Все впереди...наверное...

      В мои 18 лет, я разочаровался в людях, в любви, вере в лучшее. Я просто существую, ожидая, когда наконец-то закрою глаза и не будет больше боли, предательства, слёз, несправедливости. Время, когда, я смогу быть свободным.

-POV Пак Чимин-

      Я Пак Чимин, омега, 18-ти лет с запахом персика. Омега, от которого отвернулась удача, а судьба подсовывает с каждым разом всё больше и больше дерьма, при этом разбивая меня и мою душу. Но почему я всё так же ярко улыбаюсь и искренне смеюсь? Я и сам не знаю…       Я поведаю вам историю своей короткой, но совсем не ясной и красочной жизни.       Родился я в портовом городе Королевства Азарион Паргосе в 1300 году. В семье местного бизнесмена Пак Чимуна и омеги Пак Мину. Отец имел свой собственный мясной бизнес по всему городу, а после замужества, он взял в долг крупную сумму денег у местного барона и открыл магазин. В то время это было чем-то новым, ведь, кругом были одни лавки и ничего больше. Из-за хорошего статуса и положения в обществе родители моего папы выдали его замуж за отца, тем самым подписывая тому приговор. Брак был не по любви, а отец оказался настоящим насильником и извращенцем. Он не однократно насиловал и проворачивал ужасные вещи с папой, а иногда глумился над ним со своими друзьями. Спросите откуда я все это узнал? А я отвечу — папин дневник, который я прихватил перепутав со своей любимой книгой, когда в спешке собирал вещи.       Когда же отец узнал, что папа беременный мною, не переставал воплощать свои грязные мыслишки в реальность, странно вообще, что я при этом родился здоровым ребенком. Когда же мне исполнилось пять лет, всё резко изменилось или же всё так и было, просто я не замечал. Атмосфера в доме была всегда хмурой и угнетающей, отец не стеснялся поднимать при мне руку на папу и грязно домогаться, хотя тогда я еще этого не понимал. Папа срывался на мне и по началу только кричал, но когда мне исполнилось шесть — начал и руку поднимать. Это напоминало замкнутый круг и казалось его ничего не может разорвать, ничего и никто, кроме смерти. Я начал часто убегать из дома, дабы не видеть всего этого и не быть вновь избитым.       В один из таких дней, я снова сбежал из дома и бежал в сторону моря, такого голубого и свободного, сильного и прекрасного. Там я встретил своего первого друга Хосока. Хосок был альфой, с запахом яблока и старше меня на два года, но это нам не помешало подружится. Он был моим солнцем, хорошим настроением. Впервые у меня появилась надежда на счастье, и Хосок был этой надеждой. Тогда я ещё не знал, что человек который подарил мне надежду, так жестоко отнимет ее у меня.       Ничего не вечно. В 1310 году на город напала эпидемия, она поражала только скот и рыбу. Вся живность у нас на ферме сдохла, никто не хотел покупать мясо у нас в магазинчике, и вскоре отцу было нечем отдавать долг, который он взял еще десять лет назад. Барону, конечно, было всё равно на эту ситуацию, ему нужны его деньги и где их взять было нашей проблемой, точнее, проблемой моих родителей, как я думал тогда. Как же я заблуждался! И понять мне это дали очень скоро. Летом 12 июля к нам в дом пришел сын барона, которым оказался Хосок! Сказать, что я офигел, ничего не казать. Но самое ужасное произошло потом.

-POV Пак Чимин Конец-

Шесть лет назад

      Была тёплая погода на улице и в доме на удивление светло и уютно (?), что удивляло, ничего не предвещало беды. Чимин сидел на окне и принимал солнечные ванны. Сегодня на улице города было довольно тихо и спокойно, такого в этом городе вообще никогда не бывало, но Пака это не насторожило. Парень закрыл свои чудесные глаза и вслушивался в шум моря: как волны разбиваются о камни и оставляют после себя только пену, ветер тихо поёт свои песни, и как мелодия моря и ветра сливается в одну душевную мелодию. — Хозяин, вот это тот дом! — грубый голос и шум приближающих шагов нарушил спокойствие Чимина.       Не успев опомнится, как входная дверь слетела с петель и с грохотом влетела в стену. На шум слетелись хозяева и с яростью посмотрели на незваных гостей. — Кто ты щенок и что себе позволяешь?! — Пак старший был в ярости. — Дядечка, ты бы по вежливей был со мной, а то с долгом до конца своей жизни не расплатишься, ещё и дети расплачиваться будут. — парень нагло сел в кресло и закинул ноги на чайный столик. — Кстати, где ваше чадо?       Услышав об своем сыне, оба родителя скривились и поежились. — Ясно, не знаете. Плохие с вас родители, однако. — сам незваный гость скривился, а потом глубоко вздохнул. — Ладно, пока он не придет, поведайте мне, щенку, почему вы уже пять месяцев не выплачиваете долг?       Упоминание о долге, вызвало дрожь в теле, на лбу выступили испарины, а глаза предательски забегали, дыхание участилось. В комнате нависло нервное молчание и только приближающиеся шаги, заставили всех повернутся на шум. — Пап… Хосок?! — Чимин от шока открыл рот, а глаза стали как никогда большими. — Приветик, друг. — Чон махнул рукой и вяло улыбнулся, если это можно назвать улыбкой. — Господин Пак, я так и не услышал ответ на свой вопрос, а я не люблю ждать.       Старший Пак замялся на месте, открывал то закрывал рот, но так ничего и не мог сказать. — Понимаете, пять месяцев назад эпидемия пришла в город и всё повымирало, а то, что было — никто не хотел покупать. Мы всё отдадим, вы же знаете. — папа Чимина мило улыбался и пытался говорить спокойно и убедительно. — Да плевать! Вы обязаны выплачивать каждый месяц определенную сумму и не нашего ума дело откуда вы возьмете деньги! Вам ясно?! — Хосок резко встал с кресла и убийственным взглядом посмотрел на родителей Чимина. — Я-ясно… — заикаясь ответили старшие.       А в то самое время, пока родители трусятся, Хосок исследует ничего не понимающего Чимина. Глаза парня горят не добрым огоньком и Пак — младший ежится. — Сделаем так! — все присутствующие внимательно слушали сына барона. — Я предлагаю вам отдать мне вашего сыночка и он тем самым погасит ваш долг. Он красивый и с него можно выручить намного больше, чем с вас. Ну как вам такое? — мерзкая улыбка озарила его лицо. Родители переглянулись и без каких-либо колебаний приняли решение.

Сейчас

-POV Пак Чимин-

      После того как меня продали родители, хотя их нельзя назвать таковыми, я попал в дом барона и прислуживал Хосоку. Мой лучший друг стал моим хозяином и мне пришлось узнать его стороны, которые я предпочел бы никогда не знать. За неповиновение или ошибку меня избивали, издевались и заставляли делать очень отвратные вещи: минет, это самое ужасное для меня. Но день за днём, месяц за месяцем, год за годом пришёл день моего восемнадцатилетия. Мне исполнилось 18-ть, а это значит, что у меня наконец-то должен появится запах и то, что с завтрашнего дня меня выставят на продажу и заработают отличные деньги. Знаете за шесть лет пришло смирение со своей судьбой и мне остается только покорно сидеть и ждать.       На следующий день меня, и еще пару омег, собрали рано утром, завязали глаза и отвезли в неизвестном направлении. Когда мы приехали нас вывели и отвели куда-то так и не развязав глаза нас раздели, оставили, приказав не рыпаться без приказа, и ушли. Сколько мы там все стояли мне не известно и сейчас, помню только, что мы все боялись пошевелиться и как холод сковывал мое тело. — Так дорогие, повернитесь спиной, нагнитесь, оттопырьте попку и раздвиньте ягодицы в сторону руками, — противный голос раздался в помещении, а указание меня вообще повергло в шок, но тело двигалось само собой исполняя пока, что просьбу. — Молодцы, можете встать в изначальное положение, — а потом тишина и снова я не знаю, сколько мы так стояли, пока дверь не открылась и на нас накинули плащи, вывели от туда и увезли обратно.       Через неделю я узнал, что меня выкупил купец из царского двора. Шикарно, всю жизнь мечтал работать при дворе и быть игрушкой для плотских утех у избалованных наследников короля. Но конечно, меня никто не спрашивает и не спросит. После предательства Хосока, я теперь никому и не во что не верю.       На следующий день, рано утром меня разбудили, помыли, промыли желудок (боже как ужасно) и потом вставили в мою дырочку небольшую анальную пробку (я чувствовал себя так унизительно в тот момент), одели в новую одежду. В девять за мной приехали. Двигаться с пробкой было жутко не удобно и больновато, странно виляя бедрами, я дошёл до повозки, меня запихнули в неё и приказали сидеть тихо и не глупить. Так говорят, как-будто, я собирался глупить. Внутри сидели пять омег и оценивающе смотрели на меня. — Чего вы на него вылупились?! — раздался голос из глубины повозки, голос глубокий и очень привлекательный, а лёгкий запах вишни щекотал мои рецепторы, значит шесть омег. Другие омеги сразу отвернулись и недовольно фыркнули. — Привет. Я Ким Тэхён, мне 18-ть, а ты? — омега посмотрел на меня ожидающим взглядом. — А? — я завис и не ожидал такого, но почему-то этот парень вызывал доверие, и впервые за все эти шесть лет мне захотелось искренне улыбнуться. — Я Пак Чимин, мне тоже 18-ть, — и улыбка, сама собой, озарила мое лицо. — У тебе красивая улыбка, чаще улыбайся Чима, — этот омега улыбнулся, яркой улыбкой. — Чима? Тогда я буду тебя Тэ или Ви называть, можно? — сам от себя не ожидал, такой активности в общении, а Тэ довольно кивнул и улыбнулся во все 32-а. Я и Тэ начали разговаривать на разные темы без смысла и это было весело. С Тэхёном очень легко и я почувствовал себя свободным, как никогда ранее, только с Хосоком мне было так свободно, до его предательства, но о нём и вспоминать не хочу.

-POV Пак Чимин Конец-

      Через неделю повозка прибыла во дворец, семерым омегам показали место их жительства и их комнаты, которые к слову были очень уютными (а еще в них жило по трое человек), рассказали правила поведения во дворце и то, что может случится за непослушание. Так же прибывшим омегам рассказали, что завтра их покажут принцам, а потом распределят кому-то прислуживать, а пока они могут принять душ, переодеться, в выданную им одежду, и отдохнуть от долгого пути.       В этот день ребятам несказанно повезло, сегодня у короля было день рождение, в честь этого ребятам дали возможность выбрать себе соседа по комнате и саму комнату, что несказанно радовало новеньких омежек, а «старички» только смотрели и потешались не знанию или может это была зависть. Тэ и Чимин с самого начала хотели жить вместе, поэтому выбрав себе комнату с видом на море — плюхнулись на футоны. — Чим, а ты слышал слухи о жизни нынешней прислуги? — приподнялся на локтях Тэ. — Нет, мне вообще не интересно было…, но сейчас как-то интересно стало. — немного сиплым от усталости голосом ответил омега. — Ох, мой друг. У короля есть два наследника — альфы, поговаривают, что они очень жестокие и их фантазия неимоверно извращенная и не знает границ, — у Тэ в глазах можно было увидеть страх, только если бы Чимин в них посмотрел. Но в ответ на рассказ послышалось лишь мирное посапывание Пака, а Киму оставалось только последовать его примеру.       Сладкий сон долго не продлился, парней разбудил Главный наблюдатель и отправил вниз к остальным на осмотр. Они и представить себе не могли, что их там ждет. Спустившись вниз и быстро найдя не большую толпу, двое застыли от криков, которые доносились из-за двери. По слухам местного народа, во дворце были очень продвинутые на тот момент комнаты, в которых как раз и проводились осмотры омег — наложниц, но никто не знал, что там есть, а те кто знали — их при одном упоминании бросало в дрожь. — А что, он так кричит? — Тэ нервно посмотрел на наблюдателя Ли Су Мана. — Осмотр — зайдете и сами увидите, — бета противно засмеялся, ещё больше пугая присутствующих, а потом просто сел на стоящий рядом табурет.       Все громко сглотнули, ноги еле держали, а некоторые теряли сознание и их забирали. Как потом объяснил Суман, что такие слабые омеги годятся только готовить, стирать, убирать во дворце, но не прислуживать наследникам Короля.       Чимин был последним в очереди и ждать ему пришлось больше полутора часов, а от того, что приходилось слышать, идти туда вообще не хотелось. Он видел как заплаканные омеги выходили из комнаты, хромали, а кого-то выносили на носилках, а после того как от туда еле вышел бледный, как смерть Тэхен, вообще хотелось сбежать из этого места по дальше. — Ну, что красавец, ты последний — вперед! — насмешливый голос смотрителя заполнил коридор, дверь открылась и парня насильно запихали внутрь. Стоило ему зайти, как перед Чимином открылась весьма ужасная картина: перед ним стояло кресло, спинки не было, но были места для рук и ног и крепления для них, по бокам всякие шланги, колбы и приспособления разных форм, размеров, длинны и ещё шторка с правой стороны. — Здравствуй, я обследующий доктор — гинеколог, Ким Хичель, — он довольно мило улыбнулся, но не судите книгу по обложке. — Я второй обследующий доктор — гинеколог, Ли Самуэль, — вот этот вообще наводил ужас, — Паренек, сейчас, мы проведём осмотр твоего тела и половых органов с особой тщательностью. Думаю, ты всё и так слышал, так что, утешать не буду. — Самуэль, ты как всегда, — Хичель засмеялся и легонько толкнул того в бок, — Ты наверное не в курсе, но у каждого омеги особое строение анальной дырочки, разный размер кишечника и его вместимость, эластичность. Но помимо этого, после полового акта и в тот момент, когда вы теряете невинность, дырочка и кишечник меняются, становятся шире и уже не такие узкие. У вас же, есть способность к регенерации. Иными словами, после секса ваши органы возвращаться в изначальное состояние, то есть — восстанавливается девственность. Как-то так. — он почесал затылок и резко улыбка пропала с его лица. — И мы сейчас всё проверим и тщательно изучим. Пак Чимин за мной! — Самуэль развернулся и на направился к шторке.       Чимина раздели, положили на деревянную кушетку в позе эмбриона. После того как его уложили на кушетку, Самуэль связал его руки и ноги, предотвращая побег и куда-то ушёл, мерзко потирая руки. Спустя 10-ть минут он вернулся и в руках держал большую двух литровую ёмкость, шланг, на конце которого была насадка размером 5 см, шириной сантиметр. —Сейчас, малыш, советую тебе расслабиться, поверь это ещё цветочки, ягодки будут по позже, — Самуэль закрепил ёмкость в какой-то штуке, смазал наконечник жиром. Подойдя к Паку, он стал поглаживать его половинки, проводить между нами и массировать дырочку. Чимин замер, он не знал чего ждать, а подготовится морально он не успел. — А вот и мы! — Самуэль резко ввёл в нутро Пака насадку, вызывающую тихий крик, но на этом Ли не закончил, он пару раз резко вышел и вошёл в Пака, последний раз засовывая особо глубоко, — Теперь начнем процедуру, терпи дорогой, — тот мерзко засмеялся, а Пак почувствовал ледяную воду, которая стала медленно наполнять его.       Чимин уже проходил через эту процедуру и не ожидал ничего приятного. Через две минуты половина ёмкости была в парне, терпеть стало труднее, а живот неистово болел, а через ещё две минуты вся вода была в Чимине. Парню казалось, что он лопнет или не выдержит и обделается прям тут. — М-мне больно, я-я н-не м-могу терпеть! Прошу… — кряхтел Чимин, но вместо этого из него извлекли насадку и всунули анальную пробку. Глаза парня расширились и он закричал, это только больше порадовало его мучителей. — Поднимайся, красавец, и топай за мной, а если нагадишь, — бета развязал Чимина и резко поднял его, начал поглаживать живот, тем самым уменьшая боль, и стояло Чимину чуть расслабиться и прикрыть глаза, как Самуэль резко надавил на живот, — Заставлю вылизать всё! — и он повел его в сторону кресла…