Captain Eliza Norrington

      Подобрав швабру, я отошла за мачту, чтобы меня не было видно с другого корабля. Я топталась на месте, теребя ей палубу, и ждала, когда Гелла заговорит с новоявленной гостьей.       — Так-так, интересно, — отозвалась я, с любопытством её рассматривая с дальнего расстояния.       За последнюю нашу встречу Юлиана ничуть не изменилась. Разве что сменила прическу. Увы, красавицей назвать её было трудно. Даже слова «симпатичная» или «приятная девушка» никак к ней не применимы.       Всё лицо было покрыто одним большим порезом, как у Кайло Рена в конце седьмого эпизода, и казалось, что лицо сейчас разорвется на две части. Светлые волосы были коротко подстрижены и обрамляли её худенькое личико с выразительными глазами.       Несмотря на глубокую рану, лучащаяся оптимизмом, стремительная и безупречная Юлиана, весьма добродушная девушка. А скидка в 50% только подтверждают мои слова.       Вскоре Гелла дала приказ замедлить ход и я услышала отдаленный говор других пиратов с соседнего корабля.       — Ну надо же, какие люди, Юлиана Виноградова! — воскликнула Гелла, передавая штурвал Катерине. — Рада тебя снова видеть! Кстати, сколько тебе сейчас?       — Хз, на пятидесяти я сбилась, — я еле расслышала этот грубый голос. Чёрт, нужно подкрасться поближе!       — Должна признать, ты отлично сохранилась для своих лет.       — Это всё благодаря этой вещице, — указала она рукой на висевший на шее кулон, со святящимся камнем. — Отжала её как-то у одной волшебницы. А когда решила примерить кулон на себе, так снова стала молодой. Во чудеса!       «Хм-м, видимо у неё поэтому такой грубый и высокий голос… » — подумала я, прикинув у себя в уме, что данное украшение, ничто иное, как проклятый кулон. Один из древних артефактов, дающий носителю манну небесную. Господи, и откуда я всё это знаю?»       — Потрясающе. Ну так что? Удалось разузнать информацию о золотом ключике?       Я пристроила швабру у мачты и присела на корточки. Нужен один быстрый рывок. Но как сделать его, оставшись незамеченной? Ну же, давай, мозг, подкинь пищу для размышления! Хм, причем здесь еда? А-а-а, тупая башка! Вечно думаю только о еде!       — В Флостоне и его окрестностях ничего, увы, — мне пришлось стать одним большим ухом, чтобы расслышать это. Я прищурилась от того, что мокрая палуба отсвечивала блики солнца.       На корточках я выбежала из-за мачты, мельком увидела Юлиану и с разбегу плюхнулась животом прямо на доски. Как я и думала, палуба всё ещё была скользкой и донесла меня почти до самого борта, но не до конца.       Поэтому, помогая себе руками и ногами, я лягушечкой «доплыла» до места назначения. Вся мокрая, я тут же согнулась в три погибели, вскакивая на ноги. О-о, надо было видеть рожу Геллы!        — Что у тебя там происходит? — внезапно спросила Юлиана, заставляя меня сжаться в ещё меньший комочек. Видимо, незаметное перемещение получилось не совсем незаметным.       — Ведро покатилось! — актерскому мастерству Коколатте можно было позавидовать. — Эй, близнецы! Ещё один такой прокол, и будете вылизывать весь корабль до блеска!       Кассандра, которая вообще занималась верёвками, подскочила от рявка Геллы и побежала искать несуществующее ведро. Я еле удержалась от хохота.       — Ты пустила этих фриков на «Аквилу», — засмеялась Юлиана. — Не удивлюсь, если их застрелят при первом же абордаже!       — Как раз-таки в бою они просто звери! Только на корабле строят из себя бестолочей.       — О, Гелла? Коколатте, это вы? — с корабля Юлианы вдруг послышался женский голос. — Боже правый, как мала Розалиния!       — А, Моника! — плечи Геллы облегченно опустились, вместе с возможностью перевести тему. — Не ожидала тебя тут увидеть.       И тут я задалась вопросом: «Блять, и нахера я сюда приползла? Сейчас как растрындятся, а мне жопу здесь отмораживать»        — Пару недель назад я встретилась с госпожой Виноградовой, — началось… — и она взяла меня под свое крыло, так сказать. Велела мне присмотреться к другим сперва, чтобы стать пираткой.       Девушка сказала это с таким важным и хвастливым тоном, что меня потянуло блевать.       — Что ж, могу только пожелать удачи! Юлиана наставит тебя на путь истинный.       Коколатте уже собралась было дать команду плыть, но не тут-то было.       — Гелла! — вдруг сказала Виноградова. — Я поплыву с тобой. Проведу до места, где возможно, может быть второй ключ.       Внезапно всё тело скрутило острой болью. Да такой сильной, что рот раскрылся в немом крике, а глаза защипало от внезапно хлынувших слёз. Я инстинктивно схватилась за живот, будто это могло мне помочь, а другой рукой ухватилась за борт, чтобы не упасть.       Я повернула голову обратно, и в глазах помутнело. Моя рука соскользнула с борта, и я впечаталась мордой в мокрый пол. Господи, что это за херня? Почему так больно?       Когда я приподнялась, громко сипя, то увидела лицо Геллы с нахмуренными бровями и приоткрытым ртом, которая уставилась на меня, всем своим видом выражающий недоумение. Но стоило ей увидеть на моем лице испуг, как она отвернулась обратно к Виноградовой.       Гелла долго смотрела на свою подругу, при этом производя бурную мозговую активность. А мне-то что? Пожалуйста, пусть она хоть откроет новую теорему по геометрии, но если эта тугодумка не поторопится, то я заору от боли на весь океан!       — Хорошо. Веди.       И корабль Виноградовой устремился вперед. Команда смотрела на меня как на полоумную, но при этом какими-то сочувствующими взглядами. Однако никто из девушек не ринулся мне на помощь, хотя я и сама не знала, что мне могло помочь.       Гелла дала газу чуть позже, пропуская Юлиану вперед, и когда Виноградова отошла на всю длину своего корабля, рванула ко мне.       — Если ты решила подурковать, то выбрала не самое подходящее для этого время. Кончай уже дуреть!       Я больше не могла сдерживаться, и, привалившись спиной к борту и сев жопой прямо на мокрую палубу, дала волю голосовым связкам. Но как бы то ни было, я старалась не орать как раненое животное, сдерживаясь на полувскриках-полустонах.       — Я что, блин, по-твоему реально дуркую?! — еле выдавила я и опять вскрикнула. Боженьки, я как будто рожаю! Вдо-о-о-ох… — А-А!       — Тогда что с тобой происходит? — было забавно наблюдать за растерявшейся заклятой подругой. Ха-х, она выписывала круги вокруг меня, как птичка! Но, к сожалению, моих страданий это не убавило.       — Что-что, от святого духа, я рожаю! — шутки-шутками, а я реально не знала, что со мной.       Я резко подскочила и всем корпусом высунулась за борт, очищая свой желудок от остатков еды в виде противной жижи. Я закашлялась, и эта кашица опять попала мне в рот, чем вызвала повторный приступ тошноты.       Я прям чувствовала, как Гелла за мной сморщилась от отвращения. Выблевавшись, я вернулась обратно на палубу. Меня конкретно колотило.       — У тебя морская болезнь что ли? Укачало?       — Нет!.. АЙ! Говорю же хз… что со мной… Ай, блять!       Через каждые несколько слов я страшно сипела, так что отпугнула бы, наверное, даже саму Смерть. В глазах потемнело, а голова будто налилась бетоном, то и дело грозя сделать из меня неваляшку вверх тормашками.       Руки тряслись как у старухи, которая пытается заниматься бисером. Я почувствовала, как капельки пота покатились по лицу.       — Так, подруга, ты, кажется, перегрелась, — сказала Гелла, беря меня под локоть. — Ну-ка, пошли.       Я не смогла пройти и два шага, как тут же повалилась на палубу. Ну, повалилась бы, если бы Коколатте не среагировала и не подхватила мою немощную тушку на руки.       Пытаясь удержать свою голову на её плече, я слышала, как она шепчет себе под нос проклятья, что ей приходится нянчиться с дурочкой, и что-то там про морскую болезнь.       Гелла внесла меня в свою каюту и, помедлив, усадила на стул за каким-то круглым столом. Я тут же согнулась пополам, словно это могло утихомирить мой бушующий организм против самоуничтожения. А Коколатте тем временем активно рыскала по своим полкам.       — Посиди здесь, пока мы с Юлианой не закончим. Воды я здесь не храню, но есть отличный ром, — она стукнула бутылкой по столу рядом со мной. — Думаю, о его свойствах тебе объяснять не нужно. Так, где-то у меня ещё было… А, вот!       Внезапно Гелла протянула к моим рукам (а точнее, к ногам) треуголку.       — Если захочешь… ну, выпорожниться… можешь прямо в неё. Я ей всё равно не пользуюсь.       — С первой минуты мечтала это сделать!       Гелла насторожилась и умоляюще посмотрела на меня:       — Ну хорошо. Лиза, я тебя очень прошу: сиди здесь и не высовывайся!       — Договорились, дорогуша, — комичным движением руки, я отдала честь и потянулась за бутылкой рома.       И девушка вышла из каюты, громко хлопнув дверью. Почувствовав подступающее желание блевануть, я попробовала запить его ромом. Сделав маленький глоток, я поперхнулась, чуть не спровоцировав выход желчи оральным путем, но продолжила пить.       Хм, то ли терпкая жидкость так быстро пьянила меня, то ли она имеет какие-то лечащие свойства, что очень вряд ли (разве что только психические), но мне на йоту стало легче.       Однако я не рисковала отодвинуть любезно предоставленную шляпу, так что постоянно держала её у лица. Темнота перед глазами начала постепенно отступать, и я стала разглядывать каюту Геллы.       И, честно сказать, первой моей мыслью, когда я обвела взглядом помещение, было: «Моя комната в таверне, по сравнению с этой каютой — не самый засранный уголок на этой планете».       Серьезно, такого срача я даже у Кати не видела: везде были какие-то ящики, одежда, оружие, бумаги, и даже фаллоимитатор! Гелла, ая-яй, негодница. Каюта была просторная, но настолько захламленная, что помещение утеснялось вдвое.       Я даже не видела здесь кровати. Она что, спит стоя? Как цапля? Или за столом? Представление такой картины позабавило меня, на мгновение позволив забыть о боли. Я разогнулась почти до нормального состояния, и попробовала встать.       Что ж, поначалу всё было замечательно, я уже оторвала свою жопу на сорок пять градусов, как тут корабль швырнуло в сторону, а я, следовательно, полетела вперед, слишком близко знакомясь с деталями интерьера.       Будь я спросонья, я бы опять подумала, что на нас напали, но сейчас здравый смысл возобладал, и я прислушалась. С палубы доносились голоса близнецов, какая-то возня, и скоро я услышала грубый голос:       — Если русалки тебя охомутают, можно я заберу себе «Аквилу»?        — Прости, Юлиана, но я уже завещала её своей сестре.       Выкорёживаясь из позы йоги, в которую меня подмяли попадавшие ящики, я почувствовала, как рвота опять подступает к глотке. Но при падении я выронила треуголку, а перспектива облевать всю каюту стервозной подруге меня не очень-то привлекала.       Поэтому я в спешке начала рыскать спасительную замену бумажному пакету, раскапывая горы ненужного барахла. Боже, всё-таки зачем ей фаллос? О, а вот и треуголка!        — Сколько можно раздеваться, Гелла? — вдруг совсем близко произнесла Юлиана, отчего я чуть не проглотила свою блевотину. В ушах зашумело…       — Может быть, сама тогда нырнешь за ключиком?       — Дамы вперед.       — Но я…       — Никаких «но»!       Они ещё что-то говорили, но я не слышала за звуком опорожнения своего желудка. Мать честная, ну сколько можно? Боль уже утихала, но я чувствовала, что ещё пару таких выбросов, и я точно сдохну.       Однако, как только я закончила блевать, я глотнула ром и тараном устремилась к дверям каюты. Что ж, пафосного появления на палубе не получилось, потому что я со всего маху стукнулась в дверь, чуть не вывернув выставленные вперед в кулаке руки.       Мне понадобилось около полминуты, чтобы догадаться, что ручку надо было просто потянуть в другую сторону. Даже сквозь красное от жара лицо я чувствовала, как щеки становятся помидоровыми, и вышла на палубу.       Гелла уже стояла в одном нижнем белье на краю борта, готовая к прыжку. А рядом с ней маячила неутомимая Юлиана.       — Я неоднократно видела водолазный колокол, в свои детские годы, но даже спустя время он выглядит устрашающе. Хоть в кошмарах снись, — так она прокомментировала спуск колокола на воду.       — С этим шрамом на пол лица ты сама являешься ночным кошмаром.       — Не, ну ты видела, какой он жуткий? Похож на голову гигантского водолаза, клянусь, любой наложит в штаны.       — Эй, подруга, я тебя не узнаю.       — Ныряй уже! — беспечно рассмеялась Виноградова.       И вот в этот момент, выскочила я. Стоило видеть эту картину: Юлиана, чье лицо с каждой секундой вытягивалось всё сильнее, Гелла, зафейспалмовейшая себе неоднократно всё лицо, и я, шаталась, словно какая-то пьянь, выставив одну руку вперед для контроля над равновесием, а другой зажимавшей свою блевотину под мышкой.       — Гелла… — медленно протянула Виноградова. — Какого лешего здесь происходит? Что здесь делает она?!       — Эм, понимаешь, тут такое дело…       — Не могу поверить… Норрингтон у тебя на корабле?!       — Юлиана, я сейчас всё тебе объясню…       — Неужели моя давняя подруга решила завести себе шлюху? Ха!       Виноградова страшно рассмеялась, колотя кулаком себе по колену. Пока она утирала слёзы, мы с Геллой успели обменяться взглядами.       Думаю, последнее выражение моего лица смогли представить все. Дождавшись, пока Юлиана отсмеется, я заявила:       — Я не проститутка… По-крайней мере сейчас! Я просто плаваю вместе с… С капитаном!       — Да-да, понятно всё. Гелла, я не одобряю твой выбор. Эта дешёвка и гроша не стоит.       — Госпожа, мать его, экс-шлюха, если вы ещё раз меня оскорбите, то всё содержимое моего желудка окажется у вас за шиворотом!       Кажется, у меня получилось её оскорбить, потому что лицо со шрамом перестало смеяться. Камень в кулоне, из серебряного цвета, сменился на красный, а выражение её лица с веселого на злобное.       Виноградова сделала несколько медленных шагов в мою сторону, заставляя меня пожалеть о сказанном, как тут в два прыжка к ней подскочила Гелла.       — Юлиана, успокойся! Она своя!       — Что значит «своя»? Почему это ничтожество, позволяет себе распускать язык?! И что она, чёрт возьми, делает на твоем корабле?       — Юлиана, эм… это долгая история, клянусь, я тебе всё объясню! Но давай сделаем это после того, как достанем ключ.       — НЕТ! — рявкнула я внезапно даже для самой себя. — Гелла, не лезь в воду! Там русалки!       — Ха! Тоже мне открытие. Я не раз охотилась на них, думаю, как-нибудь справлюсь!       — Ты не понимаешь! — взревела я, зарываясь одной рукой в плечо. — А-а-а, всё так запуталось! Даже не знаю, с чего начать… Эм, а помнишь, ты говорила, что страдаешь ликантропией? — весьма отчаянная попытка переменить тему разговора. Глупо, но как иначе?       — Че-е-ем я страдаю?       — Фигней я страдаю! Не обращай внимания!       — Гелла, что за бред она несёт? — опасливо произнесла Юлиана.       — Я сама ничего не понимаю! Господи, мы только время теряем!       — Нет, Гелла, тебе туда незя! — сказала я. — Я же сказала, что на дне океана могут обитать вражеские мобы! ТАМ ОЧЕНЬ ОПАСНО! ЭТО ЖЕ ЛОГИЧНО!       Сильный рявк отдался в моей голове, и в глазах снова помутилось. Я ухватилась за предплечье Геллы, чтобы не грохнуться.       А Юлиана, тем временем, сверлила меня недовольным взглядом, под которым мне бы захотелось сжаться, если бы не хотелось блевать. Лицо нещадно горело от поднявшегося давления.       — И всё-таки я проверю, — процедила Гелла сквозь зубы, вырывая свою руку из моих цепких пальцев.       Девушка быстрым шагом направилась к борту, с которого уже готовы были сбросить водолазный колокол. Я поспешила за ней.       — Вот идиотка, — Выругавшись себе под нос, прошипела я, — и только не говори потом, что я тебя не предупреждала.       Гелла ничего не ответила, даже не посмотрела на меня.       — Береги себя.       Но та только ухмыльнулась, отдала мне очки и прыгнула в воду, ныряя вслед за колоколом. Ну что ж, теперь только время покажет, закусят ею морские обитатели или нет.