Ради общественного блага

      Время приближалось к полуночи, когда Йен, наконец, закончил все дела со своим клиентом, очередным мажором, разъезжающим по центру города в нетрезвом виде. Парню ещё повезло, что он никого не сбил и ни во что не врезался на новеньком папином Мерседесе. Йен как раз выходил из комнаты для посетителей, когда и началась вся заваруха. Разве такое шоу не самый прекрасный способ завершить этот день? Каких-то белых парней не самого благонадёжного вида затаскивали в участок под аккомпанемент отборнейшей брани и всяких непристойностей. Йен присел за стол своего друга, который работал в этом участке, с интересом поглядывая на разворачивающееся перед его глазами действо. Некоторые, особо яркие изречения, он даже решил запомнить на будущее, остальные же не на шутку его испугали.       В участок завели шесть или семь человек, и все они были в наручниках, а некоторых, особо прытких, продолжали удерживать патрульные. Самого старшего из этой компании трое полицейских пытались оттащить в ту часть участка, где располагались камеры предварительного заключения. Вырываясь из удерживающих его рук, мужчина продолжал истошно вопить:       – Пидорас ебливый, вали из моего дома, хуесос хренов!       Последний заключённый шёл в сопровождении его друга Тони. Он не пытался вырываться, но и молчать он явно был не настроен:       – Да, представь, папуля, я трахаюсь в жопу. Люблю пожёстче, знаешь ли. И да, я сосу члены, и мне это охренеть как нравится!       Лица обоих представляли собой месиво из крови и грязи, но, кажется, младшему досталось всё-таки больше. Стало совершенно очевидно, что он решил признаться своему отцу, этому милейшему мужчине, в своей ориентации. Этот факт ещё больше распалил интерес Йена к происходящему, и немалую роль в этом сыграло то, что он разглядел, каким же сексуальным на самом деле был тот парень. Его б только в порядок привести. Он решил, что не покинет участок, пока не узнает всех подробностей этой истории. И, возможно, он сможет помочь этому красавчику, который с такой гордостью во всеуслышание заявил о своих сексуальных предпочтениях.       Йен отодвинулся подальше от стола Тони, глядя, как тот усаживает своего подопечного на свободный стул, и думая о том, почему этот парень кажется ему знакомым.       – Эй, Тони, есть минутка?       Тони обошёл стол и склонился над Йеном. Убедившись, что они вне зоны слышимости, тот наконец-то задал интересующий его вопрос.       – Микки решил совершить каминг-аут перед своим папашей в «Алиби». Бар теперь выглядит так, словно там ураган прошёлся.       Тут профессиональный инстинкт Йена подсказал ему, что он напал на верный след.       – Так за что его арестовали?       – Стандартная процедура. Знаю, что это хрень полнейшая, но у меня не было выбора, – в голосе полицейского явно угадывались нотки сожаления.       Йен резко поднялся с места и, проходя мимо мужчины, обратился к нему, прибавив громкости голосу, чтобы услышали все:       – На хуй такую процедуру, Тони. Иди и доложи капитану, что я требую освобождения своего клиента сейчас же.       Йен уверенным шагом приблизился к Микки, в котором он теперь признал своего соседа по району, с которым, однако, лично они не были знакомы.       Несмотря на испытываемую им боль и кровь, стекающую прямо на глаз из рассечённой брови, Микки заценил это совершенство, это чёртово божество в человеческом облике, которое, он надеялся, обратит на него своё внимание. Блядь. Парень остановился около него и присел на соседний стул, а потом, используя эти свои бесконечно длинные ноги, пододвинулся ближе к нему.       Микки бросил оценивающий взгляд, обсмотрев парня с ног до головы.       – Чем могу быть полезен, рыжий лобок? – у Микки всегда был какой-то пунктик по поводу рыжеволосых, хотя сам он ещё ни с одним из них не успел завести близкого знакомства. Он усмехнулся собственным мыслям.       Йен усмехнулся в ответ, а потом, слегка повернув голову, обратился к кому-то:       – Тони, ты не против снять с моего клиента наручники?       Микки был однозначно впечатлён тем, как быстро полицейский бросился выполнять эту просьбу, слегка отдающую приказом.       Он взял несколько салфеток из коробки на столе и попытался хоть немного привести себя в порядок. Пока они не остались наедине, он не проронил ни единого слова.       – Клиент, да? С чего ты решил, что твоя норссайдская задница мне по карману? – от одной только мысли об этой заднице у Микки по спине прошла приятная дрожь.       Йен весело фыркнул:       – Иногда я не прочь поработать на благо общества. И вообще-то я из Сауссайда, просто так вышло, что теперь живу здесь.       Идея общественного блага показалась Микки весьма привлекательной. Возможно, он даже придумает другой способ оплаты адвокатских услуг. Так что он протянул ладонь для рукопожатия.       – Микки Милкович.       – Йен Галлагер. – Он пожал парню руку и некоторое время не отпускал её, разглядывая набитые на фалангах пальцев буквы. Затем он улыбнулся и выпустил ладонь из захвата.       Микки слегка склонил голову набок, внимательно вглядываясь в лицо парня перед собой. Он пытался, впрочем тщетно, найти хоть какие-то схожие с одним небезызвестным ему человеком черты.       – Ты один из детей Фрэнка?       От одного упоминания этого имени Йена до сих пор коробило.       – Вроде того. Это длинная история, но в целом да, так и есть.       – Вас там штук двадцать пиздюков, да? – Микки пытался вспомнить, не могли ли они видеться раньше, но, кажется, его член имел собственное представление о том, о чём сейчас стоит думать на самом деле.       – Ха-ха, очень смешно, но нет. Нас всего шестеро. По крайней мере, это все, о ком я знаю. Но, к счастью для тебя, только у меня есть юридическое образование, – ответил он самодовольно.       – Так почему ты хочешь мне помочь? – Микки очень надеялся на то, что его догадка верна. Обычно его гей-радар пиздец как барахлил, если только он не оказывался в Бойзтауне. Вот только там надо было быть или глухим, или слепым, или тупым, чтобы ошибиться.       Все мысли Йена были заняты этим темноволосым парнем с красивейшими глазами и шикарным телом.       – Скажем так, эффектное выступление твоего отца окончательно подтолкнуло меня к этому решению, – он, абсолютно не церемонясь, бросал на парня откровенные взгляды.       Да. Да. Да.       – И что именно тебя так зацепило, его слова поддержки или мой ему ответ? – сорвалось с языка Микки прежде, чем он смог себя остановить.       Знаете, бывает любовь с первого взгляда? Так вот у Йена была похоть с первого взгляда.       – Наверное, так не положено отвечать твоему адвокату, но я скажу, что это был твой ответ.       Эта самая обычная ночь начала превращаться в лучшую в жизни Микки. Сначала его каминг-аут, потом арест того ублюдка. Он, конечно, тоже попал под раздачу, но что в итоге? Он выиграл главный приз в лице сауссайдского адвоката, на которого он хотел бы забраться, как коала на чёртово дерево, и никогда с него не слазить.       – Вытащи меня отсюда, Рыжик, и я весь твой, – чёрт, его первая попытка флирта, кажется, увенчалась успехом.       Йен поднялся с места и направился в сторону капитана, который стоял у двери своего кабинета и оглядывался по сторонам, словно император, взирающий на свои владения. Микки не мог разобрать, о чём они говорили, но Йен болтал без умолку, активно размахивая руками. Когда Йен замолчал, капитан кивнул, и парень тут же поспешил обратно к нему, при этом на его лице была широкая и очень довольная улыбка.       – У меня дома неплохой напор воды, и джакузи есть, если захочешь привести себя в порядок? – Микки подорвался с места ещё до того, как Йен закончил предложение. – После тебя, – добавил он.       Микки услышал как Йен, шагающий позади него, как-то подозрительно хрипло выдохнул.       – Ты там что, на зад мой пялишься, Рыжик? – спросил он, оглядываясь на парня через плечо.       – Просто слежу за тем, чтобы зад моего клиента без проблем покинул этот участок, Мик. – Кажется, Йен начал влюбляться в этот зад, как и в его обладателя.       Оба парня одновременно потянулись к своим сигаретам и закурили, как только покинули пределы полицейского участка, даже не догадываясь о том, что буквально зеркалят действия друг друга. Потом Йен махнул головой, указывая куда-то в сторону, и Микки последовал за ним к его машине.       Микки был абсолютно уверен в том, что у него закапали слюни, когда он увидел перед собой машину своей мечты. Форд Мустанг Шелби 1968 года. Бля-я-дь.       Как только он пришёл в себя, то тут же выставил перед Йеном руку ладонью вверх, словно просил что-то.       – Дай мне порулить сейчас и я позволю тебе рулить всё оставшееся время, – прохладные ключи опустились ему на ладонь, а сам Микки внимательно следил глазами за Йеном, который подозрительно быстро и с явным нетерпением двинулся к пассажирской двери собственного автомобиля.       Чёрт, ради такого стоит чаще попадать в полицейский участок.