Черное пламя Белого Тигра

       В течение двух месяцев, что отсутствовал Хомура и его небольшая команда, в поместье несколько раз наведывались люди из "Хокубу Рю". Не смотря на частые визиты "родственников", Тора держался радушно и спокойно. Намеки и вопросы про положение омеги проскальзывали все чаще, казалось очевидным для всех — это в интересах самого тигра, заделать ребенка своему мужу, но это никак не нарушало душевного равновесия альфы. Муж вернулся из ссылки посвежевшим и все же держался отстранено, мужчина не настаивал. Спали они в разных комнатах, это было бы удивительно, если бы традиции клана Тайга не предусматривали подобное время препровождение супругов. Вопросов это не вызывало. К началу августа у Такацуки началась течка, Широ не касался омеги в эти дни. Все было оговорено между супругами в присутствии Борисова, сразу после возвращения Тёбэя. Суть предложения была ясна альфе и устраивала обе стороны. Они создают видимость сексуального контакта во время течки: пара засосов на видном месте и запах, который оставался на теле, стоило несколько минут побыть рядом с супругом. Така был согласен на короткий физический контакт с мужем, так как это было меньшее из зол. Борисов дал омеге подавитель, который сводил на нет желание, не убирая запах. Ребенок не был нужен ни Такацуки ни Широ.        Афера с течкой должна была повториться еще пару раз, чтобы альфа публично признал омегу "пустым" и имел право подать на аннулирование брака, омега по сговору получал отступные и билет в один конец, с полной сменой личности и правом жить, как ему хочется. Така поражал своим нежеланием быть с Торой, альфу это даже в какой-то степени восхитило, такого делового подхода от супруга он никак не мог ожидать. Он больше склонялся к тому, что омега забьется в угол и предпочтет смириться со своим положением. Но японец был удивительно силен духом, и не встреть он своего истинного, возможно с этим парнем у него и вышло бы что-то.        Борисов же в отсутствии братишки, решился на разговор с приятелем. За закрытыми дверьми кабинета, буквально за неделю до приезда Хомуры, произошел разговор между главой калана, командиром и Юрием.       — Мне если честно, даже подтверждение не было нужно. — произнес бета, глядя на альфу, который внимательно изучал папку с материалами детективного агентства и ДНК тест подтверждающий родство.— Я не знаю, как ему сказать. Отец давит на меня, но без твоего разрешения на встречу...Да и господин Им Кан, как официальный опекун имеет право отказать в этом.       — Хммм... — протянул Широ — Я тут не причем, могу только выступить в качестве вашего "адвоката" — хмыкнул альфа. — Вот отец Куро перед тобой, отец по моральному и юридическому праву. Ему решать. Что скажешь Вик? — обратился хозяин к командиру.       — Я то не против воссоединения с родными и тем более зная лично отца сына, звучит немного странно, не находите? — нервно хохотнул кореец и продолжил.— Просто я больше беспокоюсь за реакцию Хомуры, в лучшем случае он потеряет сознание от такой новости, в худшем, он устроит порку всем нам. Я знаю, что говорю, я ведь его тренировал. — Альфа нахмурился на секунду. — Юрий, ты сам что думаешь?       — Я, если честно сам, как на иголках. Отец уже хотел сам прилететь давно, как только узнал результат, но слышали наверное из новостей в больнице лежал с сердцем. Он не переставал искать, вы же видели материалы дела...Я просто думаю, что знакомство лучше провести на территории клана, Куро должен быть уверен и не растеряться. У него должна быть поддержка в этот момент.       — Да, это более чем разумно. Проводить встречу где-либо на нейтральной территории опасно, так же как везти омегу в Токио. Скажи господину Борисову, что он может прибыть заранее, чтобы успеть отдохнуть и приготовиться к встречи.       — Спасибо, Широ! Я вам очень благодарен господин Им Кан! — Юрий пожал руку "старику" и обнял. Альфа немного смутился от такого эмоционального жеста врача.

***

       — Пиздец, добро пожаловать! — произнес омега. Его глаза расширились от удивления, он вопросительно уставился на Им Кана. — До апреля еще далековато. Вы решили меня разыграть? Хреновая шутка, старик! — голос омеги становился хриплым. Борисов, этот бета, вел себя слишком странно и тихо. Как показалось омеге, если бы Широ не придержал того за плечо, блондин рухнул бы, как бруклинский мост. А этот альфа, видно было, что он сильно волнуется. Грудь седовласого бородача вздымалась от волнения, лицо было серьезным, но глаза были полны нежности, надежды и страха. Альфа медленно подошел к загорелому мальчику, его мальчику, отдаленно напоминавшего юного Акари, его любовь. Он протянул руку и коснулся щеки парня. Сердце сжалось от боли и мужчина начал оседать. Юрий Бросился в их строну с возгласом "Папа!". Хомура успел подхватить альфу. А в голове билось: " сын. Сын! Он сказал сын! Но это отец Юры...Юра... Отец?!"        — Прости! Прости меня мой мальчик! — со слезами на глазах хрипло шептал альфа, поддерживаемый уже старшим отпрыском. — Я так хотел, чтобы ты и Акари нашлись! Я не переставал надеяться. Прости меня, сыночек! — омега ошалелым взглядом смотрел на врача-брата.       — Я...я... мне надо...— брюнет вылетел из зала, он не слышал, как его окликнул Вик, не видел, как за ним ломанулся в двери Широ и пара ребят из отряда. Он чуть не снес Сэма со своего пути. Омега бежал из главного здания, как-будто там было все охвачено пламенем. Двигатель машины еще не остыл, он сел за руль и резко стартанул со двора. Щебенка разлетелась из под колес, а машину резко развернуло. Омега вдавил педаль в пол. Режущий звук оглушил двор поместья, осталась лишь пыль. Парень летел на высокой скорости, он был зол в груди клокотала тупая боль, все забытые эмоции сейчас вырывались на свободу. "Он бросил нас! Он бросил тебя папа! Как он смеет?!" — орал омега. Через двадцать минут он долетел до кладбища, резко остановившись пред воротами, чуть не пробив их. Уже был вечер, вокруг было пусто. Омега бился в яростной истерике, отбивая руки об руль и приборную панель. В ярко голубых глаза, что были его проклятием всю жизнь, стояли слезы. Они крупными горошинами скатывались по щекам. Он встретил того, кого считал мертвым, навсегда потерянным и вообще не существующим. Того, кто наградил его "проклятием" голубых глаз. Он ненавидел его, но всем своим сердцем любил этого человека, он прятал в глубине души это детское желание, быть прижатым к широкой груди отца. Им Кан дал ему много, но не мог стать ответом, на все вопросы омеги.       — Как вы себя чувствуете? — кореец с жалостью смотрел на Борисова старшего. — Он вернется, не переживайте сильно, вам нельзя волноваться, Александр. Мой муж приготовил вам настой из шиповника и вот выпейте лекарства.       — Он не простит меня.— прозвучало надломлено.       — Я думаю, что вы ошибаетесь. — мягко улыбнулся альфа — Отдыхайте. Юрий придет попозже. А вы постарайтесь уснуть. — Им Кану было жаль мужчину, он был немного старше корейца, но уже выглядел очень потрепанным.        Александр не ответил, он уснул от успокоительного, что ввели ему ранее. Ему снился Акари, такой же цветущий и красивый, каким был много лет назад, это была другая жизнь. Жизнь, где омега был жив. Где сын не ненавидел его. Сон, где они все были вместе...