Лучшая девочка на свете

Утро. Метро. Час пик. Двери поезда открываются, и поток пассажиров вносит меня в душный вагон. Смотрю в пол, слежу за людьми и всеми силами стараюсь, чтобы никто из них не наступил на мои кеды. Это уже привычка. «Балерина должна беречь ноги». Я выросла, постоянно слыша это. Все места заняты, и я с трудом протискиваюсь к стене. Мне нужно на что-то облокотиться, иначе встреча с грязным полом вагона обеспечена. Еще только восемь утра, а я уже без сил. Последнее время занятия в хореографическом училище изматывают всё сильнее. Но до нужной станции еще далеко и можно немного расслабиться. Я отключаюсь, а в голове всплывает одно из самых ярких воспоминаний из далекого детства… Мне 5 лет. Мы с мамой пришли в танцевальную школу в нашем районе. Она находилась в довольно-таки старинном здании, построенном в начале 20 века. Меня, маленького ребенка, сильно поразила красота этого «дома». Тяжелые двери, роскошная винтовая лестница, ведущая на второй этаж, старинный концертный зал. В этой обстановке я чувствовала себя маленькой принцессой в большом замке. Но наиболее сильное впечатление произвело помещение, в которой располагался танцевальный класс. Высокие потолки, огромные зеркала по всему периметру комнаты, балетные станки – всё это так необычно, что я верчу головой по сторонам, стараясь рассмотреть каждый уголок этого зала. - Дорогая, тебе здесь нравится? - Мама села предо мной на корточки и взяла мои маленькие ручки в свои. - Да, да, да! Конечно, да! Мамочка смеётся, обнимая меня. Мне нравится, когда она счастлива. - Ты у меня такая легкая, такая изящная! Ты обязательно должна стать танцовщицей! Слава, поклонники, большая сцена – всё это ждет только тебя! Я абсолютно уверена, ты станешь известной! - Её голос звучит так восторженно, так убедительно, что мне хочется ей верить. Я ребенок. Мне интересно. Мне страшно. Но я хочу попробовать. Вагон резко останавливается, и я выныриваю из своих мыслей. Механический женский голос объявляет название остановки, лишь через несколько секунд я понимаю, что это нужная мне станция. Продираюсь сквозь гущу человеческих тел и вываливаюсь на платформу, когда двери уже начинают закрываться. В глазах резко темнеет, приходится в срочном порядке искать более-менее свободную лавочку. Трясущимися руками пытаюсь расстегнуть спортивную сумку. Как назло, молния заела и поддается моим жалким попыткам лишь с третьего раза. Достаю бутылку с водой и упаковку кофеина, выпиваю таблетки в надежде, что не упаду в обморок на репетиции. Опять. Меня не волнует, что это происходит слишком часто, я просто не хочу снова придумывать оправдания. Немного отдышалась, пришла в себя, но опять надо бежать. Опоздания в нашем училище не приветствуются… Мне 10 лет. Завтра финальное прослушивание в Академию русского балета. Я сижу в комнате, обнимаю большого плюшевого медведя. Эту игрушку подарила мама после первого выступления на сцене, и теперь она всегда помогает успокоиться и сосредоточиться. Огромное количество мыслей в голове не дают мне спокойно спать. Финальное прослушивание – это очень важно. Если я поступлю, то пути назад не будет. Мама просто не даст мне уйти. Мне страшно. Я уже не уверена, что балет – это то, что мне нужно. Я ведь не пробовала ничего другого. Всю жизнь, что я себя помню, моим единственным занятием были танцы. Я не знаю, что мне делать. Последнее время вся моя жизнь превратилась в бесконечную тренировку. Я так больше не могу. Мне надоело жертвовать всем ради танцев. Даже не так. Правильнее будет сказать, что мне надоело жертвовать всем ради маминого самоудовлетворения. Она всегда мечтала стать балериной, но, к огромному сожалению, не смогла. По её словам, у меня идеальные данные, поэтому мама решила, что я д о л ж н а стать артисткой балета. И еще штук сто пунктов того, чего я не должна. - Ты не можешь идти гулять! Тебе надо репетировать! - Ты не можешь это есть! У тебя завтра взвешивание! - Ты должна тренироваться! У тебя завтра концерт! Эти слова я слышу постоянно. Мне надоело. Мама совершенно не понимает, что я не хочу быть той, кем когда-то не стала она! Но я молчу. Я не хочу расстраивать её. Я слишком люблю свою маму. Я должна танцевать. - Плие, деми плие, плие. Пол де бра, назад в четвертую. Гранд плие не нужно, но делаем нажим стопами. Пятки вниз, опускаясь тянемся вверх, тянем колени. Слушаем музыку! Руки и ноги двигаются так, словно их дергает за ниточки невидимый кукловод. Мыслями я далеко не в этом, уже изрядно поднадоевшем, репетиционном зале… Мне 15 лет. Последнее время я практически не ем и много тренируюсь. Это изматывает меня. Но мне нравится. Я люблю держать все под контролем. Я иду к своей цели – главная женская роль в выпускной постановке. Мы все хотим этого. Но причины у всех разные. Кто-то просто всей душой любит танец, кто-то пытается доказать миру, что он может всё, а кто-то, как я, делает это ради любимого человека. Среди девушек жесткая конкуренция, поэтому каждая из нас стремится быть тонкой и изящной. Хочет быть и д е а л ь н о й. Но ведь вы знаете, что идеал – это миф! И это буквально убивает. Мы все голодаем. Мы режем себя. Я режу себя. Нет, никто из нас не хочет умереть. Это просто способ. Способ бороться и частично справляться с болью, со слишком сильными эмоциями, воспоминаниями и мыслями, с навязчивыми состояниями. Это отрезвляет, помогает почувствовать реальность. Конечно, все понимают, что этот способ не выход, но он работает. Поэтому никто и не думает останавливаться, пряча шрамы и выпирающие кости под тренировочными штанами и длинными рукавами. Мама очень волнуется. Она не понимает, как стремление быть лучшей в нашем классе стало для меня навязчивой идеей, ради которой я пойду на всё. Моя дорогая мамочка не знает, что я давно уже не люблю балет. Я танцую только ради того, чтобы она была счастлива. Мне нравится её радостная улыбка и горящие глаза, когда она видит меня на сцене. Мне так хочется ей всё объяснить. Сказать: «Прости, я не хочу танцевать. Прости, я никогда не стану прима-балериной. Прости, я постепенно убиваю себя. Прости, я люблю тебя.» Но я молчу. Голодаю. Танцую. Режу себя и снова танцую. Делаю вид, что всё хорошо и не перестаю танцевать. - Ну а теперь приступим к фуэте! Быстрее, быстрее! Шевелитесь! Голос преподавателя эхом разносится по всему залу. Кто-то из девочек берет меня за руку и тянет вбок к станку, освобождая центр класса. - Выполняем группами по пять человек! Мне не нравится это. Слишком много пристальных взглядов будет направлено. Слишком много человек будут ждать твоей ошибки и обсуждать то, как ты выглядишь. Хорошо хоть на репетиции можно носить много слоев одежды, выглядеть «как капуста», и никто тебе ничего не скажет, ведь ты просто сохраняешь мышцы в тонусе. Моя очередь. Выхожу в центр класса. Объёмная кофта скрывает выпирающие ключицы и слишком тонкие руки, исписанные мелкими порезами и довольно большими шрамами. Острые скулы, уставший взгляд, безжизненные волосы, собранные в куцый хвостик. Нет ни ослепительной улыбки, ни белой пачки – эти атрибуты лишь для сцены. Начинаю крутить фуэте. Раз. Два. Три. Сбиваюсь со счета. Сердце бешено колотится, стараясь успеть в заданный ритм. Лица танцоров, хореограф, прекрасный зал – всё сливается в одну цветную полосу. Только сейчас приходит понимание того, что я по-настоящему счастлива. У меня такое чувство, будто я могу взлететь. Стоит немного разогнаться и ноги сами оторвутся от земли. Но слишком поздно. Сердце замирает с каждым новым поворотом, оно готово остановиться в любой момент. А я все кручу фуэте и не собираюсь снижать темп. Это странно, но я не боюсь, что мое сердце не выдержит. Ведь у нас гонка. Кто придет к финишу первым? Удар. Поворот. Я победила. Мой мир накрывает темнота.