Не было бы счастья...

…. — Я тебе изменил, — выдохнул Сафронов, не веря, что таки смог сказать это. — Это было всего один раз, в баре. Но больше не будет. По крайней мере, не планируется, — быстро и сбивчиво тараторил Сергей, будто бы стараясь оттянуть минуту справедливого возмездия. Однако Ванг хранила очень недоброе и пугающее молчание, становящееся с каждой минутой все более напряженным и гнетущим. Буквально выворачивающим наизнанку. С непримиримым ужасом и тысячью матерных слов Сафронов наблюдал, как она каменной глыбой садиться в кровати, однако, не сводя взгляда — нет, не с него, а с клетчатых обоев на стенке. Осмелившись бросить взгляд на Джулию, Сергей заметил дикую мелкую дрожь, пробирающую ее буквально до костей. Казалось, даже он ощущал ее. Тоже. Слишком страшно было, наконец, прервать это безумие, наконец, сказав хоть слово. Он не мог. Язык словно прирос к небу и окаменел, как ее согбенный дрожащий силуэт. Самое ужасным было то, что скептик не знал, как ей помочь — вне зависимости, скажет ли он что-то или будет продолжать хранить дикое, уничтожающее молчание. Сафронов не мог больше этого терпеть. Уверенно поднявшись с места, он принялся судорожно натягивать на себя одежду, изо всех сил стараясь не смотреть на девушку, находящуюся на грани истерики. Также, не говоря ни слова, мужчина, как можно быстрее и беззвучнее, с тяжелым сердцем направился к выходу. Ее нельзя было оставлять одну. Но и оставаться рядом с ней — тоже. Не ушел сам — выгнала бы. Хорошо, если без физического воздействия. Да. Оправдывая себя сими благими мыслями, Сергей поспешно набрал номер друга. — Алло Колян. Возвращайся. — Что, все получилось? Ну, красава… — Не совсем. — Как? Не получилось? Я же слышал. — Что ты слышал? Как? — Как-как. На кого б я квартиру оставил. А так вы все равно не заметили. — Да ты охренел совсем? — Не совсем. Ты лучше случилось? Духу не понравилось? Или тебе? — Да нет. Точнее, не знаю. Ну, я ей признался. — Ты с ума сошел! Бабам же нельзя ничего говорить! Ай… Так она сейчас одна? — Ага. — Тогда погоди, — нахмурился Николай. — Что это за звуки? Я пожалуй схожу, посмотрю, как она там. — Ага, — Сергей отключил кнопку связи, затем с тяжелым вздохом удаляясь прочь. Ворвавшись в комнату, Николай был едва ли не пришиблен чем-то непонятным, но тяжелым, к его счастью, пролетевшим через дверь. — Джули…что происходит? Что такое? — успел спросить он, с трудом увернувшись от нового тяжелого предмета. Бросив ему нечеловеческий, едва не убивший разрядом молнии взгляд, Ванг свернувшись на кровати ледяной дрожащей глыбой, разразилась беззвучными душераздирающими рыданиями. — Джули, — мужчина не оставлял опасных для его жизни попыток привести девушку в чувство. Она не ответила и даже не двинулась с места. — Джули — «какой же ты дурак, Сафронов» — сквозь зубы подумал Николай, решившись присесть рядом. — Ну переживай ты так. Такое бывает у нас у мужиков, — несмело вещал он, опасаясь, что однажды Джулия все-таки попадет в цель. Ванг не видела и не слышала его. Дикая нечеловеческая боль разрывала ее в клочья душераздирающих рыданий. Страшные лишающие рассудка слова набатом звучали в ушах и голове. Он. Изменил. Ей! И этого было достаточно для того, чтобы сойти с ума. Но это было не самое страшное. Самым страшным и неожиданным был момент самого признания. Зачем? Как? Какой нормальный человек после жаркой близости (если она ему, конечно же, понравилась) скажет эти безжалостные слова? Правильно никакой. Только тот, для которого ничего не значит эта близость. Ничего не значит и она. Новая порция слез ударила по щекам. В них впору было захлебнуться. Это невозможно. Неужели эти как-то подговорили подговорили его и он из жалости… Безумный взгляд как в замедленной съемке перешел на Колю. Обрастающей новой и новой злобой, он мог, наверное, убить. Наконец, она смогла выдать ему причину своего гнева. — Вы… Это все вы, — сдержав порыв вцепиться прямо в горло обидчику, Ванг намеревалась непременно запустить в него чем-нибудь тяжелым однако, рука мужчины ловко перехватила порыв. — Успокойся, Джу. Взревевшая от отчаяния и безысходности Джулия нашла выход, другой рукой с помощью другой руки запустив в него телефоном. — Что здесь происходит? — вернувшаяся с гостей Лиза, тотчас примчалась на крик, тотчас наткнувшись на следы истерики, устроенной Духа Хаоса. — А что это? Ванг окатила и ее леденящим кровь взглядом. — Это все вы! Вы! Если бы не вы я бы… Скрежет в дверном замке свидетельствовал о том, что она сможет излить свой гнев на виновников ее страданий. — Это из-за вас он так! — Что? Кто? Мне может, кто-нибудь объяснить что происходит? Ванг ответила новым горьким всхлипом. — Зачем? Зачем вы подговорили его? Пожалели несчастную тетеньку! Молодцы. Я думала вы друзья, а вы. Я вас ненавижу! Последние слова были сказаны с надрывом. Кончились даже слёзы. Сказать, что ей было плохо — ничего не сказать. В один миг от неё отвернулся весь мир. В один миг. Одним действием которое они, возможно, считали благородным. И он… — Джули… Что, чёрт возьми, происходит! Кто пожалел? — Погоди, — засмеялся Николай. Ты думаешь, что мы подговорили Сергея? Ответом послужили снова хлынувшие градом слезы. — Ну зачем…я понимаю вам меня жалко. Но зачем мне жалость? Без любви? — Да есть любовь! — крикнула Лиза, заставив Духа прервать рыдания. — Сергей любит тебя! Иначе он не пришел бы к тебе! — А признался он потому, что незадолго до этого переспал с бабой и ему стыдно! — добавил Николай, увидев изменившееся выражение лица Духа Хаоса. Во всяком случае, она уже не стремилась их убить. — Больно вы знаете. Любит он или нет. Тем более, если вот с бабой. — Да ладно. Это было в прошлом. Ну, подумаешь, совершил ошибку. Ну, правда, — Коля решился коснуться плеча девушки. — На самом деле он любит тебя и переживает. Мы, мужики, в этом друг друга не обманываем. — Да я боюсь, вы меня обманываете. Но зачем же в таком случае он ушел? Хотел побыстрее от меня избавиться? Поступки ведь говорят лучше всяких слов, верно? А его поступки говорят о том, что я ему не нужна, — всхлипнула Джулия. — Нужна. Поверь! Ну, хочешь мы ему позвоним. — Еще чего, — усмехнулась Ванг. — Так унижаться. Нет уж. На нет и суда нет. — Ну ладно, — неожиданно быстро смирилась Лиза. — Я все понимаю, но ты есть будешь. — Давай, — обреченно ответила Ванг. — Во всяком случае, они увидятся на испытаниях, — подмигнула она изумленному братцу.