Ошибка
11 июля 2017 г., 22:40
Капризная, упрямая, Вы сотканы из роз. Я старше вас, дитя моё, Стыжусь своих я слёз. Капризная, упрямая, О, как я вас люблю! Последняя весна моя, Я об одном молю: – Уйдите, уйдите, уйдите...
Когда Саския пришла красить стены в будущей спальне в их новом доме, Эзарель очень сильно разозлил её. Во-первых, когда Саския пришла, эльфа не было, и девушке пришлось начинать все самой. Во-вторых, когда благоверный появился, то начал командовать, поедая бутерброд с мёдом. Это очень сильно разгневало Саскию, и в порыве ярости она бросила в эльфа кисть с голубой краской на щетине, которая попала аккурат в область ягодиц на костюм Эзареля. Возмущенный, он прошагал через весь штаб, чтобы добраться до своей комнаты и отмыть краску, после чего до конца дня не появлялся. Зато на следующий день надел то, что не жалко испачкать. Девушке было непривычно видеть его таким... Домашним. В синих шароварах и белой майке, Эзарель выглядел не как глава гвардии, а как семьянин, хозяин. Будущие супруги и сами заметили, что уже сейчас они общаются как семья, несмотря на то, что первое время друг друга терпеть не могли. Если бы кто-то третий мог читать мысли, то узнал, что они оба испытывают друг к другу далеко не ненависть, и возможно, нечто большее, чем симпатия. Но оба боятся об этом говорить, и тем более – думать. Саския боялась насмешек со стороны Эзареля, а тот, в свою очередь, боялся быть непонятым. Покраска стен в спальне продвигалась неплохо, пара помогала друг другу. Эзарель несколько раз пускал колкости в адрес Саскии, но и девушка в долгу не оставалась. «Ну почему ты такой гад? Если бы ты таким не был, может быть, мы бы и подружились» – думала девушка, закрашивая участок стены. – Я уже устал! Почему мы так торопимся? – заныл Эзарель, опустившись со стремянки на пол. – Потому что уже сегодня привезут комод, тумбочки, зеркало и кровать. Куда это ставить? В гостиную? – невозмутимо ответила Саския. – Давай поднимайся, осталось совсем чуть-чуть закрасить. – Девушка указала головой в небольшой не закрашенный участок стены прямо под потолком. Эльф тяжело вздохнул и снова полез на стремянку. Только сейчас девушка заметила, что ее жених работает без какой-либо обуви – совершенно босой! – Эз, почему ты босой? – А чтоб ты мне потом ноги помыла! – Саския не видела, но почувствовала ухмылку эльфа, даже когда тот стоял к ней спиной. Девушка фыркнула. – Еще чего! Я тебе не мама. –Вот и хорошо, что ты не моя мама. Будь ты моей мамой, яб уже давно от тебя сбежал. – Эзарель вдруг осознал, что в последнее время опускает колкости скорее по привычке, а не потому, что хочет это сказать. Но проблема была в том, что осознавал он это уже после того, как осыпал собеседника водопадом сарказма. Как только пара докрасила стену, в дверь дома постучали. Эзарель открыл дверь и увидел на пороге тучного мужчину со списком в руках и коробками за спиной. – Вы – Эзарель, я так понимаю? – спросил мужчина низким голосом. – Верно. А вы – курьер, я так понимаю? – Эзарель задал очевидный вопрос только для того, чтобы посмотреть на реакцию посетителя. Впрочем, зря. Реакция оказалась не такой, как хотел эльф. – Верно понимаете. Я принес вашу мебель – тумбочки «Флёрдалисо» – две штуки, комод «Экко-ко» – одна штука, зеркало «Эко-рефлекто» – одна штука, кровать с балдахином «Флёрдалисо» – одна штука. Все верно? – Верно. – В таком случае – курьер протянул список и перо Эзарелю – поставьте подпись о получении. Эльф поставил подпись, совмещавшую в себе острые и плавные элементы. Курьер довольно кивнул, после чего предложил помочь занести мебель в дом. Тумбочки и комод занести не составило труда, а вот с кроватью пришлось повозиться – в отличие от предыдущей мебели, кровать была в разобранном виде. Курьер также предложил помощь по сборке, но Эзарель отказался. Тогда курьер занес в дом упакованный матрац и, попрощавшись, покинул дом. Саския освободила спальню от стремянок и банок с краской, после чего, вместе с Эзарелем занесла части кровати в комнату. Конечно же, без ругани не обошлось: «Куда ты несешь! Тяни назад! Тащи вперед!» – крики раздавались во всем доме. Сборка кровати прошла более–менее спокойно, трудности начались при распаковке матраца. – Ой, смотри! Тут постельное бельё положили в подарок! Розовое, – заявила Саския, открыв упаковку матраца. – Чего? Розовое? Но ведь мы заказали белое! – возмутился Эзарель, заглядывая через плечо девушки – Это подарок, тут написано. Даже счастья молодым пожелали, – оптимистично ответила Саския. –Ага. На наволочках, – фыркнул эльф, доставая указанные предметы. На левой белыми буквами красовалась надпись «Счастья», на правой – «Молодоженам». Саския рассмеялась. –Ну согласись же, очень мило! Зато мы можем прямо сегодня постелить белье. –Зачем? Я подожду, когда нам принесут то, которое мы заказывали. К тому же, до свадьбы мы тут жить все равно не будем – мы элементарно не закончим ремонт раньше, что бы там не кричал Невра. – А если закончим? – усомнилась Саския. – Что тогда? – Все равно! До свадьбы спим каждый у себя! – категорично заявил Эзарель, укладывая матрац в кровать. Ему вдруг стало нехорошо. Ну что за чушь он несет? Что, в конце концов, в этом такого? Мико доступно объяснила им, что желательно начать «делать ребенка» как можно раньше. Никто их не осудит, да и Эзарель понимал, что чувствует определенного рода влечение к этой человеческой девушке. Да чего уж греха таить – в последнее время эльф видит ее в эротических снах. И не только видит. «Нет, она никогда меня не полюбит. Я с самого начала вел себя как кретин. Шансов нет», – размышлял парень. Тем временем Саскию словно ошпарили кипятком. Он так говорит после случая с медовухой? Или она недостаточно хороша для него? Или он до такой степени не может ее терпеть? Тогда почему он так покорно помогает обустраивать дом и готовиться к свадьбе, почему иногда девушке кажется, что этот высокомерный идиот мог бы стать хорошим мужем? –Ты так говоришь из-за того случая с медовухой? – закипала Саския. – Ты о чем? А… Да нет, – удивился Эзарель, накрывая матрац простыней. Что это с ней? Девушка сорвала простыню с постели. – И чего тогда ты стелешь? Мы же не будем здесь спать! Теперь закипал Эзарель. – Я пытаюсь тебе угодить! – зашипел эльф, вырвав простынь из рук своей невесты и бросив на кровать. –Кия, что с тобой происходит? Ты определись, чего ты хочешь! Саския сама не знала, что двигало ей. Но она совершенно точно знала, чего хочет. И в то же время, понимала, что насильно мил не будешь. В какой момент из спокойной девушки она превратилась в неуравновешенную? То, из-за чего они ругались – сущий пустяк, и девушка понимала это. – Не называй меня так! – бросила девушка, повысив голос. –Чего? Но ты же сама говорила, что непротив! – недоумевал Эльф. – Теперь против! Ты меня бесишь! – Саския заглянула Эзарелю прямо в глаза. –Представь себе, ты меня тоже бесишь, но я же терплю! – парень смотрел на девушку и злился. Но… В то же время он был очарован ее большими и ясными глазами, пухловатыми губами, которые так и манили его. Эзареля охватил жар по всему телу и он, ведомый желанием, прислонил девушку к стене и поцеловал ее. Его руки прикоснулись к лицу Саскии. Эльфа удивляло, что девушка не сопротивлялась. Ответ был прост – она тоже хотела. Кия обвила его шею руками и их поцелуй продолжался. Эзарель наклонил голову чуть ниже и поцеловал девушку в место, в котором шея переходит в ключицу. Девушка томно вздохнула в ответ, прижимаясь ближе к эльфу. Ее руки ловко залезли под майку жениха и ласкали его тело. Он снял майку и продолжил целовать свою будущую жену в шею, в плечи, спуская с ее тела топ, тем самым оголив небольшую, словно яблоки, грудь. Парень прильнул к груди губами, чувствуя, как затвердевают и обозначаются соски. Девушка тихонько постанывала. Эзарель нежно уложил ее на постель со смятой розовой простыней и страстно поцеловал девушку в губы. Он запустил руки в ее темные волосы, перебирая пальцами так, словно пересчитывал локоны, тем самым слегка массируя голову девушки. Саския испытывала странное чувство, ее разум был словно затуманен, будто она выпила что-то хмельное, но этот дурман был приятен ей, и девушка не хотела, чтобы это чувство ее покидало. Эзарель водил своими пальцами по холодной бархатной коже девушки, спускаясь от плеч и груди к животу, бедрам. Одним ловким движением парень стянул с девушки оставшуюся одежду, восхищаясь ее прекрасным телом. Он снова наклонился к ней и нежно поцеловал. Пара слилась в единое целое, они чувствовали друг друга. Они любили друг друга. Стоны. Его. Ее. Девушка ласково прикоснулась к спине парня, слегка царапая ее ногтями. Ее бедра, охватывающие эльфа, стискивали его замком. Стоны. Желание. Прерывистое дыхание партнеров. Девушка не чувствовала ни боли, ни дискомфорта. Она хотела, чтобы это мгновение длилось как можно дольше. Но, как и все хорошее, через время это закончилось. Он не обещал ей быть осторожным, нежным и ласковым – он просто был таким. Они открылись друг другу. Саския нежно поцеловала Эзареля в щеку и, умостив голову на его груди, уснула. Впервые за долгое время ее ничего не волновало, она чувствовала себя отдохнувшей, будто родившейся заново. Эзарель нежно приобнял девушку и поцеловал в лоб. Они открылись друг другу. А теперь им обоим открылся сон, сладкий, впервые за долгое время. Проснувшись, Саския застала Эзареля сидящим на краю кровати. Эльф, немного ссутулившись, облокотился на руки, сжав ладони в замок. Девушка поняла, что его что-то беспокоит. – Эзарель, доброе утро, – прошептала Саския. В ответ девушка услышала тяжелый вздох. Если бы Саския прочитала мысли эльфа, то узнала бы, что его беспокоило. Он помнил, что обещал себе не трогать ее. Не спать с ней. Тянуть время как можно дольше. Ведь если девушка забеременеет, и через время родит ребенка (что неизбежно), то, согласно сделке с Мико, покинет Элдарию. Навсегда. Он хотел отдалить этот день, хоть и понимал, что если Саския захочет, то покинет этот мир. И он потеряет ее. Эльф считал, что их близость была слабостью, которую он себе позволил. Хотя не должен был. Но Саския не умела читать мысли. А Эзарель не умел говорить о чувствах к ней, убежденный, что девушка никогда не полюбит его. – Кия… – голос эльфа звучал тихо, но уверенно. – Надо поговорить. – Что случилось? – девушка села на кровати, прикрывая обнаженное тело простыней. – То, что случилось вчера… Было ошибкой. Прости меня. Девушка была до глубины души шокирована таким заявлением. Как он может так говорить? Ведь было все так прекрасно! – Эзарель… В каком смысле – ошибкой? – тихо спросила Саския. Ее голос дрогнул. – Я… Не должен был этого делать. Это было опрометчиво и очень глупо с моей стороны. Прости. Саския возмутилась, ее переполняли эмоции. Не сказав ничего, девушка встала с постели и принялась одеваться. Эзарель обернулся и удивленно посмотрел на нее. – Куда ты? – От тебя подальше! – крикнула девушка, не скрывая эмоций. Он посмотрел ей в глаза. Если бы эти глаза могли, то давно бы уже изрезали его и испепелили. –Кия… – Почему ты такой гад?! Ненавижу тебя! Девушка развернулась к выходу, Эзарель схватил ее за запястье, в надежде задержать. Но Саския, развернувшись, ударила его по щеке свободной рукой. Эльф позволил ей уйти.***
Саския, совершенно разгневанная, шла в сторону пляжа. По ее щекам градинами катились слезы. Нет, ей было не жалко невинности, она не думала о том, что «отдала ему самое дорогое». Ее злили его слова о том, что эта связь – ошибка. Это лишний раз доказывало, что он ее не любит. И он ошибся, переспав с ней. Саския всегда считала нездоровыми отношения, в которых люди спят друг с другом и при этом не понимают, что происходит между ними. А теперь она сама оказалась в таких отношениях. –Подонок… Скотина… Подлец! – шептала девушка, спускаясь по лестнице к пляжу. – Ненавижу его! Оказавшись на пляже, девушка наконец смогла дать волю чувствам – она била ногами песок, рассыпавшийся под ее ногами, но понимала, что этого недостаточно, чтобы выразить то, что переполняло ее. Девушка вспомнила, как под влиянием своих эмоций сожгла черного пса и участок леса, как обожгла ногу Хамону и… остановилась. Оглянувшись на воду Саския поняла, что еще немного – и поднялась бы огромная волна, при том, что море было спокойным, пока девушка не спустилась к нему. После того, как девушка перевела дыхание, море успокоилось окончательно. Саския рухнула на песок, устремив взгляд в небо. Ее голова раскалывалась на части. Почему именно он? Почему она полюбила этого идиота? Да, теперь она не сомневалась в том, что любит его. И любит безответно. – Саския! Ты в порядке? – услышала она голос эльфа где-то вдалеке. Обернувшись в ту сторону, откуда доносился звук, девушка смогла разглядеть эльфа на лестнице. Он стремительно спускался к ней. Спустившись, эльф остановился. Он не решался подойти ближе. –Чего пришел? – отрезала Саския. – Кия, возникло недоразумение, – начал было он, но его реплике не суждено быть оконченной. – Правда что ли? Недоразумение? В моем лице? – возмущалась девушка. –Кия, послушай… Я… Не это имел ввиду. – А что тогда? Ты всегда говорил, что я бестолковая, а теперь я еще и стала твоей ошибкой! –Нет… Все не так! –А как? Как, скажи мне? Что происходит между нами, Эзарель? То ты язвишь мне и ведешь себя как сволочь, то помогаешь и жалеешь! Что между нами происходит? Ты можешь сказать? – кричала девушка. Эзарель потупил взгляд и устремил его в песок. – Я не знаю, – тихо сказал он. –Вот именно, что не знаешь! – Саския отвернулась от него и посмотрела в сторону моря. Ей так хотелось, чтобы он сейчас подошел к ней, обнял и извинился… И это произошло. –Кия, – эльф нежно коснулся плеч девушки. – Я не тот, с кем ты хотела бы быть, не тот, о ком ты мечтала. Я прекрасно понимаю, что то, что довлеет над нами – чистой воды насилие. Насилие извращенное, которое имеет за собой политический интерес. И что самое ужасное – мы вынуждены подчиниться ему. Я не тот, кто нужен тебе. Именно поэтому я считаю, что наша близость была ошибкой. Ты не достойна такого будущего. Прости меня за то, что я вынужден им стать. – Эз, я… Я очень хочу домой. Я чувствую себя не на своем месте здесь. И этот ребенок – мой единственный шанс попасть домой. Я не считаю ошибкой то, что было вчера. Если это часть моего пути к цели, то он не может быть ошибочным, – спокойно ответила Саския, хотя поймала себя на мысли, что не уверена в том, что хочет вернуться домой. Эзарель прижал ее к себе так, что девушка уловила его сердцебиение, порывистое и беспокойное. – Ты не держишь на меня обиду? – спустя минуту спросил эльф, не выпуская девушку из объятий. –Нет, но мне нужно время, чтобы окончательно успокоиться, – ответила Саския. – Пойдем, успокоишься за завтраком. Нам еще предстоит закончить ремонт в доме и перенести вещи. –Да, ты прав. Идем. Незачем тянуть время, нужно еще придумать, чем занимать наших гостей в вечер перед свадьбой, и во время свадьбы, а еще сегодня повторная примерка – в общем, нет времени для ссор. Будущие супруги направились к столовой. За весь путь они не произнесли ни слова. Эзарель знал, что девушке нужно успокоиться, прежде чем она сможет поддерживать беседу на другие темы. Он сожалел о своих словах. Он сам не понимал, что происходит между ними, и что довольно странно стараться отдалиться от девушки в попытке ее удержать, но не видел другого решения на данный момент. Ведь он, как и Саския, не умел читать мысли.
