Остров невезения

— Долбанный живот, — капризно хныкала Квинн, прижатая к стволу кокосового дерева. — И ножки болят. Шёл десятый день её нахождения на этом острове. Первый день, нужно признаться, ей очень понравился стычкой с атлантом. Перепалки с Акваменом были невероятно горячи, Харли остро нуждалась в продолжении этого банкета страсти, но дальше что-то пошло не так. На второй день она оказалась захвачена в плен жутким морским чудищем, которое изнасиловало её всеми естественными и неестественными путями. После такого Квинн чувствовала себя так, будто бы по ней проехался асфальтоукладчик. Но, как выяснилось позже, и это было не самым страшным. Спустя пару дней Харли распухла. В привычной для себя манере Квинн начала паниковать: визжать, возмущаться и хохотать. Чудище заразило её какой-то страшной болезнью, подумалось ей, или того хуже — паразитами, которые заживо жрали её изнутри. И отчасти это было правдой, в ней действительно находился паразит, вот только предназначение у него было совсем другое. Харли догадалась об этом на седьмой день, когда её живот стал размером с глобус, а из груди начала выделяться белая жидкость. МОЛОКО. Шёл десятый день её нахождения на острове. Артур и Мера прижимали беременную девушку к ребристому стволу кокосового дерева, ртами впившись в её разбухшие молочные груди. Харли запустила руки в их волосы, наслаждаясь ласкающим ощущением их губ. У Артура они были жесткие, немного сухие от морской соли и частых приёмов солнечных ванн. С Мерой ощущения каждый раз иные, но в основном она была нежной, кроме тех случаев, когда припадала к сиськам Квинн в полуголодном обмороке. Кстати о Мере. С ней Харли встретила спустя шесть дней своего пребывания на этом острове. Она появилась здесь, как королева, снизошедшая к простым смертным. Морская царевна оказалась жутко раздражающей, хитрой и язвительной. И её совершенно не смущал тот факт, что муж не прочь заняться сексом с другой женщиной. Возможно, они наскучили друг другу спустя стольких лет совместной жизни. А, быть может, причина была в небольшой детали, болтающейся между ног у Меры. Хотя на данный момент деталь увеличилась и вполне осознанно была прижата к ноге Квинн. — Когда это всё закончится? Я хочу домой! Мера подняла взгляд на скукожившееся лицо капризной блондинки и положила руку на её живот, обманчиво-успокаивающе поглаживая. — Когда на свет появится маленький Ктулху, — отрываясь от груди, произнесла Мера. Ктулху является защитником всех морских существ, единственным в своём роде. Ктулху рождаются только мужского пола, поэтому каждые десять лет Артур и Мера ищут для него женщину, которая поможет продолжить род. После зачатия чудище ослабевает и спустя пару дней ссыхается, превращаясь в пыль на дне океана. — Я не могу уже больше, — продолжает страдать Квинн. — Ноги болят, руки болят, спина болит, грудь болит….Ууууррр! Выдави это из меня. Оба рта оставляют её тело, и Харли внезапно начинает чувствовать себя одинокой и бесполезной, а ещё пустой, даже несмотря на огромный живот с поселенцем внутри. Чёртовы гормоны! — Есть один способ ускорить процесс, — заговорщически шепчет Мера. — Всё что угодно! — заглатывает наживку. Харли на глазах оживляется, вспыхивает любопытством. От этого по-детски наивного, исказившегося заинтересованностью лица Мера чувствует непреодолимое желание и, не в силах сдержаться, поглаживает рукой свой возбужденный член. Так приятно… — Нужно потрахаться, — шепчет на ухо. — Это спровоцирует роды. Квинн смотрит сначала в глаза, медленно скользя взглядом по подтянутому телу морской королевы. Её внимание привлекает член Меры, он очень странный, на вкус некоторых даже уродливый. При вполне среднестатистической длине ствол атланты просто невероятно толстый, а ещё большего сюра в эту картину добавляют огромные яйца. Харли медленно проводит рукой по телу Меры и, скользя ладонью к самому сокровенному, обхватывает одно из яиц. — Хах, Аквамен был очень сильно влюблён, раз женился на тебе. — Стискивает в руках. — Любовь зла, — кривовато усмехается атланта. Внезапно Мера хватает Харли за плечи и разворачивает спиной к себе, придавливая беременную девушку к ребристому дереву. Пыхтя от возбуждения, она пытается скорее пристроиться к мягкому телу, но Квинн её останавливает. — Не могу больше стоять, ножки болят. Разворачивая девушку так резко, будто бы она совершенно ничего не весит, Мера толкает Харли в спину. Та приземляется в песок, лишь чудом успев выставить руки вперёд. — Аккуратнее, Мера, — слышится откуда-то раздраженный голос Аквамена, но его жену уже не заботят предостережения. Опускаясь на колени позади стоящей на четвереньках девушки, она хватается за пышный зад, подтягивая к себе дезориентированное тело. Приятный прилив предвкушения разливается по телу, а весь электрический заряд похоти сосредотачивается в одном месте. Мера раздвигает ноги Квинн, проводя ладонью по промежности, в то время как другая её рука самозабвенно ласкает член. Напряжение достигает пика. Больше не в силах медлить атланта подаётся вперёд, вторгаясь в тело Харли. Та испускает протяжный вздох и что-то нечленораздельно бормочет, остро ощущая внутри себя толстый член. Не медля Мера набирает темп, трахая податливое тело Квинн. Внутри неё не тесно, как это должно быть в случае с габаритами королевы Атлантиды. Мысли о разгульной жизни Харли и неисчислимой толпе мужиков, побывавшей у неё между ног, совершенно не то, о чём стоит сейчас думать Мере. Впиваясь руками в мягкий песок, Харли медленно отъезжает сознанием в иной мир, который называется «СЕЙЧАС КОНЧУ». Каким-то образом беременность, наличие наблюдателя и то, что её имеет девушка с членом, оказывают просто волшебный эффект на скорость достижения оргазма. Оргазмы, словно удары электрошокера, разливаются по всему телу, даруя одновременно безграничную силу и усталость. А после наступают тишина и отстраненность. Харли ничего не чувствует, кроме злости от того, что член продолжает долбиться в её тело. Такое состояние длится несколько секунд, пока механизм не запускается снова. Напряжение, возбуждение, боль, экстаз. Соки возбуждения текут по её бедрам, она не видит этого из-за живота, а хотелось бы. Тогда бы она точно умерла, взорвалась от ощущений и зрительной картинки своих прекрасных стройных ног, перепачканных вязкими жидкостями. — Сейчас! Сейчас! Сейчас я!.. — кричит Мера, сильно впившись ногтями в бока Квинн. Грубо натягивая девушку на себя, она жестко кончает, ощущая, как вселенная вокруг взрывается. Возвратно-поступательные движения продолжаются ещё какое-то время, пока Мера полностью не выживает из себя всю сперму и все силы. Она устало откидывается и плюхается на спину, разложившись на песке. Не такая уж она и эгоистка, как думают некоторые. Харли Квинн, например, получила от Меры пять или семь оргазмов; даже описалась от экстаза, бедняжка. — Ай! Ой! — хватаясь за живот, вскрикивает Харли. Это уж точно не запоздалые оргазмы. Что-то очень скверное происходит внутри её тела, в районе таза образуется неприятная тяжесть. Ужасное предчувствие настигает Квинн, а вместе с ним отходят воды.