К чему приводит любопытство и что делать с последствиями.

Просыпаться не хотелось, было очень хорошо и уютно. Тело слегка затекло, но это ничего, я повернулся на спину и потянулся, мммм…как хорошо. Так, а где это я вообще? Пришлось глаза открывать. «Дома!» - воскликнул счастливо разум. Сон как рукой сняло, я поспешно встал. В спальне кроме меня никого не было. «Он, наверное, в кабинете» - подсказала догадливость, и я тут же соскочил с постели и направился на поиски моего спасителя, абсолютно не обратив внимания на то, что я в одних трусах. В гостиной Каина не было, поэтому я прошел в кабинет. Он сидел за столом с голым торсом, влажными волосами и в спортивных штанах. Я в который там уже раз забыл, как дышать и залюбовался. Он повернулся в мою сторону, он хмурился. Мы молча смотрели друг на друга, а потом я все-таки взял и подошел, обнял за плечи и подумал, если он меня убьет, умру счастливым. Минуту ничего не происходило, но потом я ощутил его руки на своей талии, он буквально вжал меня в себя. - Ты даже не представляешь, как я за тебя волновался, – прорычал Ворон куда-то в район солнечного сплетения, так как он сидел, а я стоял. Я молчал, как идиот, «Как счастливый идиот» - мурлыкнуло счастье, которое активно заполняло мою душу, молчал и вдыхал аромат его тела. Я даже не успел понять, что произошло, а мои ноги уже оторвались от пола, и меня куда-то транспортировали. - Ты хорошо себя чувствуешь? – хрипло спросил Каин. - Д..да, – ничего не понимая, ответил я. Каин принес меня в спальню и кинул на кровать. Сердце замерло в предвкушении и, кажется, вовсе остановилось, когда он прижал меня своим телом. В его глаза было страшно смотреть, но и оторваться от них было невозможно. Темные с поволокой, в них кипело желание, жажда обладания. «Тебя сейчас поимеют» - захихикало ехидство. «Страшно?» - спросило оно же. «Нет» - хором ответили я, разум, желание и влюбленность. И понеслось, как говорится. Каин впился в мои губы, грубо исследуя рот и терзая язык, он периодически кусался и тихонько порыкивал, вот ведь зверь. Не смотря на всю его грубость и дикую, почти животную, страсть, меня унесло в такие дали, которые вы и не видали. Губы уже болели, а он и не думал останавливаться, пробегая руками по моему телу, посасывая нижнюю губу и сильно щипая сосок, отчего захотелось вскрикнуть, но эта попытка была убита на корню его языком, вернувшимся в мой рот. А через время я понял, что такое обращение меня все-таки возбуждает. Хотя, скорее всего, тут дело было не в моем якобы мазохизме, а в том, кто это делал, а Каина я хотел, хотел ему отдаться, подчиняться, да что угодно, лишь бы он был рядом, лишь бы он брал и подчинял. А губы тем временем перешли на шею, точнее даже зубы, он покусывал мою и так уже израненную шейку, прикусывал и зализывал, прикусывал и снова зализывал, вырывая у меня болезненные вскрики удовольствия. Потому что от каждого укуса к паху приливала волна возбуждения. С меня грубо стащили боксеры, а потом Каин на мгновение отстранился и, стащив с себя штаны, снова придавил меня своим телом. Когда я почувствовал его возбужденный член своей обнаженной кожей, не смог не застонать от предвкушения. Пошарив под подушкой, Каин достал смазку, через мгновение в меня проник холодный и скользкий палец. Я слегка дернулся от неожиданности, но Ворон придавил меня посильнее и снова впился в губы, одновременно разрабатывая тугое колечко круговыми движениями, надолго его не хватило, поэтому буквально через минуту во мне уже двигались три пальца, причиняя дискомфорт. Но я не возражал, я лишь с удвоенной силой отвечал на властный и грубый поцелуй, примерно представляя себе, откуда такая агрессия и спешка. А потом меня вновь унесло в неведомые дали, так как он, наконец, задел простату. Я громко простонал что-то в его губы и приподнял бедра. Он снова прошелся по простате, вынул пальцы и размазал смазку по своему члену. Начал входить. Меня резко вернуло в реальность, из глаз покатились слезы, и я, сжав зубы, вцепился в простыни пальцами, тихонько поскуливая. Больно, было очень, мать его, больно! Но Каин не останавливался, будто бы доказывая, что я принадлежу ему. Миллиметр за миллиметром он входил в мое тело, а я пытался расслабиться. Мои старания давали пусть и не большие, но все же плоды. Когда он вошел полностью, замер, давая, наконец, мне такую необходимую передышку. Когда я открыл глаза, то снова встретился с его безумным и таким возбуждающим взглядом. Он приблизился к моим губам и прорычал: - Ты, мой! – а я и не спорил, снова прикрыл глаза и откинул голову на подушку, оголяя шею. Каин тут же впился в неё укусом, прокусив до крови, а потом прошелся языком по ране, несколько раз. Я застонал, цепляясь в его плечи. «Хочу! Хочу! Хочу!» - вопило во мне желание, и я озвучил эти мысли, хриплым шепотом на ухо моему Ворону. Его понесло с новой силой, сначала он выходил лишь на пару сантиметров и возвращался обратно, потом практически вылетал из моего тела, тут же вбиваясь обратно, проходясь головкой по простате и обдавая меня жаркой волной удовольствия. А я выстанывал его имя, просил еще, больше и глубже, держать рот закрытым не получалось. Если бы у него были соседи за стенкой, то они определенно вызвали бы полицию. Но их не было, и поэтому мы продолжали наш безумный марафон. Каин что-то рыкнул, схватив мой член в кольцо своих пальцев, и сделал всего два рваных движения рукой, я в последний раз громко застонал и кончил, чувствуя, как меня заполняет его сперма. Каин тут же перекатился на бок и притянул меня к себе. Накрыл мои губы легким и мягким поцелуем, который продолжался довольно долго, я отвечал до тех пор, пока не уснул в его горячих объятьях. Маленький, обманчиво хрупкий и такой страстный мальчик. Наверное, я причинил ему сильную боль, но он не сказал ни слова, и в его глазах не было упрека или обиды. А я не мог остановиться, не мог быть нежнее, меня хватило лишь на то что бы его растянуть, а не ворваться с воем в неподготовленное тело. И ещё замереть, дав передышку ему и себе. Я заявил на него свои права, и он с этим согласился. Боже, когда он прошептал мне на ухо одно единственное слово «Хочу», мое и так уже исчерпавшее себя самообладание капитулировало. А он расслабился, отдавался с такой готовностью. Принимал меня, подстраивался под мои движения и стонал. Боже, его голос возбужденный, слегка хриплый лучше любой музыки. Никогда ещё мне так сильно не срывало крышу, до такой степени, чтобы я не контролировал свои действия, действовал на уровне инстинктов, отдавался желанию, да и вообще, желал кого-то с такой силой. А во всем виновата лишь одна мысль, которая крутилась в моем мозгу, пока мы его искали: «Им мог обладать кто-то, кроме меня», это просто сводило меня с ума. Страшно было представить, что этот Крис мог быть у него первым, он, а не я. Поэтому я взял его, не поинтересовавшись, хочет ли он, не боится ли. И он хотел, хоть и боялся, он терпел, хоть и было больно, мой маленький лисенок, только мой, и никому его не отдам, а если захочет уйти, не отпущу. Я прижал его крепче к себе и заснул. Утро для меня началось рано, Джесси ещё спал, забавно морща нос во сне, я аккуратно выбрался из его объятий и направился в душ. Не успел я вытереться, как в квартиру позвонили. Оказалось, пришел Ром. - Ну, как твой мальчик? – весело начал он с порога. - Отлично, – в полголоса ответил я, давая понять, что Джесси ещё спит. - Как он себя чувствует? - Сказал, что нормально, – пожал я плечами, Джесси ведь говорил что-то такое. - А что это у тебя рожа такая счастливая, неужели что-то было? – вот за что я не люблю Рома, так это за его проницательность, особенно в отношении меня. - Тебя это не касается, – слегка рыкнул я. - Значит, было, неужели ты его трахнул? Ну и как? - Ты сейчас получишь, – грубо и по-честному предупредил я, на что друг поднял обе руки вверх, говоря о своей капитуляции. Всегда знает, когда нужно заткнуться, молодец. - Кофе? - Иди в кухню, я сейчас оденусь и приду. Стараясь не шуметь, я прошел в комнату, Джесси тут же завозился и открыл глаза. Я присел на край кровати и слегка обнял просыпающегося парня. Он прильнул ко мне поближе и сладко потянулся в моих объятьях. - Доброе утро, – улыбнулся он. - Доброе, – я слегка коснулся его губ, на что получил наглый и довольно настойчивый ответ, который затянул меня с головой. - Ммм… - протянул он, отрываясь от меня и довольно жмурясь. А потом с легким стоном перебрался мне на колени, тут же целуя в шею. И снова этот сводящий с ума шепот в ухо и одно единственное слово: - Хочу. - М? Разве у тебя ничего не болит? - Болит, – слегка покраснев, ответил он, - но я все равно тебя хочу. - У нас Ром в гостях, – привел я ещё один довод. - Ну и что, пусть подождет. - Нет, тебе будет больно. - Не будет, ты ведь тоже хочешь, я чувствую, – я покачал головой, то ли отрицая то, что он сказал, то ли поражаясь его наглости и самоуверенности.