12: Разделённое Единство

Эпиграф А в бренном мире, что всегда не прав, Гармония не правит бесконечно! И небо, что сверкнёт, упав, Оно, как в этом мире всё - не вечно! *** Несколько месяцев спустя от начала основных событий Крошечный светлячок, что мягко горит синим светом, устремляется вперёд, проникая сквозь щели замков и механизмов, и даёт возможность своему хозяину увидеть то, что видит он сам. Светлячок кое-как проскальзывает в совсем узкую щель в защитной системе хранилища и зависает в воздухе. Ему приказано искать! В архиве темно, и без вмешательства человеческой руки свет здесь не включить, но светлячку и не нужно, он сам - свет. Он снова устремляется вперёд, вдоль длинных рядов тек, папок и ящиков. Он точно не знает, что может найти, но определённо что-то такое, что натолкнёт его на мысль о хозяине, он определённо ищет. Светлячок проворно ныряет между коробками и сеткой световой сигнализации, высматривая на коробке нужные слова или цифры. Светлячок – одухотворённая частичка своего хозяина, живёт, существует и даже думает. Ему предстоит пройти большой путь, прежде чем найти то, что наверняка поможет хозяину освободиться самому и освободить друзей. Светлячок ныряет между второй и третьей полкой, когда резко замирает, возвращаясь назад – что-то цепляет его внимание! Здесь, в архивах, на полках, среди папок и коробок стоит небольшой металлический сейф. Подлетая к нему совсем близко, светлячок облетает его пару раз, давая хозяину увидеть, и хотя он за тремя дверями отсюда, светлячок показывает ему всё, что видит сам, своими глазами. Они тесно связаны. Суть хозяина – это и есть крошечный светлячок! «Внутрь!» - приказывает мысленно голос. Но попасть в сейф не так уж и просто, он закрыт и запаян надёжно, покрыт слоем пыли и его давно не открывали, хотя замки на нём сложные и современные, и найти щель, чтобы посмотреть, что внутри, не так уж и легко. Светлячок снова мотается вокруг, пытаясь найти слабое место металлической коробки. И успешно находит. Её, эту щель, не увидеть и при простом детальном осмотре, но крошечной искорке света этого вполне достаточно. Она ловко оказывается внутри, изучая то, что так надёжно было спрятано в сейфе от посторонних глаз. - Не может быть! – поражённо выдыхает хозяин светлячка через несколько толстых дверей и систем безопасности, отчётливо видя и понимая, что в сейфе. И прежде чем погаснуть, растворится в пыли, последнее, что улавливает светлячок перед смертью, отдалённые шаги и: «Тревога! Кто-то возле зала архивов!». *** Дабы избежать военных конфликтов и дальнейших разногласий, доминирующие страны-лидеры создают Мировой Совет, в который входят семь величайших государств мира, оставляющих за собой то или иное определённое первенство. Корея, как одна из стран-участниц, держит за собой преимущество, как так называемый Храм Ристалища Древа Жизни, а поэтому является суверенной и неприкосновенной, держит нейтралитет, и не участвует в каких-либо военных и прочих конфликтах. Италия под главенством Ватикана тоже остаётся в стороне подобных действий. Мировое единство даёт трещину в тот момент, когда Арбор становится едва ли не единственной мировой признанной религией, закрепляющей за собой первенство, таким образом, Корея окончательно забирает себе звание триумфатора в Мировом Совете. В результате очередных раскопок в Риме, куда сбегается посмотреть весь город в силу постоянного нахождения нечто древнего и интересного, Италия, а в частности Папский престол обретает выгодной козырь на руки, как страна, не состоящая в Мировом Совете. Используя себе на руку найденные древние документы, Папа Римский принимает две стороны одновременно: одну часть документа он добровольно отдаёт в руки Корейскому правительству, как законному обладателю всего связанного с Арбором. Умолчав о второй части, Папа Римский выгодно для страны небезоплатно распространяет по странам Мирового Совета, таким образом, настраивая государства друг против друга. Цель папской власти – былое признание христианства, как распространённой религии на планете. Святейший отец понимает, что Арбор – как основу всего сущего, ему не осилить, а поэтому скромно надеется на вторую главенствующую религию в мире. В полученных документах страны-участницы не видят угрозы, но видят выгоду. В них не раз упоминается об источнике вечной жизни, что находится в недрах Арбора, именно поэтому Корею неожиданно посещают представители разных стран Мирового Совета – тайно или открыто, для того, чтобы исследовать имеющиеся документы об Арборе, его происхождении, основе. Здесь-то выясняется и тот факт, что родителем Древа Жизни являются двенадцать сил, что отдали частичку себя, дабы сотворить Арбор. Здесь-то шпионы узнают о том, что в момент наивысшей опасности более 12 веков назад сердце Арбора было поделено напополам, и обе половинки спрятаны, дабы уберечь их от нависшей над ними угрозы. Здесь-то выясняется, что Древо, воззвавшее к своему родителю, пробудило в двенадцати потомках разделивших сердце все двенадцать сил, хранители которых в последствии и соединили две половинки сердца Арбора воедино. Здесь-то Арбор начинает чувствовать опасность, а это значит, что самое время пробуждать от долгого сна тех, кто единственный во всём мире в состоянии уберечь его от беды… *** POV Джонин В квартире тихо и даже, кажется на первый взгляд, что пусто, но это не так. Я разуваюсь, закрыв за собой дверь, и оставляю пакеты на кухне. По пути заглянув в каждую из комнат, я нахожу там только пустоту. Но я-то точно знаю, что он где-то здесь, я чувствую. Почти отчаявшись и решив, что мы разминулись, я направляюсь в последний пункт назначения - ванную комнату, и как же удивляюсь, когда нахожу его там. Здесь приглушённый свет и в воздухе витают ароматы масел и солей. Любимый хён, он же просто любимый, он же Ким Джунмён, он же Сухо, и он же от этого просто Су, спокойно лежит в ванне, прикрыв глаза. Сухими от воды остаются только плечи с ключицами да шея, руки покоятся по обе стороны бортика, а голова слегка наклонена в бок. - Я за дверь – а ты расслабляться? – зову я негромко, присаживаясь рядом с большой ванной на корточки. - Прости, но ты же знаешь, что с тобой расслабиться невозможно. – Не разлепляя глаз, устало тянет он. - Ну спасибо! – я даже фыркаю. - Ну не злись, - он поворачивает лицо в мою сторону. – Иди сюда! – манит пальцем к себе и, цепляя за подбородок, мягко целует. Пользуясь тем, что он увлечён поцелуем, я как-то неожиданно даже для себя забираюсь к нему в воду. - Джонин. – смеется он, когда я обнимаю его за талию и устраиваюсь в большой ванной рядом. Одежда быстро мокнет, и только оказавшись в воде, я понимаю одну простую вещь… - Любимый, - зову я негромко, обводя кончиками пальцев уже почти гладкий, но ещё заметный отпечаток на его груди - воды. - М? – отзывается он. - Мой телефон в кармане джинс, а джинсы на мне. Повисает тишина, а потом он разрастается живым, звонким смехом. - Чёрт тебя побери, Ким Джонин, чем ты думал? – хохочет он, глядя на меня. - Думал о том, как бы залезть в ванную и оказаться поближе к тебе. – честно признаюсь я, надув губы. - Ребёнок. – подытоживает хён, обнимая меня в ответ. – Я же говорил, что с тобой не расслабишься. – он снова смеётся. Я вздыхаю и легко вылезаю из ванной, оставляя на ковре лужи и мокрые следы. Снимаю с крючка большое банное полотенце. - Вылезай! – командую. - Не-а, я только залез. – смеётся хён. - Я устрою тебе расслабление, вылезай. – снова повторяю я. Он вздыхает и встаёт, знает же, что со мной бесполезно спорить. Я оборачиваю его в полотенце и тут же обнимаю. - Ты как плюшевый медведь. – улыбаюсь я ему на ухо. - Нет, Джонини, я как мумия, которая даже пошевелиться не может. – хихикает он, пока я легко подхватываю его на руки и опускаю уже на кровати. - Хватит в мокром ходить, переоденься. – зовёт хён, закрепляя полотенце на бёдрах. - Ах значит переодеться? – уточняю я, повалив хёна на кровать.