Carousel

      Неделя пролетела так стремительно быстро, что ни один из парней не успел этого заметить. Наступила последняя ночь, и в этот раз Тайлер сидит не на своей излюбленной лошади черного цвета, на которой сидел каждую ночь, а устроился под ней, рядом с Джошем. Он положил голову на плечо Дану и, прикрыв глаза, наслаждался последними часами рядом с ним. Конечно, в эту ночь у Джоша и Тайлера было гораздо больше времени, чем в первые ночи их встречи, ведь в конце августа ночи становятся значительно длиннее, но и это время пролетало так стремительно быстро.       Тишина между ними не прерывалась до самого конца, будто, если никто из них не произнесёт ни слова, это спасёт их. Будто, если они не начнут прощаться, им и не придётся этого делать. Но это было не так. Чем больше времени проходило, тем сильнее Тайлер зарывался носом в шею Джоша, а его руки, обернутые на груди Дана, крепче прижимали парня к себе. В голове Тайлера это работало так же как с будящей по утрам матерью: если ты попросишь дополнительные пять минут сна, то сможешь выспаться. Только в его случае – если ты сильнее прижмешься к Джошу сейчас, то будешь меньше скучать по нему потом. К сожалению, и сам Тайлер понимал провальность своей теории.       – Тебе пора, – Джош первым разрывает тишину, когда тёмное небо начало светлеть. Именно в это время Тайлер обычно уходил, чтобы солнце не успело осветить его лицо. Вот только сегодня и сам Тайлер был не против того, чтобы это произошло, если это подразумевало то, что он сможет остаться с Джошем.       – Сегодня же была наша последняя ночь вместе, – Тайлер больше утверждает, чем спрашивает.       – Похоже на то, – Джошу тяжело говорить, в его горле будто застрял ком. Ему плохо от мысли, что он никогда больше не увидит Тайлера. Он прекрасно знает, что тот не покажется до самого конца. Ведь это не в его принципах. Джош понимает. Но от этого понимания ему не становится легче. Да и самому Тайлеру, кажется, тоже совсем нелегко. Небо стремительно светлеет, а желание уходить всё не появляется. Столько мыслей проносится в голове Тайлера сейчас, и, когда он задерживается на той, которая говорит ему оставаться здесь, наплевав на все свои слова, Джош произносит: – Знаешь, говорят, если людям суждено быть вместе, судьба сведёт их снова.       Тайлер усмехается. Если бы у него ещё была гарантия того, что они встретятся снова.       – Мы обязательно встретимся с тобой вновь, – Тайлер будет верить в это. Ведь, когда мы верим во что-то, это обязательно сбывается, да?       – Я люблю тебя, – шепчет Джош, когда Тайлер только собрался вставать, чтобы уйти. Тайлер замирает, не веря в то, что Дан действительно это сказал. Он знает, что не ослышался, и на его глазах застывают слёзы. Почему Джош не мог сделать всё проще? Зачем он, чёрт возьми, сказал это Тайлеру? Сердце Тайлера болезненно колет, ему было бы проще, если бы эти слова не были озвучены. Шанс их повторной встречи так мал, и это давит на них обоих сейчас, но они не должны отходить от своих слов.       – Я тоже люблю тебя, Джош, – шепчет Тайлер и чувствует, как ладонь Джоша ложится на его щеку, притягивая к себе. Осторожное касание губ Тайлера к чужим через пару секунд становится более уверенным. Полминуты и парни сминают губы друг друга своими, целуясь так, словно они больше никогда не увидятся. Возможно, так и есть. Конечно, шанс есть, но он так ничтожно мал, что хочется выть от безысходности. Но они оба сделают это потом, а пока, прерываясь лишь на пару секунд, чтобы втянуть воздух в лёгкие, они углубляют поцелуй. Язык Джоша уже вовсю хозяйничает во рту Тайлера, и этого так мало обоим, но они прекрасно знают: чем дальше, они зайдут сейчас, тем тяжелее им будет потом. Поэтому в следующий раз, когда они отрываются друг от друга, Джош шепчет в губы Тайлера:       – Тайлер, пора.       И Тайлер опирается своим лбом о лоб Джоша, заглядывая в его глаза, которые он уже едва начинает различать из-за начинающегося рассвета. Ему нужна ещё пара секунд. Всего пара секунд и он уйдёт.       – Ну же, не плачь, – Джош слабо улыбается, стирая подушечками больших пальцев дорожки от слёз на щеках Тайлера, о которых он даже и не узнал бы, если бы одна из его ладоней не лежала на щеке Тайлера. – Только не из-за меня, – Тайлер слабо усмехается. – Всё, иди.       И на этот раз Тайлер быстро хватает свой портфель, убегая с аттракциона, а после и парка, даже не оборачиваясь, потому что посветлело достаточно, чтобы, присмотревшись, можно было рассмотреть какие-либо детали.       А Джош так и останется сидеть на карусели до конца смены, ведь будет слишком подавлен, чтобы идти куда-либо.