Он был рожден для меня

Клэри понимала, что её друг оказался в незавидном положении, но она также понимала, что если Бейн в ближайшем времени ничего не изменит, то попросту разрушит свою жизнь и жизнь Алека. Но почему то маг просто отказался видеть очевидное и просто запирался в себе со всеми своими проблемами и переживаниями, не подпуская к себе никого. Девушка понимала, что в таком состоянии к Бейну мог достучаться только Алек. Но запуганный магом и его тиранией, парень попросту не понимал этого. Как и то, какое влияние он имеет над Бейном, парень просто боялся мага, не понимая ситуации, и попросту не использовал свои преимущества. Зная всё это, Клэри ещё больше злилась на Магнуса, а её попытки заставить друга наконец-то открыться Лайтвуду проваливались, превращаясь в ссоры, и вскрывали старые раны у обоих. Фрей понимала, что долго злиться на друга у неё не получится, уж слишком многое их связывало. Девушка помнила, что именно Магнус в сложный момент не отвернулся от них с Джонатаном. Именно маг тогда спас их, не посмотрев ни на то, что они нефилимы, ни на то, что они дети Валентина. Бейн забрал их к себе и заботился о них, воспитывал и оберегал. Именно поэтому девушке так сложно было смотреть на то, как Магнус разрушает своё счастье. Хотя Клэри и понимала, что скоро ей всё же придется объясниться с магом, а пока она просто надеялась, что ультиматум, который она поставила другу, хоть как-то его образумит. Правда сейчас, она не хотела разговаривать с Бейном, тем более, после того, что он наговорил ей, хотелось просто придушить мага. Поэтому девушка была несказанно рада, что на сегодня у неё ещё были дела. Фрей знала, что ни Магнус, ни Люк не одобрят её самодеятельность, но ситуация ухудшалась с каждым днем. Девушка понимала, что нужно что-то срочно предпринимать или будет слишком поздно. Поэтому обсудить план действий, и попросить её подстраховать, она могла только Рафаэля. К которому собственно и направлялась, но как только Клэри вошла в Дюморт, до её слуха донесся истеричный вопль Изабель Лайтвуд. — Но почему?! — Вскрикнула Изабель, на что Фрей только хмыкнула. — Ну и когда это закончится? — Недовольно пробормотала Клэри, понимая, что ей предстоит пережить сегодня ещё как минимум один скандал. Девушка подождала немного, пока глаза привыкнут к полумраку, и тихо направилась наверх. Идя по темным и мрачным коридорам, она поневоле старалась идти как можно тише. И хоть здесь её все знали, и нападать на неё никто не рискнул бы, всё же она воспитанница главы магов и подруга Сантьяго. И это несмотря на то, что и сама девушка была достаточно опасной и спуску бы не дала никому. Но всё же, Фрей не хотелось беспокоить жителей Дюморта, они были ночными созданиями. Клэри всегда поражалась спокойствию и сдержанности Сантьяго, но в последнее время жизнь всё больше подкидывала ему сюрпризов. И если с делами вампиров он ещё мог как-то справится и даже иногда помогал с разведкой и шпионажем. Что, учитывая его силу и скорость, было большим преимуществом. То вот с «подарочком» от Магнуса вампир справится попросту не мог. И хоть Рафаэль и стойко держался, но вот Клэри, прекрасно знавшая Сантьяго, видела как никто другой, чего это ему стоит. Фрей часто бывала в Дюморте, и видела, как менялась Изабель за то короткое время, что та пребывала там. Как только вампир привез её сюда и дал понять, что не собирается ей вредить, Лайтвуд заперлась в хранилище с кровью, требуя собственные апартаменты. Мотивируя это тем, что она не может быть уверенной, что проснется рано, так как её «попросту могут сожрать». Немного посопротивлявшись, Рафаэль всё же решил выделить Изабель собственную комнату возле своей, понимая, что девушка права. Правда этим поступком Сантьяго, сам того не осознавая, дал Лайтвуд зеленый свет, на все подальшие действия. Так что уже за две недели Изабель уговорила Рафаэля об индивидуальных тренировках и выпросила назад свое оружие и стило. А спустя ещё две недели переселилась в комнату Сантьяго, утверждая, что ей страшно оставаться одной, в логове вампиров. И даже утверждения того, что она сама запирает себя с вампиром, не действовало на охотницу. Конечно, Клэри понимала, что если бы Сантьяго захотел это прекратить, он давно бы уже поставил Изабель на место, но вот девушка прекрасно видела, что друг этого не сделает. Уж слишком сильно он привязался к Лайтвуд. Клэри сначала не понимала, что происходит, вот что-что, а терпеть выбрики какой-то заносчивой девицы, он бы точно не стал. Но понаблюдав немного за другом, девушка поняла, что дело тут явно не чисто. Лайтвуд нравилась Рафаэлю, и поэтому тот и не обращал внимания на поведение охотницы. И даже замкнутость Сантьяго не мешает ему заботиться и оберегать свою избранницу. И Фрей была бы рада за друга, но вот только ей уже надоело видеть постоянные истерики и скандалы, которые закатывает Изабель, и то, только чтобы потрепать нервы Рафаэлю. — Что здесь происходит? — Уже привычно спрашивает Фрей, заходя в комнату друга. Его комната, как и весь отель в мрачных тонах, но всё же здесь присутствует некий сдержанный стиль, присущий её хозяину. Тут не было лишних вещей, только широкая кровать, несколько кресел, стол и небольшой гардероб. Вся мебель была изготовлена из красного дерева, а на полу находился белый ковер. Фрей уже давно привыкла к этой обстановке, и для неё было немного необычно видеть, что у одной из стен стоит огромный комод с зеркалом. — Ничего, просто кто-то слишком много хочет, — спокойно произнес вампир, продолжая сидеть в кресле и читать книгу. — Это я много хочу? Вы вытащили меня из дома, заставили жить здесь, в логове кровососов и лишаете всех удовольствий. — Такое неподдельное возмущение Изабель, немного удивило Клэри. — Так, вы наконец-то объясните из-за чего на этот раз грызетесь? — Спросила Фрей, понимая, что Изабель всё же девушка, и, возможно, ей действительно что-то нужно. — А случилось то, что мне надоело жить в этом морге! А Раф не дает мне сделать перестановку. — Возмутилась охотница, на что Клэри только улыбнулась, она прекрасно знала, что Сантьяго очень ценил своё пространство. В свое время они с Себастьяном тоже пытались заставить его изменить интерьер, считая его слишком мрачным. Но все их попытки не увенчались успехом, так что девушке оставалось только пожелать Лайтвуд удачи. Но вот взглянув на Сантьяго, она поняла — друг держится уже из последних сил, по вампиру, конечно, это было незаметно, он был, как всегда, серьезен и спокоен. Но от девушки не укрылся тот факт, насколько сильно он был сосредоточен на книге, тем более, что держал её вверх ногами. — Хм, перестановку? Знаешь, Изабель, это, конечно, интересная идея, но Раф не любит ничего менять. Может, ты лучше свои личные апартаменты обустроишь? — Задумчиво спросила Фрей, понимая, что друг уже еле выносит всё это. И понимая, что Сантьяго нужно немного отвлечься от всего этого, девушка вытаскивает стило, отправляя сообщения Себастьяну. — Нет! Вы что все сговорились, я не хочу другую комнату, я хочу быть здесь, только немного разбавить этот мрачный вид. — Уперлась охотница. — Но это моя комната, так что я сам буду решать, что с ней делать. — В своей спокойной манере ответил Рафаэль. — Ну вот почему ты так упираешься, если бы я тебе панорамное окно без штор предлагала поставить? — Никак не успокаивалась Лайтвуд. — Потому, что я не хочу ничего менять. Клэри, ты что-то хотела, может, поговорим в более спокойном месте? — Предложил Сантьяго, вставая со своего места и подходя к девушке. — Да, нужно обсудить некоторые моменты, — уклончиво ответила Фрей, понимая, что Лайтвуд лучше пока не знать всего. В этот момент девушке пришло огненное послание. — Себа всё сделал, можем идти. Видя, как Изабель уже готовится закатить очередной скандал, Клэри быстро открывает портал, хватая друга за руку и утаскивая его подальше от Лайтвуд. Девушка знала, что у него и так плохие времена, и ей было искренне жаль вампира, хотя и понимала, что открыто говорить об этом он не будет. Так что девушке приходилось просто смотреть на страдания друга и понимать, насколько беспощадно время. Возможно, вампир и был рад, постоянным истерикам и скандалам Изабель, так как это хоть немного отвлекало его от неизбежного, но вот сейчас он уже был на пределе. — Раф, всё в порядке? — Обеспокоено спросил Себастьян, как только они вышли из портала, в гостиной Лайтвудов. Охотник прекрасно знал Сантьяго, и понимал, что с другом что-то явно не так. — Да, всё хорошо, ты сам как? — Немного отстраненно спросил Рафаэль, оглядываясь по сторонам. Ему было немного непривычно находится в доме у нефилимов, Сантьяго сразу заметил Саймона, слегка удивляясь, что тот делает у охотников дома, а также Эрондейла. Но не успел Верлак что-нибудь ответить, как с ещё не закрывшегося портала практически выпала Изабель, падая на руки Сантьяго. Девушка выглядела взволнованно и немного сбита с толку, правда шок от того, что она очутилась не в каком-то тайном логове нежити, а дома быстро пропал. После чего Лайтвуд ещё сильнее прилипла к вампиру, не желая его отпускать и всем своим видом показывая, что так просто она отсюда не уйдет. — Что… Что я тебе плохого сделала?! — Истерично всхлипнула девушка, чем привела всех присутствующих в шок. — Изабель, что случилось? — Растерянно спросил Сантьяго, не понимая, что могло практически за несколько мгновений довести охотницу до такого состояния. — Это в-всё из-за того ре-емонта? — Всхлипывала девушка, утыкаясь, ничего не понимающему вампиру, в грудь. Наблюдая за этой парочкой, у всех присутствующих было двоякое чувство, казалось, что они наблюдали за каким-то шоу, не зная, чего ожидать в следующий момент. Джейс открыто таращился на сестренку, не понимая, что происходит, и если с появлением Иззи он и боялся, что вампир может навредить девушке. То после того, как Сантьяго начал нежно поглаживать её по голове, пытаясь успокоить, понял — Изз просто играет. Клэри же это поняла сразу, вот только не понимала, чего хочет добиться Лайтвуд в этот раз. А вот Себастьян с Саймоном открыто офигевали от происходящего, правда парни быстро пришли в себя и с интересом наблюдали за представлением, искренне жалея, что нет под рукой попкорна. — Что, какого ремонта, ты о чем? — Нежно спросил Рафаэль, продолжая поглаживать охотницу по волосам, успокаивая её. — В комнате-ее, — практически завыла девушка, вцепившись в пиджак Сантьяго. — Э-то поэтому-ууу ты остааавил меня там… с этим-мии в-вампираамии. — Всхлипывала девушка. — Dios… bueno, ya puedes divertirte…? — Пробубнил себе под нос Рафаэль, не зная, как успокоить Лайтвуд. — Ну ты же не первый раз там остаешься, когда меня нет. — Но раньше они не подходили так близко, — немного успокоившись, пробормотала охотница. — Ну всё, успокойся, всё хорошо, — видя, что Изабель начала успокаиваться, попытался отстранить её от себя вампир. — Если хочешь може… — Это ты! — Вдруг яростно отмахнулась от Рафаэля Изабель, тыча в него пальцем. — Это ты им сказал! — Нет, я никому ничего не говорил, о чем ты вообще? — В шоке уставился на неё Сантьяго. — Не говорил, говоришь, тогда почему они шастают возле двери?! Это всё из-за того ремонтааааа… — Вдруг заново зарыдала девушка, обратно утыкаясь Рафаэлю в грудь. — Я никому ничего не говорил, Изабель, успокойся пожалуйста, — нежно обнял он девушку. — Это ты сейчас-с так говори-шш… — зарыдала охотница. — Dios, та делай ты что хочешь, только успокойся и перестань плакать, — практически умоляя, просит Сантьяго. — Правда? — Удивленно поднимает на него взгляд Изабель, — но ты же говорил, что не хочешьььь. — Заливается новым воплем девушка. — А теперь передумал, — обреченно склоняет голову вампир, понимая, что легче уступить, чем и дальше смотреть на рыдающую Лайтвуд. — Но я ведь не справлюсь сама, — немного отстранившись, надула губы девушка. — Если что, Саймон в твоем распоряжении, — выдохнул Рафаэль, видя, как наконец-то успокаивается Изабель. — Отправишь Клэри огненное послание, чтобы открыла ему портал, и он во всём тебе поможет. — Спасибо большое, — бросилась обнимать Сантьяго охотница, попутно целуя его в щеку. Видя, как загнанно и растеряно выглядит её друг, Клэри быстро хватает его за руку, утаскивая в отведенную им с Себастьяном комнату. Тем самым спасая вампира от дальнейших действий и оставляя шокированных и ничего не понимающих ребят внизу. Тогда как все присутствующие с шоком уставились вслед покинувшим гостиную Фрей с вампиром. А Изабель в то время плюхнулась на диван, полностью убирая свою уже такую привычную маску перепуганной и истеричной девочки. — Так, чем заниматься будем? — Мило улыбнулась она парням, так если б и не плакала ещё несколько мгновений назад. На что Себастьян заливается смехом, практически складываясь пополам. — И что за ремонт ты задумала? — Немного успокоившись, спросил Верлак. — В нашей комнате, там слишком мрачно, так что я подумала немного красок не помешает, — задумчиво ответила Лайтвуд. — Ну, зная Рафа, могу только сказать, что он очень «любит» розовый, — заговорчески тянет Себастьян, садясь в кресло возле девушки, с коварной улыбкой на губах. — Розовый говоришь? — Немного задумано произносит девушка, проводя рукой по своему браслету-хлысту. — Ну я, конечно, его не очень люблю, но для Рафаэля я готова потерпеть немного. — Иззи, а ты не боишься, что он может тебе что-то сделать? — Встревожено спросил Джейс, садясь возле сестры. — Кто, Раф? — Удивленно произносит девушка, но потом, вспомнив, что Эрондейл не в курсе, что у них происходит, слегка улыбается. — Он мне ничего не сделает. Успокойся, Джейс, я понимаю твоё недоверие, но Рафаэль действительно не настолько плохой. Я бы даже сказала, что он хороший, даже заботливый. — Ты хоть сама веришь в то, что говоришь? — Немного недоверчиво спросил Джейс, но вспомнив, как нежно вампир обнимал Изабель успокаивая её — осекся, понимая, что девушка в чем-то права. Да, и если подумать, Изз он тоже нравился, уж кто кто, а Джейс прекрасно знал, что сестра не будет никого целовать, если он ей не нравится. Пытаться кого-то соблазнить, заворожить, используя свой шарм и красоту для достижения цели, да, легко, но вот целовать кого-то Лайтвуд просто так уж точно не будет. — Ты мне лучше скажи, как там Алек? — Понимая, что спорить с братом сейчас она не хочет, задает девушка давно волнующий её вопрос. Она ничего не слышала о Алеке с того момента, как Бейн утащил его с зала Советов. И хоть девушка и пыталась как-то узнать про судьбу брата от Рафаэля, но вампир практически ничего не знал, постоянно жалуясь на то, что маг вообще оборзел и даже на заседания совета не ходит. Клэри же в свою очередь отвечала, что всё хорошо, но в подробности она не вникала. Так что видя немного заглавный и в какой-то мере испуганный взгляд Эрондейла, да и в общем какую-то зажатость парней, понимает, что Алеку повезло намного меньше чем ей. — С ним всё хорошо. — Отвечает Джейс, отводя взгляд от девушки, ему трудно врать Изабель, и хоть сейчас Алек и пришел в норму, он понимал, что ещё не так давно парабатай был при смерти. — Может, вы уже прекратите мне врать? — Вскакивает на ноги Лайтвуд, начиная уже злиться. — Что вы все заладили одно и тоже? Что Раф говорит, что не в курсе потому что не общается с Бейном, что Клэри говорит, что он в порядке, но потом отводит глаза и переводит тему. — Джейс, неужели я не имею права знать, что с моим братом?! — Имеешь, и с ним действительно всё хорошо, да, я чувствую через руну парабатай некоторое волнение и ещё что-то непонятное, но Алек действительно в порядке. — Всё же посмотрев Изабель в глаза, произносит Эрондейл. — Тогда почему у меня такое ощущение, что вы что-то скрываете? — Немного успокоилась девушка, садясь обратно, но всё же полна решимости докопаться до правды. — Просто Магнус немного рехнулся, вот и сделал одну глупость, после которой твой брат заболел. — Произнес Себастьян, видя настрой девушки и не желая смотреть ещё один спектакль на подобии того, что было не так давно. — Магнус тогда попросил Клэри вмешаться, и она с одним из безмолвных братьев поставили его на ноги. Но как уже сказал Джейс, теперь с ним всё в порядке. — Подожди, безмолвный брат помогал магу? — Удивилась девушка, прекрасно зная законы и понимая, насколько это было для него опасно. — Но это же против правил, даже если учесть, что он и помогал нефилиму, он не имел на это права. — Да, помогал, а ты бы предпочла, чтобы твой брат погиб, но не нарушался закон? — Разозлился Верлак, как же его достала вся эта напускная правильность и стремление защищать закон, даже если это и идет наперекор морали и здравому смыслу. — Нет, вовсе нет, просто я удивлена, что кто-то из них пошел на такой риск, вот и всё, — Видя, как начинает злиться Себастьян, заверила его Лайтвуд. И хоть парень и был достаточно странным, но тех нескольких встреч когда Верлак приходил к Рафаэлю, охотнице хватило, чтобы понять, что парень не настолько плохой, он просто выстроил стены. И своей холодностью, и агрессией отпугивает тех, кто может навредить ему или Клэри. Лайтвуд и сама не раз надевала маски, так что понять, что Верлак тоже её носит, для девушки не составило большого труда. Всё же они были чем-то похожи: оба боялись подпускать кого-то к себе слишком близко, оба отстаивали свое мнение, и оба готовы перегрызть глотку любому за своих близких. Вот только методы у них немного отличались. — Это не так уж и важно, важно то, что с твоим братом всё в порядке, — успокоившись, заверил охотницу Себастьян. — Да, — улыбнулась Изабель. — А вот интересно, Раф здесь надолго, а то я так соскучилась по дому. — Льюис, иди спроси, что там у них, — ухмыляется Себастьян, смотря на представителя вампиров. — Я тебе не собачка какая-то, чтобы бегать исполнять поручения, — возмущается Саймон. — Серьезно? — Хмурится Верлак, подходя к вампиру, — а я что-то думал, что это как раз твоя обязанность, бегать и выполнять поручения. Или я не прав? — Не твои, — спокойно произнес Саймон, ему не хотелось злить Себу, тем более доводить до нового взрыва, но и постоянно быть у него на побегушках, парню не хотелось. Тем более, вампир видел глаза Себастьяна, и в них не было даже намека на то, что нефилим может потерять сейчас контроль. — Хватит уже препираться, — немного недоумевая, подошла к парням Изабель. — Если это такая проблема, то я сама схожу. — Нет, они могут говорить что-то, что тебе нельзя слышать, тем более, это его работа, и он пойдет туда, даже если мне придется его силой тащить, — зло шипит Верлак. Как же ему надоел этот упертый характер вампира, парень не понимал, почему Льюис постоянно делает всё, чтобы вывести его из себя. — Но в таком случае тебе придется и так самому идти, — улыбнулась девушка, — ладно, давайте не будем ссориться, — примирительно подняла она руки. — Саймон, пожалуйста, можешь спросить долго ли они ещё там будут, и сколько мы ещё будем здесь? — Хорошо, — улыбнулся Льюис, направляясь к выходу, но уже у двери остановился, и, посмотрев на Себастьяна, добавил. — Неужели было так трудно нормально попросить? — И, не дожидаясь ответа, уносится прочь. Саймон не понимал, почему Себастьян так его ненавидит, он ещё с детства понял, что парень предвзято к нему относится. Льюис помнил их первую встречу, и то как Верлак возненавидел его практически с первого взгляда. И эта ненависть со временем только росла, и если раньше он и мог списать это на то, что парень просто слишком заботится об Клэри, то теперь Саймон не знал, что и думать. Он видел, насколько больно Фрей смотреть на их постоянные ссоры, но как бы он не старался наладить отношения с Себастьяном — становилось только хуже. — Только не делай ничего сама, это слишком опасно, — донесся до Саймона голос Сантьяго. — Можно? — Постучавшись, спросил Льюис, понимая, что Себастьян был прав, и разговор у этих двоих явно не предназначается для посторонних ушей. — Да, заходи Сай, ты что-то хотел? — Любезно спросила Фрей, понимая, что друг просто так не пришел бы. — Изабель хотела узнать, долго ли вы ещё здесь будете, и сколько у неё ещё есть времени побыть дома. — Хорошо, Саймон, передай ей, что мы сейчас спустимся, — улыбнулась Клэри другу. — Раф, а теперь давай серьезно, что с тобой? — После ухода Саймона, спросила друга девушка, понимая, что он уже доходит до края пропасти. — И не говори, что всё нормально, я же вижу, что это не так. — Дело в Розе, — поник Сантьяго, ему было трудно говорить об этом, но держать всё в себе уже не было сил. — Как она? — Клери знала, что вампир очень заботится и дорожит сестрой, но, к сожалению, её жизнь, как и жизнь всех примитивных, была подвластна времени. — Плохо, и я не знаю, что мне делать. Она единственный родной мне человек, понимаешь, Клери? Я… Я просто не могу её потерять, не теперь… — Фрей видела, как тяжело Сантьяго, но, к сожалению, не могла ничем помочь. — Ладно, давай уже спускаться, не будем заставлять Изабель ждать. — Хм, знаешь, мне кажется, ты ей слишком много позволяешь, — улыбнулась охотница выходя из комнаты, она понимала, что затронула слишком болезненную тему для вампира и понимала его желание сменить тему разговора. — Возможно, но я не могу почему то ей противостоять, — немного смущенно произносит Рафаэль, осторожно придерживая Фрей на лестнице. — Да, но из-за этого ты уже две недели спишь на полу, нет, я понимаю у тебя прекрасный ковер, и ты ведешь себя как джентльмен. Но тебе не кажется, что это уже перебор? — Улыбается Клэри другу, но понимая, что волнует Сантьяго, добавляет, — успокойся, ты ей тоже нравишься, просто будь собой и дай ей ещё немного времени. — Ещё будут какие-то указания? — Да, начни с романтического ужина, — наиграно серьезно дает указания Фрей. Друзья даже не заметили как оказались в гостиной под пристальным взглядом всех присутствующих там. И если парни смотрели на них с любопытством, то Изабель практически прожигала Фрей ревнивым взглядом. Что немного веселило Клэри, а ещё давало понять, что она права, и Лайтвуд действительно нравится Рафаэль, вот только из-за этой ситуации между их расами они пока не могут переступить все грани. Но девушка прекрасно понимала — долго держать дистанцию они не сумеют. — Раф, всё в порядке? — Заметив обратно упавшее настроение Сантьяго и отстраненный вид, спрашивает Клэри. — Да, всё хорошо, просто задумался. — Солнце уже село, — догадываясь о чем задумался её друг, говорит девушка. — Но до захода солнца ещё несколько часов, — немного свысока сообщает Изабель, смотря на плотно задернутые шторы. — Или ты его смерти хочешь? — Это в Идрисе, а я говорю про Нью-Йорк. — Я не пойду, — отстранено произносит Сантьяго, садясь в кресло и смотря Клери в глаза. Но прежде чем она начинает протестовать, объясняет. — Дело в том, что год назад я потерял одну вещь, которую Роза мне подарила, а я в свою очередь поклялся всегда её беречь, она мне не простит её потерю. На этом Себастьян, который, казалось, уже немного успел заскучать, срывается с места, покидает комнату, никому ничего не объясняя. Чем заставляет задуматься, что такого важного вспомнил охотник, всё же такое поведение не в стиле Верлака. Парень всегда старался поменьше обращать на что-то внимание, всё же любой стресс или ссора могли привести до нового срыва. Нет, конечно, Себастьян никогда не сидел на месте и даже частенько лез, куда не надо, но всё же это не мешало ему делать вид, что он не при делах, тем более, когда это не касалось конкретно его или Клэри. — Вот, держи, — так же быстро появляется Себастьян, передавая маленькую коробочку Рафаэлю. — Что это? — В непонимании открывает вампир коробочку, на мгновенье замирая, увидев внутри маленький серебряный крестик, на тонкой цепочке. — Но как? Откуда он у тебя? — В шоке спрашивает Сантьяго, который уже и не мечтал его увидеть. — Год назад, после очередной стычки с охотниками ты попал к Магнусу весь израненный и еле живой, — задумавшись, начал рассказывать Себастьян, присаживаясь возле вампира, на что тот только кивнул, давая понять, что помнит тот случай. — Ты тогда был без сознания, мы боялись, что ты не выживешь и по очереди дежурили возле тебя. Он был на тебе тогда, и я подумал, что это нефилимы так решили поиздеваться, надев его на тебя и оставив умирать. Вот и снял его, а позже Магнус сказал, что он твой, правда я не понимал зачем ты его носишь, вот и решил, что потом отдам, но как-то не выпадало случая. — Да, тогда охотники подкараулили меня, когда я возвращался от Розы, я думал, что потерял его во время драки. — Вздохнул Сантьяго, вспоминая ту ночь, он тогда действительно находился при смерти и точно бы умер если бы не пронырливые Себа с Клэри, которые решили, что его слишком долго нет. Именно они, понимая, что он не пропустил бы просто так совет, и не обнаружив его в Дюморте, отправились искать его, а увидев состояние вампира, быстро доставили его к Бейну. А потом не отходили от него, пока он полностью не восстановился. — Извини, я не знал, что он для тебя так важен, — поникше извинился Верлак, теперь понимая, почему вампир, не взирая на боль, одел тогда на себя крестик. — Себа, всё нормально, тебе незачем извиняться, тем более, вы спасли мне тогда жизнь, за что я вам очень благодарен. — Уверенно ответил Сантьяго, поднимаясь с места. — Клэри, откроешь мне портал? — Ты ещё спрашиваешь? — Улыбнулась девушка, доставая стило, но увидев, как Сантьяго, нахмурившись, попытался достать крестик с коробочки, подошла к нему. — Давай помогу, — перехватила она руку вампира. — Спасибо, — напрягся Рафаэль, он прекрасно помнил ту боль от ожогов, которые оставляют освященные предметы, но вот это было ничто, по сравнению с той болью, которая съедала его изнутри, от осознания того, что скоро не станет единственного родного ему человека. Клэри аккуратно достала крестик, взвешивая его в руке, после чего открыла портал. Девушка прекрасно знала, какую боль будет испытывать вампир, так что предпочла не мучить его больше, чем это будет нужно. — Я приду за тобой ближе к рассвету, — обняла она друга, после чего аккуратно застегнула тоненькую цепочку на шее Сантьяго. — Спасибо, присмотри за Изабель, пока меня не будет. — Попросил Рафаэль, отстраняя руку Фрей, тем самым провоцируя соприкосновения крестика с собственной кожей и морщась от боли. — Всё хорошо, просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть. — Успокаивает он девушку, видя на её лице беспокойство, после чего исчезает в портале. — Что это было? — Понемногу начали приходить в себя Иззи и Джейс, отходя от шока. — Ничего, ты остаешься здесь до утра, — отстранённо произносит Клэри, мысленно переживая за Сантьяго. — Это я поняла, но вот что я не могу понять, так это то, какой изверг заставляет Рафа одевать кресты на встречу с ним. — Яростно вскочила Лайтвуд, она не могла поверить в то, что над её Рафаэлем кто-то так смеет издеваться и самое главное, что вампир позволял это с ним делать. Охотница была в ярости, уже представляя, как показывает место той таинственной Розе, заставляя её пожалеть за то, как она мучит Сантьяго. — Изабель, давай он потом сам тебе всё объяснит, это слишком личное для него, чтобы мы могли обсуждать это за его спиной. Тем более, думаю, будет правильнее, если он сам тебе всё расскажет. — Вздохнула девушка, уходя прочь. Клэри слишком больно было наблюдать, как рушится всё вокруг, и понимать, что ничего нельзя изменить, что бы она не делала, как бы не старалась помочь друзьям, она ничего не могла сделать. Понимая, что пока до утра она свободна, Фрей направляется в архивы. Она всё же должна спасти Себастьяна, да, она не может образумить Магнуса и помочь Рафу, но она хотя бы приложит все усилия, чтобы помочь брату.

***

Магнус понимал, что Фрей в каком-то роде права, и он не сможет вечно прикидываться, но он не был готов пока раскрыться перед Лайтвудом. Маг понимал, что подруга просто пытается помочь, но этим она только ухудшала всё и ссорилась с ним, что ещё больше злило Магнуса. Он не мог понять, почему девушка встала на сторону Александра, а не его. И хоть разумом он и понимал, что она хочет как лучше для них обоих, всё же обида была сильнее здравого смысла. Вот только здраво мыслить он не мог ещё и потому что хотел поскорее попасть к своему нефилиму. Вот только пока что он не мог пойти к своему ангелу, Магнус надеялся, что наконец-то нашел свой камень, так что мысленно попросив у Лайтвуда прощения, зашел в пещеру. Бейн знал, что в местах хранения «камней магии» так же как и «кристаллов фамильяров» использование магии было невозможное. Так что тяжело вздохнув и пожалев, что не одел более удобную обувь, маг направился в центр пещеры, ему было интересно, какой камень достанется ему. Камни магии всегда были большим секретом, и их существование скрывалось так же, как и существование фамильяров. Камень мага «рождался» на свет во время зачатия мага, которому он принадлежит, говорили, что эти камни отображают саму сущность мага, которому принадлежат, а так же накапливал силу всю его жизнь. И чем сильнее был маг, тем больше силы мог удержать в себе камень, это было как будто маленькое хранилище магии, использовать которое мог только тот маг, кому оно принадлежало. Такие камни нужно было заряжать и давать ему подпитку, а использовать их крайне осторожно, но несмотря на это они были очень ценные только как добавление силы магу практически вдвое. И равный по силе, мог быть только кристалл фамильяра. Кристаллы формировались по таким же принципам, только вот кристаллами пользовались фамы, и уже они в свою очередь помогали магам. А ещё мало какой маг мог похвастаться и камнем и кристаллом в своего фама, так как найти их было слишком сложно. Все артефакты при рождении появлялись в книге «Камней и Кристаллов», которых было всего два экземпляра. Но вот даже с книгой было трудно определить, который именно камень принадлежит конкретному магу. С кристаллами же было немного проще, так как фамильяры лучше чувствовали свои артефакты, но вот маги обычно боялись отпускать своих помощников, предпочитая искать их самостоятельно, чем подвергать фамильяров опасности. Понимая, что уже скоро он наконец-то получит свой камень, Магнус в предвкушении осторожно подходит к маленькому возвышению в центре пещеры. Он с восхищением оглядывается вокруг, смотря на каменные горки, на которых накапливается вода и стекает тоненькими ручейками в подземное озеро. В пещере было темно, даже слишком, но Магнус, благодаря своим настоящим глазам, мог спокойно видеть в этой кромешной темноте, и даже спокойно различал выступы сталактитов, которые занимали верхнее пространство пещеры. Маг никогда не любил свою метку, правда сейчас с её помощью он аккуратно, затаив дыхание, подходит к выступу, где и должен находиться его камень. — Бейн, ты там ничего не найдешь, ну кроме разочарования и отчаяния, — раздался насмешливый голос справа от Магнуса. — Что ты здесь делаешь? — Возмутился Бейн, — ты не имеешь права здесь находится. — Фактически, ты прав, вот только есть одно «но», это правило действует только в том случае, если маг, чей камень здесь находится его ещё не забрал или не умер. А так как я здесь нахожусь, это значит, что камня здесь нет. — Сообщает Бейну собеседник, а его надменный вид практически кричит о том, что он уверен в своем превосходстве. — Ты врешь, — в отчаянии говорит Магнус, уже понимая, что собеседник прав, он не сумел бы войти, если бы он врал. Магия камня просто бы не пропустила чужака в свое хранилище, другое дело, если маг умирает, тогда камень магии стал бы простым камушком, красивым, но всё же без магических сил. Но он был жив, что значило, что камень забрал кто-то другой, кто-то, кому он и принадлежал. — Ты прекрасно понимаешь, что я не вру, иначе я бы не смог здесь стоять, — улыбается оппонент, как будто читая мысли Бейна. — Что ты хочешь, ты же не просто так сюда пришел? — Вздыхает Магнус, понимая, что ничего хорошего от этого мага ожидать не приходится. — Ой, ну что ты так сразу, просто хотел удостовериться, что с тобой всё в порядке, ты же практически не вылезаешь со своего острова, после того как нашел себе новую игрушку. — Допустим, но как ты узнал, что я буду здесь? — Допытывался Магнус, он знал собеседника уже несколько столетий и понимал, что он бы не пришел сюда просто поболтать. — А ты забыл, что второй экземпляр книги у меня, а что ты будешь искать в этом месте понять было легко, у тебя слишком много сходств с тем магом, камень которого здесь хранился. Жаль, что он умер столетие назад, так и не найдя его, у тебя кстати от него ещё и сувенир остался. — Хмыкнул маг, понимая, как задевают его слова Бейна. — Что тебе нужно? — Уже начиная злится, спросил Магнус, прекрасно понимая на что ему намекают. Бейну не нравилось, когда посторонние лезли в его дела, но ещё больше ему не нравилось, когда кто-то лез в дела его семьи, и если то, что ему сказали правда, то он сейчас стоял в хранилище своего брата, что в принципе было и не странно, у них действительно было слишком много сходства. — Ов, ничего такого, просто хотел поздравить с захватом нефилимов. А так же с приобретением такой милой игрушки, вот только, Бейн, тебе не кажется, что забирать себе всё самое лучшее — это как минимум неприлично. — Лоренцо, не беси меня, чего тебе нужно? — Уже разозлился Магнус, понимая, что ничего хорошего с этого разговора не выйдет. — Ой, как грубо, нельзя так разговаривать с тем, кто может сместить тебя и занять твоё место. — Этого никогда не будет, так что можешь засунуть свои мечты куда подальше. — Бейн уже привык, что этот гаденыш постоянно пытался его дискредитировать, чтобы занять своё место. Так что старался не обращать на это внимания, но иногда сдержаться было труднее чем обычно. — Ну не здесь Магнус, я же просто подстраховываюсь, ты же у нас в последнее время проводишь очень часто в присутствии нефилимов. А ты же знаешь, как опасно находится практически у пасти врага. — Улыбается Лоренцо, насмехаясь с Бейна, — знаешь, мне так жаль тебя, ты же практически всегда находишься в опасности. — Ты сейчас о чем вообще, совсем весь мозг пропил? — Магнус искренне не понимал, к чему клонит этот ненормальный. — Ну это скорее по твоей части. Хотя, знаешь, я действительно за тебя волнуюсь, я понимаю, твоя новая игрушка в виде юного нефилима очень забавная. Но ты всё же наш предводитель, не безопаснее будет отдать его кому-то менее значимому? А вдруг он тебя во сне прирежет? — Ухмыляется Лоренцо, видя шок и недоверие на лице Бейна. — Спасибо за заботу, но, думаю, что с каким-то нефилимом я и сам справится могу, — немного придя в себя, отвечает Магнус. — Извини, но как ты сам понимаешь, у предводителя магов много дел, так что времени на пустую болтовню у меня нет. — На этом Бейн уже собирался уходить, как его вдруг остановили. — Знаешь, Магнус, тебе всегда доставалось всё самое лучшее, не думаешь, что пора делится, я как-нибудь заскочу к тебе в гости, может, сможем договориться насчет передачи пленного под мой контроль. — Не думаю, та и сам понимаешь это больше в моей юрисдикции, так что не лезь, куда не надо, — стиснув зубы, процедил Бейн. — Ну знаешь, это решать не тебе, — продолжал издеваться над врагом Лоренцо, прекрасно видя, какой эффект производят его слова на собеседника. — Ты не имеешь права влезать, это против правил, — зло зашипел Магнус, понимая, что его оппонент не остановится просто так. — Ну знаешь, пока что я имею право на всё, мне нужно только согласие и явно не твоё. Я как и ты маг, так что имею право забрать пленного к себе, по моему, это будет честно. — Улыбнулся он, покидая растерянного и злого Бейна одного. Магнус понимал, что Лоренцо прав, и что в этой ситуации он не может ничего сделать, в такой ситуации он мог только усилить охранную магию и не подпускать к своему ангелу никого. Правда вот занятия с Клэри он отменить никак не мог, хотя в подруге он был уверен на все сто процентов, даже несмотря на их разногласия и ссоры, она не будет помогать его врагам. Уж слишком многим они были обязаны друг другу, так что даже не смотря на их вражду в последнее время, Магнус знал, что может рассчитывать на Фрей, как впрочем и он пришел бы ей на помощь независимо ни на что. Маг не понимал, как сумел выбраться с той пещеры, он просто шел, как будто в бреду обдумывая сложившуюся ситуацию, так что даже не заметил как попал домой. Он был очень разочарован провалом в поисках, так как камень был ему просто необходим в сложившейся ситуации. Магнуса напрягало то, что он практически беззащитный, так что первое, что он сделал — это усилил магию вокруг дома, перекрыв проход всем посетителям, и, немного успокоившись, направляется к себе в комнату. Но, немного подумав, всё же проходит мимо неё, понимая, что сначала ему нужен душ, а уже потом он сполна насладится обществом своего нефилима. Правда, когда Магнус подумал про Александра, то значительно ускорил свои водные процедуры. Ему будто было немного стыдно перед охотником, за то, что не сумел утром сдержаться и оставил его в таком состоянии. И хотя магу и хватило одного воспоминания о его ангеле, чтобы возбудиться, всё же он мысленно дал себе обещание извиниться перед парнем. Поэтому, не теряя больше времени, он быстро выходит с душа, наколдовывает себе ещё на влажное тело синие шелковые штаны с голубой рубашкой, расшитой стразами. В ужасе смотрит в зеркало, прекрасно помня прошлую реакцию нефилима на его метку, которую он до сих пор не может полностью убрать после посещения пещеры. И нанося в очередной раз гламур, готов умолять кого угодно, только бы он не слетел при его мальчике. Бейн тихонько приоткрыл дверь спальни, заходя внутрь и смотря на чудом уснувшего нефилима. Парень так и не смог освободиться с оков, сумел лишь повернуться на бок, его руки до сих пор были прижаты к изголовью кровати, а вибратор в анусе охотника издавал слабое жужжание. Смотря на то, как во сне подрагивают веки Александра, а из уст парня периодически срываются стоны, Магнус аккуратно садится возле Лайтвуда, магией призывая к себе пульт, убавляет вибрацию на минимум, стараясь при этом не разбудить охотника. Он магией избавляет Алека от наручников, слегка улыбаясь, когда парень при этом немного прогибается в спине, издавая очередной тихий стон. Понимая, что больше не может себя сдерживать, Магнус осторожно наклоняется, нежно целуя своего ангела, и в удивлении распахивает глаза, когда чувствует ответное движение губ нефилима, отстраняется, так и не углубив поцелуй. — Магнус… Ты… Не исчезай, прошу… — заспано произносит охотник, открывая глаза и притягивая Бейна для нового поцелуя.

***

Алек уже потерял надежду, что эта пытка когда-нибудь закончится. Нет, он понимал, что когда-то маг вернется, и он стойко старался выстоять, вот только его возбуждение никак не проходило, а наоборот только возрастало, становясь болезненным. И как бы он не пытался себя отвлечь, но все его усилия были напрасны. Так как вибратор, который предусмотрительно вставил в него Бейн, делал все попытки отвлечься провальными, в принципе как и попытки добраться до пульта и выключить игрушку. Он извивался на кровати, уже давно дойдя до предела, не имея возможности кончить, мысленно проклинал мага, понимая, как сейчас выглядит. Он знал, что его стоны слышно, наверное, на весь дом, понимал, что сделает всё, лишь бы эта пытка наконец-то закончилась, и ему позволили кончить. Лайтвуду было больно осознавать, что Бейн был чертовски прав, называя его шлюхой, но по другому он никак не мог объяснить то, насколько сильно ему хотелось, чтобы маг вернулся, даже прекрасно понимая, что тот и дальше продолжит играться с ним. По ощущениям парня прошло, наверное, несколько часов, когда он наконец-то сумел провалиться в сон, правда только сон был не лучше реальности, так как возбуждение, как собственно и вибратор никуда не делись. Вот только во сне он был не сам, как не странно, снился ему его маг. Он осторожно исследовал тело охотника, нежно целуя его везде, где только можно. И нефилиму это нравилось, как и понимание того, что Бейн принадлежит ему, Алек чувствовал это, как и то, что маг сделает всё, стоит ему только попросить. Поэтому, открыв глаза и видя перед собой кошачьи глаза мага, он не понимает сон это или реальность? Хотя судя по тому насколько нежным и любящим был поцелуй, он понимает, что это сон, не может же маг и в самом деле быть настолько нежным с ним. Так что стараясь удержать эти мгновения, Алек, даже не задумываясь, просит мага остаться, ему не хочется просыпаться, не хочется понимать, что это всего лишь сон. Но маг отвечает ему, заверяя, что всё будет хорошо, и что он никогда не уйдет. Он нежно целует его, наверное, впервые позволяя охотнику вести, маг не настаивает ни на чем, давая Алеку возможность самому всё решать. И он хочет, чтобы Бейн не уходил, хочет, чтобы он остался и продолжил, чтобы тот взял его, только не так, как всегда. Лайтвуду просто необходимо почувствовать мага, почувствовать, что тот любит его и плевать на все: на принципы, долг и обязанности, плевать на вражду, вообще на всё. Он имеет на это право, хотя бы во сне отпустить себя и быть счастливым. Вот только стоит Бейну перевернуть его на спину, как Лайтвуд наконец-то понимает, что это давно уже не сон, что Магнус реальный, иначе как объяснить то, что его вполне реально придавили к кровати не таким то и малым весом мага. Бейн не понимал, почему его мальчик так себя ведет, но это не мешало ему отвечать охотнику. Маг нежно исследовал тело Алека, стараясь доставить ему как можно больше удовольствия, одновременно углубляя поцелуй. Но понимая в каком состоянии должен находится охотник, Бейн решает не заставлять Александра ждать ещё больше. Он медленно отрывается от губ нефилима, переходя на его шею, практически вылизывая её, чем вырывает стоны из своего Александра. Он осторожно спускается вниз, нежно целуя и вылизывая ключицу, доходит до груди, аккуратно прикусывая сосок нефилима, на что тот непроизвольно выгибается. — Магну-у-ус-с, пожалуйста-а-а-а-а, — стонет охотник, не имея силы больше сдерживаться. Да это не сон, но всё же он слишком долго ждал, а маг настолько нежен, что он просто не может себя контролировать, та и нужно ли это ему сейчас? Да, это не сон, а реальность, но всё так похоже на сон, что ему хочется поверить, что всё ещё можно изменить, а пока он просто решает отпустить себя. У него и так нет выбора, так почему он не может просто насладиться моментом, даже если потом и пожалеет об этом, это будет потом. А сейчас он просто притягивает мага к себе для нового поцелуя. Такая напористость Лайтвуда немного сбивает с толку мага, ему, конечно, нравится такая активность со стороны его нефилима, вот только понять, почему тот себя так ведет, он не может. Да, он говорил перед уходом, что Александру придется постараться, чтобы он позволил ему кончать, но Магнус не может поверить, что его мальчик просто играет, чтобы получить то, что хочет. Уж слишком невинный он для таких игр, та и делает он всё не спланировано, а скорее импульсивно. Не зная насколько далеко ему позволят зайти, Алек осторожно просовывает одну руку под рубашку мага, проводя ею по торсу Бейна. И, не видя негативной реакции, немного осмелев начинает стаскивать её с мага. Вот только такая инициатива заставляет мага оторваться от его губ. Бейн нежно перехватывает руки охотника так и не дав нефилиму стащить с себя одежду отстраняется, занимая сидячее положение, что не совсем устраивает парня. — Ты уверен, что хочешь этого? — Немного успокоив дыхание, хрипло спрашивает Бейн. — Как будто у меня есть выбор, — немного обиженно отвечает Лайтвуд. — А если я скажу, что у тебя есть выбор? — Осторожно спрашивает маг, давая себе слово, что бы не ответил нефилим, он сделает то, что хочет его ангел. — Зачем это всё, у меня его и так нет, так зачем же мучать меня? — С яростью спрашивает Алек, не понимая, во что теперь надумал поиграть Бейн. — Но сейчас у тебя этот выбор есть, — заверил его маг, просто поражаясь быстроте смены эмоций нефилима. — Если ты не хочешь — ничего не будет. — Почему? — Немного неуверенно произносит охотник, выбираясь из-под мага и садясь напротив него, что впрочем сразу кажется ему плохой идеей, так как ощущения от вибратора, который и до сих пор находился в нем, казалось, только усилились. — Что почему? — Осторожно спрашивает Магнус, не понимая, что расстроило его нефилима. — Почему ты делаешь это именно теперь? — Краснея, отвечает Лайтвуд, только теперь осознавая, что сказал это вслух, но видя непонимающий взгляд мага, только ещё больше краснея добавляет. — Почему ты спрашиваешь это именно теперь, когда… Когда я… Я хочу этого. Магнус видел, как сложно давалось Александру осознание своих истинных желаний, не говоря уже о принятии их. Но всё же он был очень рад тому, что Лайтвуд сумел признаться ему, и не только ему, но и себе тоже. А ещё он очень надеялся, что когда-то они смогут нормально поговорить и, возможно, разрушат то, во что превратились их жизни. — Тогда будем считать, что я ничего не спрашивал, — улыбается Магнус, понимая, что это и так ничего не изменит, и, видя благодарный взгляд охотника, продолжает. — Просто делай то, что хочешь и всё. — А если я хочу тебя? — Спрашивает Лайтвуд, запоздало осознавая, что сказал это вслух, — в смысле ты… Ты лучше, лучше ч-чем та штука, что ты… З-засунул в м-ме… Магнусу всегда нравилось наблюдать, как краснеет и смущается его мальчик, в принципе, это даже стало его любимым занятием, смущать Александра. Вот только сейчас ему хотелось успокоить, сказать, что всё хорошо, и ему не стоит переживать. Но ещё почему-то Магнус знал, что слова будут иметь для охотника обратный эффект, поэтому, даже не задумываясь, он наклоняется, целуя Александра, тем самым обрывая тот несвязный поток слов. Алек не понимал, зачем маг это сделал, но был благодарен ему за это, ему было стыдно признаться даже себе, не то, что говорить вслух. И был рад, что Магнус не дал ему опозориться ещё больше. Он осторожно обнимает Бейна, притягивая его к себе, и, видя такой завораживающий взгляд кошачьих глаз, забирается под рубашку мага. Он нежно проводит руками по телу Бейна, словно боясь испортить что-то, но всё же ему мало этого, ему хочется прижаться к своему магу, ощутить его сильное тело без каких-либо преград. И Алек понимает, что если сделает это, то пути назад уже точно не будет, вот только в данный момент, ему плевать на это. Так что немного отстранившись и закусив нижнюю губу, Лайтвуд аккуратно берется за подол рубашки, осторожно стаскивая её с мага. Он и раньше видел обнаженного мага, вот только теперь зная, что это действительно его выбор, парень смог по достоинству оценить насколько хорошо сложен Бейн. И он был бы несказанно рад, если б только жизнь не свела их таким образом, но решая подумать об этом чуть позже, Алек несмело прикасается к груди мага, ловя на себе немного насмешливый взгляд. — Успокойся, малыш, я не кусаюсь, — улыбается Магнус, укладывая его спиной на кровать, после чего забирается на него. — Я уже не маленький, — возмущается охотник, ну почему маг постоянно дразнит его? — Ну это я вижу, — ухмыляется Бейн, припадая к груди и проводя рукой по члену парня, что при данных обстоятельствах оказывается достаточно болезненно. — Магнус, я не могу больше-е-е, — хнычет Алек, извиваясь под ласками мага. И не имея больше силы терпеть это, обхватывает его руками, исследуя его тело и попутно спускаясь к штанам Бейна, начинает стаскивать их. Видя неловкие попытки Александра его раздеть, Магнус осторожно приподнимается, немного помогая своему ангелу, после чего ещё немного повозившись, охотнику всё же удается его раздеть. Так что недолго думая, Бейн наколдовывает баночку смазки, отдавая её Алеку, на что ловит на лице парня немного испуганный вид и явное беспокойство. — Александр, всё хорошо, это для меня, — успокаивает Магнус охотника, помогая ему открыть баночку. После чего выливает немного содержимого на руку парня. Алек понимал, чего от него хочет маг, вот только это было для него непривычно и даже стыдно, так что он даже не удивился, когда уже привычно почувствовал, как его лицо практически пылает от стыда. Правда это не помешало ему аккуратно прикоснуться к достоинству мага и на пробу провести по нему рукой. Это было странно, но вот Алек не мог сказать, что неприятно, просто это всё было для него ново, чувствовать чужой член, взвешивать его в руке, ощущая его плоть, каждую венку. Вот только его собственное возбуждение не давало ему прочувствовать всё это как следует, ему хотелось большего, хотелось почувствовать Бейна в себе и наконец-то кончить. Видя всё это, Магнус отстраняет руку нефилима, быстро растирая смазку по своему члену, он раздвигает ноги Лайтвуда, притягивает его к себе. Аккуратно вытаскивает вибратор с парня, но видя, как при этом зажмуривается Александр, быстрым рывком вставляет его обратно, наслаждаясь стонами нефилима. Магнусу нравилось играться с охотником, поэтому, не удержавшись, он позволяет себе ещё немного потрахать Лайтвуда игрушкой, предварительно немного добавив мощности. После чего всё же сжалившись, вытаскивает вибратор с охотника, чтобы уже через мгновение войти в него самому. Все действия мага, просто сводили Алека с ума, не давая ему здраво мыслить, он метался по кровати, выгибаясь и не зная, куда себя деть. Нефилим чувствовал мага практически каждой клеточкой и если обычно он понимал, что это неправильно, то теперь ему было плевать на всё. Ему хотелось почувствовать мага, обнять его, прижаться сильнее и не отпускать. Парень не знал, действует это на него так перевозбуждение или же просто его сознание устало бороться с собой и с теми правилами, что вдалбливали ему всю жизнь. Он обхватывает мага ногами, стараясь притянуть его как можно ближе, чувствуя каждое движение Бейна внутри, старается продлить эти мгновения. А когда маг наклоняется, целуя его, он с готовностью отвечает, зарываясь пальцами в волосы Бейна, немного болезненно оттягивая их. — Ма-а-а-а-гну-у-ус-с-с, про-о-о-шу-у-у-у, я… Я бо-о-о-ольш-ш-ше-е-е не-е-е могу-у-у, — стонет Алек, практически умоляя Бейна, извиваясь в его руках. — По-отерпи-и ещё-ё-ё немно-ого, — просит маг, ускоряя темп и быстро доводя себя до пика, после чего наклоняется, целуя охотника, попутно стаскивая с него эрекционное кольцо. — Давай, ма-алыш-ш. — Ма-а-а-агну-у-ус-с-с-с, — со стоном кончает Лайтвуд, утаскивая за собой и мага. Который изливаясь глубоко внутри, практически заваливается на нефилима и с последних сил скатывается с парня, понимая, что охотник не в том состоянии, чтобы держать на себе ещё и его вес. Немного отдышавшись и придя в себя, Алек понимает, что всё закончилось, и мысленно готовится до таких уже привычных издевок и оскорблений, которыми так любит награждать его маг после секса. Правда теперь он толком и возразить-то не сможет, он сам сделал всё, чтобы подтвердить слова Бейна. И это был его выбор, который изменить он уже не может, вот только если бы и мог, Лайтвуд не был уверен, изменил ли бы он что-то. Так как даже не смотря на то, что он до сих пор был в плену, он, наверное, впервые чувствовал себя свободным, делая то, что он хочет. Он мог списать это на что угодно, на уговор с магом, на то, что он должен был поддаться Бейну, чтобы увидеться с Иззи, вот только Алеку надоело врать самому себе. Ему нравился маг, нравился ещё с первой их встречи, и ему нравилось жить у него первые две недели. Магнус был интересной личностью, слегка эксцентричным, но это не мешало ему быть заботливым и весьма приятным парнем. Но вот после того случая в зале советов они оба замкнулись в себе, вспомнив, что они враги. Вот только до сих пор Алек не понимал, почему его так задевает поведение мага. Ему всю жизнь навязывали правила, и хоть он и давно понял, что он гей, полностью принять это он так и не смог, как и то, что ему нравился Магнус. Алек не знал, подействовало на него так возбуждение или тот проклятый сон, но он отпустил себя, делая, наверное, первый раз в жизни то, что хочет. И, да, он боялся последствий, а ещё он не знал, как дальше себя вести с магом. Он боялся, что Бейн и дальше продолжит издеваться над ним, а ещё он понимал, что не так давно этот маг попросту изнасиловал его. А это так просто не забывается и не прощается, хотя кому нужно его прощение, всё же Бейн не выглядел, как человек, которому нужно прощение. И осознание этого просто добило Лайтвуда, хотя, а что он хотел, это он влюбился, как мальчишка. Маг же был более реалистичен, и ему от него нужен был только секс, а ещё он был отличной гарантией того, что остальные охотники не пойдут против нежити. Всё же Алек был уверен, что пока он с Иззи и Джейсом в плену, то мама никогда не позволит напасть на нижних, предварительно не вытащив детей из плена. — Тебе нужно в душ, — немного отдышавшись, сообщает маг Александру, тем самым прерывая его не самые радужные размышления. — Да сейчас, можно… Дай мне ещё несколько минут, — просит Лайтвуд, не понимая, что происходит, и где такие уже привычные издевки. Но вот подальшие действия Бейна приводят парня в шок. — Хорошо, сладкий, — улыбается Магнус, разворачиваясь к охотнику, нежно целует его в щеку. Алек не понимает, что происходит, и почему маг себя так ведет, ему непривычно видеть такого Бейна, хотя он бы соврал, если бы сказал, что ему неприятно. Но всё когда-нибудь кончается, так что Лайтвуд решает подумать обо всем немного позже, а пока насладится теми несколькими мгновениями спокойствия, что у него остались. Парень прикрывает глаза. Он помнит про утренние условия мага, так что понимает, что скоро он обратно отправится к себе в клетку, вот только сейчас ему хочется только того, чтобы Бейн обнял его, чтобы хоть немного почувствовать его тепла и заботы, которая была ещё несколько минут назад. И какое же его было удивление, когда Магнус осторожно притягивает его к себе, нежно обнимая и целуя в висок. — Спи, малыш, — покрепче обнимает его Бейн, понимая, что у его ангела был весьма тяжелый день, и его мальчик устал, впрочем, если Клэри сдержит обещание, в чем маг не сомневался, завтра будет не лучше.