Captain Eliza Norrington

      Пока мы с Катей занимались времяпрепровождением под палубой «Аквилы», где нас ни разу никто не навестил, мы успели поистерить, посмеяться, успокоиться и даже выпить. Надеюсь, что пропажи полбутылки рома никто не заметит, ибо Гелла меня за это четвертует или изнасилует. А я её знаю.       Попивая алкоголь, мой постепенно пьянеющий разум попытался понять то, чего не смог понять трезвый. У меня крутился только один вопрос: «КАК?! Как, чёрт возьми, такое удивительное аниме умудрилось скатиться в унылое говно?!»       — Порядковый ранг, активация!       Одновременно произнеся эту фразу, мы разразились хохотом.       — Не смотря на унылые диалоги, фильм всё равно крутой, — сквозь слёзы проговорила Катя. — Асуна как всегда няшка! А новый костюм, ей очень идет!       — При следующей остановке обязательно присмотрю подобный наряд.       — Звучит как тост! — крикнула Катя, откинувшись на мое плечо. — За гребаную команду лесбиянок! Самых ахрененных пиратов, девочек и воров!       — Да, дорогая!       Дело близилось к ночи. Корабль плавно покачивался на волнах. Девочки давно уже видели десятый сон, а Гелла осматривала каюты, палубу, трюм и вообще весь корабль, проверяя его состояние. Пушек было достаточно, нигде не протекало, поэтому она только медленно ходила по кораблю и обводила его взглядом.       Неожиданно её посетила мысль: судну нужно дать новое имя! Идеи Геллы не блистали оригинальностью. На ум приходило лишь «Неуловимый», «Галка», «Черная жемчужина». Всё названия были заняты, а ничего стоящего на ум так и не пришло, в итоге она решила оставить всё, как есть.       Я стояла у самого носа корабля, заложив руки на борт и смотрела вдаль. Ко мне подошла Гелла:       — О, Лиза, чего не спишь?       — Блевать только-что закончила. А ты?       — Проверяла корабль на целость. Между прочим, этим должна и ты заниматься, — верещала девушка.       — Ну, зачем так грубо, дорогуша? — отвечал ей мой нетрезвый голос. — Ты же меня сто лет знаешь. Я такая ленивая задница…       — Знаю, и поэтому сама этим занимаюсь!       — Мне нравится, когда ты такая грубая, Кать.       — Гелла, дура!       — Конечно же, Гелла, — не отступала я. — Дорогая, серьезный вопрос. Вилкой в глаз или в жопу раз?       Я соблазнительно улыбнулась, выхватила бутылку рома и сделала несколько глотков, не обращая внимания на ошарашенный взгляд квартирмейстера.       — По-правде говоря, вопрос бессмысленный. Но если бы у меня не было выбора, то тогда выбрала бы в жопу. Да и вообще: один раз-не пидорас!       — Ладно, отбросим детали… Гипотетически, один на один… Кому бы доверилась?       — Думала, что я выберу тебя? Ха! Мне больше нравится Камилла.       — О, Гелла. Это сильное заявление. Камилла не то что в жопу, во всё щели тебя отъебет, и сестричка ей ещё в этом поможет, — не снимая улыбки с лица, проговорила я.       — Иди-ка ты нахуй, Лиза! — Она недовольно цыкнула и виляя бёдрами, удалилась.       «Аквила» курсировала без всякой цели. Стоя на мостике, я вспомнила о потрепанной книге, которую так же, как и ключ, стащила с того злосчастного острова, но почему-то про неё совсем забыла.       Сгорая от любопытства, я вытащила из-за пазухи учебник с банальным названием «Книга заклинаний». На внутренней стороне обложки, я увидела что-то написанное мелким почерком: «Этот учебник является собственностью Эмили Джарвис».       — Надо было трахнуть эту рыженькую, пока мой клинок был приставлен к её горлу, — резонно рассудила я.       К моей большой досаде оказалось, что предыду­щая хозяйка учебника исписала все страницы вдоль и поперек, даже поля были сплошь заполнены ка­кой-то писаниной. Прищурив глаза, я кое-как расшифровала некоторый список заклинаний.       Затем я хлебнула ещё пару глотков рома и снова склонилась над книгой. Меня ужасно бесило, что приходится вчитываться в каждое слово, с трудом разбирая их под ду­рацкими каракулями этой рыженькой, как её… А, Эмили, точно!       Помимо непонятных каракуль, я наконец-то наткнулась на англоязычную инструкцию: «Сконцентрируйтесь на том заклинании, которое хотите исполнить, читая его про себя. Внимание: с первого раза может не получится.»       Вскоре, я с трудом стала разбирать почерк прежнего владельца. Я посмотрела на время и торопливо засунула потрепанный экземпляр во внутренний карман.       Можно сказать, что я пребывала в неописуемом восторге от возможностей данной книги и надеялась, что при детальном ознакомлении смогу постичь хотя бы малую часть тех знаний, что были там изложены.

***

      Наступил новый день и на горизонте занималась полоска зари, а утренний туман низко стелился по океану. В воздухе раздавалось пение птиц. Я удивилась, как может быть так красиво и так паршиво одновременно.       Прекрасная картина перед глазами резонировала с моим ужасным самочувствием. Я положила голову на руки и закрыла глаза. Мне понадобилось минуты три на то, чтобы найти выход из бесконечных лабиринтов полутемного трюма.       Все коридоры казались такими одинаковыми, а эти ящики с ромом — ну они же везде! В общем, два раза споткнувшись об канат, вляпавшись лицом в паутину, шандорахнувшись коленкой об косяк и распластавшись добитой амебой на полу, я всё-таки нашла «свет в конце туннеля».       Свет с палубы, пробивающийся через люк, послужил для меня маяком, так что я, словно светлячок, рванула на него. Я осторожно подняла голову, стараясь не делать резких движений.        — СОЛНЦЕ! — вскрикнула я, как только вырвалась из объятий тьмы. — РОДНОЕ МОЁ!       Я вскинула руки, подставляя их солнечным лучам. Я не смогла удержать вздоха блаженства, и уже начинала таять от удовольствия солнечных ванн, как меня окликнул голос с капитанского мостика:       — С добрым утром, Лиза. Что, хреново тебе? — добродушно поинтересовалась Гелла. Сама она выглядела вполне свежей и бодрой — словно вовсе не пила вчера.       — Да, вообще, сейчас сдохну, — простонала я.       Квартирмейстер, как и всегда, стояла у штурвала, подставляя лицо морскому бризу. Она с какой-то хитрой и одновременно недовольной ухмылкой смотрела на меня.       — Пить меньше надо, — буркнула она и я поднялась к штурвалу. Гелла протянула мне початую пачку сигарет.       — Я не курю, — я отказалась от предложения, облокачиваясь на перегородку рядом со штурвалом. Гелла почти было удивилась, но потом, видимо, вспомнила, обо всех моих предпочтениях и отвернулась.       — Слушай, надолго ли мы планируем задержаться на «Аквиле»? — дружелюбно усмехнулась собеседница.       — Без понятия. Пока не увидим ближайший берег, — ответила я.       — Капитан! — прервали наш диалог своим выкриком, Камилла и Кассандра. — За нами погоня! Это Рыцари Айрен! Фрегат и бриг, кэп!       Я, недовольная, что мой разговор прервали, с громким топотом вернулась к штурвалу. Квартирмейстер тут же сложила руки биноклем и постаралась различить на водной глади черные паруса солдатов.       «Твою мать! Как они узнали, где я нахожусь? — подумала я». Затем спросила у сестёр:       — Сколько их?       — Десятеро! Мы наткнулись на них у рыночной площади в Массао! Похоже, кто-то нас выследил!       — Ты что, опять вляпалась в какую-то историю? — сказала Гелла, как только различила темные силуэты над морем.       — Не я — моя пышная задница.       Гелла отдала мне подзорку и взялась за штурвал.       — Наполните каждый дюйм! — крикнула она команде, и тут же матросы засуетились, разворачивая паруса.       — Гелл, ты идиотка?! Я капитан!       — Уйди, накомандовалась уже, — рыкнула на меня Гелла, не отрывая взгляда от вражеских кораблей. — Будешь только путаться под ногами.       Если бы её лицо вдруг не приобрело напряженное и встревоженное выражение, я бы ещё с ней поспорила. Но квартирмейстер выглядела как притаившейся к атаке зверь, вот только не известно, кто пустит больше крови: она или её жертва? Так что её волнение передалось и мне, и я поспешила сойти с капитанского мостика.       — Готовь мортиры! — крикнула она за мной.       Я прислонилась к той мачте, что была дальше от штурвала, и из-за неё начала глядеть на корабли. С каждой секундой их приближения мои коленки катастрофически отказывались выполнять свою опорную функцию. Больше всего пугал фрегат: махина выше нашего на всех парусах неслась своим тараном прямо на нас.       — Огонь!       В ту же секунду воздух содрогнулся от взрыва мортир. Я, будучи неготовой к такой сильной звуковой волне, шлепнулась задницей на палубу. Я вздрогнула? Нет, я конкретно обосралась! И было от чего: к нам стремилась сама Смерть в виде дерева, ткани и железа.       Я зажала рот ладонью, который раскрылся в немом крике ужаса. Мортирные ядра достигли своей цели, но, по-моему, для того фрегата это показалось жалким комариным укусиком.        — Геллочка, — сиплым голосом сказала я, а потом крикнула: — Гелла! Разворачивай посудину к чёртовой матери и уходим отсюда! Они размажут нас в порошок!       — Шутишь? — крикнула она, вращая штурвал. — Лиз, не лезь, куда не просят!       — Но, я хочу жить!       — ИДИ ЖИВИ ПОД ПАЛУБОЙ!       Весомый аргумент. Когда я закрыла за собой крышку люка, то увидела гораздо меньше матросов, чем думала на самом деле. Вынуждена признать, у нас катастрофически не хватало команды, и это было, пожалуй, моей главной ошибкой. Из меня ужасный капитан…       Девочки даже не заметили моего прихода, так как каждая была занята своим делом. Несколько секунд я наблюдала, как они перетаскивают ядра поближе к пушкам, как заряжают их и как громко ругаются при этом. Каждая знала своё место и не лезла под локоть соседки. Кстати об этом. Я пришла в себя и начала пробираться в свою каюту.       Подойдя к зеркалу, я закатала рукава белой рубахи, поправила на голове темно-серебряную треуголку, застегнула элегантную жилетку и поправила пальцами растрепанные алые волосы на голове.       Я подмигнула своему отражению. Внешне я выглядела на всё двадцать, хотя рассуждала и вела себя как глупый ребенок с завышенным чсв. Милая мордашка, стильная-короткая прическа — всё это лишь украшало мою и без того идеальную внешность.       Удовлетворившись своим внешним видом, я продолжала пробираться изо всех сил к безопасному уголочку на этом корабле. Однако, как говорилось в той пословице: поспешишь — людей насмешишь.       Поэтому на полпути к каюте моя нога запуталась в канате, и я рухнула прямо под ноги близнецов, что заряжали пушки. Я пыталась подняться, но канат только сильнее обвил меня, не давая этого сделать. Я рухнула обратно и позволила себе короткий яростный визг.       Внезапно до меня дотронулись. Я медленно повернула голову и постаралась сфокусировать взгляд на человеке, что пытался докричаться до меня. Это была Катя. Она опять что-то кричала, но сквозь звон в ушах я почти ничего не слышала.       Пока я наблюдала только злое и одновременно испуганное лицо подруги, которая пыталась до меня докричаться.       — …Что?!.. — это простое слово далось мне с огромным трудом.       Девушка опять что-то прокричала, но тщетно.       Она выдохнула и схватила меня за плечо. В один рывок я оказалась на ногах, за что получила ещё одну порцию головокружения. Темноволосая похлопала меня по щекам и, удостоверившись, что я смотрю на неё, начала опять что-то кричать и жестикулировать.       Честно, я пыталась её слушать, но головная боль едва ли позволяла мне стоять на ногах, не то что воспринимать информацию. Катя всё время показывала на крышку люка и на меня.       — … на палубу, кэп! Поняла?       — Поняла!       Темноволосая пихнула меня в спину, и я, хватаясь за всё подряд, ринулась к люку. Не знаю, может оглушение придало мне ускорения, что физически невозможно, но я добралась до люка быстрее, чем пыталась добраться до каюты.       Однако я не могла поднять тяжеленную крышку, грозясь похоронить меня под палубой навеки. Я бы даже начала предаваться отчаянию, если бы меня вдруг не отпихнула Камилла и одним легким движением руки не открыла люк.       Девушка с более длинными, отросшими светлыми волосами, заколотыми двумя чёрными заколками в два хвостика, резво скакнула на палубу и крикнула:       — Гелла, две пушки выведены из строя прямым попаданием!       — Тащите ядра сюда!       Камилла кинулась обратно в трюм, но на этот раз я предусмотрительно вжалась в стенку. Стоило мне выползти наверх, как я услышала «Пли!» и едва успела зажать уши. Пушки работали безостановочно.       После залпа у меня было пару секунд, чтобы перебежать на новое место, но ноги дрожали так, будто я сделала сто приседаний за минуту. Так что я ползком отползла к одной из мачт, схватила веревки, что лежали у её основания, и, примкнув к ящикам, молилась, чтобы Квартирмейстер вывел «Аквилу» из этой битвы как можно скорее.       — Держитесь! — вдруг крикнула она, и вся команда в ту же секунду попряталась кто куда.       Корабль нещадно швыряло. Палуба постоянно ходила ходуном, и я не представляла, как кто-то умудрялся стоять на своём месте при такой качке. Я прилагала уйму усилий, чтобы не сдвинуться хотя бы на полметра, а их ноги как будто были частью палубы.       «Часть команды, часть корабля», внезапно вспомнилось мне, и я мотнула головой, прогоняя ненужные мысли. Под аккомпанемент стреляющих пушек я начала пробираться к капитанскому мостику. На четвереньках поднявшись по лестнице, я вцепилась в перила возле штурвала и ногами и руками.       — Гелла! — это получилось слегка невнятно, но она услышала меня. — Удиви меня! Скажи, что мы выигрываем!       — Я тебе где сказала быть?! — крикнула она, не отрывая своего взгляда от вражеских кораблей. — Вали в трюм, пока не задело!       — Я капитан или кто?! Отдай штурвал!       — Мне срать! Уйди, ты будешь мешать!       Гелла резко крутанула корабль, отчего я чуть не отцепилась от перил. Не переставая отдавать команды, «Аквила» буквально разрывалась от взрывов, а матросы выдохлись, то спуская, то поднимая паруса. Силы команды на исходе.       — У них численное превосходство! — крикнула я, хватаясь за перегородку. — Ты потопишь корабль!       — Это мы ещё посмотрим, — она сказала это очень тихо, но я прочла по губам, и от этой уверенной фразы мне вдруг стало чуточку легче. Может, у неё есть ход конем?       Я глянула вбок. Гелла дала приказ приостановиться рядом с бригом. Тем временем на нас во весь опор несся другой бриг, настроенный весьма враждебно. Он хотел пронзить нас тараном.       — Что ты задумала? Он сейчас врежется в нас! — я пыталась докричаться до квартирмейстера, но она только улыбнулась. И эта коварная улыбка заставила пронести в моей голове предсмертную мысль: Мы умрем!