Тайна на двоих

      Pov Ричард        Не думал, не гадал, даже не представлял, что все может наладиться. Живешь себе, живешь. Дом-работа-дом. И так по бесконечному кругу. Повседневная рутина. Можно угадать, нет, даже знать, что будет с тобой через час. Ровно ничего. Выезжаешь на вызовы, иногда патрулируешь по улицам города, а чтобы немного отдохнуть от шумного помещения, зарываешься на целый день в архиве, чтобы порыться в не законченных делах, которые отложили пылиться на полку, в надежде когда-то к ним вернуться или же расследуешь попытки неудавшегося ограбления, хотя тут итак все понятно.       Соглашусь, теперь все совсем иначе. Нью-Йорк давно успокоился из-за ряда, можно сказать, грандиозных событий, которые его всполошили и перевернули. Город обновился и готов дальше существовать и процветать с новыми силами. Правда стало легче дышать, появилась возможность полюбоваться окружающим миром, а не мчать как можно скорее в участок. Жизнь кругом бурлила во всевозможные русла, и вот тут-то я думал, как и все окружающие, что где-то есть подвох, надо ходить и оглядываться, быть готовым ко всем сюжетным поворотам, но шло все иным путем, о котором все позабыли, и узнают NY вновь. И первое что произошло, дало хороший старт для всех положительных событий. Я приобрел в личное пользование, наконец-таки, автомобиль. Он не принадлежит полицейскому участку или кому-либо еще, только мне. Машина куплена на мои накопленные сбережения. Я рад, что был терпелив и не побежал брать кредит на машину, а своим собственным трудом достиг цели.       Сразу же автомобиль, после прошедших нескольких дней после покупки, вошел в полную эксплуатацию, пройдя тестирование, находясь в дороге шесть часов. Именно «в обновках» примчал в Вирджинию к своей возлюбленной. И знаете, это такая гордость и наслаждение управлять своей собственностью, ни на минуту не задумываясь, что могут настучать по шапке за недозволительное отношение к вещи, врученной на временное пользование, и в любой момент могут отобрать.       Я стоял и наблюдал за ней, как она обходит машину, как бы оценивая ее. Или мне кажется? Нет, Кэлен смотрела не для наглядности, она прямо смотрела, изучая автомобиль, припаркованный на подъездной площадке возле дома. Она прищуривалась, наклоняла слегка голову, а ее взгляд продолжал блуждать по автомобилю. — Почему именно Volvo XC60? — вдруг спросила она. — Модель мне показалась комфортабельной, практичной и комплектация хорошая, — я стряхнул с правого бокового зеркала снег, хоть этого и можно было не делать, через некоторое мгновение пушинки снега опять приземлятся на то же самое место. И белый цвет машины и белые снежинки, идеальное сочетание, пока автомобиль не находится в эксплуатации, а иначе снег является еще той помехой при движении, — То, что я хотел. И когда выслушал подробную характеристику о машине, решил, что точно возьму ее, хотя до этого, я был уверен, что возьму также Volvo, но другой модели, — в ответ короткое «угу», — Тем более машина вместительная и как раз подходит к семейным автомобилям. Наш ребенок будет в полной безопасности, — кажется, во мне уже просыпается отцовский инстинкт. Такое бывает? — На такой машине сильно быстро не поездишь, — дала заключение Кэлен. — Кэлен. — А? — она подняла на меня взгляд, будто что она такого сказала. Обычное дело же, конечно, в такое шаткое время. — Ты сейчас в положении. Какая быстрая езда? Хочешь испытать машину? Я не пущу тебя за руль. И вообще, не видишь, какая сейчас погода? Это крайне не безопасно, — в голове уже начали прокручиваться ужасные картинки того, как Кэлен жмет газ в пол, совсем не думая о своей безопасности. Только чувство скорости и адреналина. — Тише. Умерь свой пыл. Я не сказала, что собираюсь провести тест-драйв, — но ты уже подумала. И думаешь сейчас, — я веду к тому, что твоя машина полная противоположность моей, во всех отношениях.       Хм, а Кэлен права. Различия колоссальные от цвета машин до лошадиных сил. Автомобиль Кэлен способен разогнаться за три секунды, моему же – десять. Да и по мощности ее превосходит в целых три раза. Уйдет уйма времени, но я не смогу сесть за такой тип автомобиля, как у моей невесты. И моя машина безопасна на целых восемьдесят процентов. А на что насчет ее? Сомневаюсь, что автомобиль проходил тесты на безопасность. Пока не найду данные, ни за что на свете не разрешу сидеть нашему чаду в машине Кэлен. А, кстати, где ее машина?       И только я открыл рот, чтобы спросить, Кэлен произнесла: — Пойдем в дом. Мы не позавтракали, а я есть хочу.       Да что-то я запамятовал. Только проснулись и вышли из спальни, как мистер Амнелл сразу сказал, что необходимо узаконить брак в ближайшее время, а точнее пока я был в Вирджинии в праздничные дни. А после обсуждения деталей, что мы должны и сделать до появления в нашей жизни новых статусов, как муж и жена. И вот мы уже на улице, и я показываю Кэлен машину.        И вот трудности, возникающие из-за отсутствия машины, наконец-то исчезли. Я почувствовал себя свободным и от ничего не зависящим. Служебная машина теперь на постоянной основе была на парковке полицейского участка внерабочее время и не появлялась больше на подъездной площадке моего дома. Но, не смотря на все положительные моменты, появилась новая проблема. Проблема, касаемая жилья.       День выдался сумасшедшим.       И вечер тоже.       Пока все не сели за стол.       И сколько Ричард не отговаривал свою мать ничего не привозить к столу, все было тщетно. Событие случилось хоть и хорошее, но что Ричарду, что Кэлен кушать совсем не хотелось. Кэлен, видимо, от всей суеты, ожидания приезда, теперь уже свекрови, свекра и сестры Ричарда, всей регистрацией брака, перенервничала, от того воротила нос от пищи.       Несмотря на все события, хорошие и не очень, семьи Ралов и Амнелл нашли общий язык, и стали ближе друг к другу ровно с того момента, когда Ричард и Кэлен стали супругами.       Уже за столом Чарльз и Джервис разговаривали на отдаленные темы, шутили будто знакомы уже несколько лет и сегодня не день их знакомства и застолья. А Шена начала раздавать советы будущим родителям как стоит укладывать малыша спать, пеленать, с какого месяца начинать давать прикорм, и даже привезла, в подарок, несколько вещей для новорожденных.       Ричард наклонился к своей новоиспеченной жене, нежно убирая прядь ее волос за ухо, и пока мать вовсю говорила о детях, прошептал: — Моя мать очень сильно хочет внуков.. — Я заметила, — на выдохе произнесла девушка, еле слышно, — и совсем не важно, что мне еще пять месяцев ходить. — Это еще как важно, — произнес он и поцеловал её в висок, — просто так мама показывает, что очень рада. — А что будет дальше? — сквозь все разговоры четко прозвучал вопрос Дженсен. — О чем ты, Дженс? — обратился к сестре Ричард, пока все молча уставились на нее. — Что вы будете делать? Вы теперь в браке, а жить раздельно? Ты здесь, — указала она десертной ложкой на Кэлен, — а ты в Нью-Йорке? — перевела орудие в своих руках на брата, расшифровав суть вопроса девушка, проявляя явный интерес, что же получит в ответ. — Кхм, нет. — Мы еще не обсуждали, — сказала Кэлен. — Но на данный момент – да. Еще не утихло всё до конца, и Кэлен, соответственно, лучше быть здесь — добавил свои слова Чарльз, — так будет правильнее и безопаснее.       И вот, по нынешний день стояла задача приобрести наше гнездышко, где Кэлен и наша девочка будут в безопасности, и я буду спокоен, зная, что моим любимым ничего не грозит. Вопрос снова коснулся денег, которых опять же не было, и накопить нужную сумму за короткий срок не было возможным, разве что украсть, но я сразу же отказался от данного варианта, не дав сказать Кэлен и слова об этом. В замен она предложила другой вариант – это продать её квартиру, потому что в ней она уже жить не может, но бывшие аппартаменты могут еще послужить.       В первые месяцы квартиру продавать было нельзя, она еще находилась под строгим наблюдением, на случай, если хозяйка решит объявиться.       Официально совершать продажу жилья тоже было нельзя, сразу дойдет весточка о том, что кто-то пытается продать жилье разыскиваемого преступника.       Но и ждать долго было тоже опасно, квартира могла перейти под владения государства, а там бы уже одна из фирм занялась бы продажей квартиры после ее зачистки, и денег точно не видать, уйдет вся сумма по чужим карманам.       И было принято решение действовать нелегально, точнее это предложила Кэлен, а мне, обдумав всевозможные способы, пришлось согласиться, ведь именно он выглядел более гуманным и в меньшей степени опасным, но вероятность не близилась к нулю. Риск однозначно был и будет всегда.       Они уселись на кухне поздно вечером. Это был их последний вечер перед тем, как Ричард уедет обратно в Нью-Йорк. Можно было провести последние часы в объятиях друг друга, забыв о дальнейших действиях, но именно эти часы были предназначены для их дальнейшего спокойного будущего.       Обсуждение шло полным ходом, без споров и разногласий, без заминок, как по маслу. Будто хорошо подготовились, выучив свои реплики и имея хороший план в голове для следующего уровня. — Дэн надежный человек. — Чувствую, тут напрашивается одно маленькое «но», – девушка самодовольно улыбнулась догадкам собеседника напротив. Не всё же в существующем мире просто, всегда есть изъян, маленький или большой, и человек сам решает какой. — Не вздумай соглашаться на его условиях. Ты пришел с одним, должен и уйти с тем же, иначе останешься ни с чем, да еще и в должниках, — маленькое «но» выступило как большое предупреждение об опасности предстоящей сделки. — Точно уверена, что он надежный? — И Ричард уже стал сомневаться в том, что согласился и предположил, что всё обойдется быстро и легко. Но заднюю давать и не думал, – «Сложно все же иметь дело с преступниками. Как они еще договариваются друг с другом, не являясь должными коллегами по цеху? У них явно конкуренция. Да и обокрасть друг друга на раз-два могут, не то что обычных мирных жителей, где пошел утром за кофе, а на обратной дороге украл кошелек у прохожего, который остановился, чтобы завязать шнурки на ботинках», – подумал Ричард. — Он лис и будет искать лазейку до последнего, чтобы пробраться в запертый курятник, но если сделка будет заключена, он будет следовать всем требованиям. Ему дорога его репутация, потому что, решив он вдруг кого-то облапошить после договоренности, тут же быстро разлетится по тем, кто обращается к нему на постоянной основе и кто собирается обращаться, и Дэн останется ни с чем. Это ему очень не выгодно, — продолжала она дополнять информацию о человеке, с которым ее мужу придется сотрудничать. — Но до заключения сделки он любитель поторговаться, – Кэлен кивнула, — Ну, ничего, у меня, как у полицейского, есть тоже навык «поторговаться» и надавить в нужные моменты, чтобы человек сдался, — с гордостью произнес мужчина и развалился на стуле как хозяин, закуривая невидимую сигару и выпуская также невидимый дым. — Это конечно хорошо, что у тебя имеется такой навык, — Амнелл оценила его преувеличенные действия, слегка хихикнув над мужчиной, — но не смей заявляться к нему при исполнении. Так никакого разговора и близко к тому, что нужно, не состоится. — Это я понимаю, милая, но должен же я был немного упомянуть о своих качествах, из-за которых ты во мне нашла того самого. — Да ну тебя, — Кэлен повернула голову к окну, сдерживая улыбку, но он был чертовски прав. Его упертость, стимул достижения целей, не смотря на протесты, его доброта, некая мягкость, чуткость и строгость, понимание, привлекли девушку, что уже она не смогла противиться.       Пока Кэлен мысленно проговаривала эти качества, Ричард тем временам сидел и любовался своей любимой женой, не желая пока что продолжать узнавать детали, пока в его поле зрения такая милая, очаровательная бестия с прекрасными чертами, в которых читается, что она сейчас думает о нем и только о нем. Всегда ведь думала. Начиная с первой встрече, не совсем в хорошем контексте, но уже тогда Ричард поселился в ее мыслях, ее голове и даже от туда не хотел уходить, не говоря уж об остальном.       Приподнявшись и наклонившись через стол, Ричард поцеловал Кэлен в щеку, а потом и в край губ. Тогда уже Кэлен повернула голову к нему, смотря прямо в его карие глаза. Ричард слегка возвышался над ней, а преграда в виде стола не помешала дальше одаривать девушку нежными поцелуями уже в губы. Нежно и сладко. На ее губах остался вкус чая с корицей и зефира, который девушка недавно ела, и мужчине хотелось, чтобы это сохранилось его памяти, поэтому он растягивал поцелуй, пытаясь воспринять как можно больше. — Я люблю тебя, Кэлен Амнелл.. — еле слышно произнес он, чтобы слышала только она, будто в комнате находились посторонние. — Я тоже тебя люблю.. — в ответ, с той же нежностью, прошептала она, проведя кончиками пальцев по щеке любимого.       Разум у обоих затуманился и они на короткое мгновение забыли, что обсуждали несколько минут назад. Существовали только они и стол, который служил преградой, не давая полностью приблизится, что и помогло.       Ричарду понадобилось время, чтобы заставить себя сесть обратно и прийти в себя, и после того, как он прочистил горло и восстановил в своей голове хронологию, продолжил: — Как мне с ним связаться или же где мне его найти?       Кэлен тоже понадобилось время, чтобы отбросить мысли о красавце, сидящем напротив, который сначала решил похвастаться своими навыками, а потом и вовсе перехватил на себя всё внимание. Девушка сделала глоток того самого чая с корицей, проведя языком по губам, не замечая как нервно сглотнул Ричард. — Он владелец антикварного магазина на пересечении 47-й Западной улицы и 6-й Авеню. — Барахолщик, — быстро высказался Ричард первым, что пришло в голову, отгоняя идею, возобновить поцелуй снова. Амнелл усмехнулась словам мужа, явно считая точно также. — Ты только ему это не скажи, он злопамятный и обидчивый. Вышвырнет тебя сразу за порог. — Откуда знаешь? — По мимо всего, Дэн очень болтлив и любит делиться ненужной для тебя информацией, параллельно конечно забалтывая, чтобы клиент, не важно с какой целью пришел, забыл что ему нужно и расслабился. И как я уже сказала, Дэн всегда хочет отказаться в выигрыше. — Понял. И что я должен ему сказать или собираться купить, чтобы Дэн понял, что я к нему по особому делу, а не простой человек, заинтересовавшийся хламом и решивший стать собственником ненужной штуки? Может назвать кодовое слово?       Девушка обратила внимание, как быстро Ричард снова вовлекся в процесс обсуждения. Он поставил себе цель, будто это нужно для его работы, а к работе нужно подходить ответственно, не упуская не одну деталь, вся информация должна воспримется серьезно, а в дальнейшем, в нужный и самый подходящий момент ее применить. Чем Кэлен решила и воспользоваться. — Станцевать самбу, — сказала с таким же серьезным, каменным лицом, с каким Ричард задал ей вопрос. — Конечно, я... — он было согласился с только что придуманному требованию Кэлен, как до него дошел смысл сказанных слов, —Чего?! Станцевать самбу?! — сразу из делового стиля Ричард перешел в недовольство, — Я не какой-то бразилец, у которого в крови танцы и карнавалы. Мне что теперь брать уроки танцев и искать специфический наряд? Это же смешно. Я не буду этого делать, — Напыщенно скрестил руки на груди, показывая всем своим видом, что уж точно, ни за что на свете, да и никогда в жизни, ни при каких условиях, делать этого он не будет, — Он не только барахольщик, но и чокнутый. Еще и, по-любому, ловит с этого кайф. — Бушевал Рал, пока в его голове складывались яркие образы танца в антикварном магазине, пока всё его тело не передернулось от ужасного представления. — Тише-тише, Ричард, ты подошел слишком серьезно к вопросу, я же пошутила, — положила свою руку сверху его, в успокаивающем жесте, а внутренне смеясь, какой же он у нее забавный. — Пошутила? — выпучил на нее глаза, не до конца понимая, шутка ли прозвучала на самом-то деле. — Так, мне точно не придется вытанцовывать движения из самбы? — спросил я, когда настал один прекрасный день, чтобы заявиться к Дэну, — Не говори, что я зря тратил вечера на видео-уроки, — ухмыляясь, я шел в сторону антикварной лавки.       Хотя если вспомнить, я точно так не ухмылялся, когда Кэлен сказала про самбу. Я готов сделать все, но только не танцевать. С детства ненавижу танцы. Но не то, чтобы прям все виды танцев, только те, что слишком активные. Двигаешься как безбашенный дурак, а со стороны посмотришь и думаешь, этот человек под чем-то или он бьется в конвульсиях? Бежать помогать или оставить так, как есть? Мало того, что в интернете полно видео-уроков и просто танцев такого рода (нет, я ничего подобного не вбивал в поисковик, просто попадалось пара видео), так еще и много таких уличных танцоров, которым люди умудряются еще и деньги класть в лежачую на асфальте кепку. Некоторых подобных танцоров приводят коллеги в участок за то, что те не первый раз танцуют в неположенных местах или на них поступают жалобы за громкую музыку. Безбашенные танцоры сутки-двое торчат в участке или выплачивают штраф, а потом всё повторяется вновь.       Многие танцоры идут опять в то же неположенное место, а когда видят сотрудника полиции, в скором порядке собирают свои манатки и «дают дëру». Не всем удается побег, а если и удалось, то в следующий раз попадают в ловушку, а там уже разговоры по серьезнее и штрафы тоже. Хорошо, конечно, что нет в Нью-Йорке танцоров вне закона, которых не удавалось ни разу поймать, оно и к лучшему. Тем более уже набегался за одной такой «танцовщицей», нервы мне изрядно потрепала. Красавица моя. — Да-да, конечно, — послышался голос из микронаушника в моем ухе, — у тебя прямо было на это время. — В маленьких перерывах между работой, дорогая. — Не думала, что моя шутка про танец тебя так зацепит, — оно и правда. Всколыхнуло меня тогда, как будто разряд прошелся по телу от слов «станцевать самбу». — Я очень сильно заинтересовался тогда, — улыбался я, с наслаждением слушая её голос, по которому каждый раз скучал и особенно по ней самой. — Ты еще не дошел? — смотрите-ка, знает, сколько мне идти. А ведь я ей сразу позвонил, как только припарковал машину и пошел в направлении лавки. Небось, еще карту Нью-Йорка открыла для точности, чтобы рассчитать мое время в пути. — Дошел. Стою прямо напротив пыльной витрины с выговорившей надписью, — на полках располагались какие-то броши и колье с потемневшим от времени металлом. Не помешало бы тогда отреставрировать перед выставлением на обозрение прохожих. Шкатулки без замков или в полной комплектации со сложными механизмами, на удивление красивыми узорами, камнями и бриллиантами. Не подделка ли? — а вывеска желает лучшего, — поднял голову чуть выше, — болтается на хлюпких болтах от слабого порыва ветра. Подует сильнее и ее сорвет, — и если на пыльной витрине..ха, он и пыль наверное коллекционирует, кхм, о чем вел мысль? А. Если на витрине хоть можно прочитать название, то на вывеске большая часть букв попросту отвалилась. — Кажется, ты тянешь время, — ну ни на минуту нельзя задержаться. Будучи главой преступной группы, Кэлен рассчитывала всё вплоть до мелочей и времени, рассматривала все пути развития событий, заминки и возможных ошибок, так вероятность быть пойманными – оставалась мизерно мала. Сейчас она делала то же самое, строго придерживалась плана, а я – это я. В работе, конечно, так не говорю о себе, отношусь к делу ответственно и не тяну время, как сейчас, но просто хочу подольше говорить с Кэлен, что и произношу вслух. — Я хочу подольше поговорить с тобой, ведь не каждый день созваниваемся, а пока есть такая возможность, почему бы и нет? — Я повернул голову в сторону входа, когда колокольчик издал короткую мелодию из-за открывшейся двери, из антикварки вышел счастливый обладатель барахла средних лет, он был очень рад, что в его собственность перешли старые часы, которые будут украшать стену в его доме. — Ладно, пошел, — вздохнул я, понимая, что только оттягиваю неизбежное. — А то начнешь меня поторапливать, ведь он может куда-то смыться, — уже пришлось мне тревожить маленький колокольчик, висящий прямо у входа над моей головой. — Ох, Ричард.., — в её голосе послышалась печаль, тоже скучала, от чего мое сердце возрадовалось схожим ощущениям, — но ты все правильно делаешь, — похвалила она, явно все же закатив глаза.       Как только я оказался внутри, в нос ударил запах пыльного помещения, в котором не убирались лет пятьдесят, а не проветривали еще больше. Вдыхать воздух, состоящий на девяносто процентов из пыли, больше не хотелось, и появился доминирующий признак поскорее выбраться на улицу, чтобы очистить дыхательные пути от шлака. На столько было противно, что мне пришлось подавлять приступы кашля, дабы не привлекать к себе много внимания.       Маленький выдох и такой же маленький вдох позволяли привыкнуть к специфическому источнику кислорода, в котором мне придется находится хрен знает сколько.       Как только перевел внимание со своего дыхание на окружение, понял, что здесь ужасно темно. Освещение присутствовало, но ламп было настолько мало, что магазин в полутьме, свет из окон исходил гораздо ярче, чем от них. Плафоны на люстрах были мутные и в них располагались старые лампочки накаливания.       Достаточно быстро я привык к такому освещению, что уже мог разглядывать предметы, людей, которые пришли поглядеть на развалины и на людей, которые пришли сюда с целью что-нибудь купить, а также заметил, как в воздухе парят частички пыли. Ну и ужас.        Самого владельца лавки я пока не обнаружил и решив не стоять, как вкопанный, стал медленно бродить между рядами, рассматривая непонятные безделушки и ища нужный мне экспоат.        По словам Кэлен с того вечера, Дэн шифруется, много шифруется, а на его шифрование нужно отвечать также. Это всё сделано для того, чтобы понять, кто из посетителей пришел в антикварный магазин за «особой» покупкой. А также шифр всегда разный, потому что один вариант не канает, его может услышать полиция, то есть, чисто теоретически я, вызубрить его, и поймать хитрого лиса, закрыв тем самым его и его лавочку. С этой целью Дэн избегает западни, используя разные комбинации. Умно.        Те, кто приходит в магазин не в первый раз или же давно сотрудничает с Дэном, им, конечно, не нужно ничего говорить, владелец их уже знает, и, наверняка, назначает встречи до открытия или после закрытия пылесборника. Мне же, как новому клиенту, придется все это проходить, без знания как отвечать на шифр.        Кэлен сказала не забивать голову этими шифрами, сказав, что поможет, поэтому сейчас в моем ухе микронаушник и она на связи. Моей задачей сейчас служит найти картину, которая, по словам жены, тоже меняет свое местоположение в этом убогом помещении.        Что представляет собой картина? Полотно и раму. На полотне, как полагается, изображено творение некого художника, у которого пришла Муза и он молниеносно запечатлел свою идею, свое детище.        Обойдя все стеллажи и осмотрев множество стен, я было уже хотел начать бить тревогу и говорить Кэлен, что не обнаружил нужную картину, как в дальнем, почти не освещенном углу, заметил её. Чистую размазню. В искусстве это называется абстрактная живопись и многие ценители искусства готовы отдать миллиарды долларов, чтобы заполучить себе сие творение. Для меня, как я уже выразился, это просто размазня. Совсем не понимаю того художника, кто решил выставить в свет бумагу, он же пробник, на которой он пробовал разные оттенки красок перед тем как нанести необходимый цвет на настоящую картину. И видимо я совсем ничего не понимаю в искусстве, как и герой из одного фильма, который выразился, кажется так: «Купить эту дрянь за тридцатку, потому что у чувака пошла кровь из носа?» Тут естественно не кровь из носа, а как будто ребенку дали волю рисовать что хочешь. Надеюсь, если мою дочь будет тянуть на искусство, такие кляксы она будет рисовать, будучи маленькой, а повзрослев, будет рисовать то, что будет понятно глазу. — Я нашел, — произнес я полушепотом своему невидимой собеседнице, после того, как посмотрел по сторонам, чтобы лишних ушей не оказалось рядом, — стою напротив. Жду, — коротко и понятно. — Хорошо, молодец, — тут же прозвучал короткий ответ от Кэлен.        Больше по сторонам я не смотрел, хотя очень хотелось увидеть и узнать, спешит ли ко мне барахольщик на всех парах или тянет время, присматривается. Мне только оставалось делать вид, что вдохновился творением и изредка поглядывать на часы. Время шло медленно, не думая ускоряться. Успел уже три раза зевнуть и один раз поперхнуться пылинкой, когда забыл, где нахожусь и резко вдохнул воздух в легкие. Поскорее бы эта барахольная черепаха сюда приползла и после дел, я как можно скорее выйду на чистый воздух.        Я слышал, как Кэлен нервно стучит карандашом по деревянной поверхности стола, ведь она тоже была в ожидании. Как бы сейчас хотелось ее обнять, поцеловать и сказать, чтобы не переживала, все будет хорошо. Все пройдет отлично. Я не облажаюсь. И она обо всем знает, просто это ожидание немного выводит на нервы.        Сначала появился приторно-сладкий запах, что аж у меня начало сводить зубы и горло и только потом увидел боковым зрением человека, который делал вид, что стоит, также как и я, достаточно давно. Слегка повернув голову в его сторону, увидел полностью, кто мне решил составить компанию.        Мужчина был ниже меня ростом, худощав. В одном ухе небольшое серебряное кольцо. На голове были дредлоки рыжего цвета, собранные в незамысловатый пучок. На лице легкая щетина, также рыжего оттенка. Значит, волосы были натуральными. Одежда обычная. Ничем не примечательная белая футболка, коричневая кожаная куртка, потертая от времени на складках кожи, джинсы и не совсем новые ботинки классического стиля. — Нравится? — спросил вдруг мужчина, кивнув на картину. Стук в моем ухе сразу же прекратился, что означало – Амнелл узнала голос и с левой стороны от меня действительно стоит Дэн, а не любопытный посетитель, который решил тоже поглазеть на картину, если ее можно таковой называть. — Очень красивая композиция, — ответил я, не дожидаясь, что скажет Кэлен. Мне чувствовалось, что это обычный вопрос для развязки диалога, не несущей в себе потайную комнату. Ну и конечно же я солгал, не считал я этот плевок красивым, хоть и цвета были насыщенными. — Мне тоже нравится, — послышалось шуршание чего-то, что содержало целлофаном, я снова слегка взглянул на Дэна и увидел, как тот распаковывает карамельную конфету, убирает фантик в карман пиджака, а саму сладость кладет в рот и начинает рассасывать и гонять конфету языком по всему рту. Вот откуда этот приторно-сладкий запах. От конфет, — её рисовала моя восьмидесятилетняя бабушка, — я, было не издал смешок и не задал более глупый вопрос, но понял – Дэн следит за моей реакцией, ждет, что я скажу. Это шифр! Так быстро? Я уж думал, мы сначала о погоде там поговорим, о других безделушках. Не после первого же вопроса. Но если так подумать, я же стою возле картины, которая служит знаком для Дэна, как красная кнопка, поэтому растягивать ненужную беседу тут не стоит понапрасну. — Скажи, что у его бабушки талант, — Кэлен подключилась как третий собеседник, только Дэн об этом не знал. — У вашей бабушки талант, — повторил слова, — прям за душу берет. Столько в ней рассказано насущих проблем, — добавил я от себя, стараясь не засмеяться от этого бреда. — Не переигрывай, — поняла мои подколы насчет картины. — Добавь, что хочешь приобрести, — приобрести эту кляксу? На бумагу будто единорога вырвало. — Я хочу её приобрести, — да и что в этом отличительного? Любой покупатель, без какой-либо цели, может начать говорить тоже самое. Как Дэн определит, с какой целью стою здесь я? До сих пор не доходит. — К глубочайшему сожалению, данная картина не продается. Подарок от моей бабули очень ценен для меня, — будь это обычный покупатель, он бы сказал «извините, не знал» или же «я готов заплатить огромную сумму денег за данную композицию, только дайте согласие», в моем же случае я не знал что говорить, от слова совсем. — Но ваша бабуля же может повторить её для меня, — сказал я сразу же за Кэлен, боясь, что вопрос прозвучал достаточно давно, а ответ только сейчас и это могло вызвать подозрения у Дэна. Но в место того, чтобы щурить глаза и подозрительно смотреть на меня, мужчина, совсем не смотря в мою сторону, расслаблено достал еще одну карамельную конфету и закинул её себе в рот. Его спокойствие меня выводило. Какой вердикт-то?        Посмаковав конфету, Дэн вальяжно развернулся ко мне спиной, спрятав очередной фантик в карман и свистнул. Что вообще происходит? Я, то есть, мы с Кэлен прошли испытание или же сейчас объявится охранник и выведет меня отсюда? Какой к черту охранник для этого барахла? Тут даже сигнализации нет.        На свит из под прилавка выглянула полненькая девушка в очках с ярко-синими волосами, жуя и надувая пузыри из жвачки, и посмотрела в нашу сторону. В руках она держала планшет и по-видимому играла в игру из разряда «три в ряд». Во что она была одета, слабо мог различить, но кажется, на ней было что-то вроде спортивного костюма бордового цвета с тремя белыми полосками по бокам. — Голди, дорогая, будь добра, обслужи наших посетителей, пока я занят с клиентом, — Дэн не выделил, что я какой-то особенный или что у него поступил спецзаказ, всё довольно просто. Без лишнего внимания. Посетители даже не отреагировали на слова мужчины в дредах, а продолжали дальше выбирать старье в свой дом. Голди же на просьбу отреагировала весьма с отвращением, лопнув пузырь жвачки, она бросила планшет на стул и с недовольным лицом вышла в зал, запихав руки в карманы. Сразу было видно, что ей неприятно находится здесь, да и с людьми взаимодействовать в целом тоже. Интересно, а она знает, чем еще занимается её босс помимо антикварного магазина? — За мной, — махнул Дэн рукой и пошел в подсобное помещение, не глядя иду ли я следом, а я, конечно же, шел, что это я бы продолжал стоять как истукан? Посмотрел на меня Барахольщик только тогда, когда отодвинул шторку в подсобку, приглашая меня внутрь.        Помещение окутало тем же запахом пыли и картона, из которого были сооружены коробки вдоль стены, а приторно-сладкий запах, к сожалению, никуда не делся, теперь он преследовал меня. Даже теперь не знаю что лучше: запах карамельных конфет, которые, кажется, едят без остановки или же запах залежавшейся пыли. Запах, исходящий от коробок, что ни на есть самый приятный.        Дэн прошел мимо, захватив, на удивление, с современной тумбы чашечку с карамельками и уселся за пластмассовый стол, указывая мне присесть тоже. Что я и сделал, сев на стул из того же материала. — Ну, — начал он распаковывать очередную конфету, взяв уже её из миски, — что нужно? — обертку положил на стол, а карамель опять же закинул в рот. — Хочу продать квартиру, не задействуя риелтора, и юриста и прочие компании, помогающие красиво продать, выставляя объект на сайты, — достав из внутреннего кармана все необходимую информацию о квартире Кэлен, я протянул бумаги Дэну.        Барахольщик взял предложенный мной список и оценивающе стал разглядывать, в том числе и фотографии самой квартиры и района, где был расположен многоквартирный дом. Подсобку наполняли звуки раскусывания карамели и то как она билась о зубы, шуршание новых фантиков, которые прибавлялись на столе с каждой гребаной минутой, я уже начал сомневаться в том, что Дэн как-то вчитывается в предоставленную информацию, а лишь пожирает конфеты и наслаждается, но как вдруг, перед тем как взять очередную конфету, он спросил: — Сколько? — чего сколько? За сколько продать? Что? — Ему не интересно, за сколько ты собрался продавать. Дэн знает, на какую сумму тянет квартира, он спрашивает, сколько процентов с этого получит, — разъяснила Кэлен суть прозвучавшего вопроса. — Десять, — твердо объявил я, а Дэн многозадачно повел бровью, явно рассчитывая на большее. Хочешь поторговаться? Ведь это твоя стихия. Давай попробуем. Проверю заодно свою выдержку.        Дэн отодвинул папку, демонстративно показывая, что это ему больше не интересно, оставил еще один фантик без конфеты и принялся из него крутить трубочку, хренов карамельный наркоман. — Если мне не изменяет память, то с данной жилплощадью я уже имел дело, — обратил хитрый взгляд на меня, — Владелец квартиры не девушка случаем? — начал прощупывать почву для возможной лазейки. — Да. Ранее к тебе обращались, чтобы приобрести ее. Сейчас же: нужно продать. — Я очень люблю смотреть новости, лицезреть, что происходит в мире, да и в нашей стране в целом. Наблюдать как люди, как муравьишки, бегают, копошатся, пытаются как-то решить настигнувшие внезапно проблемы, — и зачем мне эта информация сейчас? — И больше всего мне запомнились вещания новостных каналов несколько месяцев тому назад, как полиция объявила в розыск девушку. Под описание уж очень сильно подходит с той, что я уже имел дело несколько лет назад, — вот же рыжая дредованная башка. Если на этого поганого лиса я почти не смотрел или же делал вид, что мне это безразлично, а он пытался считать хоть единую реакцию, эмоцию на моем лице, но всё было тщетно. Внутри же, у меня всё горело, пылало, кругом бьет тревога и я не знаю в какую сторону бежать спасаться, — Опасное это дело – иметь дело с преступниками. Мне нужны гарантии, подушка безопасности, — ты и сам преступник, идиот. Ты каждый день имеешь дело с ними, какие ты тут мне сказки рассказываешь, Дэн? Или резко решил сыграть в святошу, думая, что я поверю в твою непричастность? Да к тебе приходят совершать не легальные махинации и благодаря этому ты, рыжий бессовестный пес, гребешь лопатой деньги. — В каком плане «подушка безопасности»? — ну мне же в кое-то веки интересно. — Тридцать процентов. — Нет, — твердо ответил я, — В мою ставку уже входит «подушка безопасности», о которой ты просишь. — Хорошо, — Дэн кажется, согласился, чему я был рад, но что-то мне подсказывало, что ещё далеко не конец для совершения сделки. Владелец барахла было протянул мне руку для пожатия, но ему в голову пришла некая мысль, и он отдернул ладонь, возвращая её к леденцам. — Помнится мне, ходили слухи, что она сношалась с полицейским..        Не дослушиваю. Даже не собираюсь. Поднимаюсь и хватаю Дэна за копну волос на затылке и резким движением опускаю его, всё ещё хитрую физиономию, не успевшую изменить гримасу на страх, прямо на угол полупустой стеклянной миски. Оставшиеся конфеты разлетаются в стороны, а изделие, издав звонкий треск, рушится на разные по величине осколки. Дэн резко соскакивает, плохо осознавая, что по его лицу течет струйка крови, но теперь видно что он в ужасе и ему необычайно больно. — Голди! Голди! Помоги мне! — кричит рыжий во всё горло. Ну и какой из тебя мужик после этого? Сам не можешь за себя постоять, так зовёшь на помощь женщину. Какой ты жалкий.        Я не говорю ни слова, молча иду к барахольщику, который уже во всю вжимается в угол стены. Ну не получилось договориться словами, вывел меня из себя, затронув тему, касающиеся только меня и Кэлен. Будем договариваться через кулак – эффективнее выйдет.        Только вот я совсем не заметил, как в подсобку забежало что-то огромное и бордовое с битой в руках и что есть ударило меня в затылок, в глазах моментально всё поплыло и начало темнеть и я мотнул головой, выходя из потока своих мыслей, что заполонили мое сознание, а Дэн будто повторял свои слова на второй круг. — Помнится мне, — ехидно ухмыляется, — ходили слухи, что она сношалась с полицейским, — я сжал под столом руку в кулак, дабы не вскочить и не врезать Дэну за эти слова. Сученок. До сих пор пытается вывести на эмоции, — и всё ради того, чтобы не оказаться пойманной, — интересно, кто из стайки гиен наплел тебе эту байку? С кем имел дело? Не помог ли ты им благополучно смыться до начала катастрофы? Или же тебе известны две версии, но применить ты захотел именно эту, потому что понял, кто перед тобой сейчас сидит. — И, видимо, коп и помог ей сбежать, раз поимка преступницы не увенчалась успехом у полиции, — он обратил внимание на мою поднятую бровь вверх и тут же продолжил, — мне стоит доложить в полицию. — Тебе это совсем не выгодно, идиот, — или же тридцать процентов и я ничего не слышал и не видел и молча выполняю свою часть, — я не выдержал и издал смешок. — Десять, — отчеканил четко я, — или же один мой звонок и через две минуты здесь будет наряд полиции и твою лавочку закроют к чертовой матери, и, разумеется, вместе с тобой. — Что ты творишь, Рал?! — вдобавок выругалась мне в ухо Кэлен. – Я не должен был хоть как-то вовлекать свою работу в переговоры, но этот гаденыш сам начал, – мысленно извинялся я перед ней, другого выхода у меня уже не было. — Ты ведь понял, кто перед тобой, зачем же продолжать юлить, Дэн? — сверлил взглядом собеседника, который резко забыл о своей сладкой зависимости и с ужасом наблюдал как «жертва» перешла в нападение. — Договоримся сейчас – на позитивной ноте, а в дальнейшем я не трогаю тебя и твой бизнес, но учти, гарантии насчет других дать не могу.        Барахольщик задумчиво постучал карамелькой в обертке, принимая решение. Теперь не он выманивал нужный для себя результат, все круто повернулось на сто восемьдесят градусов. Я здесь ставлю условия, а ты без права на дальнейшие ходы – соглашаешься. Все козыри в моих руках. — Договорились, — произнес проигравший лис, не довольно огрызнувшись.        И мы наконец пожали руки.        Конец Pov Ричард