From hate to love.

Внутри Шистада бушевал огонь. Эти крики сводили с ума. Он хотел услышать это, когда она будет с ним.. Крис, похоже принял всё таки свои чувства. Ну, тут просто уже нечего отрицать.. Он безумно ревнует... Но Еве он не собирается говорить о своих чувствах, ибо ей всё равно на него, и она хочет от него избавиться по скорее. Но это ведь только его предположение, а как выяснилось, Еве он не безразличен, аж, с первой встречи. Спустя двадцать пять минут Мун вышла из кабинета, слегка запыхавшаяся, и взяв Криса за руку вывела его из полицейского участка. Сев в машину, наступила тишина. Они ехали молча по дороге домой. А вот дома начался самый сок.. Они стояли в прихожей дома, вернее прям у самой двери. - Что это было? - с открытым возмущением произнес парень, на что Ева удивилась. - Тебя это волнует? - спросила девушка и немного усмехнулась. - Меня, нет. Просто ты... что спишь со всеми парнями, чтобы забыть Юнаса? - этот вопрос сильно задел Мун, он её назвал "ШЛЮХОЙ"? Вновь, нет, Ева этого не прощает, и ответила уже на тон выше. - Шистад, ты только что назвал меня в скрытом сравнении - шлюхой? Которая спит со всеми парнями? Ответь. Это выходит за рамки дозволенного, никогда и никому я не позволяю называть меня так. Я не такая, за всю жизнь у меня были интимные отношения, только с Юнасом, я никогда ему не изменяла, и не собиралась... - Стой, Ева, я не.. - Шистад мог бы и не начинать, ибо девушку распирало во всю. - И это Гидеон мой лучший друг, и если ты не знаешь ситуации не надо лгать и придумывать. - Успокойся, объясни мне ситуацию.- крикнул парень во весь голос. - Зачем? Скажи. Если ты обо мне такого мнения, то объяснять я тебе не собираюсь. Просто знай, Шистад, ты идиот, ненавижу. - Ева решила пойти погулять, поэтому резко развернувшись от парня, хотела открыть дверь, но Крис решил взять ситуацию в свои руки, и схватив ее за руку, развернул тем самым прижав её тело к своему. - Шистад, что ты делаешь? - На что это похоже? - спросил парень и поцеловал девушку очень страстно и требовательно, - Не знаю, но этот поцелуй означает дальнейший секс?! - на это Крис лишь усмехнулся и кивнул в знак согласия. - Не, Шистад, никогда.. Ни за что. После эти слов он впился вновь в её губы, таким же страстным поцелуем, только на этот раз Ева ответила. Парень был удивлен, но вместо того чтобы посмотреть на неё с удивлением, он нахально положил свои руки ей на попу, и начал сжимать, прижимая к себе еще сильнее. Ева слегка простонала ему в губы, и после этого обвила его торс своими ногами, а Крис так и не убирал руки, ему, явно, понравилась ее попка. И не разрывая поцелуй, он донес её до своей спальни на втором этаже. И сев на кровать, немного отстранился чтобы вдохнуть воздуха, девушка же сидела сверху парня, и решила, что в данный момент его куртка и его футболка лишние вещи. После того как эти вещи оказались в другой стороне комнаты, наступила очередь Криса понять, что вещи не нужны. Он снял с неё куртку, но не разрывая поцелуй, затем майку. Дальше он встал с ней же, и развернув уже ее к кровати бросил слегка, после чего навис над ней, начал продолжать освобождать ее от одежды. И через минуту они оба были нагишом. Вот кусочек страсти.... — Шистад… Этот отрывистый шепот вырвался у нее непроизвольно и был скорее похож на тихую мольбу, чем на протест. Он поднял голову. Растерянность и страсть были в его темных глазах, пытливо вглядывавшихся в ее вспыхнувшее лицо. — Ты хочешь, чтобы я прекратил? — хрипло выдохнул он. Мун с силой затрясла головой. Нет же, нет. То, чего она хотела, было невозможно выразить словами. "Мун, прекрати, что ты делаешь?"- такие мысли летали у неё в голове, но одного прикосновения Криса, хватило забить на эти отголоски и отжаться. Он и она сейчас, а потом что будет. Улыбка, тронувшая его глаза, была какой то неживой, и все же, прежде чем он опустил ресницы, Ева заметила, как в темных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Крис уткнулся в ложбинку между грудями и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало в девушке жгучие волны возбуждения. Шистад пристально смотрел на нее, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб ее тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди они скользнули на стройную талию, обхватили соблазнительные бедра. Выражение лица Криса было таким, словно он испытывал сильную боль. Глядя на него, Ева почувствовала, что с ней творится что то странное. Она лежала неподвижно, прижав руки к бокам, а где то в глубине сердца рождалась трепетная нежность. Ее никогда не боготворили прежде, никогда не возносили и не поклонялись ей. Никогда в жизни она не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас — отдать себя. Даже с Юнасом она никогда не испытывала такого..Она хотела его, хотела делать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. В этот момент ей вдруг показалось, что она создана именно для того, чтобы отдаваться. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод своего тела и своей души. Его настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, когда он встал на колени и притянул ее к себе. Положив руки ему на плечи и закрыв глаза, Мун запрокинула голову, и сверкающая волна волос упала ей на спину. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у нее перехватило дыхание. По мышцам ее плоского живота пробежал огонь наслаждения. Рид приник к темному треугольнику тонких вьющихся волос, и ее ноги задрожали. Она почувствовала его дыхание, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. И ее понесло куда то далеко далеко, в не отмеченную ни на какой карте страну, которой правят только чувства. Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, он исследовал подвижные складки ее кожи, ощупывал языком гладкие лепестки, впитывая в себя ее эссенцию. Он требовал ее ответа, побуждал ее, умоляя ответить. Пальцы русоволосой зарылись в его волосы, стали перебирать их, а он в это время добрался до самого сокровенного источника наслаждения и принялся с осторожностью ласкать. Из ее груди вырвался тихий, протяжный стон. Длинными ногтями она непроизвольно впилась в его кожу и, только через несколько секунд осознав это, разжала пальцы. В ответ на это невольное движение Шистад еще сильнее сдавил ее бедра, словно хотел, чтобы эти пружинистые округлости влились в его ладони. Потом его рука двинулась туда, где темнел заветный треугольник. Раздвинув тонкие волнистые волоски и влажные складки нежной кожи, он продолжил свои изощренные ласки. Нахлынувшее на нее наслаждение было таким острым и неистовым, что ее дыхание, ее голос и вся эта ночь слились воедино и стали уплывать куда-то. Тело ее изогнулось, руки ослабли, по безвольно разжавшимся пальцам пробежали иголочки тока. Ева почувствовала, что оседает на кровать, но ничего не могла с собой поделать. Шистад поддержал ее и помог опуститься на колени рядом с собой. Он притянул ее ближе, и в его глазах загорелся сумасшедший синий огонь. Его ненасытные губы требовательно приникли к ее рту. Она сдалась, она уступила, с упоенным удовлетворением шепча что-то неразборчивое. Его жадный язык протолкнулся между ее зубов, вернулся назад, снова погрузился в теплую глубину. Не отрываясь от ее сладкого рта, Крис вновь пробрался рукой к жаркому источнику. Ее тело с радостью приняло это прикосновение, задрожав от волнения и удовольствия. Ее тело звало его, и он, ощутив призывное биение ее сердца, ответил на этот зов. Девушка вдруг почувствовала, что сходит с ума от этого приступа возбужденной страсти, сжигавшей все ее тело. Разве можно было удержать это буйство внутри себя и сохранить рассудок? Этому неистовству чувств нужен был выход, и если Шистал не поймет это и не соединится с ней, она взорвется. Шатен не стал останавливать ее трепетавшую руку, отыскавшую жаркую, возбужденную плоть. Его дыхание стало прерывистым, когда Ева ласкала разбухавший под ее пальцами этот предмет вожделений. Он приподнял на ладонях ее грудь и, затаив дыхание, стал смотреть, как вытягиваются и морщинятся темно розовые соски, окруженные яркими ореолами. Его пальцы сами собой потянулись к этим бутонам сладострастия и принялись осторожно массировать их. — Как ты красива, — с тихим изумлением сказал он, скорее всего, себе самому. — Шистад. Ее шепот был почти не слышен, словно легкий шелест ночного ветерка. Крис еще крепче сжал ее грудь. Ева сильнее сдавила его плоть. Внезапно его руки оказались у нее на талии. Решив лечь на кровать Шистад, повлек за собой Мун. Ее бедра оказались зажаты его коленями, и он подтянул ее повыше, так, чтобы она легла ему на грудь. Какое то время Ева лежала, прижимаясь к нему и прислушиваясь к глухим ударам его сердца. — Как только ты захочешь, — прошептал Шистад, подтягивая ее еще выше. Ева уперлась ладонями ему в плечи и приподнялась, затем, не сводя глаз с его лица, стала осторожно и медленно опускаться. Шистад застонал от мучительного наслаждения. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца — все говорило о буре, бушевавшей в нем, которую он уже едва сдерживал. Потребность вернуть ему хотя бы капельку того исступленного восторга, которым он наполнил все ее существо, каждую ее клеточку, болезненно отзывалась в судорожно сжимавшихся мышцах. Эта потребность становилась все острее, и ее глаза затуманились слезами. Крис вздрогнул. — Боже, — проговорил он хриплым от возбуждения голосом. Упиравшись руками в кровать, он рывком поднял свой корпус и одним мощным движением бедер глубоко проник в нее, полностью овладев. Ева вскрикнула от наслаждения. Ухватившись за его мускулистые плечи, она приняла его в себя, призывая взять ее всю. Она хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие, страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения. И спустя несколько минут быстрого темпа, он кончил в нее. И задыхавшись он слез с нее и лег рядом, при этом очень рвано дыша. Она же мгновенно уснула. И он после нее. Крис проснулся резко от кошмара и, посмотрев на телефоне время, понял что уже 3 часа ночи, и до него сразу дошло, что они не успели на встречу, он повернул голову к девушки, чтобы посмотреть на неё, но вместо нее он увидел...