Лёд в крови

POV Эрик Да ты, блядь, издеваешься. Взобралась на подоконник и танцует! Нет, её пляски на сцене я ещё вытерпел. Решил оставить в покое хоть ненадолго, но она, похоже, не может не провоцировать меня. Вспоминаю: ещё будучи мальчиком, в Эрудиции я читал про Пешую корриду — игры с быками, обычаи народов прошлого, и мне запомнилась одна: на арену выходил человек — матадор и перед разъярённым быком махал красным полотном. Игра со смертью. Чувствую себя тем быком. А надо ли говорить, что Рия мой личный матадор. А этот молокосос наверное не знает, чья это девочка, руки распускает даже несмотря на ее сопротивление. Когда подхожу, народ отступает. Краем глаза замечаю, как напрягается Фор, в этот момент обнимающий Трис. Ну да, за мою девочку боится. Смешно, блядь. Но, естественно, никто не смеет меня останавливать. Хватаю сопляка и скидываю вниз, хочется ему морду набить, но ещё больше хочется её стащить оттуда, чтоб все перестали пялиться на столь аппетитное зрелище, и не дать ей упасть в обрыв по другую сторону стекла. Через пару минут её всё же настораживает затишье голосов, и, открыв глаза, при виде меня тут же жмурится. Вот, сучка, ты и наигралась. — Слезай! — спокойно командую, беззвучно — одними губами. А она пятится назад, но не от страха. Ой, зря. Улыбается, продолжает движение под музыку и руками водит по телу. Красиво, завораживает. Но, блядь, я не один здесь. Пристрелить их всех что ли? — Слезай, быстро. Она сгибает колени, и наши глаза оказываются друг против друга, а затем, наклоняясь ближе ко мне, говорит: — Попроси, — при этом облизывает губы так, что становится почти невозможно контролировать себя, в штанах становится тесно до боли, член аж дергается. — Рия, пожалуйста, слезай, — говорю у её губ, а про себя думаю, — Сучка, ответишь за это. Она довольно улыбается и садится на импровизированную сцену, чтобы потом спрыгнуть, но у меня другие планы. Делаю шаг к ней, заставляя раздвинуть бедра, платье облегающее, и потому я без труда приподнимаю полы всё выше и выше, пока не прижимаюсь пахом к её плоти. Она широко раскрывает глаза, понимая, чего добиваюсь, её ручки уже у меня на груди, отталкивают. — В чем дело, ведьма? Разве ты не этого добивалась? — говорю ей в ухо, — ты же хотела, чтоб я тебя трахнул прямо здесь и сейчас? — Эрик, нет, — в её голосе слышу нотки страха, ну наконец-то. — Врешь, ты такая горячая и уже наверняка мокрая, — целую ей шею, с её губ срывается стон, но она по-прежнему отталкивает меня, ну, или хотя бы пытается. — Эрик, пожалуйста, не здесь! — пытается звучать строго, хотя я слышу её неровное дыхание и чувствую, как она сжимает бедра, прижимаясь ко мне своим горячим лоном все теснее. Через джинсы чувствую её влагу. — Все в порядке? — раздается от куда-то с боку. Оборачиваемся на источник голоса. — Фор, иди куда шёл, — отвечаю строго. Хотя хрипотца в голосе меня выдаёт, он не двигается и смотрит на Рию, и я к ней поворачиваюсь, на секунду даже жалею её. Просто со стороны картина не предназначавшаяся для глаз друзей. Она согласно кивает, при этом пытаясь приспустить полы платья, которые я задрал почти до талии. Но и отойти не могу — моё тело надежно скрывает её интимное место. Трис хочет что-то сказать, но Рия перебивает её: — Все хорошо, правда. — Ну и чего уставились, получили ответ, валите! — Фор хотел было что-то сказать, но его девка умнее, она оттаскивает его от нас. — Зачем ты так? Они мои друзья. — Скажи спасибо, что ещё живы. — Да пошёл ты, Лидер! С меня хватит! — её гнев возбуждает ещё сильнее. — Если продолжишь в таком же духе, через минуту заставлю кончить, — она замирает в моих руках, — умничка. Отхожу на шаг и ставлю её на ноги. Но прежде, чем она успевает отойти, беру её за руку и тащу к выходу. Когда оказываемся с снаружи, ускоряю ход, прекрасно понимая, что вряд ли дотерплю до дома. — Эрик, куда ты тащишь меня? Чёрт. Не так быстро, я на чертовых каблуках. Сучка, а ты не знаешь куда. Когда она останавливается, я окончательно теряют контроль. — Хочешь прямо здесь и сейчас? — Эрик, нет, — будет тебе. — Приближаюсь медленно, она отходит и упирается в дверь, вытягивает руки вперёд упираясь мне в грудь, а я довольно ухмыляюсь. Вряд ли Рия знает, что за нами склад холодного оружия, я знаю. Грубо раздвигаю ей бедра и, приподняв за ягодицы, снова прижимаю к себе. Ожидаю сопротивления, но она довольно стонет, здесь безлюдно, так что незачем притворяться недотрогой. Утыкается носом мне в шею и что-то шепчет между поцелуями. Нетерпеливо водит руками по моим плечам и груди — В чем дело, сучка, твои малолетки не удовлетворяют тебя? — говорю грубо, при этом прикусываю ей губу до крови. Она инстинктивно подаётся назад, ударяясь головой. — Какого черта, Эрик, ты, блядь, о чем? — она почти кричит, не замечая, как снимаю с кармана ключ-карту и отпираю дверь. — О Дине, например, — Рия не успевает ответить, когда толкаю ногой дверь и захожу в тёмное помещение с ней на руках. Сажаю её на стол с разложенными на нем ножами, дрожащими из-за спешки руками вытаскиваю член из слегка припущенных штанов и прижимаюсь к её горячей плоти. Рия смотрит мне в глаза, когда пальцем отодвигаю мокрое кружево и одним толчком вхожу до основания. В ней чертовски тесно и горячо. Она хрипло кричит и вся выгибается мне на встречу. Блядь, от наслаждения в глазах темнеет. Начинаю двигаться, трахаю её грубо, жёстко, с дикой скоростью. И ей нравится, её довольные стоны и крики наполняют помещение, пока она царапает мне спину и руки, смотрю на её лицо, освещенное луной. Она прекрасна. Кусает губы между вздохами, глаза полуприкрыты, волосы рассыпаны вокруг лица и над моими руками, сминающими ей грудь. И выражение блаженства на лице, когда она кончает. Её мышцы сжимают член почти болезненно, но так хорошо, что я кончаю с ней. И когда восстанавливаем дыхание, она шепчет мне: — Дин мой брат.