The wolf, the cop, the car.

Кас вытер запотевшее зеркало и взглянул на свое отражение. Он выглядел уставшим, под глазами были ярко видны синяки. Хотя душ слегка помог, его щеки все еще горели от жара, а все еще мокрые волосы больше не выглядели грязными. Подняв руку к лицу, он провел кончиками пальцев по отросшей щетине, а затем медленно опустился по шее на почти полностью исчезнувший синяк прямо над его пульсом. Четыре недели. Прошло четыре недели с тех пор, как он в последний раз видел Дина. Это не должно было казаться чем-то серьезным. Они никогда ни о чем не договаривались. Никогда не делились чем-либо друг о друге, правда. Дин свободный человек, приходит и уходит, когда ему хочется, и у Кастиэля есть выбор впустить его или нет. Он знал, в глубине души, что Дин не стал бы заставлять его, учитывая даже, как силен он был. Он так же отлично знал, что не смог бы отказать ему, ведь все, что делал с ним Дин, было только отголоском собственных страстных желаний Кастиэля. Серьезно, у него нет причин чувствовать себя так плохо из-за этого. Дин вернется, если захочет. Если нет, тогда у Кастиэля все еще останутся сладкие воспоминая о сильных руках Дина на его теле, его мягких губах, прижимавшихся к его губам, или том прекрасном времени, когда они касались его входа, о его потрясающих глазах смотрящих глубоко внутрь его глаз. Это было хорошо. Кас ни о чем не жалел. Но все же, мысль о том, что он никогда больше не увидит Дина, что он наскучил ему, заставляла его сердце болеть, от этого становилось трудно дышать. Как он мог позволить себе так сильно запасть на кого-то, о ком он ничего не знает? Его рука слегка тряслась, когда он брился, в итоге на шее осталось несколько крохотных царапин, которые покалывали, когда он использовал квасцовый камень, чтобы облегчить зуд. Так же лениво почистив зубы и не задумавшись про расческу, Кастиэль пошел в свою спальню, даже не подумав одеться, он сел на кровать и уставился на пальцы своих ног поверх ковра. Он не мог вспомнить, ел ли сегодня что-нибудь. Он фыркнул, раздраженный от своей же реакции. Депрессия тут ничему не поможет. И серьезно, если ему действительно нужно увидеть Дина, Кас знает, где тот живет. Он ведет себя, как влюбленный подросток, а ведь уже слишком взрослый для подобного. Не то что бы он влюблялся в кого-то прежде. Кас залез под одеяло и повернулся набок, его взгляд упал на столик у кровати. Он понял, что забыл закрыть занавески, и сейчас комнату освещает заходящее солнце. Он так же увидел тюбик смазки, невинно лежащий на столике вместе с вибратором и коробкой салфеток. Разглядывая эти предметы, Кас вспомнил слова Дина. Конечно, учитывая, что Дин явно исчез из его жизни, у него нет совершенно никакой причины следовать его приказам. И все же, эти вещи заставили его сердце забиться чуть быстрее. Совершенно нелогично, он подумал, что, может быть, если он послушно выполнит приказ Дина, то Дин вернется к нему. Может быть, он ждет, когда Кастиэль по-настоящему будет скучать по нему, физически. Он облизнул губы и, решившись, быстро скинул с себя одеяло, сел и взял смазку. Прошло довольно много времени с тех пор, как он последний раз это делал, ни разу с момента, когда он встретил Дина, и хм, очевидно, никогда, пока помнил, что Дин делал с ним. Глупо, но Кас немного нервничал, но в то же время чувствовал невероятное нетерпение и возбуждение, открывая тюбик и выдавливая приличное количество смазки на пальцы. Уронив тюбик рядом с подушкой, он сдвинулся, вставая на колени, опустив голову на подушку и вскинув бедра вверх. Он знал, что это самая легкая поза, чтобы получить хороший доступ к своему входу. Чистой рукой он сжал свою ягодицу, отводя в сторону, для лучшего доступа. Рука со смазкой тут же присоединилась. Кончик среднего пальца прошелся между его ягодиц, дразня и заставляя, чуть задрожать от нетерпения. Кас коротко простонал, когда его палец коснулся его входа. В его голове, играли воспоминания об их первом разе, напротив двери Дина. Долгое, долгое время, он дразнил себя. Касаясь своей дырочки, потирая ее и вводя внутрь только самый кончик пальца, тут же отступая. Он делал так, пока не оказался полностью возбужденным и потным, думая о языке Дина, который творил с ним то же самое. И уже не в состоянии больше терпеть, он позволил себе скользнуть внутрь первым пальцем, до самого основания. С губ Кастиэля сорвался долгий стон от проникновения, его тело жаждало этого. На мгновение он замер внутри, не двигая рукой, но дергая бедрами, умоляя Дина в своей голове начать двигаться, прекратить мучить его. Дин послушался, и Кас вынул пальцы. Только чтобы тут же ввести снова уже два, не давая себе времени привыкнуть. Вторжение было слишком сильным, его тело не было готово, но Касу это нравилось. Ему нравилось, что Дин не был нежным с ним. Он согнул пальцы внутри, ища особенную точку. Но из-за недостатков его позы, его пальцы сгибались не в том направлении. И все же он знал, как нужно, и вместо того, чтобы коснуться нужного места кончиками пальцем, он, благодаря длине, потер фалангой желанную точку. Его губы приоткрылись от ощущений, и он вскинул подбородок, вжимаясь лицом в подушку. В нетерпении, он начинает двигать пальцами, не разгибая их, коротко толкаясь внутрь. Вскоре, присоединился третий палец, и его толчки стали быстрее, простынь под его телом сбилась от его хаотичных движений. Наконец, он не мог больше терпеть и вытащил пальцы. Тяжело дыша и подрагивая, Кас схватил вибратор со столика рядом и быстро, неаккуратно смазал его. Он представлял, что делает это с членом Дина. Думал о том, чтобы сначала отсосать ему. Сейчас у него нет на это времени, и как только дилдо был основательно покрыт смазкой, Кас ввел его в себя одним быстрым движением. Он был большим, не таким большим, как член Дина, но достаточно, чтобы целиком заполнить его. Кас двинул им несколько раз, резко и сильно, не в состоянии остановить себя. Но у Дина было игривое настроение, и он хотел помучить его. Так что Кас оставил фаллоимитатор внутри себя, не трогая, и повозился с основанием, пока тот не начал вибрировать. Обе его руки скользнули вниз и сжались на простынях по обе стороны от его головы. Кас вжался лбом в подушку, выгибая спину и вскидывая бедра, когда установленный произвольный режим перешел на жесткую вибрацию. Он хотел потянуться назад и быстро и жестко трахнуть свой зад, но Дин в его голове был против и глядел на него голодным взглядом, пока Кастиэль отчаянно вскидывал бедра в воздухе. Он бессознательно извивался и соблазнительно изгибался всем телом, отчаянно, но томно, будто Дин действительно разглядывал его, хваля за то, как отлично он все делает, и какой он сексуальный. И Кастиэль хотел, чтобы Дин считал его сексуальным, желал его так же сильно, как Кас желает Дина. — Дин… Чувствуя, что уже приближается к оргазму, Кас потянулся назад, чтобы сжать дилдо и начать двигать им, наконец даря себе долгожданные толчки. Вот только прежде, чем он дотронулся до вибратора, его запястье схватила рука, отводя назад, сжимая безошибочной, уверенной хваткой. — Дин…! Это больше походило на всхлип, смешанных в мольбе облегчения и желания. Дин здесь. Это не плод его воображения. Дин действительно, по-настоящему здесь. Он вернулся. Кастиэль надерет ему зад за то, что тот заставил его так сильно беспокоиться, и проклинал их общую неразговорчивость, но сейчас он хотел его, хотел так сильно, что чувствовал себя до глупости ошеломленным. Дин ничего не сказал. Только сжал основание вибратора между зубами и толкнул его внутрь так далеко, как смог, заставляя Кастиэля дернуться. На этом он не остановился. Он скользнул языком в дырочку парня, рядом с дилдо, обводя основание снова и снова, скользкий язык ласкал края дырочки Каса, открывая его еще сильнее. Вдруг вибратор исчез и оказался откинут в сторону, а его место занял язык Дина, входя так глубоко, как мог. Он был не таким длинным, как игрушка, не таким широким и не вибрировал, но его жар, губы на его дырочке и просто тот факт, что это язык Дина внутри него, заставил Кастиэля кончить с вскриком, заглушая его подушкой, его дырочка сжалась вокруг языка Дина, пока белые струи спермы падали на простыни под ним. Его ноги почти предали его, дрожа в попытке удержать его, и он бы уже упал, если бы не рука Дина, удерживавшая его на месте. Он лежал, дыша в подушку, совершенно обессиленный. Он только начал осознавать, что Дин действительно здесь, что он вернулся к нему, что одновременно заставляло его чувствовать себя радостным и невероятно рассерженным, когда почувствовал каменно-твердый член Дина, ткнувшийся в его вход. Кас только что кончил. Он провел так много времени, дразня себя, и кончил так сильно от потрясающего ощущения языка Дина в своей заднице. Он сомневался, что сможет выдержать еще один оргазм так скоро. Но Дина, очевидно, это не заботило, он твердо намеревался сделать с ним все, что ему захочется. Кастиэль знал, что не должен позволять Дину иметь над собой такую власть, но он ничего не мог поделать, он наслаждался тем, как легко Дин доминирует над ним, использует его, трахает его в свое удовольствие. Кастиэль абсолютный извращенец и смог только простонать от удовольствия, снова оказавшись заполненным потрясающе большим членом Дина. Дин остановился только, когда оказался полностью внутри, его яйца прижались к Касу. Кастиэль чувствовал себя таким полным, его тело дрожало от потрясающего давления. Но он не мог притвориться, что ему это не нравится. Если бы это зависело от него, то Дин был бы здесь, растягивая его до предела, каждый чертов день, утром и вечером. И все же, для его чересчур чувствительного сейчас тела, это было немного слишком, и он дрожал, совершенно бессильный, и до сих пор не упал на кровать только благодаря хватке Винчестера. Дин либо не заметил, либо ему было все равно, и он обернул одну руку вокруг талии Кастиэля, поднимая его, пока полицейский не оказался сидящим на бедрах Дина, откинув голову ему на плечо. Это была очень интимная поза, Кас оказался прижат к неожиданно обнаженному телу Дина, чего раньше никогда не случалось. Тот факт, что они сейчас в кровати, кровати Кастиэля, только делал ощущения еще острее. Кас повернул голову и потерся носом о шею Дина. — Дин… Это вышло тихим шепотом, полным желания. Дин ответил, наклонив голову ниже и лизнув его шею, все это время держа Кастиэля над собой, что позволяло ему толкаться бедрами вверх, входя и выходя из его тела в медленном, но уверенном ритме. Кастиэль постанывал от удовольствия, его член уже снова начинал твердеть, и прижался открытыми губами к вкусной коже Дина. Кас ахнул и отстранился, откидывая голову назад, когда Дин изменил скорость своих толчков и сдвинул бедра так, что теперь точно попадал по его простате с каждым движением. Его темп стал беспощадным, Дин вбивался в Каса так сильно, что тот подавился стоном, его тело вздрагивало, когда кожа касалась кожи, пока он был крепко прижат к твердой груди Дина. Затем, вдруг, Дин снова замедлился до нежных, дразнящих толчков. Это позволило Кастиэлю перевести дыхание и сдвинуться в руках Винчестера, наслаждаясь ощущением его тела так близко к своему. Он моргнул, открывая глаза, и взглянул вперед во все еще открытое окно на чистое небо. Любуясь полной луной. Ему потребовалась секунда, чтобы осознать, но затем он замер всем телом, его сердце пропустило пару ударов. Кас начал дрожать, глубокий, настоящий страх сковал его. — Д-Д-Дин… Дин не сразу заметил изменения и продолжил медленно входить в него, что ощущалось потрясающе, несмотря на панику Кастиэля. — Дин! Наконец, Дин остановился и поднял голову. — Сегодня полнолуние, Дин! Настала очередь Дина замереть, все его тело напряглось, когда он уставился в окно. Кастиэль чувствовал, как дико бьется сердце у него в груди. — Черт! — Ты… Кас замолчал и сглотнул. — Хочешь, я свяжу тебя? Дин медленно повернул голову и широко распахнутыми глазами уставился на него. — … что? Кастиэль нетерпеливо вздохнул. — Ты скоро превратишься! Хочешь, чтобы я связал тебя? У Дина отвисла челюсть, и Кастиэль видел невероятное удивление в этих уже слишком ярких глазах. Его голос прозвучал даже ниже обычного. — Погоди! Тормозни! Как ты…? Кастиэль улыбнулся и нежно поцеловал его. — Ты едва ли первый оборотень, которого я встречаю. Хотя точно самый красивый. Дин все еще в шоке смотрел на него. — Твою мать, Кас! И ты не мог мне сказать? Кастиэль пожал плечами. — Не мне об этом говорить. Я подумал, что ты сам мне расскажешь, если захочешь, чтобы я знал. Дин покачал головой и фыркнул. — Ты невероятен. Но, отвечая на твой вопрос, я не укушен, так что нет, меня не нужно связывать. Хотя, нам, наверное, стоит остановиться. — Почему? Паузу после вопроса Кастиэля можно было резать ножом. Кас спрашивал не из наивности, и Дин явно это понимал. Дин сейчас превратится в волка, вообще то, уже превращается, и теперь, когда Кастиэль знает, что он не укушен, а значит, намного лучше контролирует себя, он не хотел, чтобы Дин останавливался. Он хотел, чтобы Дин взял его в своей волчьей форме. Они смотрели друг на друга долгое мгновение, но Дин все еще выглядел неуверенно. — Кас… Кастиэль обнял Дина за шею, притягивая его к себе за затылок для поцелуя. Другая его рука переплелась с пальцами Дина на животе, удерживая его на месте, и он двинул бедрами, опускаясь на член Дина, чтобы тот снова прошелся внутри него, растягивая вход. — Пожалуйста… не останавливайся… Дин зарычал, низкий, животный звук заставил Кастиэля задрожать, и жестко поцеловал его. Кастиэль таял под его звериной силой, но задвигал бедрами сильнее, насаживаясь на член Дина. Он чувствовал, как под его пальцами волосы оборотня становятся длиннее. Его зубы тоже становились острее, а язык мягче и тоньше. Его член увеличивался внутри тела Кастиэля, заставив его ахнуть и разорвать поцелуй. Вторая рука Дина сжалась вокруг горла Каса, удерживая его голову на плече оборотня, пока его член продолжал увеличиваться. Острые когти заменили ногти, впиваясь в кожу Кастиэля. Гладкая грудь начала покрываться жесткой шерстью, как и обнаженные бедра под ним. Наконец, кажется, член достиг своего максимального размера, и Кастиэль открыл глаза, часто и коротко дыша. Лицо, которое он увидел, не имело ничего общего с тем, к которому он привык. Это была волчья голова, в ней не было практически ничего человеческого. Хотя Кастиэль все же мог распознать Дина под густым мехом и длинной мордой. И даже волком, Дин был невероятно красивым. Кастиэль был немного смущен тем, до какой степени возбужден он был в данной ситуации, но не было сомнений в том, что его член истекал смазкой, а его дырочка жадно сжималась вокруг члена Дина. Кас разжал пальцы и провел ими по меху Винчестера, пока не дотронулся до удивительно мягкого уха, которое дернулось от его прикосновения. Он улыбнулся. — Возьми меня, Дин. Рык, который испустил Дин, прошелся по всему естеству Кастиэля, заставляя его сердце дрожать от смеси страха и нетерпения, совсем как, когда он впервые прыгал с парашютом. Кас даже не успел осознать, как уже снова вжимался лицом в подушку, приподняв бедра вверх. Когтистые руки Дина удерживали его, каждая крепко сжимала его бицепсы, прижимая к кровати. А потом Дин начал двигаться. Это было намного больше того, к чему был готов Кастиэль, и он не мог даже стонать, под мощными толчками Винчестера. Член Дина был чудовищно большим, растягивая его так сильно, что он точно будет не в состоянии ходить завтра. А может и всю неделю. Мышцы на его руках ныли под слишком сильной хваткой Дина. Как говорится, Кастиэля бездумно трахали. И это было слишком, но все же ему это нравилось, он наслаждался, находясь в полной власти Дина, беззащитный, беспомощный, неспособный ни на что, кроме как лежать и принимать его. Ему нравилось, как Дин полностью заполнял его. Ему нравилось, как абсолютно пошло и развязно это было, позволить этому монстру взять себя. Ему нравилось ощущение жесткой шерсти на своей обнаженной коже. Ему нравился мягкий язык, периодически касавшийся его кожи, и мокрый нос, проходящийся по ней. Когда Дин укусил его, он сделал это неожиданно нежно, явно стараясь изо всех сил не поранить кожу, хотя и был не в состоянии сдержать себя и не пометить того, кого волк видимо считал своей сучкой. И ощущение острых зубов Дина опасно близких к тому, чтобы убить его, заставило Кастиэля кончить второй раз за вечер, ярче, чем за всю жизнь, и замереть всем телом. Дин кончил одновременно с ним, изливаясь горячим семенем внутри Кастиэля. Переполненный ощущениями, Кас отключился. =***= Он проснулся, лежа на боку, с Дином прижимавшимся к его спине, мягко сопящим ему в шею, и он все еще находился внутри Каса. Что должно было бы быть опасным, но Кастиэль был растянут так сильно, что даже чрезмерная длина Дина могла комфортно находиться внутри него, не говоря уже про его невероятные размеры, когда он превращался в волка. Превращался. К Кастиэлю вернулась память о том, что он посмел сделать. Он почувствовал, как чуть покраснело его лицо от смущения из-за того, что он позволил оборотню взять себя. Он никогда раньше не думал о такой возможности, но как бы опасно и неправильно это ни было, Кас знал, что, если Дин захочет сделать это снова в следующее полнолуние, или любое другое время, если он может превращаться по желанию (а Кас полагал, что это возможно для тех, кто был рожден оборотнем), Кастиэль с удовольствием сделает это снова. Господи, какой же он извращенец. Дин вернулся к своему человеческому виду, как только начало рассветать. Световой день дольше в это время года, так что это особо и неудивительно. Кастиэль понял, что улыбается только, почувствовав нежные губы Дина на своей коже, он все еще наполовину спал, но инстинктивно целовал кожу Каса. Кастиэль довольно промычал, его улыбка стала шире, и поднял их сцепленные руки к своим губам, целуя пальцы Дина. — Кааааас… Кастиэль прикусил губу, чтобы сдержать смешок, хотя и дернулся всем телом. — Что такое, Дин? Дин застонал и потерся носом о шею Каса, бормоча: — Я был в тебе всю ночь. У меня нет сил, чтобы снова трахнуть тебя, так что прекрати. — Что ж, может быть, тебе тогда стоит выйти из меня. Дин снова невнятно что-то пробормотал и сдвинулся, чтобы его член вышел из дырочки Каса, оставляя его с неприятным ощущением пустоты. Он скользнул одной ногой между бедер Каса, обнимая его рукой за плечи, прижимая ближе к себе. — …Итак… мы теперь обнимаемся? Кастиэль распознал настоящий вопрос под словами Дина и с трудом сглотнул. Его голос чуть дрожал, когда он ответил, почти шепча: — Я был бы очень рад этому. Дин ничего не ответил, только обнял его сильнее. Кастиэль улыбнулся и повернул голову, потираясь щекой о руку Дина, глаза защипало. Он не пошел в тот день на работу. И в следующие три дня тоже. =***= Учитывая его размеры и то, кем он являлся, Сэм должен был бы быть невероятно пугающим. Но была в нем мягкость, показывавшая, что он относится к людям еще проще, чем Дин, даже учитывая, что Дин, Кастиэль знал, на самом деле невероятно мягкий под всей своей суровой внешностью и поведением. Но он не говорил об этом Дину, притворяясь, что не замечает, как тот играет с котенком Кастиэля (которая сначала опасалась Винчестера, но теперь прониклась к нему настолько, что устраивается спать в его шерсти, когда Дин превращается в волка). — Очень приятно наконец познакомиться с тобой, Сэмми. — Вообще-то Сэм. Кастиэль моргнул, пока Сэм кидал на Дина колкий взгляд, старший оборотень только усмехнулся в ответ. Кастиэль поставил поднос на кофейный столик перед ними. Чай для Сэма, пиво для Дина, и кофе для него. — Значит, Сэм. — Мне нравится твой дом. Кастиэль улыбнулся. Ему почти пришлось надеть на Дина поводок, чтобы заставить его переехать к нему после того, как на втором этаже его дома полетела ванная и затопила его комнату, но, несмотря на все его возражения, Дин явно был счастлив жить в приятном, уютном месте и всегда иметь под боком полный холодильник. Он любил готовить и был удивительно хорош в этом, хотя и предпочитал слишком сырое, на вкус Кастиэля, мясо. — Спасибо. Тебе рады здесь в любое время. Сэм выкроил несколько свободных дней после последних экзаменов, чтобы навестить Дина, и раз у Кастиэля оказалась свободная комната, которую старший Винчестер никогда не использовал, он решил остаться с ними. Сэм откинулся на спинку дивана и одарил Кастиэля долгим взглядом, его лицо излучало озорство. Несмотря на все их различия, это выражение было у них с Дином общим. — Итааак, значит, ты тот самый единственный, хм? — Единственный? Дин кинул на Сэма полный паники взгляд, который был по-королевски проигнорирован, а Кастиэль выглядел озадаченным. — Ну да. В последний раз, когда Дин навещал меня, он страдал от мыслей, что попал под проклятие безумия оборотней. Оно заставляет чистокровных оборотней возвращаться к своим диким предкам и атаковать без причины. Для этого требуется, своего рода, спусковой крючок, о котором ничего неясно, ибо проклятие — миф. И раз уж Дин укусил тебя, он решил, что ты и есть этот крючок. Кастиэль моргнул. Он впервые слышал эту историю. Когда он спросил Дина, почему его так долго не было, тот ответил, что ездил навестить Сэма по семейным делам. Он никогда не говорил о проклятии. — Ты не представляешь, как я смеялся, когда выяснилось, что он просто напросто целиком и полностью без ума от тебя. — Сэмми! Клянусь, я убью тебя, сучка! Кастиэль почувствовал, что краснеет, невероятно радуясь открытию. У Дина все еще были проблемы с выражением чувств словами, несмотря на то, что он совершенно очевидно любит Кастиэля. Хотя Кастиэль и не давал ему знать, что он в курсе. Дину явно было комфортней думать, что он может уйти в любой момент. Но, пока он так крепко обнимает Кастиэля во сне, Кас сомневался, что подобное может случиться. — Дин. Пожалуйста, не используй это слово в негативном смысле. Нет совершенно ничего плохого в том, чтобы быть сучкой. И в доказательство своих слов, Кастиэль вскинул подбородок, демонстрируя ошейник, который теперь всегда носил дома.