Телохранитель для Гермионы

Жизнь редко преподносит нам приятные сюрпризы. Еще реже мы способны пойти против своих страхов в погоне за настоящим. В каком-то смысле, любовь — это шаг в бездну. С неизвестным исходом. Но когда пережил столько, сколько она, как-то уже поздно и глупо бояться. Гермиона твердила себе это, критически осматривая свое отражение в огромном, во всю стену, зеркале. Представители Гриффиндора во все века славились своим бесстрашием, а, если говорить откровенно, отбитостью на всю голову. Она не чувствовала себя уверенной сегодня ни в чем: ни в себе, ни в правильности сделанного выбора. Как ни странно, ей не мешало это чувствовать себя при этом счастливой и дико испуганной. Мягко говоря, странный коктейль чувств для невесты в день свадьбы? Гермиона, приподняв расшитую жемчугом юбку, спустилась по ступенькам к креслу и столику с шампанским. Что скрывать, она бы не отказалась от бокала огневиски тридцатилетней выдержки, если бы это помогло успокоиться. Все два мучительных месяца подготовки она тысячу раз думала — правильно ли поступила? И не находила ответа — сердце твердило одно, а рассудок говорил другое. И чей голос звучал громче, сказать было невероятно трудно. Всю жизнь руководствоваться разумом и отколоть такой номер… Запоздалый брак с мужчиной много младше себя. Накануне выборов. Поставить на карту свои амбиции и мечты о честно заслуженном кресле министра. Ради семьи… Скорпиус… Все из-за него и ради него. Она любила его больше, чем все политические резоны и всю возможную полноту власти. Он значил гораздо больше, чем тщеславие. Гермиона вздохнула в очередной раз. У нее раскалывалась голова и немели ноги и руки, все от нервов. Она была не готова, и, вероятно, не будет готова никогда. Шампанское приятно охладило пылающее горло. Она сделала еще один щедрый глоток. Надеясь найти истину на дне бутылки, как писал тот поэт. Бежать и паниковать поздно. Еще каких-то полчаса и нужно будет собраться с силами и идти к алтарю. И выглядеть при этом радостной невестой, а не жертвой, которую волокут на эшафот. То-то Скитер и прочие падальщики обрадуются ее убитому виду. Не говоря о том, что это разобьет сердце Скорпиусу.  — Накручиваешь себя? — в комнату вошел Гарри, великолепный в черном смокинге. — Блядь, туфли за сотню галеонов не должны быть такими неудобными… Гермиона фыркнула и бросила на друга уничижительный взгляд. Она тут, можно сказать, страдает…  — Равнодушная скотина ты, Гарри Джеймс Поттер! Я тебе уже говорила это?  — Пару раз, — улыбнулся он, не став ни спорить, ни отрицать. — Если хочешь сбежать, я только за. И даже помогу. Не переживу, если ты станешь миссис Малфой.  — Грейнджер-Малфой, — произнесла Гермиона с удовольствием. — Скорпиус согласен на двойную фамилию.  — Вот почему у Люциуса такой вид, как будто он кучу гиппогриффьего дерьма унюхал, — Гарри взял ее ладони в свои и стал мягко растирать. — Холодные. Всё так плохо? Может, сразу после свадьбы сделать тебя вдовой? Она зашипела и отвесила хохочущему и пытающемуся увернуться другу пару подзатыльников. Чем превратила аккуратную укладку на черноволосой голове в привычное всем торчащее безобразие Поттера.  — Жених весь извелся от нетерпения, — сообщил он, целуя тонкие пальцы. — Гермиона, ты знаешь, я тебя люблю. Именно поэтому приму любое твое решение. Выбирай сейчас: либо я отвожу тебя к алтарю счастливую и довольную жизнью, либо мы отменяем все, а с Малфоями, прессой и остальными я разберусь так, что твоя репутация не пострадает.  — Я люблю его, — беспомощно признала Гермиона, ненавидя себя за это. — Но это так глупо… — она обвела руками комнату, утопающую в цветах. — Это платье, этот праздник, столько гостей…  — Гермиона, любить не глупо и не стыдно, — Поттер усмехнулся. — Гораздо хуже понять, что ты слишком циничен и опытен для искреннего и настоящего чувства. Если хочешь с ним быть, забудь про все остальное. Она позволила себя обнять и, чувствуя родное тепло Гарри, успокоилась. Опираясь на его сильную руку, шла уверенно по дорожке в белую беседку, увитую цветочными гирляндами. Где ее ждал будущий супруг. Их клятвы друг другу не были замысловатыми или сложными, зато искренними. Глаза в глаза. Позже, когда веселящиеся гости уже меньше внимания обращали на молодоженов, Гермиона созналась теперь уже мужу во всех своих глупостях и страхах. И мысленно поблагодарила друга, брата, Гарри. Он, как и всегда, пришел как нельзя вовремя. И нашел нужные слова с поразительной точностью. Она пообещала себе, что сделает все, чтобы однажды вот так же погулять уже на его свадьбе. Неприручаемому кошаку пора остепениться и перестать развлекаться одноразовыми встречами. Пусть Гарри артачится и уперт, как никто другой, но пару Гермиона ему найдет. Ведь он заслужил и семью, и детей. И любви настоящей, когда любят не твою славу и положение, а тебя. Их со Скорпиусом свадьба была не концом истории, и даже не серединой. А только началом. Она не обольщалась, мечтая о безоблачной жизни в браке. Их чувства должны будут пройти проверку на прочность и не единожды. Им обоим нужно будет научиться жертвовать чем-то, договариваться и искать компромиссы. Без этого совместное будущее не построить. Пусть Малфои приняли ее как невестку. Но это произошло с огромным скрипом. И под страхом потери внука, сына, наследника. Люциус все еще надеется, что внук прозреет через несколько лет. А пока подсчитывает все возможные выгоды от этого брака. Нарцисса готова улыбаться ей, но только до тех пор, пока Скорпиус будет доволен. Астория тихо ненавидит, считая, что сын ломает себе жизнь, связываясь с женщиной не первой молодости. Скандал, возмущенная общественность, немногие друзья, которые смогли принять ее выбор. Пресса, сплетни. Со всем этим они справятся вместе. И чтобы там не говорили о старой кобыле, захомутавшей бедного мальчика, Гермиона собиралась родить мужу ребенка. Не для того, чтобы заткнуть глотки новоявленным родственникам. А просто потому, что сама этого хотела. Лучшая ученица за последние сто лет, выдающаяся ведьма, Героиня Войны, Мозг Золотого Трио, Лучшая подруга Мальчика-который-выжил, первый заместитель министра Магии… Кем она только не была… Мама… Теперь она хочет услышать это слово. А трудности преодолимы. Тем более для твердолобой всезнайки, привыкшей добиваться своего. Ради себя, ради Скорпиуса и ради их ребенка. Их будущего, в которое она верила. Будущего, за которое они сражались и умирали… Уже целуя на прощание Гарри, она глазами указала на смотревшую на него девушку, которая профессионально держалась в тени. Прежде чем портключ перенес их на тропический остров подальше от свадебного дурдома, туда, куда ни одна сова не долетит, она успела увидеть озадаченность и огонек интереса в глазах Поттера. А если он кем-то заинтересовался, то у нее нет шансов. Даже если это твердый орешек и известная любительница одиночества, как Диана. Поттеры всегда добиваются своего: все как один — упертые олени. Гермиона с удовольствием посмотрит, как друг очнется от своей спячки и начнет жить. Без вечного самолюбования — все женщины мои. Потому что, если она верно поняла характер девочки, Гарри остается только посочувствовать. Побегать придется, и репутация бабника и ловеласа очков ему не добавит. Может жизнь и не пощадила их, выбила до донышка наивность. Но это не значит, что они все перестали верить в любовь. Кто не любил, не любит, тот и не жил…