Knocked up

Тэхен, развалившись на диване, ест конфеты. С ликером. Они вкусные, напоминают запах Чонгука. Омега почти ненавидит себя за такую слабость, но другие запахи его, увы, раздражают. Как только на циферблате высвечивается шесть часов вечера, Тэ чуть ли не бегом покидает офис, ведь смесь из запахов коллег можно сравнить с вонью на помойке. Ну, по крайней мере, так кажется омеге. Ему, кстати, до сих пор не верится, что он ждёт ребёнка. Ощущения такие, будто он заболел. Простудился там, или отравился. Только вот лекарства от его «болезни» не существует. А «вылечится» он через девять месяцев. Упс, уже через восемь. По TV крутят какое-то юмористическое шоу, а Тэхену нихрена не смешно, потому что он не знает, что ему делать со своей жизнью. Ким всего лишь хотел уволиться и начать размеренную спокойную жизнь, но директор Чон, похоже, не хочет его отпускать. Аргументы Чонгука вполне адекватны, но у омеги все равно было чувство, будто мужчина просто издевается над ним. Тэхен не знает, почему каждый раз ловит себя на мысли о Чоне. Омега вспоминает черты лица, прожигающий взгляд, от которого хер куда денешься, и руки — как отдельный вид искусства. Он до сих пор ни о чем не рассказал ни родителям, ни друзьям. А ведь придётся. Папа уже вторую неделю звонит и спрашивает, когда же их ненаглядный сыночек навестит родителей. Омега ссылается на работу и отвратительного начальника, но надолго этой байки не хватит. А заявится домой с огромным пузом тоже не вариант. Тэхен уже чуть ли не тонул в собственных мыслях, когда телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Пак Чимин: Я уже в Сеуле, засранец. Омега протяжно завыл от досады, и кошка, испугавшись, соскочила с его живота. Кстати, последние две недели она только на нем и спала, хотя раньше просто ложилась рядом. Значит знает обо всем, чертовка. Пак Чимин: Может отметим? Расскажу, как жилось эти два месяца в Америке. Пошли в клуб? Теперь ему точно придется несладко. Его друг даже мертвого из могилы достанет. Ким Тэхен: Мне завтра в 9 на работу. Приходи лучше ко мне с ночевкой. Пак Чимин: Ок. Сколько банок пива брать? Тэхен хотел уже напечатать «возьми штук 10», но вовремя вспомнил о своём положении. Супер, даже горе своё запить нельзя. Ким Тэхен: Бери только себе. Я больше не пью. Пак Чимин: С каких пор ты стал трезвенником? Ладно. Приеду, все мне расскажешь. Тэхену все же пришлось встать с дивана и навести дома подобие порядка. Закинуть вещи в стирку, убрать с пола фантики. Но вот очередь дошла до кухни — место, которое, как считал омега, является обителью Дьявола. Ему предстояло перемыть гору грязной посуды. Не то чтобы он был неряхой, скорее просто ленился. Тем более, когда ты живешь дома один, то какой смысл стараться поддерживать дома идеальный порядок?

***

Чимин за два месяца ничуть не изменился: подведенные глаза, яркий блеск для губ и, неизменно, узкие облегающие джинсы — эти три вещи характеризовали Пак Чимина. И это при том, что тот замужем и у него двое детей. Тэхен до сих пор поражен выдержкой Юнги, ведь его лучший друг иногда бывает, мягко говоря, просто невыносимым. Тэ вдруг вспомнил, как стебался над Чимином, когда тот был беременным и частенько не высыпался. Видимо, Тэхена настигла кара небесная. По-другому это и не назовешь. Пак с порога кинулся ему на шею: — Ну, привет, засранец, — у него как всегда ослепительно сияющая улыбка и неисчерпаемый поток энергии. — Два месяца это слишком мало. Я не успел отдохнуть от тебя, — фыркнул Тэ, обнимая друга в ответ. Чимин на это лишь рассмеялся и, взяв пакеты со спиртным, прошёл в гостиную, располагаясь на диване. Тэхен сел рядом с ним, прихватив с собой шоколадный коктейль. — Ну, как в Америке? Ты все-таки откроешь там свой филиал или передумал на счет этого? — Передумал. Во-первых, у меня не хватит бабла на пиар и рекламу. Во-вторых, Юнги не хочет, чтобы я мотался туда-сюда. Видимо, Дэхен и Ендже превратили его жизнь в ад за это время, — он злобно ухмыльнулся, — кстати, ты сам то как? Минхо прислал нам пригласительные на их свадьбу. Если верить слухам, Тэмин вертит им, как хочет. Все в шоке. — Ты как всегда в курсe всех сплетен, — омега немного отпил из стакана, — мне как-то все равно. Мы с Минхо последние полгода практически перестали обращать внимание друг на друга. Просто делили одну жилплощадь. То, когда мы разойдемся был лишь вопрос времени. — Тэхен? — Что? — Ты сейчас с кем-то встречаешься? — Нет конечно. Времени не хватает. Новая компания крупнее старой, и работы прибавилось. С чего ты это вообще взял? Чимин приблизился к Киму и принюхался: — Ты кем-то пахнешь. И у него запах карамели. Тэхен после этих слов понял, что от Чимина точно ничего не скроешь. Он откинулся на спинку дивана, а Пак достал одну банку пива. — Так что? Кто-то ухаживает за тобой? — Нет, просто… — Ну? — Чимина начинала раздражать тэхёнова недосказанность. — В общем, когда мы с Минхо расстались, я пошел в клуб. Мне хотелось расслабиться. Я думал, что выпью и пойду домой. Обычно так и было. Я так после каждой ссоры уходил куда-нибудь. — И в этот раз тебя понесло не ко мне домой. — Тебя не было, а плакаться Юнги не вариант. Вообщем, я переспал с первым встречным, — последнее предложение Тэ произнес поникшим голосом. — Да ладно, Тэхен. Тебе тридцать. Случайный секс — это нормально. У многих был такой опыт. — Не в этом дело. Я же перевелся в другую компанию, и моим начальником оказался тот альфа. — Он хоть симпатичный? — Очень. Даже лучше, чем Ли Чон Сок. И в свои тридцать четыре выглядит крышесносно. — Я что-то не понял, у вас типа служебный роман? Или что? — Или ничего. Просто, как-то неловко. — О, боже. Вам обоим по тридцать. Подумаешь, переспали. Вы же не в сопливой дорамке, где кроме поцелуйчиков в щеку ничего нельзя. — Да не в этом дело, Чимин, — омега немного повысил голос. — А в чем? Не тяни, Тэхен. Я выпил целую банку, пока ты распинался. — Я залетел, — в это время Пак пил пиво и от шока подавился, сплевывая алкоголь на пол и кашляя. Секунд на десять воцарилось молчание. — Убирать будешь сам, — вдруг сказал Тэ. — Что ты? — Залетел, забеременел, в положении, жду ребёнка — понимай как хочешь. — Пиздец, — единственное, что мог выдавить из себя Чимин на данный момент. — Не то слово. — Вы что, не предохранялись? — Как видишь, нет. И ты походу учуял запах ребёнка, а не альфы. — Ты во что вляпался, Ким Тэхен? Омега рассказал лучшему другу все, что с ним происходило с ним за то время, пока тот был в Америке. Чимин, чтобы хоть как-то прийти в себя после услышанного, выпил уже четыре банки пива, и пожалел о том, что не взял больше. — Вы должны поговорить о ребенке, — выдал Пак. — Нет, это мои проблемы. Я не собираюсь торчать в компании пять месяцев. Что-нибудь придумаю и уйду, пока он ничего не заподозрил. — Тэхен, ты в своем уме? Этот ребёнок и его тоже, не только твой. Вы вместе должны решить, что делать дальше. — Как я должен ему об этом сказать? «Привет, мы с тобой переспали, и я залетел». Как будто я хочу женить его на себе или вытянуть денег. Тем более я слышал, что он уже бросил беременную омегу. Чонгук вряд ли поверит мне. Ким погладил кошку, которая сидела у него на коленях. Её мурлыканье успокаивало.