Ад Депрессии

Я проснулся очнулся также резко, как и отключился. Надо мной нависло лицо милой девушки, с карими глазами и короткими, волосами пшеничного цвета, мелкими завитками кудрей свисающих ей почти до плеч. -Святой отец, как вы, вы меня слышите. -Где... где мы? -В вашей церкви, вы хорошо себя чувствуете? -Сколько... Сколько я... Внутренности головы, словно свинцовые давили мне на череп изнутри. -...спал? -Долго, сейчас третий день заканчивается. -Н-ас не к-то не ис-кал. Я говорил по слогам будто, только научился говорить, ко всему прочему, в горле моём была настоящая пустыня, я потянулся за водой, но едва мог держать стакан дрожащей рукой. -Давайте я вам помогу. -Спасибо. Я громко отпивал из стакана, который держала девушка и осматривал её. -Нас никто не искал, они повесили убийство на кого-то другого. Договорив, она поймала на себе мой взгляд. -Ааа... я нашла это в кладовке, а другой одежды не было. -Ничего, все в порядке, эти одеяния монахинь никто не носил с тех пор, как последняя уволилась, ещё когда я только устроился сюда. Как тебя зовут? -Мария, а ваше имя? -Абрам После я попытался встать, но ноги были как ватные, я свалился на колени, Мария попыталась меня поднять, когда я не без её помощи снова лег, она спросила. -А что вы делали у борделя, вы были ранены, я слышала что Джона Бута застрелили в кабинете и я... -Это был я..., я убил его... В комнате повисла тишина. Не знаю зачем вы это сделали, но это помогло многим девушкам сбежать от туда. -Это и было моей целью, я пытаюсь отчистить город от таких как Бут. -Вы.. наверное... я даже... не знаю, что сказать. -Я просто хочу помочь людям. -Может...хотя... -Что? -Приют на окраине, там продают детей, Бут часто покупал там девочек. Может вы разберётесь с этим. С каждым словом её голос был всё тише, будто она боялась договорить. -Так вот откуда в Содоме дети, спасибо, что сказала Мария. От гнева я снова решил встать, но ноги меня не слушались и я растелился по полк, я сказал Марии не поднимать меня и что я сам должен подняться. Я отправил Марию в хол, чтобы она не видела моих жалких потуг. Хоть и на дрожащих ногах и опиревшись на прикроватную тумбочку, но я стоял, всего через час, может этого и хватало чтобы ходить вдоль стены, но идти на другой конец города в приют, на разведку я ещё не мог.