Temporis Filia Veritas

У каждого есть представление о себе, и это представление ложно. Айрис Мердок. Чёрный принц

      Утро первого сентября выдалось холодным и промозглым, в тумане нельзя было разглядеть ничего дальше фонарного столба. Для Лондона такая погода была не в новинку, но все же от первого осеннего дня подобного не ожидалось, и парню пришлось плотнее запахнуть легкую кожаную куртку.       Откуда взялась у него эта обновка, он и сам не смог бы сказать, но в прошлом году происходило достаточно много странных событий, так что Блэк смирился с тем, что забыл о ее покупке. К тому же, она как нельзя лучше подходила его бунтарскому стилю, и парень не желал расставаться с ней даже в Хогвартсе. Никто ведь не отменял походов в Хогсмид, верно?       Это лето Сириус провел у Поттеров, и только последнюю неделю находился у дядюшки Альфарда, собираясь в Хогвартс и принимая наследство от родственника. Последние дни выдались веселыми, но он уже успел соскучиться по Джеймсу и Ремусу, а потому поспешил покинуть гостеприимный дом дяди и добрался до вокзала раньше положенного.       На платформе 9 и ¾, несмотря на довольно раннее время, уже толпились юные волшебники и волшебницы с сопровождающими их родителями. В клетках ухали совы, из-за множества огромных чемоданов большого труда стоило проталкиваться сквозь толпу.       Спустя двадцать минут, оставив чемодан в купе и увидев уже половину гриффиндорцев, Сириус все еще не нашел друзей.       Выйдя обратно на платформу, парень взглянул на часы. До отправки поезда оставалось едва ли пятнадцать минут. Решив наблюдать только за барьером, Блэк прислонился к каменной колонне.       Первым он увидел Ремуса. Оборотень шагнул из портала, и на лице его появилась улыбка. Сириус помахал ему рукой.       Спустя пару минут объявился и Джеймс.       Проведя друзей к своему купе, Блэк, наконец-то, расслабился и принялся развлекать их рассказами о дядюшке Альфарде.       В какой-то момент дверь купе открылась, и на пороге объявился Питер.       Почему Сириус начал питать к старому другу странную неприязнь, он не знал. Но нахождение в их компании Петтигрю с каждой минутой все больше нервировало, и Блэк отправился побродить по поезду.       В каждом вагоне он видел улыбчивые лица школьников, встретившихся после летних каникул. Все они были веселы и беззаботны, а гриффиндорец сам себе не мог объяснить свои сдвиги в настроении. Это началось еще в прошлом году, после той ночной слежки за Снейпом. Иногда Сириус всерьез задумывался о том, что к нему применили качественный Обливиэйт. Резкие перепады настроения, противоречивые чувства по отношению к некоторым личностям — все это не было странным по отдельности. Но вот вместе…       Самыми пугающими стали сны.       Они тоже появились не сразу, либо же он поначалу не запоминал тревожные сюжеты ночных видений. Образы и сейчас оставались размытыми и часто незнакомыми. Молодого парня с растрепанными волосами он какое-то время принимал за Сохатого, пока однажды тот не повернулся лицом, и глаза его сияли зеленью. У его же друга глаза всегда были карими, так что путать он их перестал.       А еще Блэку однажды приснился сон, в котором этот неизвестный парень и сильно повзрослевший, но вполне узнаваемый Снейп, болтали у окна. После того случая Сириус даже боялся взглянуть лишний раз на слизеринский стол. Еще бы, парень просто не понимал, с чего бы такие картинки подкидывать его подсознанию.       Чего уж говорить, в какой-то момент их компания просто перестала соперничать со слизеринцем, их встречи все еще сопровождались пикировками, но это были только словесные перебранки. Джеймс никаких проказ не придумывал, а Бродяга к этому больше не стремился, и потому Мародеры как-то притихли.       Потом настала пора экзаменов, которые волшебник сдал с довольно хорошим результатом, и школьники разъехались на летние каникулы.       Но и там его не оставило буйное воображение, потому что в его видения пришли и другие участники, знакомые и незнакомцы.       В попытке сбежать от реальности он даже однажды напился, за что получил строгий выговор от дяди.       В одном из коридоров Сириус встретил Лили Эванс. Ее волосы огненной волной развевались за спиной, и узнать однокурсницу не составило труда. — Эй, Лили! Привет! — окликнул ее парень, поравнявшись с девушкой. — Привет! Как прошли каникулы? — Да ничего так, в общем, — проговорил Бродяга, испытывая странное чувство дежавю, смотря в ее глаза. — Мы в шестом вагоне, и кое-кто будет рад тебя увидеть! — Ох, только не говори, что Поттер решил таки закончить школу?       Наверное, его лицо вытянулось уж очень заметно, так как Эванс рассмеялась и пихнула однокурсника локтем в бок. — Да шучу я, Блэк! И вы еще величаете себя Мародерами! — Да, куда там нам до вас, юная леди! — шутливо поклонился ей Сириус. — Ладно, приходи к нам поболтать, если будет желание, мы… — …в шестом вагоне, я помню!       И, помахав Бродяге на прощание, упорхнула в соседнее купе.       Нет, Блэк не имел на нее никаких видов, но Лили нравилась ему за свое чувство юмора и легкий дружеский характер. Еще сюда примешивалась странная уверенность в том, что к концу этого года Лили и Джеймс все-таки начнут встречаться. В самом деле, только слепой не замечал, как между ними искрило!       Только закрыв за собой дверь купе и посмотрев на лучшего друга, играющего с остальными в подрывного дурака, Сириус понял, что глаза Эванс принадлежат тому пареньку из его постоянных снов.       Он сходит с ума или в нем открылся дар провидца?       Ответа на этот вопрос у волшебника не было, так что, отбросив мешающие мысли, он присоединился к друзьям.

***

      За окном стемнело довольно рано, темные грозовые облака нависали над землей довольно низко, и, казалось, вот-вот должны были пролиться дождевой водой.       Последний час в их купе горел свет. До замка оставалось не слишком долго ехать, от силы полчаса, так что семикурсники переоделись в школьные мантии и просто разговаривали. Им уже не терпелось поскорее попасть на пир, посмотреть последнее для них распределение и наесться, потому что кроме сладостей в поезде ничего не предлагали, а есть хотелось очень сильно.       Питер, сидевший возле окна, встрепенулся и перевел взгляд на скучающих друзей. — Как вы думаете, что с нами будет после школы? — задал он вопрос, крутившийся в головах у каждого.       Люпин задумался на мгновение, и пожал плечами. — Я все еще не определился, если честно, кем хочу стать. Тем более, одна пушистая проблема никак не способствует широкому выбору профессии…       Блэк фыркнул. Эта болезненная тема поднималась каждый раз, но у Бродяги не вызывала должного трепета. В конце концов, работа всегда найдется. — Мы всегда на подхвате, Ремус, знаешь ведь? — спросил Джеймс.       Лунатик слабо улыбнулся и посмотрел на Хвоста. — А ты сам что думаешь?       Петтигрю дернул плечом и уставился в пол. — Тоже пока не знаю. Мама хочет, чтобы я и дальше жил с ней, все-таки единственный родной человек. Так что выберу что-нибудь спокойное. Ну, аврором не стану во всяком случае. — А мы вот с Джеймсом как раз в Аврорат и собираемся, — подхватил Блэк любимую песню, и на какое-то время друзья смеялись над фантазиями парня о бесконечных сражениях и поимке темных колдунов. — Я имел ввиду, — продолжил Питер, отсмеявшись, — что мы после школы все так же будем дружить, верно? — Конечно, — без сомнений ответил Джеймс, и остальные поддержали его кивками. — Мародеры навсегда! — Навсегда! — воскликнули парни и сложили руки одна на другую в своем излюбленном дружеском жесте, которым обычно закрепляли планы на шалости.       Дверь купе внезапно открылась и в проем заглянула Лили. За ней стояла Алиса — ее лучшая подруга. — Привет, к вам можно?       Парни засуетились, освобождая немного пространства для девушек. — Как прошли каникулы? — поинтересовался сразу же заулыбавшийся Сохатый, и Сириус понимающе ухмыльнулся.       Остаток пути прошел в непринужденной беседе.       Когда поезд остановился, компания поспешила занять места в повозках. Тучи над замком были практически осязаемыми.       Сириус и Джеймс, стоящие позади остальных, одновременно почувствовали легкий ветерок, коснувшийся их затылков. Повернувшись, парни увидели огромную лошадь. Точнее, крылатый скелет лошади, обтянутый кожей. Недоумевая, парни обошли ее. — Это что? — хрипло поинтересовался Джеймс.       «Лошадь» фыркнула и тряхнула головой. Сириус расценил этот жест как пренебрежение. — Не знаю, Сохатый, похоже у нас один глюк на двоих. — Вы чего застыли? — спросила Алиса, подошедшая к карете. — Никогда тестрала не видели? — Тестрала? — переспросили парни. — Да, их может видеть только тот, кто видел смерть. У меня пару лет назад умерла бабушка…       Где и когда Сириус мог видеть смерть, он не знал. Впрочем, у Джеймса были те же проблемы, потому парни только недоуменно переглянулись и залезли в повозку.       На крышу кареты упали первые тяжелые капли, вскоре обернувшиеся настоящим ливнем.       Замок даже сквозь мутное от воды стекло выглядел величественным и прекрасным. Тревожные мысли постепенно покидали Сириуса Блэка, и вскоре он совсем расслабился.       Его ждал полный приключений год в компании друзей, сытный ужин и светлое будущее.       Ему хотелось в это верить.