня немного занесло, и… — я снова сделал глубокий вдох. Мне с трудом удаётся подобрать слова, чтобы хоть как-то объяснить своё поведение.  — Генри, — позвала меня Лайла. — Ладно. Думаю, что я всё поняла. И… Спасибо.  — Спасибо? За что? — мои брови взлетели вверх.  — Спасибо. Что ты, наконец, признал, что между нами что-то произошло. А то у меня было такое чувство, будто с ума сошла, и у меня были галлюцинации.  — Извини меня. Пожалуйста. Правда, извини. Я пытался делать вид, что ничего не произошло, но надо признаться, было достаточно трудно, — я отпустил голову и уставился в пол. — Избегать твоего взгляда… это настоящая пытка… Я действительно сказал это вслух? Лайле? видимо в этой битве выигрывает сердце. Тут прозвенел звонок.