Охотники во тьме

Клэри тыльной стороной ладони убрала пряди волос, которые лезли в лицо. Девушка терпеть не могла мыть посуду, но не Магнуса же заставлять этим заниматься. Может Йен и помогла бы ей, в чем она сомневалась, но она отправилась усиливать чары, чтобы открытый портал, через который прибудут завтра Джон, Иззи и Джейс, нельзя было отследить, а Алек отправился искать Себастьяна, который не явился на ужин. Девушка тяжело вздохнула и продолжила свое монотонное дело, смотря в окно, находящееся над раковиной. Было уже темно и снег переливался как россыпь самоцветов в искусственном желтом свете фонаря, находящегося у дома. Девушка не знала как далеко находится ближайший соседний дом. Та еще глушь. Дверь кухни тихо открылась и Клэри сразу прекратила созерцание пейзажа. Она обернулась и увидела на пороге Себастьяна. Странно, что за ним не последовал Алек, видно так и не нашел его. Лайтвуд обычно находился либо с Себастьяном, либо с Клэри и теперь, когда они с Верлаком остались одни в комнате, девушку посетило странное чувство, название которого она не знала. — Привет. — чуть хрипловатым голосом сказал охотник. Его слова казались слишком громкими для тишины комнаты от чего рыжая едва заметно дернулась. Не дождавшись ответа, парень подошел к Клэри, которая уже хотела возмутиться, но увидив, что он взял полотенце и стал вытирать помытую ею посуду, удивленно вздохнула. Себастьян казалось этого не замечал. — Я хотел извиниться. — сказал брюнет, откладывая большую тарелку и начиная протирать новую. Девушка продолжала мыть посуду, не обращая на него внимание. Пусть говорит, ей то что? Даже быстрее закончит. — Я… я не знаю что на меня нашло. Просто… — на какое-то время парень замолчал и единственными звукоми в комнате было его громкое дыхание и плеск воды. — Лайтвуд мне проходу не дает. Постоянно где-то рядом, я устал ловить на себе его внимательный взгляд, вот и взбесился. Мне захотелось избавиться от него, а единственной возможностью для этого была ссора, при чем крупная. А самый быстрый способ вывести его из тебя — сказать что-то о тебе. Парень снова замолчал, принимая посуду уже из рук Клэри. — Прости. — кратко сказал Себастьян, выдыхая. Девушка закрыла кран, закончив ненавистное занятие, и отряхнула руки. Она не знала как относиться к словам Верлака. Она вообще не знала как к нему относиться. Ее мимолетный порыв, внезапное доверие в том холодном лесу, откуда оно взялось? Не было не каких оснований думать, что он сейчас не возьмет столовый нож, который только что вытер и не перережет ей горло. — Проехали. — тихо сказала Клэри. — Нет, не проехали. — чуть повысил голос Себастьян. — Я хочу чтобы хотя бы ты меня поняла. Хочу поговорить с человеком, в голосе которого не будет настороженности и презрения. Девушка молчала, кусая губы и смотря в окно. Зачем только она согласилась чтобы он отправился с ними? — Клэри! — почти кричал Брюнет, протянув к ней руку. Девушка резко отпрыгнула от него, даже не успев подумать. Она боялась его прикосновений, Боялась новых черных отметин на ее коже. Клэри увидела боль в глазах парня, когда перевела на него взгляд. Охотница растерялась и уже хотела извиниться, но дверь в кухню снова открылась и вошел уже Лайтвуд, лицо которого мгновенно приняло суровое выражение. Он придирчиво осмотрел Верлака, в глазах которого боль уступила место гневу. — Вот о чем я говорю! Я устал от этого — порывисто указывая на Алека, сказал Себастьян. — Тебе не кажется, что это заслуженно? — тихо спросила Клэри. — Я не виноват в том, что сделал мой отец. — так же тихо ответил Верлак и охотница прикрыла глаза. Он был прав. — Вред ей причинил не только Томас. — с холодным спокойствием промолвил Алек, подходя к Клэри. Себатьян тихо засмеялся. — Сколько можно повторять, я не знал, что она уже нашла тебя! — Да откуда ты вообще знал, что у нее могла появиться такая связь? — взорвался Лайтвуд. — Я вообще-то здесь! — всплеснув руками, возмутилась девушка. — Прости. — тихо сказал Алек, продолжая испепелять взглядом Себастьяна. — Это тяжело. — вздохнул Верлак. — Не вижу ничего тяжелого в том, чтобы рассказать все как есть. — пожал плечами голубоглазый. — Если бы я сам все знал. — отводя взгляд, сказал кареглазый. Лайтвул хмыкнул, а Клэри вздохнула. — Расскажет когда захочет. — потирая виски прошептала девушка. Хотелось поскорее закончить этот разговор, к тому же, у нее разболелась голова. Она инстинктивно потянулась к Алеку, который ловко притянул ее к себе. Боль сразу растворилась, от чего охотница довольно зажмурилась. — Знаете, это уже не в какие ворота не лезет. — Себастьян вышел, напоказ хлопнув дверью, на что Клэри тихо засмеялась. Алек опустил руки на талию Клэри и положил подбородок на рыжую голову, покоящуюся на его груди. Девушка не хотела открывать глаза. Она наслаждалась размеренным стуком его сердца и дыханием, легко касавшимся ее лица. Как бы ей хотелось знать о чем он думает. — Как у тебя получается читать мои мысли? — нарушила тишину девушка. — Не всегда получается. — чуть нахмурившись ответил Лайтвуд. — И то, только когда ты достаточно далеко. Просто закрой глаза и сосредоточься. Попробуй. Клэри вздохнула. Сколько раз за последнее время она уже слышала эти слова. Йен говорила ей это почти каждый день по нескольку раз. Но девушка все равно попробовала и, кто бы мог подумать, ничего не вышло. Может конкретно ей нужно по другому подходить ко всем этим сосредоточениям? — Не получается. — захныкала Клэри. — А что ты хочешь знать? — чуть отстранившись, спросил Алек. О, как много она хотела знать. Ее голову заполнили мысли о том злосчастном поцелуе, который не давал ей нормально спать вот уже несколько дней. О том, как ей хочется сказать ему, как его не хватает рядом каждую секунду, каждое мгновение, пока он следит за Верлаком. Как она боится, что он все это считает ошибкой, как она хочет спросить, но не может. Ей не хватает духу. Хватает на то, чтобы охотится на демонов, но не хватает на то, чтобы разобраться в чувствах своих и человека, который ей дорог. Алек тяжело вздохнул. Клэри и не заметила, как он скользнул в ее сознание. А ведь говорил, что это работает только на расстоянии. Девушка вывернулась из его рук и по ее коже пробежал неприятный холодок. Лайтвуд поймал ее руку и притянул обратно, сопротивляться не хотелось, а даже если бы и хотелось, как можно противиться, когда смотришь в эти синие глаза? — Милая Клэри, — от его слов, его грудная клетка завибрировала. — я много чего в своей жизни считаю ошибкой, но точно не тот поцелуй. Это, может быть, самая правильная вещь которую я сделал. — с мягкой улыбкой сказал он. Сердце девушки отдавало громким стуком в ушах, а ее щеки приняли розоватый оттенок. Она так редко краснела до того как встретилась с Алеком, а теперь… Теперь ей нравилось краснеть. Клэри провела своей рукой по его щеке и накрыла его губы своими. Ей пришлось встать на цыпочки, что вызвало умиление у парня. Он мягко ответил на поцелуй, который получился таким длинным и сладким, что у девушки закружилась голова и она еще крепче вцепилась в Алека. Они бы простояли так еще очень долго если бы не проклятая дверь, которая отворилась и впустила Магнуса. Они даже не успели отреагировать, как маг поднял руки: — Ой, ой, простите, простите. — залепетал он, быстро ретировавшись из кухни. — Только не останавливайтесь, пожалуйста. — послышалось уже из-за закрытой двери. Клэри широко улыбнулась и спрятала лицо на груди Алека, а тот засмеялся, прижимая к себе охотницу.

***

Было уже далеко за полночь, но Клэри никак не могла уснуть. Она долго ворочалась в постели и в конце концов сдалась. Девушка включила ночник и, не поднимаясь с кровати, достала из прикроватной тумбочки папку листов и простой карандаш. Она приволокла это сокровище из кабинета Йен. Бумага была тонкая и гладкая, совсем не такая как любила девушка, а карандаш был не такой жирный каким она делала зарисовки, но все же лучше, чем ничего. Клэри с глупой улыбкой смотрела как линии грифеля складываются в черты Лайтвуда. Жалко, у девушки не было красок, хотя она все равно не смогла бы подобрать нужный цвет его глаз. Она часто рисовала когда не могла уснуть, рисование могло ее окончательно разбудить, или успокоить. Сейчас, когда она смотрела на легкий набросок, спать ей не хотелось. Девушка прижала рисунок к груди. Сколько всего произошло за последнее время. Могла ли она подумать, что так чертовски сильно влюбится? Нет, ей казалось, что это никогда не произойдет. Клэри вздохнула и отложила рисунок на тумбочку, но что-то привлекло ее внимание. Даже в тусклом свете ночника было видно, что что-то не так. Девушка присмотрелась, и замерла, не веря в то что видит. По диагонали из одного угла в другой тянулась надпись выведенная аккуратным подчерком. «Пора платить по счетам» — вот во что складывались буквы. Клэри схватила рисунок и поднесла его к глазам, нет, ей не показалось. Более того, надпись имела какой-то странный бардовый оттенок. Проведя по нему пальцами и чуть размазав слова, Клэри поняла что металлический запах ей тоже не показался. Это было написано кровью. И когда она поняла это, ее накрыла паника, а крик застрял в горле. Девушка смяла любовно нарисованный рисунок и бросила его обратно в ящик тумбочки, гулко захлопнув его. Девушка тяжело дышала и с ужасом осознала, что в ее глазах начинает темнеть. В ее ушах зазвенел крик, но она не могла сказать звучал ли он на самом деле, или только в ее сознании.