Чертов лимонад

*Через некоторое время*        Самон подошел к кафе и посмотрел на часы. Время было 12:57. Надзиратель знал, что Мицуру приходит в назначенное время, но все равно пришел раньше положенного. Не умрет же он от того, что постоит 3 минуты? Гокуу заметил автомат, который стоял в теньке, и пошел к нему. Купив себе воды, Самон начал ее пить, но тут к нему подкрадывается Мицуру со словами: "Привет, Самонушка». Надзиратель испугался и подавился водой. Облив весь автомат, парень согнулся и откашливал оставшуюся воду. — П-придурок… Убью, — грозно сказал Гокуу. — Да, да. Я тебя тоже люблю, — отмахнулся Мицуру. — Пойдем, я уже сделал 2 отчета на работе, остальные 3 лежат у меня дома. — Ладно, — ответил Самон и пошел с Мицуру. Вскоре они пришли к дому Хитокое. Мицуру открыл дверь и впустил в помещение Гокуу. У Хитокое была очень просторная квартира. Самон разулся и прошел в зал. — Пить будешь? — крикнул Хитокое с кухни. — Ага, — ответил Самон и сел на диван. Напротив стоял журнальный столик, на котором лежали бумаги. Через несколько минут пришел Мицуру с двумя бутылками пива. — Нам же завтра на работу, — сказал Самон, слегка нахмурив брови. — И что? Мы не собираемся нажираться? — С тобой даже от одного глотка может разнести, — сказал Самон, в ответ получив хохот. — Ну так, будешь, нет? — Давай, — ответил Гокуу, и Мицуру протянул ему бутылку.        Через несколько часов непрерывной работы, парни наконец закончили писать отчеты. На столе стояло 4 пустые бутылки пива и нарезанный лимон. Парни сидели на полу и пили энергетики. Мицуру, допив напиток, встал с пола и, прихватив с собой бутылки пива, ушел на кухню. Гокуу взял лимон и начал его есть. Он был совсем не кислым, так как Мицуру посыпал его сахаром. Съев лимончик, Гокуу сделал глоток энергетика и вдруг он стал себя странно чувствовать. Его руки стали ватными, и парень не мог их нормально поднять. В комнате стало очень душно, от чего парень расстегнул еще две пуговицы на своей рубашке. «Что за херь? — подумал Самон. — Что происходит с моим телом?» Гокуу дальше бы думал, но шаги Мицуру вытащили его из раздумий. — Что-то мне нехорошо, — протянул Гокуу умирающих голосом. — Тебе плохо? Тебя тошнит? — Хитокое быстро спросил, подлетев к тумбочке, в которой лежали таблетки. — Нет, просто, — промямлил Самон, — мне надо в туалет. — Прямо по коридору. — Ага, — ответил Самон, встал с пола и пошел бы, но у него подкосились ноги. Надзиратель 5-го сектора упал бы на пол, но его смог подхватить Мицуру, уронив на пол таблетки. — Эй, с тобой все хорошо? — волнующим голосом спросил Хитокое, услышав тяжелое дыхание. Гокуу поднял голову и посмотрел на Мицуру. Так как Хитокое выше Самона, он смотрел на него сверху-вниз. У Самона на щеках был сильный румянец и расширенные зрачки, его глаза были покрыты легкой пленкой, а некоторые пряди волос прилипли к лицу. Эта картина очень возбуждала Хитокое из-за чего у него не щеках появился легкий румянец. — М-мицуру, — тихо сказал Гокуу. — Самон, — прошептал Хитокое, будто боясь напугать своего друга. Мицуру начал аккуратно наклоняться к надзирателю, а Гокуу наоборот — начал тянутся к лицу своего коллеги. Через долю секунды их губы соприкоснулись друг с другом. Гокуу приоткрыл рот, так как стоять на носочках не очень удобно, а Мицуру этим успешно воспользовался. Они целовались очень долго и очень мокро. Гокуу начал слегка постанывать, так как возбудился еще сильнее. Парни оторвались друг от друга из-за того, что им не хватало воздуха. Парни отдышались и вновь сомкнулись губами. Самон обхватил своими руками шею, Мицуру же взял его за талию и начал идти, из-за чего Гокуу начал отходить назад, пока не наткнулся на диван. Мицуру легонько толкнул Самона и, когда тот упал, навис над ним и вновь вовлёк того в пелену страсти. Пока они целовались, Хитокое начал расстегивать белую рубашку Гокуу. Мицуру разорвал поцелуй и принялся вылизывать шею надзирателя, от чего тот начал постанывать. Темноволосый начал аккуратно спускаться к ключицам и кусать их. После парень перешел к левому плечу и укусил его, от чего Гокуу болезненно ойкнул. Мицуру начал опускаться еще ниже, к соскам. Гокуу начал громко застонал, когда Хитокое начал лизать правый сосок, а левый — сжимать пальцами. Оставив правый сосок в покое, Мицуру начал делать те же действия с левым. Потом он сделал мокрую дорожку от ключиц до подбородка и вновь поцеловал Самона. На этот раз поцелуй был очень нежный. В это время Хитокое опустил руку к его паху, нащупал явное доказательство того, что Самон возбудился не на шутку, и начал его массировать. Гокуу начал громко стонать, что заводило Мицуру еще сильнее. — Х-хватит, — прошептал Гокуу, почувствовав, что скоро кончит, и посмотрел на Мицуру. Его глаза были покрыты пеленой предвкушения и разврата. — Хорошо, — ответил Хитокое и поцеловал парнишку. Мицуру начал снимать с Гокуу штаны вместе с нижним бельем, а сам снял только верх своей одежды. Его взгляду нарисовался картина: Самон Гокуу со стояком и прекрасным смущенным личиком. Идеально! — Н-не смотри, — промямлил Надзиратель, но в ответ ничего не услышал. Мицуру несколько секунд пристально смотрел на смущенного Самона, а после ввёл в него сразу два пальца, от чего тот выгнулся. Он начал разрабатывать Гокуу и искать простату, однако вскоре громкий сладкий стон дал знать, что он нашел ту заветную точку. Слегка подождав, Хитокое начал массировать то место, и с каждым разом слышал в ответ сладкий стон. «Думаю хватит, — сказал про себя Мицуру, припустил свои штаны, взял его под коленями и приставил головку ко входу. — Сейчас будет больно, — предупредил Хитокое и, получив в ответ «Угу», вошел в парня. У Гокуу пошли слезы из-за резкой пронзающей боли, болезненный крик, который издал рыжий, остановил Мицуру. Он остановился, однако через пару секунды аккуратно вошел до конца, остановившись, чтобы парень привык. Хитокое наклонился к Самону и поцеловал парнишку, как бы извиняясь за доставленую боль. Через несколько секунд темноволосый начал медленно выходить из парня и входить обратно, с каждым разом наращивая темп. Проходит буквально 10 минут, и вот, Мицуру уже во всю вдалбливается в Гокуу, а тот в свою очередь стонет, как сучка, от удовольствия, когда Хитокое задевает простату. Самон мотает головой, сходя с ума от нереального наслаждения, ведь ему никогда не было так хорошо. — М-мицу… ру… Я больше… Не могу! — сообщил Самон, пополам со стонами. Хитокое не нужно повторять дважды. Он вышел из Самона и, взяв два члена, начал дрочить. Через пару секунд по всему дому прошлись два стона: один — сладкий громкий стон, второй — еле слышимый рык. На животе Самона было много спермы, которую вытирал Мицуру, когда Гокуу уснул. Закончив все дела, Хитокое взял Самона на руки, понес в свою комнату и положил на свою огромную двухспальную кровать. *Утро следующего дня*        Самон проснулся из-за света, который светил ему в лицо из окна. Гокуу осмотрел незнакомую комнату и нашел часы, которые показывали 06:19, и свои сложенную одежду на второй половине кровати. Он вспомнил весь вчерашний день и залился нереальной краской. Он уже собирался убить себя, но его остановил манящих запах блинов, который исходил с кухни. Самон быстро надел нижнее белье, надел какую-то рубашку, которая была ему велика, и отправился на кухню. За плитой стоял Мицуру и готовил завтрак. Заметив светловолосого, Хитокое выключил плиту. — Доброе утро. — Ага, — тихо ответил Самон и покраснел, повернув голову. Мицуру сразу понял у чем дело. — Слушай, ты прости меня за вчерашнее. Я поддался эмоциям и чувствам и… — Чувствам? — перебил его Самон. — Да. Я давно хотел тебе сказать, но боялся, что ты меня сможешь отвергнуть, — сказал Хитокое, сильнее сжав кулаки. В помещение повисла немая тишина. Самон молча стоял с удивлением и прокручивал полученную информацию. Из раздумий его вытащили слова Мицуру. — Прости меня… И в этот момент Самон просто не выдержал. Он подлетел к Мицуру и крепко обнял его. — Дурак! Почему ты мне это сразу не сказал?! — Что? — Я… Я все это время мучался в своих чувствах! — Правда? — Да! Ты — идиот! Ненавижу тебя! — крикнул Самон, со слезами. — Я тебя тоже люблю, — ответил Хитокое и, подняв лицо Гокуу, нежно поцеловал.