Только друг

      Гарри, Рон и Гермиона — золотая троица. Все к этому привыкли за годы их учебы в Хогвартсе. Они и сами привыкли, но потом всё изменилось. Первым тревожным звоночком была ревность Уизли, когда Гермиона пошла на Святочный бал с Крамом. Их ссора там же. А потом… шестой курс. Уже ревность самой Грейнджер. Кстати, это и стало первым случаем, когда она плакала на плече Гарри. Первым и далеко не последним.

***

      Сколько раз, видя в очередной раз рыжего с Лавандой Браун, Гермиона убегала в слезах к нему? Именно столько, сколько Гарри снова видел её с покрасневшими глазами и молча заключал в объятья, давая выговориться или молча поплакать. Каждый раз Поттер чувствовал боль подруги и от этого самому становилось неприятно.       Он понимал, что от части друг делает это намеренно, чтобы девушка ревновала. Надо сказать, это срабатывало на отлично. Гарри был рядом, ведь он был ей нужен. Но нужен совсем не так, как Рон. А он стал замечать за собой, что хотел бы этого. Ведь она стала нужна ему именно так. Не просто подруга, а ещё и девушка, возлюбленная.

***

      Джинни как-то отошла на второй план. У неё как-то вдруг стали видны минусы. Рыжеволосая заметно уступала Грейнджер. По крайней мере в глазах мальчика-который-выжил. Гермиона…храбрая, умная, добрая, которая всегда приходит на помощь двум невыносимым мальчишкам. Всегда знает, что делать, когда любая другая просто запаниковала бы. Ей же просто нужна минутка спокойно подумать и тогда, будет непременно выдвинуто лучшее решение.       С первого курса эта девочка удивляла. Грейнджер взрослела, и Поттер увидел в ней девушку. Красивую, изящную, обаятельную. Будто… распустившийся цветок, но ещё юный. Что-то подсказывало, что став ещё старше она станет и краше. Станет девушкой, о которой любой будет мечтать. А он уже мечтал о ней.

***

      Потом их утомительный, но полный приключений, поход за крестражами. До него Рон и Гермиона, кажется, помирились. А когда Рон ушёл, девушка будто померкла. От неё волнами исходили боль и разочарование. Гарри, как мог, пытался её подбодрить, в то время, как его собственное сердце разрывалось от тоски. Тоски по счастливой, улыбающейся Грейнджер. Снова, снова ей больно по вине Уизли. Снова Поттер служит жилеткой для её слез.

***

      Он также видел её злость вперемешку с облегчением, когда рыжий парень вернулся, говоря о свете, который прошёл через него. Аж тошнит, честное слово. Он ушёл, бросив их, а теперь стоит ему сказать какую-то чушь, как девушка, хоть и злится, но принимает его обратно.       Однако, конечно, Гарри никак не показывает отношения ко всему этому. Истинного отношения. Говоря, что девушка скоро простит его, если Рон будет побольше рассказывать это душещипательную историю. Остаток похода парень старается не думать о своих чувствах к Гермионе и о своей неприязни к Уизли. Он упускает момент, когда эта самая неприязнь появляется, но в её наличии сомнений нет.

***

      Увидев друга (друга ли?) и подругу (увы, только подругу) вместе у Гарри, кажется, сердце разрывается. Шанс упущен, понимает он. Теперь вполне можно умереть. Хотя, ради девушки он давно согласен умереть, чего скрывать. Однако, смерть оказывается не конечным пунктом, а лишь перевалочным. Он возвращается, сражается и побеждает. Грейнджер обнимает его, и сердце обливается кровью, когда после этого она возвращается в объятья Рона.

***

      Втроём они решают доучиться в Хогвартсе. Хотя Гермиона вполне могла бы сдать экзамены экстерном, а двоих парней взяли бы в любую знаменитую команду по квиддичу и без результатов экзаменов. Но сама девушка хотела доучиться и настояла, что бы парни последовали её примеру. Джинни так обрадовалась данному факту, а особенно тому, что её парень будет рядом, но её ждало горькое разочарование.       Поттер понял, что тянуть дальше нельзя и решил всё прояснить. Реакция рыжеволосой была ожидаемой: крики, слёзы, мольбы. Как бы не хотел парень причинять ей боль, ведь она ни в чём не виновата, но иначе он просто не мог. Реакция её брата была столь же ожидаемой: гнев от парня исходил за километр, а кулаки явно чесались подправить Поттеру лицо. Благо, там была Гермиона, которая удержала парня и спросила причину этого, как ей казалось спонтанного, решения.       Ну, что он мог ответить? Сказав что-то о том, что он понял, что они совершенно разные и счастливы вместе не будут, Гарри поспешил сменить тему. К его удивлению, Грейнджер купилась, но не Уизли. Рыжий посмотрел на него таким взглядом, что Гарри понял: он знает. Знает настоящую причину разрыва с его сестрой, но он смолчал. Почему? Поттер понятия не имел.       От вида Гермионы и Рона держащихся за руки, обнимающихся или целующихся сводило зубы. Три месяца. Вот срок их «идеальных» отношений, потом началось то, что в принципе было довольно ожидаемо, по крайней мере, для Поттера. Последствия их первой ссоры, вызвало дежавю у Поттера. Поттера, который снова увидел заплаканную девушку, который снова молча обнимал её, пока рубашка пропитывалась слезами. Снова. Снова. Снова.       Сколько, сколько это длилось? Ссоры по различным причинам (в большинстве случаев, из ревности), девушка, плачущая в его жилетку, а потом рыжий и Грейнджер мирятся и ходят как ни в чём не бывало. А Гарри… Гарри становится третьим лишним, запасным. Но, сколько бы это не было обидно и больно, он знает, что не откажет ей, не закроет дверь, когда она снова придёт. Будет рядом, пока будет нужен. Нужен по-дружески.       Схема нарушается, когда во время очередной ссоры, Уизли в запале говорит: — Давай, иди поплачься своему Гарри. Он наверняка будет только рад снова побыть жилеткой для тебя. Грейнджер высоким голосом отвечает: — Гарри ведёт себя, как настоящий друг, — она приходит в недоумение, когда Рон начинает громко смеяться, словно она рассказала невероятно смешной анекдот.       Видя столь явное недоумение девушки парень взрывается новым приступом смеха, но всё же объясняет с ухмылкой на лице: — Друг? И тебя все считают самой умной? О да, ты настолько умна, что даже не видишь очевидного. Может, для тебя он и просто друг, но не ты для него.       На лице Гермионы неподдельное изумление. — Видимо, наш избранный слишком боится признаться, а ты слишком слепа, чтобы заметить, — в голосе рыжего было столько издёвки, причём какой-то злой, что девушка его просто не узнавала. Где её добрый, милый Рон? — Знаешь что, мне надоело. Ты мне надоела. Можешь так и передать своему «другу».       Поттер слышит этот диалог, стоя за углом и задержав дыхание. Вот она. Правда, которую он так и не сказал ей первым. Когда он слышит удаляющиеся тяжёлые шаги, то наконец выходит из своего укрытия и подходит к всё ещё поражённой девушке. Она смотрит на него большими, но уже высохшими глазами, цвета тёмного шоколада, с немым вопросом, который всё же вырывается: — Эта правда? — надежда на отрицательный ответ в её голосе, словно полоснули ножом по сердцу. Но от лжи и притворства уже тошнит. Поэтому кивнув он выдавливает: — Да. В глазах Гермионы разочарование, и он опускает глаза. — Прости, — слышит он её голос, поднимает взгляд и видит удаляющуюся спину. Теперь он не нужен и как друг.