Реинкарнация

Нинья сидела на земле сложив ноги, руки лежали на коленях, а ладони были направлены к несуществующему небу. Перед ней был предмет, кристаллическая палка цвета тёплого мёда, что зависла в воздухе во всполохах магии, ласкающих её. — Чтобы очистить её, ты должна обнаружить порчу, проклятье, магию или любой другой эффект, а затем снять его. Вся магия должна цепляться за что-то, чтобы оказать какое-нибудь воздействие, и если связь сломана, то магия рассеивается, прекращая воздействовать на предмет, — объясняла Инари, которая медленно подошла к Нинье со спины, глядя на прут перед ней. Нинья сидела в центре каменного круга, который был сделан на втором уровне её внутреннего сознания, как она теперь это называла. Инари теперь обучала её магии очищения: снятия проклятий, отмены порчи и тому подобному. Тем временем Тамамо лежала на суку у дерева, которое находилось у края круга, даже развалившись она выглядела привлекательно. Нинья почему-то всегда знала, когда Тамамо как-то двигалась, то показывая свою ножку, то убирая её, то поправляя декольте, хотя её глаза были закрыты. Она решила, что Тамамо делала это намеренно, пытаясь отвлечь её. И это работало! — Сосредоточься! — строго сказала Инари, из-за чего кристаллический жезл сверкнул искрами и зашипел, а Нинья чуть прищурилась. — Пытаюсь! — простонала Нинья, напрягшись, и попыталась восстановить контроль над её силами, которые витали вокруг этого жезла. — Тогда тебе нужно сосредоточиться ещё сильнее! — спокойно настояла Инари. — Очищение и избавление — это спокойная магия, ты должна быть спокойной, чтобы использовать её. Вся их сила заключается не в грубой мощности, а в тонкости исполнения. — Ты мне уже говорила это! Но как бы я не подступалась к этой… палке!.. она меня никак не подпускает! — раздражённо сказала Нинья, когда жезл снова сверкнул и плюнул искрами в её направлении. Затем палка успокоилась, когда остальные молчали и не двигались. Нинья чуть двинула пальцем, и та снова заискрилась, из-за чего она снова простонала. — Ты уже кучу времени её этим мучаешь, Инари, дай ей отдохнуть. Пора меняться! — игриво сказала Тамамо и, сначала присев на ветке, она спрыгнула оттуда вниз. Инари посмотрела на Тамамо, но затем вздохнула и щёлкнула пальцами, из-за чего кристалл исчез. — Ладно. — Отлично! — сказала Тамамо и встала перед Ниньей, после чего снова присела, но уже находясь в паре метров от неё. — Тогда приступим. Инари учит тебя всяким избавлениям и очищениям, так что я постараюсь обучить тебя очистке и порче! — Мне не нужна порча, мне нужны лечение и очищение, — серьёзно сказала Нинья. В конце концов это она попросила её обучать. А когда ей говорят, что она будет учить что-то другое, то это кажется просто бессмыслицей. Изогнув кисть руки, Тамамо призвала длинную трубочку, которую держала в одной руке, и, сначала вдохнув через неё, она краем рта выпустила дым. — Ты попросила меня обучать тебя, чтобы ты стала сильнее. Мы не спрашивали почему, но причину назвать легко. Ты хочешь получить возможность помочь той магичке, да? Нинья чуть напряглась и кивнула. Сказав правду Свену, Лоугену и Ане, скорее полуправду, и отдохнув той ночью, они отправились в путь уже утром. Чтобы добраться до деревни потребовалось два дня, и они не смогли получить лошадь или повозку: сбор урожая был в самом разгаре. До следующей деревни было далековато, и они добрались туда только через три дня, но лошадей снова не было. И теперь они были на ногах уже около недели, совсем недалеко от деревни Карн, и все они очень устали. Кроме Сизу, та, казалось, вообще не устаёт. В первую же ночь Нинья попросила Инари обучить её. Если она станет сильнее в магии, то с лёгкостью сможет вылечить Аризу, но таковой она пока не была, так что им пришлось направиться к Карн. Ей нужно стать сильнее, иначе она никому не сможет помочь. И если зелье не сработало… — Если тебе это известно, то почему ты спрашиваешь? — аккуратно спросила Нинья. Она доверяла Инари и Тамамо, хотя и не до конца понимала почему, но ей не нравилось то, как Тамамо постоянно пыталась чем-нибудь зацепить её. Тамамо улыбнулась. — Скажи мне, какой яд самый опасный? Нинья вопросительно посмотрела на Тамамо. — Как это вообще свя… — Пожалуйста, ответь на вопрос, — перебила Тамамо. Нинья немного подумала. — Эм, смертельный яд? — неуверенно спросила она. — Нет, самый опасный яд, это яд, который ты таковым не считаешь, — улыбнулась Тамамо и, заставив свою трубочку исчезнуть, достала нечто похожее на лечащее зелье. — К примеру, лечащее зелье может излечить раны, но что произойдёт, если его чем-то испортить? К примеру соком ядовитого листа? — Эм, оно вылечит, но отравит? — Может быть, а может быть всё зелье просто станет ядом. До появления зелий все существа использовали разные бальзамы и припарки для лечения ран и болезней. Некоторые растения были ядовитыми, но если их с чем-то совместить, либо же использовать в малых количествах, то они приобретали лекарственные свойства. По этой причине врачи, целители и шаманы были одними из самых могущественных людей в истории. Потому что они могли убить так же легко, как и вылечить! Нинья подумала над сказанным, и тут до неё снизошло озарение. — Хочешь научить меня портить, чтобы научить снимать этот эффект? — Именно. Если знаешь как портить вещи, как их ломать, уничтожать изнутри; если ты знаешь, как соткать сильное проклятье, то сможешь использовать то же знание, чтобы расплести его. Перерезать нити, которые делают из него единое целое. Оборвать их, или изменить так, что эффект был уже другим. Ты сможешь даже научиться переносить эффект на другой предмет! — улыбнулась Тамамо и щёлкнула пальцами, когда перед ней появился пожелтевший человеческий череп, он смотрел своими пустыми глазницами на Нинью. — Знание — это не меч, те кто использует его только для одной цели, кто зацикливаются на одном, часто ощущают его нехватку, когда оно им нужно больше всего. Знание — это не щит, по той же причине. Знание — это возможность, возможность повернуть силу врага против него или поменять правила игры. Тот, кто устанавливает правила, выигрывает войну, а тот, кто обладает самым большим знанием, устанавливает правила! Нинья посмотрела на Тамамо и кивнула. То, что она сказала, было логично, и если это поможет ей научиться снимать проклятья, то она выучится. Она должна! — Хорошо, с чего мы начнём? Тамамо положила палец на макушку черепа и улыбнулась.

***

Нинья открыла глаза и увидела иссиня-чёрное ночное небо, звёзды мерцали как маленькие островки надежды в море отчаяния. Затем она задумалась, почему ей на ум пришло такое сравнение. Она обычно не была такой мечтательной, это тренировка с Инари и Тамамо или так у всех Кицуне? — Когда я уже к этому привыкну? — сказала она себе под нос и вздохнула, присев, когда внезапно ощутила сильную головную боль. Награда за то, что она просидела в своём сознании всё время сна. — Ах… ау… ау… — Всё хорошо? Нинья повернулась влево и увидела Лоугена, который сидел, облокотившись на пенёк у догоравшего костра, что уже давно обернулся угольками. — Д-да, просто голова болит, — сказала Нинья со взмахом руки и осмотрелась, остальные спали вокруг костра. — Давно не спишь? — Час или два, как мне кажется, — пожал плечами Лоуген. — Сменил Аню в дозоре. — А, понятно, — сказала Нинья и зевнула, почесав голову, когда ощутила, что её рука коснулась её пушистого ушка. — Ой, я… Прости, я просто… — Не страшно, — сказал Лоуген и всем весом облокотился на пенёк, посмотрев в небо. Нинья просто кивнула и посмотрела вниз, ей на глаза попались её хвосты, изогнувшиеся на траве. Долгое пешее путешествие и постоянное волнение о состоянии Аризы привели к тому, что они постоянно болтали. Основной темой этих разговоров был вопрос, является Нинья человеком, или же она скорее зверолюд. Спустя три дня уговоров, Свен и Лоуген смогли убедить Аню, что та была скорее человеком, чем монстром, в силу её внешнего вида и поведения. Тогда Нинья воспользовалась возможностью и перестала поддерживать форму, так как это было удобнее, да и они смогли привыкнуть к тому, что она была хвостатой. Вторая тема для разговоров появилась вчера, когда Свен наконец дошёл до мысли, что она была девушкой, а не парнем, хотя и превратилась в Кицуне. Это был долгий разговор, который закончился тем, что Лоуген и Аня бросили Свена на землю. Лоуген ударил его за грубость, а Аня за грубость с женской точки зрения. Ей всё ещё было непривычно не прятать свои хвосты, но спустя пару дней Аня уже не смотрела на неё с таким неприкрытым презрением. И всё же ей всё равно было неловко. — Солнце скоро покажется. Нам нужно будить остальных и отправляться в путь, — внезапно сказал Лоуген. Проследив за его взглядом, Нинья заметила алый свет на горизонте, который медленно переходил в красно-оранжевый. — Верно. Шизу, ты не спишь? — спросила Нинья, когда Лоуген подошёл к месту, где лежали Свен, Аня, Крис и Ариза. — Не сплю, — ответила Шизу за миг до того, когда Лоуген начал мягко попинывать Свена в бок, из-за чего тот возмущённо застонал. — Всё ещё поражаюсь тому, как ты так быстро просыпаешься, — сказал Лоуген Шизу, подойдя к Ане, и потряс её ногу своей. Первым же утром своего путешествия они узнали, что Аня просыпается нелегко и небезопасно, если её трогать, трясти или тыкать в неё. У Лоугена всё ещё сходил синяк на щеке. Аня начала поднимать свои руки, когда её глаза раскрылись, а Лоуген отошёл на шаг, выйдя из зоны поражения. — Ах… о, доброе утро, — сказала Аня, заметив, что уже утро, а потом увидела, что Лоуген стоит прямо над ней. — П-Прости. — Ничего. Хочешь взять Аризу или… — Я это сделаю, — сразу же сказала Аня и, встав, потянулась, после чего подошла к Аризе. То, как себя вела Ариза из-за этого странного зелья, можно назвать странным, она переходила от ужаса к спокойствию, а от спокойствия к дрожащей массе, и остальные согласились на том, что лучше всего будет, если разбираться с ней будет Аня. Под «разбираться» имелось в виду то, что её нужно было нести на спине, спала ли она или дремала. Потому что если она не спала, то становилась ходячей проблемой, которая впадала в ужас, успокаивалась, либо рыдала взахлёб без особых на то причин. На это было больно смотреть, всем им. — Мы почти у Карна, — сказал Свен, зевнув. — Надеюсь, что Барел сможет исправить то, что натворило зелье того ублюдка! — Сможет, — сказала Аня, подняв Аризу, и взяла её за спину, когда Лоуген затягивал кожаные ремешки, которые они честно смарадёрили, чтобы та не упала. — Он должен! Остальные промолчали, продолжая собираться, когда уши Ниньи внезапно навострились, и она посмотрела в сторону леса, что был в паре сотен метров от них, пытаясь распознать шум, который она услышала. — Что-то не так? — спросил Свен, заметив, что не только Нинья, но и Лоуген смотрели в сторону леса. — Я слышала что-то. — Я тоже, но уже ничего. Может послышалось? — предположил он. — Нам в любом случае пора выдвигаться, — сказала Крис, показав всем, что она не спит и готова идти. Они ещё не привыкли к тому, что она была полностью видима, её старая броня закрывала её с головы до пят. Все согласились и, съев остатки вяленого мяса и галетов, которые они получили от бандитов, отправились в путь. По пути они общались между собой, переходя от обсуждения своих навыков пользования оружием до того, как же Нинья ранее смогла скрыть свой пол, из-за чего Свен снова получил два подзатыльника. Аня даже спросила Крис о том, что она думает по поводу ситуации, в которую попала, видимо уже смирившись с её присутствием. Когда они переходили по холму, с которого уже виднелась деревня Карн, Нинья и Лоуген остановились, ушки первой навострились, капля пота пробежалась по шее Лоугена. — Чёрт, нас преследовали! — сказал он, достав пару новых топоров. — Возможно это мы и ощутили утром, — взволнованно сказала Нинья, медленно повернув голову к Свену, Ане, Крис и Шизу. — Я их задержу, а вы идите к деревне! — Что? Это же… — хотела сказать Аня, когда со стороны деревьев послышался пугающий вопль. — Нам нужно идти, этот холм будет не лучшим полем боя, — мгновенно сказал Свен, переведя взгляд на деревню. — Дальше уклон уже не такой крутой и деревья не будут мешать. Если мы сможем спуститься пониже, тогда кто-то из нас сможет сдержать тех, кто идёт за нами, а остальные доставят Аризу в деревню! — Хороший план, парень, а теперь бежим! — воскликнул Лоуген, когда деревья за ними начали трястись и падать. Они бежали со всех ног, слыша позади треск деревьев и ощущая дрожь земли. Что же шло за ними? — Кто будет нас прикрывать? — внезапно спросил Свен. — Те, кто доберутся до деревни, могут запросить помощь и вернуться, но я вызываюсь остаться здесь! — Я тоже остаюсь: я всё равно не смогу поддерживать свою форму, пока за нами кто-то гонится! — сказала Нинья, дыша так, будто бы она даже устала. — Я тоже останусь, — сказала Крис и достала свой меч. — Остальные должны направиться к деревне, на случай если оно решит нами пренебречь! — Не нравится мне это! Я тоже должен остаться! — сказал Лоуген. — Что бы за нами не следовало, оно огромное! — Если ты пойдёшь с ними, то меня будет защищать только Шизу, пока я тащу Аризу! — заметила Аня. Лоуген слегка кивнул, когда они были уже на середине склона холма, когда тот становился более пологим, создавая тем самым пригодный для сражения участок. Крис, Свен и Нинья остановились и развернулись, глядя на облако камней и пыли, которое надвигалось на них. — Давайте, Шизу, позаботься о них! — крикнула Нинья не оборачиваясь. — …Думаете, что мы сможем сдерживать это достаточно долго! — сказал Свен с ухмылкой, когда он достал два кинжала, один из которых был слегка заржавелым. — Зависит от того, что это такое, — сказала Крис, когда огромное облако подобралось поближе, но затем исчезло. С минуту ничего не происходило, и когда Свен уже открыл рот, чтобы что-то сказать, земля перед ними дрогнула, подняв в воздух грязь, траву и камни. Затем, когда всё улеглось, они увидели то, что следовало за ними. Тело червя шириной в дом было покрыто чёрными и зелёными пластинками, которые были запачканы землей и грязью. Голова была раздвоенной, верхняя челюсть как голова дракона, а на нижней пятак больших мощных мандибул, каждая из которых была защищена острыми зубами. Со рта свешивались четыре длинных и тонких языка, с которых стекала слюна, ощущался запах мха и кровь. — Н-Не может быть. Да вы издеваетесь! Вармы никогда и близко не подбирались к Э-Рантелю! Они обитают на дальнем востоке вместе со зверолюдами и драконами! — в ужасе воскликнул Свен, пока Варм просто разглядывал их. — О, точно, окружим его! Если заставим его отвлекаться с одного на другого, то сможем сбить его с толку! — сказала Крис, отбежав в сторону, и порезала его пластины коротким мечом, но не пролилось и капли крови. — Чёрт, пластины слишком прочные! — Кто бы жаловался! — крикнул Свен, увернувшийся от Варма в сторону, попутно едва оцарапав пластины монстра. Варм же гораздо больше внимания уделял Нинье и даже подался головой вперёд, будто бы намереваясь заглотить её целиком. Увернувшись от выпада, Нинья запустила в него лисьем пламенем, но то слегка поранило Варма, из-за чего тот возмущённо прошипел, но не так, как это сделало бы животное, змея или дракон. Получив возможность для атаки, Нинья рванулась вперёд и вонзила свой клинок в его нижнюю часть туловища. Меч слегка проскользнул, но нашёл слабое место между пластинами и пошёл вглубь. Варм снова взвизгнул и задёргался, из-за чего все три приключенца отступили, пока монстр извивался кольцами, пытаясь спутать троицу. — Вот чёрт, — сказал Свен и побежал к кольцам Варма, вонзив клинки в пластины монстра, которые несколько раз попали по пластинам, из-за чего атака была бесполезной. Варм поднял голову, его мандибулы раздражённо дёргались. — Осторожно! — воскликнула Нинья. Затем голова Варма опустилась туда, где ещё секунду назад были Нинья и Крис. Зубами и мандибулами он вонзился в землю, разбрызгав слюну, а сам монстр гневно прошипел и быстро поднял голову, готовясь вновь атаковать. Туловище было пару метров в высоту, забраться на него избежав атаки Варма невозможно. Варм знал, что делал. Он пытался их схватить, его пластины были слишком прочными, чтобы нанести ему хоть какой-то урон. Он собирался съесть их! Он атаковал Нинью, но та увернулась, взмахнула клинком и отрезала одну из мандибул. Варм практически никак не среагировал на это и переключился на Крис, которая отскочила назад к одному из колец червя, едва спасшись от удара. Далее монстр попытался атаковать Свена, который отскочил в сторону и бросил свои кинжалы ему в рот, все три из них попали в верхнюю челюсть. Варм снова проигнорировал это и ударился о землю, где стоял Свен, снова быстро оправившись от неудачи. Едкая слюна была повсюду, малая часть земли была ею не покрыта. Последующие попытки как-то увернуться могут оказаться весьма болезненными. Варм сосредоточился на том, чтобы ограничить их мобильность. — Он что, боли не чувствует? — гневно спросил Свен и, достав очередной кинжал, кинул его в червя, и тот вонзился ему в глаз. Но Варм никак не отреагировал на этом, даже несмотря на всю ту кровь, которая оттуда лилась. — С ним что-то не так, иначе он бы уже отреагировал на это! — крикнула Крис и замахнулась мечом, вонзив клинок в туловище Варма. Полилась кровь, но снова никакой реакции. — Надо выбраться из его колец. Сейчас же, — сказала Нинья, когда тот изогнулся и снова ударил по ним. Проблема была в том, что его туловище было слишком большим. Нинья могла перепрыгнуть, но вот в способностях Свена и Крис она сомневалась. И вот Варм обрушился на них. Раздался металлический звон. Голова Варма отделилась от тела, он задёргался, но после успокоился, пока кровь покидала его шею. Спустя пару секунд послышались звуки взмахов пары мечей, после чего кусок туловища Варма шириной в три метра начал подниматься, за ним стоял мужчина в странной одежде, в одной руке он держал до абсурда большой меч, на конце которого и был кусок туловища монстра. — ХА-ХА! Я пришёл предоставить необходимую вам помощь, и поприветствовать тебя, МОЯ ДОРОГАЯ СЕСТРА! — воскликнул мужчина, взмахнувший своим мечом, из-за чего кусок туловища монстра отлетел в сторону так, будто бы тот ничего не весил. — Эм… Кто ты, и кто твоя сестра? — спросил Свен, неуверенно посмотрев на Крис и Нинью, боясь что-либо предполагать. — Я великий и ужасный Хайю Сакура! И, конечно же, я говорю о моей младшей сестре! Приветствую тебя, сестра Ния Сакура! — сказал он и вышел вперёд, убрав свой меч в ножны, после чего обнял, а попутно приподнял, Нинью, радостно смеясь. Свен посмотрел на эту сцену, после чего смущённо склонил голову набок. — Нани?

***

— Варм?! За нами шёл грёбаный червь?! — удивлённо воскликнул Лоуген, когда Аня и Шизу бежали с холма у деревни Карн, бросив взгляд на монстра, который вырвался из-под земли, атаковав их товарищей. — Как бы то ни было невозможно, нам нужно продолжать! — крикнула Аня, глядя на деревню перед ними. Включая толстый прочный частокол и запертые ворота. Запертые ворота. Запертые ворота. — Ворота закрыты! — в ужасе воскликнула Аня, осознав неладное. — Тогда мы их откроем, если придётся, но, к счастью, нам кто-то помог! — воскликнул Лоуген, когда они подошли ближе, и ворота начали открываться. — Они заметили нас. Самое время. — Пошли, — сказала Шизу, и они прошли за ворота, наткнувшись на толпу вооружённых селян и на удивление умных на вид гоблинов рядом с ними. — Зачем вы здесь? — спросил один из них с слегка напряжённым видом. — Нам нужно зелье для одного из наших товарищей, она больна! — воскликнула Аня умоляюще. — Остальная часть нашей группы сражается с Вармом, снаружи. Мы должны им помочь! — сказал Лоуген и развернулся, направившись на выход. — Не потребуется, помощь уже в пути. Лоуген и Аня повернулись на голос, когда с холма послышался металлический звон. — Миррдин Алавах?!