В тихом омуте.

В ушах стоял безумный визг. Казалось, что резина стирается на повороте о шершавый и каменистый асфальт. Я не понимала, что происходит. В тот момент моё тело было весьма бездушно, наверное если б мама видела меня тогда, три дня назад в машине, потрепанную, изрезанную, умирающую, то вряд ли смогла бы вынести это. — Аккуратней! Боже, моя девочка, пропустите, я ее мать! — моя мама рвалась ко мне изо всех сил, но её не подпускали, дабы не шокировать ее моим истерзанным видом. — Мисс, успокойтесь, Вам не стоит это видеть. Мисс... Вокруг машины скорой помощи собиралась небольшая толпа. Возле бортов дороги, увидев, что половина снесена, люди останавливались, дабы посмотреть, что произошло. Как только их глаза натыкались на остатки машины, то сразу же начинались расспросы у очевидцев. Как же мне было стыдно в те 5 минут. Я не справилась с управлением в 17 лет. Я угробила дорогущую машину, вынудила Сили потерять сознание от нервного срыва, а маму с папой подсадила на успокоительное и валерьянку. Спустя три дня меня пробудил голос. Пробудил посреди ночи, басистый, мужественный и...Это был его тембр. Тембр Джея. Я почувствовала своей порезанной щекой ледяные пальцы и внезапно распахнула глаза. — Ты так просто не избавишься от своей участи. Я буду рядом, даже когда ты этого не видишь. — каждое его слово врезалось в мою грудь лезвием. В прямом смысле. Я видела нож в его мускулистых руках, рукоять которого он крепко сжимал пальцами. А потом удары, прямо в солнечное сплетение, забрызгивая всё кровью. Режущей болью это отражалось в голове и аппараты, показывающие биение моего сердца, закричали. Настолько сильный был пульс. Я резко села на кровати с приглушенным стоном от боли и слезах на щеках. Меня едва не стошнило. Слишком много царило эмоций в моем сознании. Эти родные стены, плакаты и постеры, мои игрушки и кровать...А за окном ночь. — Дженн! — мама с грохотом открыла дверь и забежала в комнату, тут же кидаясь ко мне. —Солнце, что с тобой? Тебе плохо? Болит что-то? Ты кричала...— она тут же осмотрела меня и, убедившись, что всё в порядке, прижала к себе. Я всё еще была в бинтах, всё еще не чувствовала ног и боялась, что больше не почувствую. Но больше пугало то, что он определенно сводил меня с ума. Я, как наивная дурочка, впускала его в свое сознание. В ту ночь мама сидела со мной до утра, пока я глупо и безнадежно плакала, прижимаясь к ее груди и слушая биение такого родного сердца. Я уснула под утро. Обессиленная и морально вымотанная. Мне не снились сны, я не видела радужных пони. Лишь писк в ушах, запах сожженной резины и мой крик, а потом стоны и всхлипы, с хрустом в районе ребер. Вот вы сейчас читаете это и наверняка думаете, что всё было не так. Но правду никто никогда не узнает. Она таится во мне. И сейчас, наверное уже в полете с высокого здания, я прокручиваю свою истину у себя в голове. Хотя кто знает...Ведь прыжок не стал моей смертью. И так...Еще одна глава...Еще одно сокровенное безумие. Я выздоровила. Спустя месяц, а может больше. Ноги вернулись в норму и хорошо держали меня на земле. Подарком к выздоровлению от папы мне стала новая машина. Я заехала за Сили. Такой же день, как и те. Предыдущие. Только сегодня вечеринка в пентхаусе у Лолы. Ох...кто бы знал, как я себя чувствовала. Думаю, вам не интересно знать, как прошел мой день. Вам ведь нужны интриги, сплетни, трагедии. Ну так...Держите. — Дженн, я поражаюсь. Ты не боишься после такого садиться за руль. Ты меня до чертиков напугала. Я места себе не находила. Кстати! — Сили возмущенно вскрикнула, когда я ударила по тормозам от ее крика "Кстати", она промазала помадой мимо губ и я залилась смехом. — Не пугай меня так...Сейчас вообще не стоит отвлекать меня от езды. — абсолютно спокойным тоном произнесла я и включила музыку, чтобы отвлечься. Огромная высотка уже виднелась за серпантином из дороги. Спустя 10 минут мы были на месте... Играла громкая музыка, куча народа, куча алкоголя и слюннообменников. Как же иногда противно наблюдать за парочками. Описывать сея событие нет смысла. Обычная, среднестатестическая вечеринка у старших классов Американской школы. Вы ведь меня понимаете, да? Мне весь вечер было душно. Платье перекрывало способность дышать, от этого хотелось сорвать его с себя и выкинуть, но я, как приличная леди, держала себя в руках. Мне в голову пришла идея подняться ближе к небу, ближе к свежему воздуху и звездам. На крышу. Ступенька за ступенькой становилось хуже. Что-то было не так. Организм, тело, мозг. Все было слишком усталым и ленивым. Во мне поселилась огромная тяжесть, которая не давала мне возможность даже эллементарно подняться по лестнице без отдышки. — Решила подышать свежим воздухом? — в горле стал ком. — Ты приследуешь меня? Что вообще присходит? После того утра я словно... — Умираешь? — он закончил мою фразу с дьявольской ухмылкой на губах. Ему нравилось наблюлать за тем, как во мне все медленно опускается, от наступающего ужаса, ему нравилось видеть в моих глаза безысходность и загнанность, панику. Он жил, питался моим страхом. — С каждым днем. Да, малышка Элиссон, ты именно та, кого я ищу уже очень долго. Только ты скрывалась. Так усердно...Я уже потерял надежду, но в то утро. Твой запах. Ты разбудила во мне монстра. И ты с этим смиришься. Со временем. Тебе будет больно, будешь кричать. Но потом ты смиришься. — тогда он сделал шаг ко мне, а я отошла на десять. За моей спиной был конец здания. Я была в шаге от полета. — Не подходи ко мне! — вскрикнув, зажмурилась, сжимаясь вся внутри. Медленно открыла глаза и увидела, как в зеркальных окнах высотки отражается мое лицо. Тело. Летящее с высоты под 50 метров. Ветер играл со мной, подбрасывал на порывах, раздувал платье. Земля была близко... — Дженнифер! — голос Сили заставил меня....очнуться? Она стояла, держа меня за плечи, испуганная и нервная. — Решила меня там одну оставить?! А ну пошли.... Да. Этот прыжок не стал моей смертью. Он был лишь долей истины, которую я вам рассказала. Ведь сейчас вы читаете это, а меня уже не спасти.