Ночь отменяет все правила...

Молодая Султанша неторопливо ужинала на просторном балконе своих покоев. Тёплый летний ветер играл с русыми прядями ее волос и мягко обдувал нежную кожу. Богатые золотые столовые приборы ярко блестели в лучах заходящего солнца. Повисшую сонную тишину нарушал только щебет птиц, доносившийся из сада. Девушка полностью погрузилась в свои мысли, поэтому не заметила, как большие дубовые двери отворились, пропуская мужчину. Жестом приказав слугам удалиться, он подошёл к девушке. — Госпожа… — поклонившись, Великий Визирь посмотрел на османскую принцессу. — Рустем Паша, — девушка еле заметно вздрогнула от неожиданности, — Вы что-то хотели? — Ваша Валиде очень беспокоится за вас. Вы не пишите и не навещаете ее, — ответил мужчина, внимательно глядя на русоволосую Госпожу. — А она не догадывается, почему? — в глазах Михримах, цвета волн Босфора в ясный солнечный день, тут же полыхнул нехороший огонь обиды. После свадьбы девушка ни разу не виделась с Хюррем, что сильно огорчало последнюю, но Михримах не сильно переживала из-за чувств матери. Все же главная Хасеки Султана сама была виновата в этом. — Но она ведь ваша Валиде, Госпожа. Вам стоит уже смириться с нашим браком и помириться с ней, — спокойно произнёс Визирь, не особо надеясь, что это подействует на Михримах. — Смириться? Ну, уж нет. Я предупреждала ее, что будет, если выйду за вас замуж. Тогда ее это не сильно волновало. Ее вообще никогда не волновало, что я чувствую. Даже в день свадьбы меня успокаивали служанки, а не она. Мою Валиде интересовала лишь выгода, которую она получит с нашего брака. И она своего добилась: вы Великий Визирь и мой муж. Но ее для меня больше не существует, — принцесса сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, — Если это все, то вы свободны, Паша. Добавила девушка уже более спокойным голосом после чего резко поднялась с тахты и вернулась в покои. Подойдя к большому зеркалу, Михримах перекинула волосы на левую сторону, после чего начала снимать украшения. Вернувшись в покои вслед за женой, Паша остановился у дверей, наблюдая за девушкой. Такая красивая и желанная… Вот уже много лет Рустем безответно был влюблен в единственную дочь Повелителя. Но, даже выйдя за него замуж, Михримах не стала принадлежать ему. Со времени их свадьбы прошёл уже год, но за это время Султанша ни разу не подпустила к себе Визиря. Но сегодня мужчина собирался это исправить. Слишком долго он ждал… Подойдя к девушке, Паша положил руки на ее талию, притянув Султаншу ближе к себе, а затем нежно коснулся губами ее шеи. Не ожидавшая этого Михримах, замерла в руках мужчины, поэтому Рустем не встретил никакого сопротивления. Развернув девушку к себе, Визирь посмотрел в небесно-голубые глаза возлюбленной. Сейчас в них не было привычной неприязни или раздражения. Лишь страх. Да, вначале Михримах ненавидела Рустема, но со временем это прошло. Он был хорошим и заботливым мужем, искренне любил ее и не настаивал на более близких отношениях. Все это постепенно поменяло отношение Госпожи к Визирю. Почему же до сих пор она не согласилась на близость с ним? Во-первых, он сам не настаивал на этом, а, во-вторых, наслушавшись разговоров наложниц, девушка попросту боялась ночи, проведенной с мужчиной. — Михримах… — Рустем провел рукой по щеке Султанши, а затем нежно поцеловал ее. Девушка вздрогнула, но все же робко ответила на поцелуй. — Я хочу провести эту ночь с тобой, — тихо, но твердо произнес Паша, чуть отстранившись от губ возлюбленной. Он не спрашивал разрешения, а ставил Михримах перед фактом, что эту ночь они проведут вместе. Наверное, именно эта настойчивость и требовалась Госпоже. Сама девушка никогда первой не решилась бы произнести это. Сейчас мужчина заставлял принцессу подчиниться ему. Пускай, она и была выше его по положению, но только не сейчас. Ночь отменяет все правила, и их случай не исключение. Рустем начал расстегивать пуговицы на расшитом золотом платье Султанши. — Рустем… — девушка накрыла его руки своими, мягко останавливая. — Я люблю тебя и не хочу причинять тебе боль, — спокойно глядя в сапфировые глаза возлюбленной, которые уже наполнились слезами, произнес мужчина, — Доверься мне. Михримах опустила голову, прикусив нижнюю губу. В душе девушки сейчас шла ожесточенная борьба. С одной стороны она понимала, что рано или поздно ей придется пройти через это, но с другой она очень боялась боли, поэтому хотела, чтобы ее первая ночь была как можно позже. Почувствовав сомнения девушки, Рустем начал покрывать ее шею нежными, практически невесомыми поцелуями. — Доверься мне, Михримах, — повторил мужчина, продолжая нежно целовать ее шею. Действия мужа помогли Михримах немного успокоиться, поэтому она еле заметно кивнула. Паша, ждавший лишь ее согласия, быстро расстегнул пуговицы на платье девушки, после чего положил ее на постель. Избавившись от своей одежды, мужчина навис над Султаншей, которая напряженно следила за каждым его движением. Поскольку Рустем был очень опытным любовником, он прекрасно понимал, что сейчас главное не напугать девушку. Нежно поцеловав Михримах в губы, Визирь стал медленно покрывать поцелуями ее тело. Когда русоволосая Госпожа полностью успокоилась, мужчина раздвинул ее ноги, но не спешил овладевать девушкой, а продолжил ласкать ее, чтобы она смогла расслабиться сильнее. Михримах прикрыла глаза, полностью растворившись в океане удовольствия, которое ей доставляли действия мужа. Тело девушки податливо откликалось на каждое его прикосновение, а с ее уст стали срываться тихие стоны. Когда Султанша полностью расслабилась, мужчина осторожно овладел ей. В ту же секунду низ живота девушки пронзила резкая режущая боль. Михримах вскрикнула, но ее крик потонул в нежном поцелуе. Рустем не начинал двигаться, давая Госпоже привыкнуть к новым для нее ощущениям, за что она в глубине души была очень ему благодарна. Подождав еще немного, Паша начал медленно двигаться в ней, стараясь быть как можно более осторожным. Как бы извиняясь за причиняемую боль, мужчина стал нежно сцеловывать слезы, катившиеся по щекам девушки. — Расслабься… — шепнул Рустем на ухо возлюбленной. Ласки и нежные поцелуи мужчины помогли Михримах отвлечься от боли, поэтому скоро она начала получать удовольствие от близости с мужем. Заметив это, Паша увеличил темп, отчего девушка застонала, чуть изогнувшись под ним и начав царапать его спину. Продолжая ритмично двигать бедрами, мужчина страстно поцеловал Госпожу. Когда она, хотя и не очень умело, ответила на поцелуй, Рустем проник языком в ее рот, начав изучать рельеф нёба и внутреннюю сторону щеки девушки. Почувствовав, что принцессе не хватает воздуха, Визирь переместился на ее шею. Повинуясь своим желаниям, Михримах откинула голову назад, предоставляя мужчине больше доступа. Рустем начал покрывать шею девушки страстными поцелуями, одновременно увеличивая темп их движения. Достигнув одновременно с женой оргазма, мужчина излился в неё, после чего перекатился на спину, тяжело дыша. Михримах прижалась к Визирю, восстанавливая дыхание. Рустем рассеянно погладил девушку по волосам, ощущая, как часто бьется сердце в ее груди. Вскоре русоволосая Госпожа уснула в его объятиях.

***

Проснувшись утром, Рустем посмотрел на мирно спящую в его объятьях девушку. Улыбнувшись, мужчина нежно поцеловав ее в макушку. Во сне Михримах казалась такой милой, нежной и беззащитной… Паша готов был провести рядом с ней вечность… Но ему пора было ехать в Топ-Капы, ведь его ждали государственные дела. Великий Визирь стал осторожно выбираться из объятий принцессы, но она лишь теснее прижалась к нему. — Не уходи… — попросила девушка, все ещё не открывая глаз. Впервые Михримах просила его остаться с ней. Разве мог Рустем отказать? Конечно же, нет. Тем более что его главный долг служить государству, а она им и являлась…