Случай

Сыро, на душе тоскливо. По стеклу окна стекают крупные, дождевые дорожки, небо ясное, не смотря на нахлынувший ливень, устелено скучной, безжизненной сизой, на улице слякоть, грязь и до ароматической зависимости любимый запах петрикора. Шоколадные очи устремлены в оконную раму, рука упёрта в чёткую линию подбородка, а пряди угольных волос с глубоким фиалковым отливом небрежно покоятся на скучающем лице. Понедельник никогда не вызывал бурного восторга Дианы, вероятно, как и у большинства населения планеты. День выдался томящим, скучным и из-за этого очень выматывающим. Всего пару посетителей, в числе которых озлобленная чем-то, пожилая Ли Сен Ён - работодательница, приезжающая каждую вторую неделю со своими странными проверками, где та старается прицепиться хоть к чему-нибудь, лишь бы отчитать и побольше отцепить в качестве компенсации за оплошность со следующей зарплаты. И никогда не знаешь, что ей не понравится в этот раз: ваза, стоящая не в том, на взгляд строгой бабушки, углу или внешний вид молодой продавщицы. В позапрошлый раз Госпожа Ли ругала её, процитирую, "антрацитовое одеяние", бедняжке аж пришлось искать значение не слышанного ранее слова. И, тем не менее, иностранка давно привыкла к маразматической женщине, делая всё, чтобы в её работе не к чему было придраться. Это обосновывает надетые ею сегодня лаконичную, лавандовую блузу, цвета синей стали свободные джинсы с завышенной талией и, к привычному духу лютой неудачницы, новые, белые кроссовки. Что? Ах, посмотреть прогноз погоды заранее? А что, так можно было? Ну нет, это не по-нашему, не по-беспечному, правда? Вот почему она не может как обычно насладиться ненаглядной, дождливой атмосферой и мысленно пускает невидимую слезинку по точёной скуле, рассматривая шиферные пейзажи. Зато работодатель впервые похвалил. Кроме того, такой важный на данный момент зонтик погребён где-то на съёмной квартире в завале вещей, заброшенных брюнеткой в дальний ящик. Победитель по жизни передаёт привет, тихо покуривая свою сигару где-то в сторонке. Часы окончания работы скоро пробьют. Диана ровно проводит персиковым блеском сначала по нижней губе, затем по верхней, распускает пышную копну на свободу, расчёсывая непослушные локоны, и потихоньку подметает кварцевые дощечки пола. Приведя себя и место кропотливого труда в порядок, и не забыв прихватить с собой перламутровую сумку, переливающуюся в яркой радуге, девушка закрывает дверь магазина на ключ. Путь до злосчастной беседки занимал минут пятнадцать от силы. Одежда успела насквозь промокнуть, несмотря на бег длинноногой. Совсем недавно белоснежная обувь теперь испачкана в многочисленных, бурых пятнышках, джинсы стали тяжелее, приобретя тёмный тон, а шелковистые волосы ужасно запутаны, потеряв свой пышный объём. Само очарование, самое то, чтобы покорить сердце любого мужчины. Итак, Диана у цели. Мокрая, изнеможенная и немного грязная, красавица заметила в деревянном укрытии беззвучно танцующего Чимина, так удачно повёрнутого спиной ко входу. Как всегда глупый и, к тому же, для всех предсказуемый план созревает у девушки практически в ту же секунду, потому она бесшумно подкрадывается к сосредоточенному мужчине и резко кладёт свои ледяные ладошки на его открытый участок шеи, заставляя испуганного вздрогнуть и с силой отпрянуть на не очень комфортную лавочку внутри беседки. Вот так, Пак Чимин, Вы открываете фанату сердце и душу, а он взамен так жестоко и беспощадно отвечает Вам. - Испугались? - максимально злобно хихикнула она, рассматривая развалившегося в несусветной позе ошалелого человека. Да нет, что ты. Это он просто так отпрыгнул от тебя, словно ошпаренный. Да и вообще здесь очень удобно, вот, полежать захотелось парню. - Это было неожиданно, - он поторопился подняться, неловко запустив крохотную пятерню в густую шевелюру, привлекая внимание иностранки. - Вам идёт этот цвет, - мигом отметила та, - ой, нет, в смысле Вам всё идёт, - и заалела от накатившего смятения. - Спасибо, - Пак по-приторному улыбнулся, после чего оба застряли в путах молчания. Не из-за того, что не о чем было разговаривать. Просто им так хочется, им нужна эта тишина, эти глаза друг напротив друга, чуть румяные щёки и приоткрытые губы. - Дождь...совсем не кстати, - туманно произносит Диана, оправдываясь за растрепанный внешний вид, который так грубо уничтожила стихия. Но он не согласен с ней. Чимин рад дождю, в кои-то веки. Она так обворожительна и до ненавязчивой, но приятной истомы внизу живота притягательна, хоть сама того и не понимает. Его цепляет в ней всё, начиная с тонких щиколоток с неприметными царапинками, оставленными, по всей видимости, игривым котёнком ( или очередным возвращением девочки "руки-из-задницы"; не будем портить момент) до миниатюрной родинки в форме сердечка над верхней губой. Светлая блузка от скопившегося количества воды в ней самым лучшим образом облипает контуры женского тела, частично просвечивая, давая волю для изощрённой фантазии айдола, а мокрая прядь чёрных волос застряла в уголке рта. Хочется прикоснуться, но можно ли? Она словно кошка, сама по себе, ей никто не нужен, пугливая и неприступная, всего один неверный поступок - убежит, махнув пушистым хвостом. Он медленно приближается к желанной кошечке, что внимательно подмечает каждое действие мужчины, и убирает маленьким пальчиком волосок за ушко. - А мне нравится, - запоздало отвечает он, находясь в том же неведанном, по крайне мере, для юницы, трансе. - Конечно, когда у Вас есть зонтик, - оправилась Диана, подойдя к брусчатой скамейке и аккуратно кинув на неё сумку, вернув безопасное для неё расстояние между ними, и устроилась поудобнее, - я вся во внимании, - добавляет та, возвращая привычное выражения лица истинного дебила. - Музыку, пожалуйста, - танцор встаёт в стойку, не переставая растерянно улыбаться. Девушка сию минуту отыскала нужную песню в телефоне и уже собиралась её включить, но ласкающий слух голос успел перебить: - Но с тебя твой аккаунт в kakao talk, - решительно торгуется или подкатывает самец со стажем в три десятка. - Я не сижу в этом приложении, - заявляет самка, ожидающая реакции обломленного Чимина, но тот не намерен сдаваться: - Ещё лучше, тогда твой номер телефона, - улыбка как-то незаметно превращается в наглую ухмылку, которой бы иностранка в любой другой ситуации положила конец, но нудные, предшествующие пред ней события сегодняшнего дня, вынуждающие ту настырно ждать интригующего и лично ей представленного танца, не дали брюнетке это сделать. - Ладно, - без особой мороки соглашается Диана, глубоко уверенная в душе, что он всё равно не напишет и не позвонит, и включает долгожданную песню. Тело Пака словно заиграло вместе с музыкой. Сначала плавные движения точно гармонировали с мелодией, но с каждым мгновением чувственное звучание становилось всё более динамичным, что остро подмечал мужчин. Даже дождь сыграл ему на руку, заставляя зрительницу восторгаться всё больше и больше. Сердце быстро бьётся, взгляд безоговорочно прикован к Чимину, купающемуся в полученном, нет, выигранном внимании девушки. - Это было превосходно, - безмятежно проговаривает та, глядя на тяжело дышащего артиста, затем лезет в сумочку и достаёт оттуда бутылку с водой, - знала, что пригодится, - самозабвенно улыбается кареглазая, протягивая её вокалисту. - Спасибо, - вежливо шепчет мужчина, скоропостижно опустошая пластиковый сосуд. Как можно было догадаться, несомненно, у него была своя вода. Но разве может он отказаться, когда так благосклонно предлагают? - Записывайте номер, второй раз диктовать не буду, - на этом милость Дианина кончается, потому она вешает тонкую лямку сумки себе на плечо и готовится к отбытию в дом. Уж слишком холодно, а простудиться - роскошь дорогая. - Я провожу тебя, - только и успевает сказать айдол, судорожно рыскающий в кожаном рюкзаке в поисках телефона. Молодая особа не против такого расклада событий, так как возможность идти под зонтиком до машины, на которой подвезут и за проезд на которой не нужно платить, кажется ей весьма перспективной. Ночь устелила небо звёздами, когда автомобиль подъехал к скромному общежитию. Дождь давно закончился, оставляя в память о себе лишь мокрую зелень, сырой асфальт, да редкие, в связи с нормальными дорогами, лужи. Высохшая девушка негромко хлопает дверцей, держа в руке тёплый латте, и ещё раз благодарит голову Пака, виднеющуюся из-за приспущенного стекла машины, которую он не мог покинуть в силу своей известности. Так они прощаются, и Диана исчезает за дверью, водитель давит на газ, а Чимин вяло, но счастливо рассматривает яркие огни вечернего Сеула за окном.