Я по вашу душу

Западный город, могуды

Могуды** — временные подземные ходы, связывающие города меж собой, они строились во время войны в 1993 году и используются по сей день. Центральный Город не может контролировать их, так как после разделения Сеула на части могуды стали местом расцвета преступности и зарождения кланов. Там собирались самые опасные преступники, сумевшие бежать. Они отстояли право владеть этими ходами. /из главы два призрака/ Лидер Западного города — Чжухон был готов к тому, что происходит, все члены других кланов покидали город, это говорило о том, что несмотря на свободу передвижения в могудах, они не являлись надёжной дорогой домой. Члены клана Западного города контролировали передвижение людей по ходам. Ходы были высотой около четырёх метров и шириной столько же, автономное освещение зажигалось по очереди и долго мигало вдали включающимися лампами. Земля со стен не обваливалась за счёт металлических решёток. Оказавшись под землёй, Минхёк ощущал лёгкую панику. Группа передвигающихся состояла из десяти человек, среди которых ни один не внушал доверия, не говоря о членах Западного города с автоматами наперевес. Их было четверо. В общем и целом все они были бандитами, оказавшимися в Западном по делам, а сейчас были вынуждены вернуться. Собственно, как и Минхёк, но сама мысль о равенстве с убийцами, наркоторговцами и ворами была противна парню. После убийства богатея из Центрального города Минхёк ощутил огромное сожаление, ведь по сути вся его миссия заключалась в отвлечении, а не ликвидации. Он не получил толком никакой информации, за исключением того, что Мистер Им жив. Парня отвлекают разговоры мужчин из группы о том, что в Южном произошёл взрыв и погибло двадцать человек. Он с трудом сдерживает себя. В Южном его семья и семья Чангюна. Южный город его дом. Но не здесь и не сейчас следует лезть к бандитам, происхождение которых неизвестно. Они могут быть из Восточного или Северного или Южного города. И поэтому Минхёку так необходимо найти Хёнвона, который доведёт его до Восточного города. Дорога в Восточный самая длинная. — Эй, стой, парень, погоди, — Минхёк нагоняет парня впереди. Он выше, худее и выглядит до жути знакомым. Незнакомец останавливается, а группа людей продолжает двигаться вперёд и потихоньку удаляется, лишь оставшись наедине, он поворачивается. — Тебе не следовало соваться сюда, — говорит высокий парень, его пухлые губы грустно улыбаются. Минхёк счастлив тому, что нашёл своего проводника, что Вонхо сдержал обещание и сейчас перед ним стоит Чё Хёнвон. — Я не видел тебя четыре года, ты узнаешь меня? — Минхёк не веряще смотрит на слабо освещённое лицо парня. — Всё это время я пытался забыть тебя, но мне это не удалось. — В глазах Хёнвона сожаления слишком много. — Ты доведёшь меня до Восточного города, а что потом? — Минхёк обходит парня и идёт медленно вперёд, не желая задеть Хёнвона больше. Минхёк больше не чувствует, что имеет право на это. — Если доведу. Знаешь, могуды никогда не были безопасным местом передвижения. Чангюн сказал, вы сейчас в клане Восточного города? Хёнвон быстрым шагом двигается вперёд и Минхёк замечает за его спиной такой же автомат, как и у других из Западного. — Чангюн ищет Мистера Има, а я что искал, нашёл. Значит, вы встречались с Чангюном? Когда? — И я просил его молчать об этом. Послушный мальчик. Всё было бы идеально, если бы Вонхо лично не отдал приказ сопровождать тебя. Чёртов параноик. — Значит, ты его пёс на цепи? — Значит, ты его подстилка? — Хёнвон останавливается перед Минхёком, глядя с вызовом. Конечно, что он должен думать, когда слышит от Вонхо строгий приказ доставить в целостности Ли Минхёка до Восточного города? Это смехотворно. — А разве ты не зависишь от его наркоты? — Минхёк хотел сохранить преграду между ними, но Хёнвон первый полез за неё. — Не лезь не в своё дело, — огрызается парень, нервно теребя свои руки. Минхёк толкает Хёнвона к стене, не желая верить его словам, тому факту, что Хёнвон действительно зависим от наркотиков. Вонхо был прав. Минхёк бьёт его плечам и груди, потому что внутри всё кипит от злости на человека перед ним. — Много он тебе рассказал, пока ты стоял на коленях перед ним? — Хёнвон скалится и получает, чего добивался: кулак Минхёка скользит по его лицу. — Я искал тебя, поэтому оказался здесь, поэтому мне пришлось делать всё, что я возненавидел после твоего исчезновения. Быть преступником, быть как ты в Южном. Спасибо тебе, Хёнвон, благодаря тому, что ты пропал, я оказался здесь и узнал, что наиболее успешен я в том, чтобы находиться с правой рукой главы твоего клана в качестве коврика для ног просто потому, что если я этого не сделаю он тронет Чангюна. И расскажет Чангюну о том унижении, через которое мне приходится проходить, чтобы иметь информацию о Мистере Име, которого ищет Чангюн. Так что не смей говорить мне о том, каким способом я забочусь о близких. — Минхёк смотрит с ненавистью на то, как Хёнвон запрокидывает голову назад, пытаясь остановить кровотечение. — Да нахуя ты сюда полез искать меня?Тебя просили в это лезть? Я, думаешь, ждал тебя здесь? Если бы я мог смотреть на тебя, я бы не сбежал в Западный. Минхёк смотрит с такой жалостью на Хёнвон, а тот вытирает разбитый нос о чёрную кофту и, оттолкнув от себя Минхёка, идёт вперёд. Его просто растоптали. Группу не видно, они отдалились от них на достаточное расстояние в сложных ходах. Они идут долгие часы, поворачивая снова и снова, всё это время Хёнвон не использует карту, следуя по памяти. Они не говорят друг другу ни слова, лишь сталкиваются косыми взглядами. Раздаётся выстрел и Хёнвон машинально дёргается к Минхёку позади, вставая перед ним, осматривается по сторонам и снимает автомат с плеча. Минхёк снимает с предохранителя свой пистолет и идёт за Хёнвоном, прикрывая со спины. — Я должен доставить тебя живым, — шёпотом говорит Хёнвон, — скоро мы повернём и окажемся на развилке. Стрелять могли там, не дальше. У поворота высокий парень с автоматом останавливается и заглядывает внутрь, откуда доносятся голоса, затем быстро отворачиваясь. На пальцах показывает Минхёку «три» и подносит палец к губам. Они стоят там, находясь на расстоянии десяти метров от развилки, скрытые от солдат стеной, у которой трое мужчин раскрывают содержимое рюкзаков. Слышится шипение рации: — Располагать бомбы так, чтобы связь меж... была нарушена не только прямая, но и... Они должны... войну объявле... после этих ...рывов. — Принятно, — отчитывается мужчина. Хёнвон готов поклясться, что это худшая ситуация, в которой он когда либо оказывался. Ему необходимо убить троих солдат. Иначе они убьют их раньше. — На счёт три мы стреляем на поражение, — еле слышно произносит Хёнвон, покрывпясь испариной на всём его бледном лице. Минхёк приходит в ужас от услышаного и отрицательно качает головой, оттягивая Хёнвона назад. Это создаёт слишком громкие звуки в пустых могудах. Рация затихает. Звуков движения солдат не слышно и Хёнвону кажется, что Минхёк только что убил их обоих. Он не отнимает рук от оружия и медленно поворачивается к проёму в стене, чтобы просто убедиться, что к их головам ещё не приставлено оружие. Секунда, две. Рация снова шипит: — Привести к исполн... через сто …цать секунд. — Принятно. Хёнвон делает шаг и автоматная очередь бьёт по стенам могудов, заставляя тела троих солдат упасть на пол тяжёлым грохотом. Браво. Пали за идеологию на грязь многолетних ходов. Руки Хёнвона дрожат, дыхание сбивается и он с трудом осознаёт, что убил троих людей, пытавшихся совершить взрыв здесь. Он мог погибнуть даже не узнав об этом. Бомба расположена прямо на развилке трёх дорог. Минхёк не говорит Хёнвону ни слова, осознавая, что так должно было случиться. — Обыщи их, сейчас же, — приказывает Хёнвон. Минхёк распахивает куртки, обнаруживая документы членов Западного города. — Ты знаешь их? Хёнвон, они из Западного города, из клана? — Минхёк не понимает, почему Хёнвон убил своих. — Нет. — Хёнвон рассматривает удостоверения, находя их слишком качественными. В Западном не печатают на такой бумаге. Он усмехается. — Блять, я клянусь они из Центрального и с документами Западного. Ты понимаешь, что я наделал? Убил засланных солдат. Вероятность того, что они в сговоре с кем-либо из группы двигающейся впереди очень высока. Когда найдут их тела, наши шансы на выживание равны нулю. — Мы двигаемся в Восточный город. Я должен оказаться там живым! — Минхёк кричит на Хёнвона. — Ебать ты смелый, вали один тогда, понятно? Я никуда тебя не поведу. Чжухон должен разобраться с этим, и чем скорее он зачистит это место, тем больше шансов, что ты вообще жив останешься. — Лидер Западного города лично будет разбираться с трупами? — Минхёк, если ты ещё не понял: тела на полу — солдаты из Центрального, которые собирались взорвать могуды здесь. Это не просто трупы, это следы и доказательства. Худощавый парень накидывает свой капюшон и сообщает Чжухону по телефону о приятной встрече в районе Южного города. Минхёк материт его.

Восточный город, тренировочная зона

Система безопасности оповещает членов клана в тренировочной зоне о нарушении порядка, включая громкую сирену. Следуя уставу, растерянные бойцы покидают одноэтажное помещение, бывший ангар, ожидая дальнейших указаний главаря. Шону воспитывает солдатов, воодушевлённый созданием армии. Это единственная вещь, которой он гордится. Он лично отдаёт приказ, замечая взглядом в первом ряду Чангюна: — Границы закрыты. Я не знаю, чего добивается Центральный город, но это нам нужно выяснить. Все группы должны быть в полной готовности. Разойдитесь. Шону спешит в свой кабинет, когда его нагоняет Чангюн и громко начинает: — Ли Минхёк в Западном городе? Что с ним будет? — Они стоят на огромной площадке перед десятком ангаров. В случае войны именно по этой дороге будут ехать машины и солдаты. — Почему бы тебе не позвонить ему, а не отвлекать меня? — Он недоступен. Он привозит какое-то дерьмо из Западного города выглядя при этом, словно его бьют там. Что происходит? — Меня не ебёт то, каким образом он получает товар. Не жалуется мне, значит всё нормально. — Он сможет вернуться? — Зависит от того, как постарается. — Ты не можешь гарантировать безопасность членам своего клана? — Минхёк отдельный случай. Он с Вонхо. Главарь клана уходит, не обратив внимания на остановившегося Чангюна. Он посреди пустой дороги и у него чувство, будто его оставили, как маленького ребёнка. Минхёк соломинка, за которую необходимо уцепиться. Чангюн боится остаться один. Боится, что всё проделанное напрасно. Он не нашёл отца. Он не знает, что происходит с матерью на самом деле, потому что по телефону она говорит о нормальном состоянии. Настолько сильно боится упустить важное, что поддаётся порыву и следует за Шону тенью. Чангюну нужна информация. Он пробирается к кабинету Шону, удивлённый отсутствием охраны. Это объясняется приказом быть в полной готовности, что играет на руку парню. Держит в руке резиновую дубинку и оглядывается по сторонам и только убедившись что в радиусе двадцати метров никого, он прислоняется к двери и слушает. — Выполнил дело?

— Да. Я доставил Минхёка к могудам.

— Я отдам тебе мальчишку. Мы больше не сотрудничаем, Вонхо. Не будешь жалеть?

— Я пожалею, если упущу Мистера Има.

— Верно, ты ведь помешан на этом преступнике, а теперь на этом мальчишке. Кажется мне, что они как-то связаны. Надеюсь, ты не собираешься убивать обоих.

— Я избавлюсь от первого, а второй поможет мне в этом. Если об этом узнает хоть одна живая душа, то Чжухон не будет разговаривать и сожрёт Восточный город. Он не прощает.

— Я не единственный, кто рискует, верно? Почему ты начал торговать за спиной Чжухона? Вонхо, ты не боишься за свою жизнь?

— Я до сих пор помню адрес матушки Кихёна, тогда как у меня её нет. Мне не за кого бояться.

— Какое же ты де... Раздаётся звонок телефона в кабинете и Шону останавливается, чтобы ответить: — Да? Сбежал? Ю Кихён сбежал из клана час назад, а вы сообщаете мне об этом лишь сейчас? По очереди за яйца подвешу, если вы не отследите его и не доставите в клан. У вас тридцать минут. И ни минутой больше. Чангюн от растерянности замирает, а затем бежит в комнату, чтобы собрать свои вещи и совершить второй побег в своей жизни. Он найдёт Кихёна, найдёт Минхёка. Он спасёт свою жизнь.