Guilt, Revenge and Mercy

      - Адам? Адам? А-а-адам… Адам-Адам-Адам! – Тео лежал рядом с беспробудно спящим Андерсоном и тряс его плечо, одновременно заглядывая в уже хмурящееся сквозь сон лицо. – Ада-ам…       - Мгм…       - Ты проснулся?       - Мг…       - Отлично! – бессвязное бормотание было принято за согласие, и Тео с большим воодушевлением продолжил, переворачиваясь на спину и укладывая голову на согнутую в локте руку. – У меня есть идея, и мы должны обсудить ее…       Адам только глубоко вздохнул, за что тут же поплатился криком на самое ухо.       - Адам, ну слушай! Это очень важно!       - Блять, Тео, сейчас наверняка шесть утра! – пытаясь спрятаться от него в подушках, простонал Адам, выбешенный его поведением в первые же минуты нового дня.       - Шесть тридцать, - с важным видом уточнил Хатчкрафт, как будто это в корне меняло дело, и уселся чуть ли не сверху на него, не оставляя шансов так легко отделаться       - О, теперь я точно просыпаюсь! – отозвался тот, не скрывая сарказм в голосе и спрашивая себя, почему они такие разные даже в вопросе времени пробуждения. Тео любил вставать рано, и почти все идеи посещали его еще до восхода солнца, в то время как он предпочитал оставаться в постели до тех пор, пока сам не почувствует, что пора подниматься, - сам, а не по решению будильника или Хатчкрафта.       - Просто выслушай меня, и можешь спать дальше.       - Я не смогу уснуть после того, как ты разбудил меня, Тео.       - Ну, тогда я найду способ искупить свою вину, - усмехнулся он и наклонился ниже, чтобы поцеловать кисло поджатые губы.       - Это меньшее, что ты можешь сделать, - проворчал Адам, все еще раздраженный: даже то, как сильно он любил Тео, не делало его ранней пташкой, а подъем в такое время всегда портил настроение.       - Договорились, а теперь слушай меня, Адам… Я написал сценарий к клипу на «Beautiful ones», - с энтузиазмом объявил Тео, показывая ему свой блокнот с какими-то сделанными от руки записями и несколькими набросками.       Адаму было слишком лень тянуться за очками и смотреть на все это, тем более что он все еще почти спал, потому он попросил Тео прочитать для него вслух.       - Короче, я буду одет как дрэг-квин, - он начал с самого важного, и все его лицо буквально светилось от восторженного предвкушения.       - Что… Тео, подожди… - Андерсон покачал головой и на мгновение зажмурился, но на него смотрели все так же, когда он снова открыл глаза. – Ты шутишь?       - Нет, почему? Я серьезно… Вот тут, - Тео повернул к нему блокнот и придвинулся чуть ближе, показывая пальцем на небрежный скетч, - я нарисовал то, что хочу надеть. Представляй, что платье красное, а ботинки – белые… - продолжал он, пытаясь отыскать в глазах Адама такую же искру азарта.       Адам смотрел на листок бумаги перед собой и не мог поверить в то, что видит. Платье было с глубоким декольте и таким коротким, что с трудом прикрыло бы его зад. Сапоги были на огромных каблуках и, учитывая, что ноги Тео были достаточно длинными, он нарисовал их достающими до самых бедер. Адам представил Хатчкрафта во всем этом, как он идет по улице, виляя полуголой задницей, как его длинные стройные ноги двигаются на этих каблуках, но не мог разделить его восторг, тут же подумав о том, как он падает и летит на землю с высоты двух метров.       - Тео, ты же убьешься…       - Почему ты всегда так драматизируешь? – обиженно воскликнул Тео и даже отодвинулся от него, прижимая к груди свои наброски.       - Ладно, не убьешься, но ногу точно сломаешь, - ответил он, абсолютно уверенный в своих словах.       Тео хотел было продолжить спор и убедить Адама в том, что он ошибается, но вдруг решил, что тот заслужил маленький урок.       - Да, наверное, ты прав… - он кивнул с грустным лицом, почти демонстрируя смущение. – Прости, что разбудил тебя так рано, чтобы рассказать такие глупые вещи…       Хатчкрафт прекрасно знал, что Адам будет чувствовать себя виноватым в том, что так расстроил его и разрушил веру в эту идею, а потому целый день будет с ним очень милым и заботливым.       - Не говори так! Ты знаешь, что я готов выслушать тебя в любое время дня и ночи, и идея твоя не так уж плоха… - Андерсон поспешил объясниться, обхватывая его лицо ладонями и целуя в лоб. – Я имею в виду, что идея просто отличная, просто нам, может быть, стоит найти кого-то для нее, а ты бы сыграл в видео другую роль, понимаешь… - продолжал он, в то время как Тео лежал рядом, все еще расстроенный.       Адам действительно чувствовал себя очень виноватым за неосторожные слова и ласково поддел его подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Тео был неплохим актером, потому без особого труда сделал лучший Бэмби-взгляд, отчего сердце Андерсона растаяло окончательно.       - Милый, ну улыбнись мне, - прошептал он, слегка надув губы.       Тео слабо улыбнулся: достаточно для того, чтобы показать Адаму, что он не сердится больше, но чтобы при этом тот все еще чувствовал, что он расстроен. Он ждал, пока его обнимут, попадая прямиком в ловушку.       - Ну же, любимый… Я хочу видеть, как ты улыбаешься по-настоящему, - настаивал Адам, целуя его в губы и мягко скользя пальцами по волосам. Тео медленно ответил на этот поцелуй, не показывая должного желания, и Андерсон опустил руку на его плечо и ниже, к бедру, нежно прижимая к себе.       - Я так люблю тебя… Надеюсь, ты знаешь это, - прошептал он прежде, чем продолжил целовать, теперь мягко сжимая его ягодицы.       Тео бесстыдно наслаждался тем, как Адам пытается заслужить прощение, нисколько не чувствуя себя виноватым за эти манипуляции самыми светлыми чувствами. Андерсон снова отстранился, чтобы поцеловать его шею, чередуя поцелуи с легкими укусами.       - Адам, я не… - прошептал он, уворачиваясь от него и показывая, что явно не в настроении для его планов.       - Милый, я просто хочу поднять тебе настроение… Ты позволишь мне поднять тебе настроение? – улыбнулся Адам, выискивая в темных глазах положительный ответ.       - Я не в настроении, - повторил Тео, зная, что это не остановит любовника, и тот все сделает самостоятельно.       - Я вижу, потому просто расслабься и получай удовольствие…       Сжав тонкую ткань пальцами, Адам стянул с него футболку и отбросил ее в сторону, чтобы та не мешала укрывать поцелуями его грудь. Тео как мог старался сдержать торжествующую улыбку на губах и не позволить стонам срываться с них. Губы Адама опускались все ниже и ниже, пока не остановились где-то под его пупком, а Хатчкрафт не почувствовал, как нижнее белье начинает неприятно давить. Кончиком носа он проскользил вдоль шва на его боксерах, мягко обхватывая приоткрытыми губами и все-таки заставляя его тихо постанывать. Андерсон улыбнулся и раздел его полностью, а тогда соскочил с матраса и притянул Тео к углу кровати так, чтобы он лежал на самом краю. Он опустился на колени перед постелью между его ног и стал целовать внутреннюю сторону бедер, медленно поднимаясь поцелуями выше прежде, чем взять его член в рот. Послышался стон удовольствия, и Хатчкрафт вытянулся на простынях, готовый наслаждаться каждым новым мгновением. Свободной рукой Адам ласкал себя в том же ритме, в котором двигал головой, стоны Тео становились все громче и громче, и за годы, проведенные вместе, он знал, что тот уже близко к пику. Он начал двигаться быстрее, чтобы кончить одновременно, и когда оба тяжело и хрипло дышали, слыша стук сердца по барабанным перепонкам, поднялся на ноги. Тео наблюдал за тем, как он идет в ванную и ищет что-то, чтобы вытереть руки и пол, усмехаясь без всякого зазрения совести за то, каким путем ему досталось желаемое. Когда Адам забрался к нему на кровать, он уже ответил на поцелуй с куда большей страстью, отчего тот улыбнулся, не отрываясь от его губ.       - Не вставай, я приготовлю нам завтрак, - почти приказал Андерсон, в последний раз сладко целуя и уходя греметь сковородками на кухне.