Каридская атмосфера

Из самого центра огромного голубоватого кольца, образуемого корпусом станции, служившей вратами планетарного силового поля, вырвались два одинаковых пастельно-серых корпуса, похожих на длинные шестигранные стержни, словно выпавшие из старинного ядерного реактора. Вместо того, чтобы чинно зависнуть между двумя слоями планетарного защитного экрана – на равном расстоянии от обеих силовых сфер, как предписано, ─ рванули в противоположные друг от друга стороны. Расчет был точен: внешняя сфера защищала оба бета-шаттла от орбитальных оборонительных станций, внутренняя ─ от батарей на поверхности планеты. Единственным, что могло угрожать им здесь, были турболазеры автоматической станции-врат, незамедлительно обрушившие град золотистых импульсов на оба шаттла-нарушителя. Но автоматика есть автоматика: в немыслимом танце маневров, рассекая вакуум подобно клинкам, отражающим удары невидимого противника, отстреливая ослепительно-белые точки ложных мишеней, уносившиеся в разные стороны и вскоре растворяющиеся во вспышках турболазерного огня, но выигрывавшие шаттлам время для очередного маневра уклонения, невзрачные и неповоротливые с виду десантные корабли прорвались к самой внешней сфере. И тут само поле пришло им на помощь. Прозрачное, почти невидимое человеческому глазу голубоватое свечение, отмечаемое приборами как чудовищная стена энергии, сбивало с толку орудийные сенсоры, искажая им «картинку» и заставляя брать неверный угол прицеливания ─ неверный лишь на тысячную долю стандартного градуса, но при космических дистанциях этого вполне хватало, чтобы промахнуться по узкому корпусу шаттла, поигрывающего маневровыми двигателями в тщательно выверенном безумии полета. Лучевые залпы, изрыгаемые станцией-вратами, поглощались силовым полем, оборачиваясь незначительными зонами возмущения в нем ─ эти золотые искры на поверхности исчезали через секунду, после чего поле планетарного дефлектора становилось вновь безмятежным и почти невидимым. Настала очередь нового действующего лица появиться на сцене. Постепенно обретая четкие формы, из-за планетного горизонта выплыла новая станция-врата, исполнявшая аналогичную функцию для внешнего силового экрана. «Вот интересно, как они выпутаются? ─ генерал-комендант, ответственный за безопасность планеты (и наблюдавший все происходящее посредством панорамного голографа), улыбнулся сытым фелинксом. Вместо того, чтобы попытаться уйти от перекрестного огня двух станций, который вот-вот должен был на них обрушиться пилоты обоих шаттлов совершили новую глупость ─ скорее всего, последнюю. По-прежнему держась у поверхности внешнего экрана, они рванулись в зону огня новоприбывшей станции-врат, благо находились с ней в одной плоскости. Однако, глупая автоматика наконец-то стала грамотно учитывать «поправку на ветер»: в один из бета-шаттлов угодил разряд турболазера. Дефлекторы на десантных кораблях надежные, даже турболазерное попадание выдерживают, но только одно. Второго не последовало ─ как только шаттлы оказались в точке пересечения зон обстрела обеих станций врат (которые как раз пересеклись), огонь прекратился. Вратам внешнего поля так и не довелось пострелять. От обоих десантно-штурмовых шаттлов теперь исходил сигнал наивысшего уровня; стрелять по таким кораблям не дозволяется, кроме как по личному приказу его величества Императора. Но вытянувшимся в вертикальной плоскости (в точности под прямым углом по отношению к обеим сферам планетарного экрана и поверхности планеты) стержням кораблей не удалось миновать открытый створ внешнего поля. Подхваченные мощным гравилучом станции-врат нижней сферы ─ той самой, где они началось кажущееся безумие их пилотов, ─ бета-шаттлы были неторопливо препровождены к посадочной площадке на поверхности, на самом дне мягко отсвечивающей сапфирово-синим атмосферы планеты. Генерал-комендант явился лично взглянуть на нарушителей. Предчувствие подсказывало: там будет на что посмотреть. И не обмануло.

***

─ Хе-хе, верно я всегда говорил ─ жулик ты, Милли, опять нанюхался своей дряни, а то где б тебе знать, что верхнее “блюдце” всплывет под другим углом, не как всегда! Вот так умудрился дойти чистеньким! ТО-то смотрю ─ вид у тебя подозрительно виноватый! ─ Чернокожий здоровяк в белоснежном мундире шутливо ткнул кулаком в грудь невысокого и словно бы недавно проснувшегося усатого коллегу в таком же облачении. Сила удара могла бы сбить с ног и человека покрепче, но тот устоял, ехидно ухмыляясь в усы и подмигивая. ─ Уговор дороже денег, Найал, сам знаешь. Так что за тобой теперь должок! ─ Тот, кого звали Милли, прищелкнул пальцами перед носом чернокожего, выругавшегося в ответ так витиевато, что стоявший поодаль третий гранд-адмирал ─ широкоплечий рыжебородый детина ─ одобрительно заржал, а четвертый, поглаживая холеную темную бородку, сообщил с непередаваемой алдераанской вежливостью: ─ Догадываюсь, догадываюсь, Освальд, в какой, с позволения сказать, валюте господин Тэкел предпочитает увидеть сей должок... ─ Скорей, занюхать! ─ рыжебородый засмеялся еще громче. ─ Милли, небось, и жалованье получает одним своим порошочком!

***

─ Вот так вот оно и вышло, детишечки. ─ Фирмус отметил, что выражение лица гранд-адмирала Тэкела и сейчас можно было бы посчитать виноватым ─ если бы не озорные искорки в глазах. ─ Наш Найал, он же, если кто забыл, гранд-адмирал Декланн у нас крутой пилот, его подвигов времен Войны Клонов вы, еще как пешком под стол ходили, по головизору обсмотрелись. Только вот не учел он, что соображаю я живее ─ стратег не пилот, он должен держать в голове полную картину происходящего, моментально оценивать ситуацию, и интуиция у меня поострее, без нее нужное решение быстро не примешь, а от решения командующего флотом, да хоть небольшой эскадрой, зависит куда больше, чем от решения командира эскадрильи или авиакрыла. ─ Началось, как всегда, с извечной пилотской похвальбы. Выходим мы от старика, думаем, как это дело отметить, Найал знай себе чирикает: мы, пилоты, думаем лучше всякого мыслителя с мостика, от того наша шкура зависит, не то что вы, белоручки, сидите там под броней, дефлекторами и турболазерами, и в ус не дуете, не вам дохнуть из-за ваших ошибок, а под трибунал, если что, шестерок своих отправите, которые вам, надутым павлинам, не угодили… А я в ответ подначиваю: давай-ка я тебе одну задачку задам, сумеешь решить лучше меня ─ значит, ты прав. Задачка простая: вызвать на себя огонь станции-врат (там, на Биссе, это просто ─ отключаешь идентифицирующий сигнал, так сразу огонь из всех стволов) и продержаться в промежутке между внутренним и внешним силовыми полями до появления внешней станции-врат. ─ Ф чем т-фогхда трудхность? ─ проворчал энсин-дуг. ─ Выигравшим уговорились считать первого, подлетевшего к внешнему «блюдцу», но если при этом в него хоть раз попадут, победа ему не засчитывается. А если попадут в обоих ─ значит, оба дураки ─ и подают в отставку в тот же день. С формулировкой «прошу освободить меня ото всех занимаемых должностей с лишением всех званий и наград, так как я тупей контуженного гундарка, и сослать на Гаморр, где мне самое место». Тэкел чуть подождал, пока утихнет смех кадетов. ─ На истребителе любой модели Найал бы меня уделал враз, тут и думать нечего, но я ему предложил потягаться на десантных шаттлах, знал ведь, что он не откажется. А чтоб все было честно, пригласили еще двоих товарищей в качестве вторых пилотов ─ они и не прочь были поразвлечься! Моим «секундантом» был Джозеф. Дотошный тип, но парень хороший. Ну а к Найалу Освальд вызвался. На вид разгильдяй, но мужик жесткий, у такого не забалуешь… ─ Поле. Колебания в поле. ─ Слова Лаквии Варрша, произнесенные вполголоса, прозвучали гораздо громче, чем должны были, удачно вписавшись в паузу. ─ Верно, ─ гранд-адмирал весело стукнул себя кулаком по колену. ─ Вся фишка была именно в возмущении поля. Мы приблизились к верхнему экрану именно там, где орбита «блюдца». И такая вот вышла хрень: верхнее поле сглотнуло фейерверк, который нам устроили пушки нижней станции, отчего орбита верхней станции чуть-чуть (Тэкел свел пальцы так, что между ними не осталось и миллиметра) изменилась. ─ И гранд-адмирал Декланн этого не понял? ─ усомнился ХайрАэрас. Лекку сомкнулись в недоверчивом жесте. ─ Найал? Не понял? ─ начальство от души расхохоталось. ─ Да он шкурой это учуял раньше, чем верхнее «блюдце» нарисовалось. Но! Только на секунду раньше. Пилоты-истребители так устроены, воспринимают опасность непосредственно перед тем, как она появляется, а потом все решает рефлекс и скорость-маневренность. На истребителе у него проблем не было бы. А тут у нас шаттл, у которого другой силуэт, другая скорость, иначе устроены двигатели, тут просечь опасность за секунду ─ поздновато будет. Тут надо мыслить стратегически, чтоб интуиция включалась перед отлетом и выявила «подводные камни». Пилот редко на такое способен, а вот парни с мостика совсем другое дело. Оттого-то они там и находятся, что голова у них варит, как положено. А если вам кто-то заявит, что-де главное «ввязаться в драку, а дальше ─ по обстоятельствам, он не стратег, а кусок дерьма вучьего, так-то! ─ Тфо есть ваш соперник среагхировал вовремя, но маневфр уклонения произвел не совсем верно, ─ засипел дуг, почесывая затылок верхней конечностью (рукой она служила в данный момент, или еще чем ─ у них не поймешь). ─ Сообража-аешь, черт древесный, ─ гранд-адмирал самодовольно пригладил усы. Так вот наша игра в пятнашки и закончилась. Мне удалось прийти к верхнему створу «незапятнанным», а ему ─ нет. И, святое дело, возбухать начал: мол, ты, Милли, хаттов шулер, нюхнул глиттерстиму, с алдераанской мордой поделился, вот вы гады, и кайф поймали, и меня развели. Освальд хохочет, как пьяный бесалиск, а Джозеф знай себе подкалывает: знаю-знаю, говорит, как он своим выигрышем воспользуется ─ все в ноздрю пойдет! Офицер-таможенница покачала головой. Ей было прекрасно известно, куда отправляется немалая часть конфискованных наркотиков. ─ Вдруг откуда ни возьмись, еще кто-то мяучит: вот вы какие, мои шалуны-затейники в белых мундирах. Оглядываемся ─ какой-то сопляк, не старше вас будет, но уже с генеральской вывеской на груди. Освальд ему эдак нежненько, как голодный крисалайд: это ты нас гравилучом ловко сграбастал, будто Милли твилечек? Генеральчик этот, как его там? ─ да, Кадир его звали, ─ аж надулся с непривычки, Джозеф его еще и успокаивает, в своей обычной манере: вы, молодой человек, не жеманьтесь, не пугайтесь, наш Милли сегодня в добром расположении духа, к тому же он у нас в основном по твилекам да зелтронкам, вы его вкусам не вполне соответствуете… Аудитория одобрительно захихикала. Даже хмурый лейтенант-твилек улыбнулся уголком рта. ─ Кадир и заявляет: будучи уполномочен хранить тронный мир Императора, имею полномочия поступать с любыми нарушителями полетного распорядка сколь угодно жестко. У меня, говорит, Вейдер половину стандартных суток на орбите болтался, так как было объявлена тревога уровня «Аурек», и никого не велено было пущать без личного дозволения его величества, а его величество тогда изволил отдыхать, и не велел себя тревожить. Слыхал я про такой случай ─ тогда Вейдер, решив Кадира припугнуть, пытался его душить своим хваленым телекинезом, а генерал только ворот кителя слегка расстегнул, жалуясь, что как-то необычайно шею натирает. Вейдер, говорят, аж поперхнулся в своем допотопном противогазе. Только злобствовать и мог, придушить на таком расстоянии невозможно, о чем наш Военный Экзекутор благополучно забыл. Кадеты понимающе переглядывались. Посмеиваться над нелепым страшилищем в сделанных на древний манер доспехах (на блошином рынке приобрел, не иначе) было делом привычным, но возражать Вейдеру в открытую мало кто отваживался. Начальство меж тем продолжало разглагольствовать: ─ Старайся, говорю, генерал, моффом будешь! Вот так оно и вышло, что первый свой гранд-адмиральский оклад я в двойном размере получил, и за себя, и за того черного бахвала. Ибо хвастаться ─ нехорошо. ─ Тэкел весь лучился удовольствием. ─ Заодно Найал нам и девочек раздобыл, как уговорились. На Биссе с ними до сих пор туговато, а тогда было еще туже, места глухие, неинтересны старику наши развлечения… Так вот, зря говорят «надо уметь проигрывать», чушь это все вучачья. Выигрывать надо уметь!.. А глиттерстим, между прочим, вещь не только приятная, но стратегически пользительная, если голову на плечах иметь, ─ гранд-адмирал Тэкел заговорщицки подмигнул, как бы невзначай хлопнув себя по карману.