Лондонское дежа вю

POV Chris

Мне с великим трудом далось преодолеть лестницу, потому что под ноги я вообще не смотрел. Я смотрел только на Еву. На её глаза, на её мягкие и опухшие губы после моих грубых поцелуев. На вырез в её топе. Она была идеальна для меня, мы были, как два кусочка пазла, которые надо сложить, чтобы получилась такая невероятная картинка, как мы с Евой на данный момент. Оба взъерошенные, перевозбуждённые и опьянённые друг другом. Ева начала ёрзать по мне, затрагивая место, которое итак было натянуто до предела. По мне пробежалась волна наслаждения, сопровождавшаяся мурашками и я, прижав Еву к стене, уткнулся ей в плече. — Сделай… ох, так ещё раз, — умолял я её. Я приспустил её немного ниже, чтобы она прикоснулась к выпуклости в моих джинсах. Узкая юбка не давала Еве возможности активно манипулировать своими ножками и она плотно сжала их вокруг меня и начала медленно ёрзать по мне. Вниз, вверх, каждый раз всё медленнее и медленнее. Мы постанывали в тихом коридоре этажа, когда Ева пробормотала мне на ухо: — Мало… мне мало. Я хочу чувствовать тебя внутри, — захныкала она и остановилась. Вот, что притягивало меня в ней тогда и притягивает меня сейчас. Я спал с многими девушками — скромными, распутными, которые пытались выглядеть лучше или хуже того, кем они являлись, с берущими власть на себя и позволяющими подчинить. Но она… она это просто она. Ева идеальна в своих порывах, она никогда не стеснялась меня и сейчас ни капли не стесняется, а просто просит того, чего так требует её тело. И моё вместе с её. — Сама попросила, — прорычал я, дёргая ручку близ находящейся двери, моля о том, чтобы там было пусто. Нас встретила пустая и холодная гостевая комната. Я ещё раз поцеловал Еву в губы и пустил её на пол. Развернувшись к двери, резко дёрнул защёлку, оставив весь мир за пределами этой комнаты. Я навалился на Еву, жадно впиваясь в её губы и толкнул её на рядом стоящую кровать. Она плюхнулась на белые простыни, лунный свет освещал её пылающее лицо, её глаза молили о большем. Я спустился перед ней на локтях и грубо впился в её шею, оставляю дорожку отметин, чтобы она помнила, что она моя. Она прогнулась в пояснице, прижимаясь ко мне грудью. Я сел перед ней на колени с намерением сорвать с неё нахрен всю одежду. Я взялся за вырез её плотно прилегающего к телу топа и в один миг рванул ткань, которая легко мне поддалась. Она, охнув от удивления, пробормотала мне на ухо: — Это был мой любимый топ, спасибо, козёл. Она прогнулась в спине, облегчая для меня доступ к застёжке. Я расцепил замочек и поддевая бретельки медленно снял с неё лиф. И вот она, полуголая лежит подо мной, её пышная грудь налилась, соски встали, маня меня попробовать их на вкус. Я наклонился к полушарию её груди и втянул в рот розовую бусинку её соска. Из Евы моментально вырвался сдавленный крик, она обернула свои ноги вокруг меня, уткнувшись пятками в поясницу. Её ручки нашли подол моей футболки и забрались под неё, начав исследовать мой торс. Когда я усилил хватку вокруг соска, она промычала и прошлась коготками по моей спине, опрокинув голову назад на простыни. Оторвавшись от груди Евы, я начинаю идти ниже, приспуская её юбку, давая себе простор к её шелковистой коже на животике. Я целую, покусываю, дразню её, наслаждаясь тем, как она извивается подо мной, как уж. Я отодвинул юбку еще ниже и увидел краешек белого кружева. Твою мать.  — Как красиво, — прошептал я, проводя дорожку страстных поцелуев по краю. — Ты надела их для меня? Хотела, чтобы я их увидел? — продолжил я, стягивая с неё юбку и увидел, как она еле слышно шепчет «Да». Юбка улетела на пол и я стал целовать длинные ноги Евы, не пропуская ни сантиметра. Мои губы дошли до внутренней стороны её бёдер, почувствовав, как она задерживает дыхание. Её кожа такая нежная, горячая и влажная… устремив на неё свой взгляд, я наконец легко прикоснулся губами к кружеву.  — Боже! — простонала она и откинулась затылком на подушки.  — Нет, смотри на меня. Я хочу, чтобы ты видела, — говорю я и снова прильнул к ней, пробуя её на вкус, чувствуя её запах. Схватив её за бока белья, я со скоростью света снял его, оставляя её абсолютно голой и открытой для меня. Ткань моих джинсов потерлась о её голые бёдра, пока я искал обратный путь к её лицу. Найдя мои глаза, она прошептала:  — Ты до сих пор в одежде. Меня это не устраивает.  — Так раздень меня. Возьми ситуацию в свои руки, — промурлыкал я ей на ухо, добавив, усмехаясь, «Я разрешаю». Она лишь усмехнулась в ответ и резким движением оседлала меня. Приподнимая чёрный хлопок, она начала покрывать мою кожу прерывистыми поцелуями. Каждое прикосновение её губ отдавалось эхом в моём члене, который уже во всю сигналил о том, что готов погрузиться в Еву. Я протиснул руку между нами и накрыл её влажную плоть, найдя большим пальцем её клитор. Её губы застыли на моей груди в немом «о», её учащённое дыхание обжигало мне кожу. Я начал плавно вырисовывать пальцем круговые движения, заставляя её мышцы сокращаться. Издав гортанный звук, похожий на рычание, Ева продолжила путешествовать по моему телу. Она добралась до моего пупка, нарисовав вокруг него круг языком. Она опускается всё ниже, дойдя наконец до пуговицы штанов. Я замер от понимания её намерений, когда она облизала нижнюю губу и принялась стягивать с меня оставшуюся одежду. Она умело расправилась с боксерами и вот теперь я лежал перед ней, нагой и готовый на всё, что она мне предложит. Её маленькая ручка обхватила мой стояк и начала быстро двигаться по всей длине вверх и вниз. Я инстинктивно подался бёдрами вперёд, когда Ева приняла мою длину ртом. — Ох, Ева… — простонал я. А она только сильнее начала сосать, помогая себе рукой. Я взял её волосы себе в руку, намотав на кулак и притянул её ближе. Ощущения настолько интенсивные, когда я стал таким чувствительным? Я как какой-то девственник, которому впервые делают минет. Ева пускает в ход зубки, слегка покусывая головку на выходе. — Это… только что… великолепно, — бессвязно бормочу я, полностью отдавшись ощущениям. Меня накатывает волной жара и я понимаю, что если Ева будет и дальше так продолжать, то я кончу. — Эй, детка, притормози, — говорю я после новой волны окутывающего жара. Она игнорирует моя просьбу, оставаясь в своём положении. Я резко дёрнул её за намотанные волосы и оторвал её от себя. — Ты смотри какая непослушная. Я приподнимаюсь на колени и ставлю её в таком же положении спиной к себе, дав ей облокотиться на мою грудь. Ева прижалась попкой к моему паху и я почувствовал новый прилив эйфории. Мой взгляд упал на зеркало в дальнем углу комнаты, в котором было видно наше отражение. Никогда не видел ничего более эротичного. Наши растрёпанные волосы, соприкасающиеся, покрытые испариной тела. Но до сих пор разделённые. Я хочу, чтобы Ева увидела это. — Посмотри туда, — велел я ей, указывая пальцем на зеркало. Наши взгляды встретились в отражении в тот момент, когда я стал тереться членом о её промежность. — Бля… — сказала она, содрогнувшись от новых ощущений. — Тебе нравится это зрелище? Тебя это возбуждает? Чувствую, что возбуждает, потому что ты вся мокрая, — рыкнул я и укусил её за плечо. Я всё также скользил у её входа, один толчок и я окажусь в ней. — Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя? Хочешь, чтобы я всю ночь выбивал из тебя дурь твоего характера? Попроси меня. Ответ пришёл незамедлительно: — Да. Да… Пожалуйста. Вытрахай из меня всю дурь. — молила она меня, не прерывая со мной зрительного контакта в отражении. И я медленно вошёл в неё. От переизбытка ощущений мы в унисон выругались. Её киска крепко обхватила меня по всей длине, пока я погружался в неё. Я смотрел на нас в отражении и понимал, как это неправильно, как запретно, как пошло. Но ничего не мог с собой поделать и, снова выйдя из неё, вдолбился в неё с новой силой. Ева чуть не рухнула на кровать, но я успел подхватить её под грудь, чтобы снова прикоснуться к её спине. Её бёдра стали двигаться в такт моим, отбивая в тишине комнаты чёткий ритм наших соприкасающихся тел вперемешку с непрекращающимися стонами. Я почувствовал, как трясутся её ноги после очередного толчка и понял, что она уже скоро будет готова к разрядке, как и я. Стоны стали громче, движения интенсивнее и я почувствовал первое сокращение её мышц вокруг меня. Ни с кем ещё я так чётко не ощущал каждую мелочь. Я скользнул одной рукой по животу Евы, ища её клитор. Положив пальцы на этот чувствительный бугорок, я начал кружить вокруг него пальцами. Внезапно мою руку накрыла рука Евы и стала вместе со мной повторять круговые движения, всё быстрее шевеля пальцами. — Да, как хорошо, Боже мой, да, мммм, — шепчет она где-то возле моего уха. Взглянув на наше отражение в зеркале, я увидел Еву, её запрокинутую голову, закрытые глаза, полуоткрытые губы, расставленные ноги, наши переплетённые пальцы там, где мы соединялись. Какая она великолепная, открытая новым ощущениям. И она моя. Её мышцы ореолом туго сжимаются вокруг меня и я шепчу ей, уже почти дойдя до точки невозврата: — Не сдерживай себя. Кричи моё имя, Ева. Эти слова стали толчком к нашему обрушительному оргазму в сопровождении криков и произношения имён друг друга, как будто это самые главные слова на планете. Не выходя из её обмякшего тела, я всё ещё чувствовал сокращение её мышц и её учащённое сердцебиение. После того, как мы отдышались, мне всё-таки пришлось покинуть пределы её тела и уложить нас на кровать. Укутав Еву в одеяло я заметил, что она уже сопит на подушке. Ну конечно, вымоталась. Я лёг рядом с ней и в голове крутилось куча мыслей по поводу того, что только что случилось. Одно я понимал точно — я влип. И влип конкретно.