Проклятье Рода

"И как это понимать?" 27.10.1996. Утро. Хогвартс. Покои Снейпа. Северус проснулся привычно рано, но непривычно бодрым. Как правило, с утра он выглядел потасканной мочалкой и хотел только одного - заавадить кого-нибудь и лечь спать обратно. Ну, или дозу крепкого кофе без сливок. Как только в голове всплыли события прошедшего вечера, Снейп подхватился с кровати, накинул домашний халат и направился в гостиную. Люпина он обнаружил за попыткой побега. Помятый и несчастный, оборотень посмотрел на Северуса больными глазами побитой собаки и замер на полпути к дверям. - Ну? - Северус, встав у входа в спальню, вскинул подбородок и смерил Люпина недовольным взглядом. - Прости… - Оборотень, судорожно выламывая пальцы, отвёл взгляд. - И за что ты извиняешься, позволь спросить? - Снейп отбросил волосы с лица. - Я не… я хотел бы… - Прекрати мямлить. Или за это ты тоже хочешь извиниться? - хмыкнул зельевар. - Я… Наверно. - Ремус вздрогнул. - От тебя воняло зельем. Зельем комбинированного действия Шварца. Даже я почувствовал. Что случилось с твоим обонянием, Люпин? - Северус скривил губы. - Середина цикла. Мои способности на спаде. - Люпин отпустил голову, но пальцы оставил в покое. - Вот как. Значит, злоумышленник знал. Кто бы это мог быть? - Снейп прищурился. - Я ужинал в Большом Зале. Сидел между Минервой и Синистрой. А потом… я мало помню. Только как стоял под дверями… и ещё… немного. Северус задумался. «Миневра и Синистра. Хм. Ни той, ни другой не нужен возбуждённый одуревший оборотень. Тем более – под моей дверью. Кто?..» То же утро. Завтрак в Большом Зале. Ничего не подозревающий о грязных махинациях хитрого Слизеринского Принца Рон в радужном настроении чапал на завтрак, когда его подло толкнули в нишу за пустыми доспехами и он со всего маха впечатался в стену. Со спины кто-то прижался и дохнул в ухо: - Доброго утра, рыжик. Не желаешь развлечься? Рон шарахнулся в сторону и резко обернулся. - З-Забини… сбрендил? – голос дрогнул от удивления. - Какой ты гру-убый. – Забини – слизеринский красавчик и мачо номер два на их потоке – порочно усмехнулся. Бесстыжие синие глаза нахально окинули Уизли оценивающим взглядом. – Впрочем, я люблю грубый секс. - О чем ты?!! – вскинулся быстро закипающий Рон. - Ты же хочешь кое-что о вашем Золотом Мальчике? – Усмешка стала чуть издевательской. Забини прислонился к противоположной Рону стене и сложил руки на груди. - Ч-что?.. – весь пыл тут же иссяк. Рон чуть прищурился, глядя на слизеринца. - Ну же, Рональд, думай быстрее. Я знаю кое-что, чего не знаешь ты. – Забини медленно провёл языком по нижней губе. – Об опасности… - Я понял. Что ты хочешь? – Уизли нахмурился. - Сегодня, в девять вечера, на площадке Астрономической Башни. Один. И не опаздывай. – Слизеринец подмигнул Рону и быстро ретировался. Гриффиндорец сжал кулаки в попытке взять себя в руки. - И во что же ты вляпался, дорогой друг? А главное, причём тут Забини? То же время. Лондон. Магазин «Ужастики Умников Уизли». Фред возился в кладовке, когда туда вошёл Джордж. - Ты думаешь о том же, о чём и я? – спросил он негромко, глядя в окно. На самом деле ответ ему был не нужен. Раньше в выборе партнёров по постели их вкусы сильно разнились. Да и они сами были далеко не так похожи, как думали остальные… - Да, он необычайно притягателен. – Фред бросил безделушку, что вертел в руках, и улыбнулся. - Что думаешь делать? – в голосе брата послышалось напряжение. - Ты знаешь. – Фред обернулся. – Он выберет сам, если захочет. Если же нет… - …жизнь на этом не закончится. Они обменялись одинаковыми ухмылками. Вечер того же дня. Хогвартс. Рон поднимался на вершину Астрономической Башни, полный противоречивых желаний и дурных предчувствий. Идея встретиться с Забини ему не нравилась категорически. Но и не пойти он не мог – возможно, слизеринец и в самом деле знал что-то важное про Гарри. Забини стоял у огромного окна. Рон был далеко не так глуп, как о нём говорили. Да, вспыльчив. Да, обидчив. Но не глуп. А ещё разбирался в тактике, стратегии и подлых приёмах. И прекрасно понимал, что Забини вполне мог блефовать. Но всё равно пришёл. Смотреть на него было приятно. Высокий – сантиметров на пять ниже самого Рона. Модельная стрижка. Спортивная фигура. Смуглая кожа, покрытая ровным бронзовым загаром. Точёное лицо. Яркие синие глаза, чуть раскосые. Есть, на что засмотреться. Если хотя бы теоретически предположить, что Рону могут нравиться парни. - Пришёл, – чуть удивлённо протянул Забини, оборачиваясь. - Ты сомневался? – мрачно буркнул Уизли, не спеша подходить ближе. - Немного. – Слизеринец улыбнулся. Помолчали. Рон нервно сжал кулаки. - Я… разговаривал с Драко. – Забини прикрыл глаза. – И заметил кое-что… Но делиться информацией просто так не станет ни один слизеринец. - Что ты хочешь? – напрягся Уизли. - О, самую малость… тебя. В моей постели. Сердце Рона пропустило удар. «Так я и знал. Дерьмо фестрала!» - А информация того стоит? – тихо спросил он. - Она стоит намного больше. – Забини тонко улыбнулся и глянул на Рон из-под пушистых ресниц. – Я дам тебе времени на раздумья. Три дня. Реши, стоит ли твоя задница этой информации. И коварный слизеринец спокойно удалился, оставив Рона в полном раздрае. «Дерьмо фестрала!» 30.10.1996. Малфой-мэнор. Она собирала вещи в спешке. Ситуация становилась слишком опасной – она вытащила кузена из-за Завесы в надежде заслужить поощрение Лорда. Но эта шавка исчезла! Три дня она пыталась сама найти тело этого полутрупа. Безнадёжно! И зачем она сказала о нём Белле?.. Возможно, сейчас не пришлось бы бежать… А Лорд ведь наверняка всё узнал от сестрички… Где же та подвеска с бриллиантами, которую ей купил её ничтожный супруг? И выпил ли он следующую порцию Полного Подчинения? В последнее время его стало труднее контролировать. Нужно бы увеличить дозу компонентов для подавления памяти… То же время. Хогвартс. Подземелья. Драко старательно прогонял тестирование крови отца на самые различные зелья – один за другим. С Поттером он уже виделся сегодня и мог себе позволить эту ночь провести там, где вздумается. Чем незамедлительно воспользовался. …Поттер. Чёртов Золотой Мальчик. Заноза в заднице. Не думать о нём получалось всё сложнее – это тело, что за несколько дней он уже изучил визуально и даже немного тактильно, непроизвольно притягивал взгляд; это открытое точёное лицо; этот горящий взгляд… Поттер сам частенько пропадал из Хогвартса, проводя время в Визжащей Хижине. Это немного напрягало. …Очередной тест дал отрицательный результат. Драко взболтал остатки крови во флаконе. На что ещё её можно проверить?.. Дверь его подпольной лаборатории, обустроенной в одном из пустующих классов с треском ударилась о стену. Внутрь, жёстко чеканя шаг, вошёл профессор Снейп. Драко вскочил со стула, всё ещё сжимая склянку с кровью. Крёстный навис над ним разгневанной хищной птицей. - И как это понимать? – свистящим шёпотом спросил он, разъярённо глядя на крестника. - Я… не… - Не мямлить! - Северус, ты не… - Чем ты тут занимался?! И как давно?! - Крёстный! Подожди. Я всё объясню. – Драко поставил склянку на стол и выпрямился. Взмахом палочки закрыл и запечатал дверь. Наложил Заглушающее и смело встретил взгляд профессора. – Ещё летом у меня появилось подозрение, что На… матушка чем-то опаивает отца. Его внешний вид и поведение ясно об этом говорили. Несколько дней назад я проник в мэнор и взял образцы крови отца. Здесь я занимаюсь тестированием образцов. - И как? – Северус недоверчиво скривил губы. - Пока отрицательно, – покачал головой Драко. – Я проверил реакцию на два десятка зелий. Остались только самые сильные, подавляющие волю и влияющие на разум. - Почему не сказал сразу? - Я… – парень замялся. – Я не… - Мерлин, не говори мне только, что ты думал, будто я с ней заодно, – перекосило Снейпа. Понуро опущенная голова крестника сказала сама за себя. – Ясно. А если бы я не пришёл?! Взялся бы за Тёмные Зелья?!! - Я… да. Пойми, крёстный, я не мог иначе. Это же… отец… - Ладно, я понял. Помолчали, думая каждый о своём. - Крёстный, что-то случилось? Ты так ворвался, будто искал что-то конкретное. – Драко пытливо посмотрел на Северуса. Тот поморщился. - Да был тут… один инцидент. Тебя ни коим образом не касается. Глядя на крёстного, молодой человек решил не встревать. - Ладно, хватай реторты, идём в мою лабораторию. Проверим твои… подозрения. 31.10.1996. Малфой-мэнор. Люциус как раз собирался отправляться спать, когда неожиданно мир закружился перед глазами и пол метнулся навстречу. Малфой не успел подставить руки и тяжело завалился назад. Путь да кресла у камина показался чудовищно длинным и трудным. Сердце билось рваными скачками, к горлу подступила тошнота. Голосовые связки отказывались функционировать, так что даже домовиков позвать хозяин не мог. «Что?..» Грузно опустившись в кресло, Люциус потянулся к колокольчику на столике. Пламя в камине полыхнуло зелёным. На ковёр ступила фигура, закутанная в чёрный плащ. Люциус резко выпрямился, провоцируя вспышку боли в висках. - Люциус? Плохо выглядишь. – Капюшон упал, открывая взгляду бледное лицо Беллатрисы Лестранж и её горящие фанатичным огнём глаза. – Где Нарси? Лорд послал за ней. - Она отбыла во Францию ещё позавчера. – Люциус постарался не показать, как сильно кружится голова. Слабость непростительна в среде Упивающихся Смертью. Господин… не простит… - Что?! – взвизгнула Белла, подлетев к хозяину мэнора. – А эта шавка?! - Какая? – Люциус надменно приподнял брови. - Не притворяйся идиотом! Где тело моего ненаглядного кузена, этой грязной твари! - Сбавь тон, Белла, я ничего не знаю о судьбе этого «тела». – Малфой прищурился, усилием воли пытаясь подавить головокружение. - Нарси ничего тебе не сказала? Врёшь! – Лестранж выхватила палочку. - Можешь обыскать дом. – Люциус откинулся на спинку кресла. Затошнило сильней. – Пиппа! Проводи госпожу в крыло хозяйки. Белла презрительно фыркнула и покинула кабинет. - Тинки! – позвал Люциус тихо. - Хозяин? – появилась эльфуха. - Ужин сюда. И укрепляющих зелий. - Слушаюсь. Люциус устало растёкся по креслу. Сердце билось медленно и будто неохотно. Лестранж ушла, несолоно хлебавши. Громко и грязно ругаясь при этом. Люциус проводил её безучастным взглядом, выпил зелье и медленно пошёл в спальню. О причинах плохого самочувствия он даже не задумался. 01.12.1996. Лондон. Доминик уехал домой в первый день зимы, ранним утром. Билл проводил его до Министерства и вернулся домой. Было тяжело и тоскливо. Билл понимал, что Дом нравится ему и что это недопустимо – тоже. Сам факт его отъезда одновременно облегчал и ухудшал ситуацию. Воскресение – долгожданный выходной. Но Билл был ему не рад. Флёр ещё не вернулась, а идти куда-то и что-то делать не хотелось. Дорогая наречённая явилась к полудню. Билл готовил обед. Ссора, которую она учинила на пустом месте, причинила ему много боли и оставила чувства недоумения и досады. Вейла ушла, громко хлопнув дверью. Билл остался наедине со своим одиночеством и мыслями о том, что Доминика отпускать не стоило.