Моя одноклассница

От имени автора

— Джин, куда ты смотришь? — угрюмо спросила девушка, схватив парня за руку. — Показалось, я видел знакомого человека, — с некой грустью ответил тот, опустив взгляд. — А в общем… не важно. Не обращай внимания.       Через силу натянутая улыбка — это, как считал Сокджин, сейчас лучший способ, чтобы скрыть всю ту бурю чувств, которая внезапно настигла его сердце. — Не понимаю, — ещё больше разгневалась Чису. — Ты какой-то как не свой сегодня. Кажется, тебе совсем на меня наплевать. — Не говори так, Чису, — тяжело вздыхает, выпуская пар из уст. — Тебе не о чём беспокоиться.       Приобнять, поцеловать в щёчку, а потом положить руку на талию своей нынешней девушки — тоже неплохие варианты.       А может ему всё-таки стоило сказать? Хотя нет, можно было бы сделать ещё хуже. Какой девушке будет приятно слышать, что ты заметил бывшую и, тем более, не ощущаешь ненависти по отношению к ней. Возможно некоторые или даже многие относятся к этому нейтрально, но только не Чису.

Ким Джиён

Понедельник

      Снова начались эти серые будние дни, наполненные учёбой. Но в мыслях я ещё там — на том свидании. Мечтательно оперевшись подбородком на ладонь, вспоминаю о том прекрассном дне. И улыбка сама по себе появляется.       Юн снова в том своём привычном образе Юнджи. Как обычно заправляет прядь за ухо. Как обычно дерзко отвечает на нелепые попытки мальчишек подкатить. Но я до сих пор, будто на яву, вижу тот вечер, те объятия, тот переполненный нежностью поцелуй. Аж тело бросает в приятную дрожь.       Тем временем, всё остальное, включая шум в классе и то, что говорит учительница, становится только обычным фоном. И если раньше меня хоть как-то интересовала учёба, то теперь мне лишь хочется побыстрее вернуться домой, дабы вновь уедениться с Юнги и лелеять те чувства, что разцветают в наших сердцах, подобно цветам в саду. — Некоторые из вас, наверное, уже в курсе. Завтра у нас состоится выезд к берегу океана, как раз неподалёку от острова Чеджудо. А проведём мы там три дня.       Единственное, что кое-как привлекло моё внимание. — И обязательно условие — ехать должны все.       Я заметила, как в тот же миг на лице Юнги появилось недоумение. Затем парень тихо проматерился и крепко сжал ручку в руке так, что отламал штучку на заковце.

Мин Юнги

      Та новость, мягко говоря, меня поразила. Конечно, я пробовал поговорить с учительницей после уроков, используя всё своё очарование, строя из себя милашку (которая согласна выучить всю школьную программу, лишь бы никуда не ехать). Однако она даже не хотела слушать.       Кажется, я должен что-нибудь придумать. Обязательно.       Шум в классе ещё больше мешает сосредоточиться. Все смеются, мелят какую-то несуразную ерунду. Пфф! Как же они бесят. — Эй, Юнджи, ты чего такая кислая? — отзывается Чонгук.       Морда его довольная и улыбка ехидная. Так и хочется влепить смачного леща. — А то, что мне придётся несколько дней провести в компании идиотов, — отвечаю, даря секундную наигранную улыбку. — Да, ну! Будет весело!       Пальцы сжаты в кулак. Как же этот грёбанный Чон Чонгук выводит меня из себя.       Но вдруг слышу Джиён. — Юнджи не хочешь сходить со мной в буфет? — мило улыбается девчонка.       Я с облегчением вздыхаю, и на миг закрываю глаза. Затем снова смотрю на Гука. — Спасибо, Джи, — отвечаю, не отрывая взгляда от Чона и при этом, дразня его ухмылкой, но потом всё же поворачиваюсь к ней. — Пожалуй, не откажусь.       И мы быстро покидаем класс.       Тут же замечаю, что улыбка Джиён была натянутой. В принципе, она сама это признала, а ещё сказала, что хотела помочь мне освободиться от Чонгука. И вправду смекалистая.       Тем не менее, хоть лицо её обрело более нейтральный вид, глаза, однако, выдавали беспокойство. — Ты так переживаешь. Это из-за поездки? — спрашивает она, почти шепотом. — Да… — говорю, с лёгким удивлением, но затем быстро встряхиваю головой, — Чёрт! Я же сосвсем тебя не предупредил…ла, — осторожно промямлил, понимая, что чуть ли не вышел из образа.       Действительно. Как только урок закончился, я сразу рванул к учительнице, не сказав Джиён ни слова, и после ничего не говорил. Так уж был сильно убеждён, что моя проблема очевидна. — Честно, я была бы непротив, — сказал слегка неуверенно, будто зная, что это не оправдает меня.       Однако Джиён всё-равно с особым интересом смотрит на меня и слушает, словно я рассказываю что-то чрезвычайно интересное. — Но, понимаешь, — продолжаю, — вероятнее всего, большинство времени мы будем проводить с классом, — затем наклоняюсь к её уху, — и собственно, мне будет сложновато хранить свой секрет. — Ага. Ты права, — соглашается Джиён, приподнимая уголок губ, но тем не менее улыбка на её лице выглядит довольно доброй и простодушной. — Значит, придётся как-то выкарбкиваться. Но ничего, — гордо выпрямив спину, добавляет. — Что-нибудь придумаем.       От таких ободряющих слов становится теплее на душе. Не грех не умилиться. От восторженности, я провёл рукой по волосам Джи, слегка задевая розовенькие щёки.       К счастью, мы стояли за углом, где, собственно, никого нет, и вряд ли кто заметил этот жест. А если бы даже заметил, то что с того? Разве подружки не могут проявлять ласку по отношению друг к другу? Правда, покрасневшее лицо Джиён и её тихое хихиканье определённо дискредитируют эту версию. По крайней мере, в нашем случае. Если что, я ни в коем случае не пытаюсь намекнуть, что проявление нежности это удел только романтических отношений, и тем более, ни в коем случае не желаю унизить дружбу. Ладно, проехали…       И вот уже подошли к буфету. — Что тебе купить? — спрашивает Джиён, выходя чуть вперёд и вытаскивая кошелёк. — Мне? Обычно я сама себе всё покупаю, — поступок девчонки весьма неожиданный. — Сегодня будет исключение, — смеётся она, пересчитывая деньги. — Так, что будешь? — Просто кофе, — выдаю, и медленно, но с непоколебимой решимостью, забираю кошелёк прямо с её рук, а она бросает меня чуточку возмущённый и непонимающий взгляд. — Но давай я заплачу. Ладно? — Ну раз ты так хочешь, — девушка растерянно пожимает плечами, но после, выдержав недолгую паузу, добавляет более смело. — Только с одним условием. — Каким ещё условием? — с игривой нежностью задаю вопрос. — Ты возьмёшь ещё кое-что с еды. А то я вижу, что ты переживаешь.       Спорить с Джиён я не стал, и сделал так, как она просила. Ещё и ей еды купил (и чтобы вы лишнего не подумали, платил я из своего кошелька, а не с её). И с того же момента мы начали думать, что же делать в моей ситуации.       Но для меня поддержка Джиён — это уже огромная награда. То, как она успокаивает, подбадривает — всё это заставляет меня чувствовать себя живее. Она словно тот самый лучик света дарующий надежду в пасмурном дне. С ней-то всякие трудности переживаются легче.

Вторник

      В итоге оказалось, что никакой подходящей идеи не нашлось. Придётся смириться. Я пробовал даже специально заболеть, но даже это у меня не получилось.       Вот уже и автобус подъехал. Впереди длинная и тяжелая дорога. Мы с Джиён заняли места почти в самом конце. Она — возле окна, а я — рядом с ней. Здесь, в принципе, более уютно. Время от времени мы сплетаем свои пальцы и шепчем друг другу на ухо всякие нежности. Смотрящий со стороны подумал бы, что это две подружки о чём-то сплетничают. Но мы-то знаем свою правду.       Сейчас бы окутаться в пледик, и смотреть вместе фильмы дома. Однако, что поделаешь? Приходится ехать. Хотя, с другой стороны, для Джиён возможно это станет хорошим приключением. И по правде ведь говоря, не будь моей проблемы, я бы более благосклонно относился к данной поездке. А теперь?       Ладно, теперь у меня есть шанс проследить, чтобы эта поездка прошла самым лучшим образом, чтобы никто и ничто здесь не посмело разочаровать мою Джи.       Стоп. Так я поэтому согласился ехать? Не потому, что сдался из-за отсутствия адекватных идей? А потому, что просто переживаю за Джиён и не могу позволить себе оставить её наедине с этим — на этой мысли мой взгляд прошёлся по всем сидящим в автобусе — придурками? Ведь чего бы мне, мастеру маскировки, стоило придумать реально годную идею? Причина есть — мне просто не хотелось.       Соглашусь однако, те придурки не самая огромная беда. Они и так почти все ловят краш на Юнджи. Но Джин? Кто знает, что этому паршивцу взбредёт в голову? Совсем уж не хочется, чтобы он приближался к Джиён. И дело тут даже не совсем в ревности. Будь он нормальным парнем… Хотя, что тут говорить? Будь он нормальным парнем, Джиён, наверное, осталась бы с ним. Ах! Извините! Он сам себя выдал, когда променял её на какую-то полторашку. Я промолчу про другие его грешки, о которых вы прекрасно знаете. Хорошее тут разве-что в том, что если бы не он, я бы возможно так и не решился признаться Джиён в чувствах.       В типичной истории стоило бы, наверное, простить его и поблагодарить за урок, который он преподал ценой собственных ошибок. Но как-то… нет желания. Ведёт он себя уж слишком подозрительно.       Тем временем Джиён уже сладко дремлет на моём плече. Но стоит мне только поднять голову, как я вновь ловлю взгляд этого негодяя. Парень резко отворачивается — спалился падлюка.       Всю дорогу я замечал, как он смотрит в нашу сторону — так пристально, словно хищник поджидающий жертву. Конечно, он смеётся, взаимодействует с другими. И тем не менее такое чувство, будто его интуитивно тянет сюда. Но когда он сюда смотрит, улыбка его мгновенно исчезает и сменяется мнимым безразличием со щепоткой грусти. Это крипово, надо признать. Непонятно, что у этого человека в голове.       И снова наши глаза встретились. Я ответил ему таким же безразличным молчанием и ещё более «любезно» показал средний палец.

Ким Джиён

      Я проснулась от бархатного голоса Юнги. — Джиён, мы уже приехали, — молвит парень, деликатно поглаживая мои волосы.       Немного растрёпанная, щурящаяся при виде яркого света, шурудя ногами и держать за «подругу», я вышла из автобуса.       Снаружи всё вроде обычное, но кажется сюрреалистичным из-за своей чуждости. Какая-то дорога. Какие-то ворота. Куча маленьких одинаковых домиков, с цветочными орнаментами на стенах, и один чуть побольше, но уже не такой красивый. Чуть левее от них, на довольно огромном пространстве, деревянный стол с лавочками. Вокруг этого ещё кусты и деревья, которые определённо росли здесь не случайно — без них это место не обрело бы такого очарования. — Комнат не хватит на каждого по отдельности. А значит надо решить, кто с кем будет жить на протяжении этих нескольких дней! — огласила одна из учительниц.       Стоило лишь это произнести, как почти все, словно собаки увидевшие палку брошенную хозяином, кинулись к Юнги.       «Юнджи! Юнджи! Можно с Юнджи? Я хочу быть с Юнджи! Не смеши меня, я с Юнджи буду! Нет, я!» — орали они, прерывая друг друга и толкаясь. Даже меня слегка спихнули с места. — Стоп! — кричит учительница, останавливая этот, казалось бы, неконтролируемый поток хаоса, — Мальчишки и девочки не могут ночевать вместе. Только девочки с девочками и мальчики с мальчиками, — говорит, отчеканивая буквально каждое слово и «разрезая» ладонью воздух. — Всем понятно?! — Да, Госпожа Ким, — с огорчением и огромной болью вздыхая, ответили ребята.       Затем, весьма дискретно, женщина положила руку на моё плечо: — Джиён, а ты видимо будешь ночевать с Юнджи, — спросила она с доброй улыбкой, которую миг назад ничего не предсказывало. — Не так ли? — Конечно, — говорю с радостной улыбкой, которая однако и половины моего душевного ликования не показала.       Учительница любезно кивнула мне, и вручила ключи. А я, в ответ, низко поклонилась, отдавая почтение.       Как только она ушла, мы с Юнги переглянулись. Несколько секунд молчания, и мы уже заливаемся радостным смехом, как-будто прочитали мысли друг друга.       Естественно, подтверждение учительницы того, что никто кроме меня не может ночевать с Юнджи, ещё не гарантировало полного покоя. Довольно быстро нас вновь окружили поклонники Мин, конечно, для того, чтобы предложить «ей» помощь в переноске одного единственного чемоданчика. — Опять вы за своё, — недовольно закатил глаза Юн. — Да отвалите вы уже!       Но казалось ещё немного, и ребята вновь затеют чуть ли не кровожадную битву. Правда, так почти случилось. Вот они шарпают друг друга, толкают. Всё это со стороны выглядит, словно непонятная малая куча. И всё ради их школьной Королевы.       Однако на лице «её самой» виднеется раздражение. Я прикоснулась к Юнги, и тут же почувствовала, как сильно напряглись его мышцы.       Момент — и он берёт меня за руку, слегка притягивая к себе. — Тупой вопрос, но твой чемодан возле тебя? — говорит он тихо, словно шпион. — Да, вот здесь. — Окей, — кивает он кратко. — На мой знак бежим к нашим домикам.       Парень с каре осторожно, маленькими и почти беззвучными шагами, проходит позади меня, а после берёт в одну руку мой чемодан, затем быстро хватает свой. — Сейчас, — читаю по его губам.       И тут же мы рвёмся вперёд изо всех сил, не оглядываясь назад.       Страх, что нас могут снова заметить поклонники Юнджи и прилипнуть, добавлял ещё больше адреналина в кровь и делал нас, в некой степени сильнее. Даже я, казалось, могла бы с особой лёгкостью нести несколько чемоданчиков. Однако даже тут лидирует Мин. Хоть в парике, хоть и в юбке, немного приподнимающейся от бега, но сейчас он очень сильно напоминает супер-героя… Моего супер-героя.       Наконец мы уже на месте. Юн просит передать ему ключ. Затем суёт в замочную скважину, поворачивает два раза, и дверь с лёгким скрипом открывается.       Внутри довольно скромно, но тем не менее веет неким уютом. Две небольших кровати, а в конце комнаты, чуть посередине, достаточно большая белая тумбочка. — Как же хорошо, что здесь есть шторы, — сказал Юнги так, будто это принесло ему огромное облегчение, и тут же взялся закрывать окна. — Тёмные, именно то, что надо. Хоть подглядывать никто не будет. — А это что? — указываю в сторону проёма, находящимся тут же за кроватью по правой стороне. — Погоди, я гляну, — говорит он, и быстро бежит туда.       Через несколько секунд слышу, как там открываются двери. — О! Тут есть душ, умывальник… А туалет? — после недолгой паузы раздалось с громким выдохом, — Фух! Вот же туалет. Не всё плохо, как казалось. — Да, — довольно улыбаясь, поддержала я парня, слыша, как он хлопает в ладони. — Слушай, можешь подождать немного? — Тебе надо помыться? — Чуть позже… Сейчас, — в тон его голоса прокрались нотки стеснения. — В общем, я быстро.       И тут до меня дошло, что он имел ввиду. Аж смешно стало, что сама не додумалась.       Что ж, Ким Джиён, медленно вы соображаете. Но хорошо, что вообще соображаете.

***

      По правде говоря, минуты для отдыха не было. Нас позвали в столовую, где мы насытились весьма вкусным кимчи и рамёном. А затем потащили на местный рынок, наполненный кучей всего, начиная от обычных сувениров и заканчивая одеждой.       Один с ларьков видимо приглянулся Джину. Вот он думает, купить сувенир или ожерелье. Может для девушки выбирает, а может и для мамы. Но внезапно замечает меня, и тут же быстро уходит. — Не нравится он мне, — выразился Юнги, держа меня за плечо. — Я не в праве указывать тебе. Он очень сильно настораживает.       И всё же ему не обязательно этого говорить. Его опасения понятны мне без слов.       Что же Джина так напугало? Мы же даже не слишком близко к нему стоим. В принципе, мог бы сделать вид, что нас не замечает. Кто знает, что с ним не так.       Хорошо, его проблемы. А остальных пока ожидает прогулка вдоль берега.       Океан красив, почти безмятежен. Так и манит к себе.       Хотя так и чувствуется, что большинство с радостью провело бы сейчас время лежа в тёплой кровати.       Мы с Юнги волочимся позади всех. Во-первых, так безопаснее и ребята реже липнут к нам (точнее, к Юнджи), ведь не гоже злить и без того грозных учительниц. Во-вторых, это позволяет нам больше ощущать свободу.       Однако в какой-то момент, я обнаруживаю, что Мин не рядом. Вновь беспокойство и тревога медленно начинают наполнять моё сердце. Благо, он тут же подбегает, по видимому держа что-то в руках. — Смотри, — хихикает мило парень, показывая в своих ладонях ракушку похожую на сердце. — Нравится? — Юнджи! Джиён! Вы долго там стоять будете?! — раздались требовательные голоса преподавателей.       Юн быстро и, кажись, весьма незаметно передал мне свою находку. Мы снова посмеялись тихонечко, глядя друг на друга, и пошли за остальными.       Всё это время я не выпускала ракушки из рук, словно это самое драгоценное сокровище в мире. Казалось, будто это не просто ракушка, а наш кусочек любви. А эти несколько мгновений романтичного авантюризма Юнги — кусочек нашего свидания, которым пока-что не дано нам насладиться на полную.       Я прижала ракушку к груди, как раз там, где бьётся сердце. Мин с нежностью смотрит на меня. Одного его взгляда, одной улыбки хватает, чтобы ощутить на себе всю его любовь. Я знаю, там за париком, юбкой и надменностью скрывается он настоящий, скрываются его неподдельные чувства. А его смелость, его хитрость и проворность, умение приятно удивить даже в таких условиях, заставляет сильнее ним восхищаться.       Интересно, заметил ли кто с ребят эту химию между нами?

***

      Мы и не заметили, как быстро уплывает время. Уже ночь укрыла это место. Закончилась пора общих посиделок. Нам сказали расходиться по своим домикам.       И не описать, как я рада этому. Домик наш, конечно, отнюдь не тот самый родной уголок, что в Сеуле. Но как-никак хоть какое-то личное пространство. К тому же, я снова делю его с Юнги. Разве это не чудесно? — Никогда бы и не подумала, что вынесу с этого какую-то личную выгоду, — слова эти так легко вырвались с моих уст и, казалось бы, столь же случайно. — О чём ты, Джиён? — обернулся парень, распаковывая чемоданы. — Они же сказали «девочки с девочками, а мальчики — с мальчиками», — произнесла я, в шутку копируя стиль речи учительниц. — Пришлось бы мёрзнуть в одиночестве, если бы ты не… — но смелости договорить мне не хватило.       Почему-то стало вдруг жутко неловко. От того я, растерявшись, лишь слегка прикусила нижнюю губу и мгновенно отвернула взгляд в сторону. — Притворялся девчонкой? — Юнги заканчивает вместо меня. При этом, в его голосе ни капли осуждения, ни даже удивления.       Я вновь посмотрела на него, и заметила, как тёплая улыбка озаряет его лицо. — Да, — говорю, с не пойми откуда взявшеюся уверенностью, как-будто язык сам просится высказать всё. — И к тому же, мне было бы страшно здесь без тебя. Чужой город, как никак, — затем волнение снова берёт верх, и я могу только невнятно пробормотать. — Прости, это, должно быть, прозвучало очень странно.       И снова начала чувствовать, как сердце чуть ли не выпрыгивает из груди. Не успеваю прийти в себя, как кареглазый тут же заключает меня в крепкие объятия. — Ничего в этом странного нет, — шепчет он тихо на ушко. — Если для тебя ценно моё присутствие, я буду рядом.       Его голос, его запах… Они словно шлейф блаженства обволакивают моё тело, пробуждая желание утопать в них ещё сильнее. — Чего бы это не стоило, — добавляет он и тем же добивает. — Ты так говоришь, будто вот-вот рискнёшь ради меня чем-то великим. Я начинаю беспокоиться, — слегка сжала ткань рубашки на спине Юнги, словно боялась потерять любимого, словно не хотела его отпускать. И это правда так.       Мин чуть отодвинулся, но не отпускал с объятий. Видимо, он хотел просто посмотреть на меня.       Айщ! В сиянии этих глаз я могла бы купаться вечно. — Действительно, — парень ласково улыбнулся, и взглядом как-будто целовал меня, не минуя ни одной черты лица, — я готов рискнуть чем-угодно, — в голосе его прозвучала нотка некой ностальгической грусти. Однако потом мальчишка резко вспыхнул задорным смехом, и вновь обнял меня, слегка приподнимая. — Но пока-что я просто постараюсь продержаться в таком виде несколько дней и ночей.       Последнее слово немного смутило. — Так ты не будешь переодеваться? — спросила я. — Пижама у меня, как длинное большое бабушкино платье. Поэтому, думаю, лифчик можно снять. Слышал, некоторые умудряются спать в нём, — Юн качал головой, трепля волосы на затылке, а затем фыркнул. — Совсем с ума посходили.       Парень этот милый — умеет рассмешить. — А вот волосы лучше оставить, — продолжает он, а после бросает взгляд на окна и дверь позади меня. — Мало что взбредёт учителям в голову. Если у них есть ключи от каждого такого домика, могут в любую минуту зайти и застать врасплох.

***

      Конечно, мы могли бы разговаривать целую ночь. Но увы, усталость обоих валит с ног. Глаза слипаются. Даже умудряемся одновременно зевнуть. Значит пора ложиться спать.       К сожалению, не рядом. Правда, обычно мы и так спим отдельно, но именно теперь почему-то хочется засыпать вместе. Но нельзя. Даже если сильно пожелать, двое человек не смогут поместиться на одной такой узкой кровати. — Спокойной ночи, Джи, — сладко мурчит Юнги, укрывшись одеялом и свернувшись калачиком. — Спокойной ночи, Юн, — молвлю ему в ответ, и ложусь в кровать.

Мин Юнги

      Не успел даже подремать, как уже проснулся от громкого треска. Увиденное заставило тут же вскочить с кровати. — Джиён?!       Перед глазами весьма ошеломляющий вид: кровать сломана, а Джи — на полу. Я бросаюсь, чтобы помочь ей встать. От переживаний за неё, всё внутри как-будто разрывается на мелкие кусочки. — Чего ты смеёшься? — реакция девушки вызывает недоумение. — Просто всё это так неожиданно, — продолжая хохотать, говорит она. Не знаю, может состояние шока на неё так повлияло. — Хоть не ушиблась? Сядь, — попросил я девчонку, посадив её на свою кровать, и тут же взялся осматривать, не ли нигде синяков и царапин. — Ничего страшного не случилось, серьёзно, — убеждает Джи, хватая меня за руку. — Ты в этом уверена? — я смотрю на неё сосредоточенно, будто стараясь не позволить улизнуть никакой лжи, даже если она будет сказана во имя моего спокойствия. — Абсолютно.       Затем я снова взглянул в сторону разваленной кровати так, как можно смотреть только на самого ярого врага. — Вот как они заботятся о своих гостях? — проворчал недовольно, — Уж я с ними разберусь. — Успокойся, — говорит Джиён. — Лучше завтра сходим. Не будем сейчас шум поднимать. Да и, в любом случае, они, наверное, скажут нам дожидаться утра, или ещё хуже — разделят.       Сказанное позволило мне чуть-чуть охладить свои эмоции. — Может ты и права. В таком случае, будешь спать здесь, — с неким энтузиазмом клепаю легонько по кровати, на которой она сидит.       Джиён удивлённо хлопает ресницами, будто вовсе не ожидала такого ответа. — А ты? — А я буду спать здесь, — говорю, попутно стягивая матрас, одеяло и подушку на пол. — А ты что думала? Хотела сама спать на полу? — усмехнулся, — Нет уж. Не сегодня, — тут засмеялся, подобно липовому злодею, и после произнёс уже более спокойно и нежно. — И опять… Сладких снов, Джиён.

***

      На полу спать и вправду не очень. Благо, матрас как-то компенсирует неудобство. Тем не менее, уснуть удаётся не сразу.       Или может это из-за накопившихся впечатлений? Даже сейчас разные мысли наполняют мою голову.       Иметь возможность быть собой только ночью? Кажется, я уже успел позабыть об этом чувстве. Хотя, что там говорить, сейчас я засыпаю, как на иголках, боясь, чтобы кто-то извне не узнал мой секрет.       Кстати, прогулка возле океана — реально крутое дело. Правда, меня больше радовала Джиён.       Как обычно, естественно.       Но, если так подумать, то место действительно идеально подошло бы для свидания. Однажды я заберу Джиён туда. И мы сможем провести там время, не скрывая того, кто мы, и тем более не скрывая наших чувств. А пока что… пока что я сделаю всё возможное, чтобы сделать её счастливой.       И так мысль лилась за мыслью, но я всё же уснул.       Утром просыпаюсь и чувствую, как чьи-то нежные ручонки обнимают меня со спины. Знакомый запах, знакомое дыхание, знакомое сердцебиение. Это ни с чем не спутаешь.       Я осторожно, дабы не разбудить, оборачиваюсь, и слегка убираю волосы с её лица.       Совсем меня не слушаешься, Джиён. Даже матрас взяла. И ради чего? Чтобы засыпать со мной на полу? Сумасшедшая ты девушка, Джиён, но любимая.