Ты моя слабость

Весь день двое влюбленных провели вместе. Не смотря на все беды, несчастья, которые их окружали — они смогли все стерпеть, сохранить свою любовь. После долгой и мучительной разлуки две одинокие души вновь обрели друг друга. Их любовь загорелась с новой силой. Теперь у них появился новый смысл жизни — малыш, что стал символом их чистой и крепкой любви. Кесем радовалась этому, ведь она снова станет матерью. Кеманкеш был счастлив, совсем скоро у него появится первенец, которого подарит ему любимая женщина. Казалось, что их уже ничего больше не тревожит. — Кеманкеш. — она нежно назвала его по имени, желая что-то сказать. — Говори, Кесем, я слушаю. — заботливо отозвался он. — Давай вернемся в наш дом.Вернемся в наш дворец, в Манису. — произнесла Кесем, поглаживая руку Кеманкеша. — Но разве этот дворец не твой дом, Кесем? — Этот дворец был моим домом, Кеманкеш. В этом дворце я познала все. Вкусила любовь и горечь от разлуки с любимым. Потеряла сначала своего первенца Мехмеда, а затем и своего Османа. В этом дворце я потеряла отца, сестру. Но я была здесь и счастлива. Здесь я впервые стала матерью, взяла своего первенца на руки. Однако, все изменилось, когда я встретила тебя. Ты вошел в мою жизнь, полностью изменив ее. Ты стал для меня всем. Свое сердце, свою душу — я все отдала тебе. Ты стал для меня раем на земле и на небесах. Благодаря тебе я вновь стала любимой, ощутила то счастье, что судьба когда-то забрала у меня. Я снова пустила свои корни. Ты стал моей жизнью, моим миром. А теперь у нас будет малыш. Такой маленький, такой родной. Этот ребенок — плод нашей любви. Отныне, мой дом там, где есть ты. — с особой нежностью проговорила Махпейкер, проводя своей ладонью по щеке любимого. — Кесем, ты даришь мне весь мир. С тобой я обрел настоящее счастье. Я никогда никого не любил так, как люблю тебя. Наша любовь чиста и невинна. Ты мое ясное солнышко. Моя луноликая красавица, что подарит мне первенца. Запомни, Кесем. Что бы ни случилось, какая бы беда не произошла — я всегда буду рядом с тобой. Я никогда не причиню тебе боль. Аллах мне свидетель, если я когда-нибудь причиню тебе боль — пусть мне не будет покоя не в этой жизни, не в другой. Я люблю тебя, Кесем. И буду любить всегда. — сказал Мустафа и прильнул к губам любимой. — Если ты желаешь, то мы вернемся в Манису, в наш дом. На следующий день Кесем и Кеманкеш уехали в Манису. Перед отъездом Валиде Султан попрощалась со всеми детьми. Но она так и не рассказала Мураду всю правду. Почему она не сделала этого? Наверное, она боялась последствий. Мурад — ее родной сын, который больше всех похож на нее. У него такой же вспыльчивый и переменчивый характер. Она уже и не знает, что можно ожидать от родного сына. Конечно, все тайное становится явным. И их маленькая тайна однажды выйдет наружу и о ней все узнают. Нет… Она не боялась за свою жизнь. Больше всего она боялась потерять тех, кто ей дорог. Страх за жизнь любимого человека. Страх за жизнь еще неродившегося ребенка. Впереди лишь неизвестность. Неизвестность, которая пугает ее. Поздним вечером Махпейкер сидела на мягкой софе возле камина, любуясь горящим пламенем. Перед ее глазами проносились воспоминания. Такие светлые и радостные. Воспоминания ее молодости, которая так незаметно прошла. С ее прекрасных глаз падали, словно маленькие кристалики, соленые слезы. Одна ее рука находилась на животе, аккуратно поглаживая его. В покои вошел Кеманкеш. Он любовался своей возлюбленной, которая аккуратно поглаживала еще невыросший живот. Он присел рядом с ней и увидел слезы на ее милом личике. — Чем расстроен мой небесный ангел? — спросил мужчина, нежно прикоснувшись к ее руке. — Это слезы счастья, Мустафа. Спустя столько лет я вновь обрела счастье, о котором так мечтала. — вытирая слезы, ласково ответила женщина. — Это ты подарила мне счастье, Кесем. Знаешь, я всегда мечтал о крепкой семье. — проговорил Кеманкеш, целуя свою возлюбленную в лоб. — Кеманкеш, я хочу у тебя спросить. Кого бы ты хотел? Девочку или мальчика? — поинтересовалась Кесем, тепло улыбнувшись. — Мне совсем не важно, кто родится, моя госпожа. Главное, чтобы наш малыш родился здоровым. Я буду любить того, кто родится. Ведь этого малыша мне подарит любимая женщина. — с нежностью произнес Кеманкеш, положив свою руку на ее животик. — А кого бы хотела моя возлюбленная? — Мальчика. У него были бы твои черты лица. Он был бы таким же сильным и храбрым, как и его отец. — промолвила Махпейкер, положив свою руку поверх его руки. — Кесем, почему ты не рассказала обо всем сыну? Неужели ты боишься его реакции? — Мой Мурад непредсказуем, Кеманкеш. Его характер похож на мой. Он может казнить, а может помиловать. Я боюсь… Но не за свою жизнь. Я боюсь потерять тебя или нашего малыша, понимаешь? — Понимаю, Кесем, понимаю. Однако, он все равно все узнает. Рано или поздно, но узнает. Так расскажи же ему все сама. Поверь, он поймет тебя. Ведь он сам дал согласие на наш брак, он свел нас. — Наверное, ты прав, Мустафа. Я уж слишком преувеличиваю. Я расскажу все Мураду, а там будь, что будет. В ней поселилась надежда. Надежда на то, что все будет хорошо. Могли ли они знать, что султан обо всем уже узнал? Только что он все лично услышал сам. Все, до последнего слова. Наступил новый день. Кесем проснулась в хорошем настроении. Ей было так спокойно и радостно на душе. Но она даже не подозревала, что ждет ее дальше. Закончив все свои утренние процедуры, Валиде Султан уселась на тахту, взяв в руки книгу. Прочитав несколько страниц, ее внимание привлек Хаджи Ага, только что вошедший в ее покои. — Хаджи, где ты пропадал все утро? Да и вчера вечером я тебя не видела… — Я был у Повелителя… — Что? Но зачем? Что ты там делал? — Разве вы не знаете, госпожа? Султан Мурад прибыл сюда еще вчера вечером. Я хотел лично сообщить об этом, но он не разрешил. Сказал, что приехал к вам по какому-то делу. — Что еще за дела? Странно все это, Хаджи. Ты будь здесь, а я пойду к нему. Кесем в удивлении покинула свои покои и направилась туда, где сейчас находится ее родной сын, падишах Османской Империи. Зайдя в покои, она еще больше удивилась. Он сидел на тахте и тепло улыбался ей. Где та злость и ненависть? — Сынок, я только сейчас узнала о твоем приезде… Что-то случилось? Хаджи сказал, что у тебя здесь какие-то дела. — спокойно спросила мать султана, не выдавая свое волнение перед сыном. — Вы правы, случилось. Эти дела касаются вас, Валиде. — ответил падишах, загадочно посмотрев на мать. — Что это значит? — не понимая ничего, спросила та. — Когда я сослал вас сюда, вы проклинали весь мир и категорически были против ссылки. Даже покушались на своего « мужа ». А что теперь? Я вернул вас во дворец, простил за все ошибки. Но вы пожелали вернуться сюда. И, на удивление, больше не пытаетесь убить пашу. Что же такое произошло, Валиде? Ваш характер изменился. Теперь передо мной стоит словно совсем другая Кесем Султан. От женщины, которая любила власть и была жестокой, не осталось и следа. — хитро проговорил Мурад, явно что-то не договаривая. — Значит, ты обо всем догадался… — наконец поняв намеки сына, произнесла Кесем. — Верно, я все знаю, Валиде. Знаю о том, что вы влюблены в пашу. Знаю, что паша влюблен в вас. Знаю и о том, что снова стану братом. Почему вы все это скрыли от меня? — Мурад, я не хотела, чтобы так получилось. Да, я согрешила. Я нарушила закон и полюбила человека, которого любить не могу. Но прошу тебя, умоляю. Не убивай его, не ломай наше счастье. Ты сам создал этот брак. Помилуй его, не лишай своей милости. — дрожащим голосом взмолилась Кесем. Сейчас она была готова разрыдаться и броситься в ноги к своему сыну. Ведь на кону жизнь любимого человека, которая зависит от решения ее родного сына, ее крови и плоти. — Как же любовь сильно изменила вас, матушка. А знаете, вы ведь не нарушили закон. Первым закон нарушил я. Это я вопреки всем уставам создал этот брак. Вы — моя прекрасная Валиде, которую я очень люблю, ценю и уважаю. Я не собираюсь разрушать счастье, которое вы построили. Каждый имеет право на счастье. И вы в том числе, моя драгоценная матушка. — с пониманием произнес Мурад, крепко обнимая свою мать. Впервые он показал свою справедливость. Он подарил своей матери шанс на счастье. Он сделал ее счастливой, за что она будет бесконечно благодарна ему. Теперь больше нет преград для их любви. Больше нет слез. Больше нет горя. Больше нет предательства. Больше нет смерти. Впереди только любовь, счастье и радость. *** Так день сменял ночь, а ночь сменяла день. Шли дни, недели, месяцы. За это время изменилось многое. Род Османов начал увеличиваться, дворец наполнился звонким смехом детей. Дети Кесем радовались тому, что их мать наконец счастлива и совсем скоро станет матерью. Кесем вместе с Кеманкешем вернулись в столицу. Они были безумно счастливы тому, что скоро станут родителями. Народ отнесся к Валиде Султан с пониманием и не стал осуждать эту любовь. Тем более, люди любили и уважали Махпейкер. Беременность Кесем Султан, не смотря на ее возраст, была легкой. Бывшая регентша уже была на девятом месяце беременности. Огромный живот немного мешал госпоже, но это не сильно волновало ее. И она, и Кеманкеш с нетерпением ждали того момента, когда возьмут на руки символ любви. А девушки в гареме все время гадали, кто же родится у великой госпожи Османской Империи. — Кеманкеш, наш малыш снова пинается. — радостно произнесла Кесем, ложа руку Кеманкеша на свой огромный животик. — Он уже хочет появится на свет, Кесем. — с нежностью сказал Кеманкеш, поглаживая животик. — Скорее бы уже. Хочется взять нашего малыша на ручки, вдохнуть его аромат. — Скоро, Кесем. Осталось чуть-чуть потерпеть. — наклонившись и поцеловав животик возлюбленной, проговорил Кеманкеш. Кесем лишь звонко засмеялась. *** Но вот прошла неделя. Наконец наступил этот долгожданный момент. Пришло время родов. Около покоев Валиде Султан собрались ее султанши и шехзаде, невестки и внуки. — Ааааа, как же больно! — вскрикнула Махпейкер, сжимая простыню. — Тужьтесь султанша, тужьтесь. — давала указание лекарша. — Я не могу больше! Я сейчас лопну от боли. — кричала Кесем, еле сдерживая всю боль. — Дышите глубже, султанша. Ну же! Осталось совсем немного, потерпите. — Нет сил у меня больше терпеть! В это время Кеманкеш ходил из стороны в сторону, не выдерживая криков Кесем. Он очень волновался за нее. — Кеманкеш, успокойся. Моя Валиде сильная, все будет хорошо. — Дай Аллах, Повелитель, дай Аллах! На минуту все крики затихли и сердце Кеманкеша застыло от страха. Но потом он услышал детский плач. Это был их малыш. Он появился на свет. Терпение Кеманкеша уже кончалось. Казалось, он сейчас выломает все двери и ворвется в покои. Но тут вышла лекарша, и сказав, что все хорошо, поспешила удалиться. Когда Мустафа вошел в покои своей жены, он увидел умилительную картину. Его Кесем сидела на кровати, держа на руках малыша. Их малыша. Все сразу же подошли к султанше и начали любоваться новорожденным малышом. Познакомившись с новым жителем дворца, они оставили счастливых родителей на едине. — Кеманкеш, смотри. Это наш малыш… — шепотом произнесла Кесем, показывая ему малыша. — Наш маленький львеночек. — Ты родила сына, Кесем! Я самый счастливый человек на свете. — воскликнул Кеманкеш, взяв младенца на руки. — Как он похож на тебя, Мустафа. Нашему малышу нужно дать имя. Назови его Мехмедом. В честь моего первенца Мехмеда. — попросила Кесем, ласково улыбаясь. — Пусть так и будет, моя госпожа. Отныне, твое имя Мехмед. Твое имя Мехмед. Твое имя Мехмед. — повторил Кеманкеш, присаживаясь рядом с Кесем. — Благодаря тебе я обрела жизнь. Я стала матерью, стала счастливой. — нежно промолвила Кесем, поглаживая крошечную ручку своего родившегося сына. — Ты стала моим счастьем, матерью моего первенца. Мое сокровище это ты, Кесем. Ты моя вселенная. Моя путеводная звезда, указывающая мой путь. Ты моя слабость… — целуя свой нежный цветочек в лоб, прошептал Кеманкеш. Отныне нет ни горя, ни предательства, ни слез. Есть только счастье, доверие и любовь. Пройдя многое, они обрели друг друга и сохранили свою любовь. И нет больше в мире людей, которые были бы также счастливы, как они.