Love at first sight

Кихён, замученный жестокой несправедливостью жизни и новыми преподавателями, зашёл в их с Мином блок только в четыре часа дня, хотя по расписанию все его пары должны были закончится ещё два часа назад, так как в этом университете не принято нагружать первокурсников. Но у идеального во всех смыслах (особенно в учёбе) Ки с самого начала не сложились отношения с одним из учителей, а именно с мужчиной, который преподаёт черчение. Вот и началась у них холодная война, и первый сегодняшний бой Кихён уже проиграл... Но речь сейчас не об этом. Ю заходит в комнату и без удивления видит своего лучшего друга. В шок Кихёна вводит то, что Ли сидит не в пижаме, а в обычной одежде. Когда Ки будил его, то даже не надеялся на то, что Минхёк всё-таки встанет. – Ты что, был сегодня на учёбе? – с огромным недоверием и скепсисом в голосе спросил Ки, садясь на свою кровать. – Ки, ты сейчас офигеешь! Я узнал, что мой любимый учится со мной в группе, – с довольным лицом чуть ли не выкрикивает блондин. А Кихён с непониманием смотрит на него, ожидая пояснения на счёт “моего любимого”. – Ну тот красавчик-брюнет, которого я током ударил! – Мин. Кажется, я сказал тебе оставить этого беднягу в покое, – тяжело вздохнув, ответил ему младший, вспоминая тот летний день, когда Минхёк потерпел своё первое и явно не последнее фиаско и так быстро и нещадно влюбился в этого парня, которого Кихёну уже было жалко. – Ки, я ведь всё равно не собираюсь тебя слушать... – А стоило бы! – возмущённо воскликнул Ю. – Давай ты не будешь его трогать и найдешь себе другую жертву. Парень и так слишком пострадал из-за тебя. – Но он самый красивый парень в нашем универе, конечно, после меня, – уверенно ответил ему Хёк, – как я могу упустить такого лапочку?! – А ты не думаешь, что он – натурал? Ну, так... Мало ли, – на самом деле Кихён уже давно смирился с таким поведением друга, но почему-то каждый раз он яро пытался остановить парня и донести до него правильные вещи, хотя действительно понимал, что его действия безумны и отчаянны, потому что правильные поступки и Ли Минхёк – вещи абсолютно несовместимые. – Ну, станет геем! Ради меня не жалко!

***

Минхёк уже весь извелся, потому что наступили выходные и шансов встретить красивого Че Хёнвона почти нет, ведь коридоры университета почти опустели, и там можно встретить только преподавателей или учеников, которые умудрились в первую же неделю учебы заработать себе долги. Минхёк, кстати говоря, тоже в этом списке нерадивых учеников, только он вообще не спешит и не думает исправлять это положение. Так вот, в университете почти никого нет, и, конечно, там не будет Вона. А Мин ведь пытался его найти! Он напрасно ходил по двору университета, напрасно обошёл все комнаты, возле которых мог бы встретить своего “будущего жениха”, он зря прошёлся по всем клубам и кафетериям, находящимся близ университета и общежития. Ну, возможно, в клубы он ходил не из-за брюнета с худыми ногами, а из-за сильного желания напиться до такого состояния, что даже телефон не смог бы разблокировать. Хотя пьяненький Минхёк – существо крайне опасное из-за своей непредсказуемости. И, наверное, поэтому Кихён глубоко закопал идею выпить со своим другом. В общем, предмет своего почти маниакального обожания Минхёк так и не нашёл, что крайне его удручало. Сейчас Ли просто и без какой-либо пользы лежал на кровати, впрочем, как и всегда, а Кихён, который весь вечер наблюдал за своим несчастным другом, звал парня уже раз четвёртый, может быть, пятый. Но Минхёк игнорировал его, или же он действительно был настолько погружён в свои мысли, что не замечал друга и его возгласов. – Кихён... – наконец Минхёк приходит в себя и начинает говорить. Вообще, молчаливый Минхёк – это очень странное и редкое явление, и, если бы Ли пролежал так с закрытым ртом ещё пару минут, Кихён забил бы тревогу. Но, кажется, всё обошлось. – У меня есть план! – ан-нет, не обошлось. Планы Ли Минхёка обычно безумные, абсурдные, противоречащие всему. Планы его могут закончиться и смертью чьей-нибудь, и ограблением банка, и ванной с кислотой. – Нет! – Но ты даже не выслушал меня! – завыл от такой дикой несправедливости Мин. – Во-первых, чего касается твой план? – Конечно же, моей длинноногой принцессы, – без колебаний ответил Минхёк, забывая о том, что Хёнвон не его и, ну, совсем не похож на принцессу. – А я тут причём?! – с искренним негодованием спросил Ки. Казалось, он был готов вот-вот заплакать, потому что знал: планы от Минхёка не есть хорошо. Он действительно не хотел в это ввязываться, потому что в первую неделю учёбы в университете Кихёна уже завалили. Кихёна, которого никогда, и никто не заваливал на черчении, впервые в его жизни завалили. А тут ещё Хёк с его сомнительными планами. – Ты – мой лучший друг! Это входит в твои обязанности! – Хочу напомнить тебе о том, что именно ты захотел сделать меня своим другом и именно ты первый тогда в школе сел ко мне за столик, хотя я пытался выгнать тебя, – это действительно правда, но Минхёк в ответ только профессионально закатил глаза и цокнул, – хорошо, если в твоём плане нет ничего противозаконного, ты можешь рассказать о нём. – Ну... – воодушевление Мина словно испарилось. Очевидно, линию закона блондин решил игнорировать и в этот раз. Впрочем, не удивительно. – Почему тебя вообще волнует закон, у тебя полно денег, сможешь отмазаться! – Кихён уже понимал, что этот план не входит в рамки законопослушных людей, поэтому Ки перестал даже слушать своего друга. А Минхёк готов и заплакать, чтобы уговорить друга идти с ним, ведь «вдвоём веселее». Конечно, плакать будет он не искренне. Минхёк может сделать всё, что угодно, в своих целях: заплакать навзрыд или засмеяться, словно в последний раз. А сейчас его цель – Че Хёнвон, и Минхёк впервые чувствует такое сильное чувство симпатии к кому-то, поэтому просто оставить всё он не сможет, даже не согласится на это. Вообще, кажется, что Ли – это такой слишком открытый и слишком явный парень с нетрадиционной ориентацией, у которого в голове только извращённые картинки с порносайтов. Кажется, что он очень ветреный и глупый мальчишка, у которого ценности не те, который не умеет правильно с людьми общаться, который даже друзей не ценит и который может всех и всё только использовать для своего “хорошо”. Но это только кажется. На самом деле всё совсем не так. Да, безусловно, он склонен к непредсказуемому поведению и всегда делает, а потом думает (очень часто и последнего не делает). Он странный, всегда таким был: красит волосы в самые разные цвета, к которым не все люди в современном обществе привыкли, одевается примерно также, под стать своему взбалмошному характеру, говорит громко и так же смеётся, любит детей, пристаёт к посторонним людям со всякими глупостями и совсем не любит грустных. Да, в его голове могут возникнуть идеи по завоеванию какой-нибудь страны, но это будут только идеи. Но на самом деле он не может совершать действительно ужасные поступки, не способен даже думать так. Он всегда будет прощать, забывая просто все обиды, лишь бы близким хорошо было. И это всё, потому что он до сих пор такой ребёнок по-настоящему наивный. Его легко обмануть и обидеть. – Ки, я не прошу украсть его и посадить на цепь в подвале этого здания. Мне надо хотя бы узнать его адрес, – голос его становится серьёзнее, а сам Хёк становится грустным совсем немного, – я прекрасно понимаю, что шансы на то, что я стану его парнем, ничтожно малы. Их нет, да! И поэтому я должен хотя бы стать его другом. И... даже, если буду не с ним, то рядом. – Конечно, никогда не думал, что скажу это, но ты слишком заботишься о других, – это действительно не укладывается в картинку о Ли Минхёке, но, опять же, это правда, только она, – почему бы тебе просто не найти того, кто будет любить тебя? – Так ведь не интересно! – хитро улыбнулся блондин. И вот опять возвращается Минхёк, который не любит грустных, который горит этой безумной идеей по завоеванию Хёнвона.

***

– Почему ты не сказал, что хочешь залезть в университетский архив?! – возмущённым шепотом говорит Ю, который стоит позади Мина и пытается его удержать. – Нет, Хёк! – старший прикладывает максимум своих сил, чтобы высвободиться из сильных рук темноволосого. Похоже, совсем скоро дело дойдёт до рукоприкладства. – Мы должны это сделать! – кажется, Минхёку и правда смешно и весело, а вот Кихёну ночной университетский коридор, почти весь погружённый в темноту, и возможность быть пойманными не внушают доверия. Всё-таки нельзя из человека так быстро выбить ярого отличника, Мину в этом плане повезло намного-намного больше – его, как и было сказано ранее, просто ничего не волнует, особенно не волнует степень риска каких-либо занятий. – Ты! Ты, а не мы! – продолжает негодовать Кихён, шепотом, конечно. Он наивно пытается удержать друга. Плохо у него это получается. – Ты заставил меня! – Ки очень хочет уйти, но не сделает этого, потому что несколько минут назад Минхёк был очень серьёзным, когда говорил о своих чувствах к Хёнвону. И ничего, что он знает его пару недель. – Это всего-то архив, – резко останавливаясь посреди тёмного коридора, Минхёк перебивает своего друга. Он надеется этими словами успокоить Ю. Только именно это у Хёка никогда и не получалось. И в итоге Хёк только пугает младшего, и Ли в итоге получает смачный подзатыльник по своей головушке. И, видимо, все их действия и “перешептывания” были слишком громкими, и охранник, который до этого не отрывал даже на секунду взгляда от своего не самого интересного и захватывающего кино, встал со своего тёплого стула и включил свет на всём этаже. Ну, а парням ничего не осталось, кроме как спрятаться за тёмные кожаные кресла, стоящие в холе первого этажа почти перед самым выходом. И теперь парни находились в очень тесном, очень неловком положении: Минхёк, конечно, как самый храбрый зачинщик всего этого толкнул Ки на пол за кресло и сам уселся на него, заставив не двигаться минхёкову тушку. Мужчина постоял у своего рабочего места, смотря на коридор и привыкая к такому яркому свету. А потом он всё-таки пошёл, услышав какое-то копошение в дали коридора. – Я убью тебя, Ли, обязательно, – шепчет ему на ухо Ю, со злости сжимая чужие худощавые бока своими пальцами. А Минхёк только смеётся, но понимает, в какую ж... они попали. – Айщ! – Минхёк в отместку бьёт по рукам Ки, но отвечает ему со своей хитрой улыбочкой: – Всё обойдётся, солнце! Кихён толкает парня, указывая на то, что охранник сейчас будет рядом. Парни быстро переползают за другую сторону кресла, не издавая и малейшего звука. Это кажется сложным, а, учитывая, что это исполняет Ли Минхёк, нереальным. Но намного сложнее уместиться с этой стороны кожаного кресла. Кихён перебрал в голове, кажется, почти все нецензурные слова. А Хёку весело. Он, опять же, сидя на коленях своего друга и видя всё недовольство на лице друга, улыбается широко-широко, а потом закусывает нижнюю губу и прикрывает рот рукой, чтобы не засмеяться в голос. Удаётся, конечно, с трудом. В нём слишком много... Безумия? И, кажется, легкомыслия. Все поступки и слова необдуманные, несерьёзные, опрометчивые. Так было и будет всегда. Минхёк когда-то пытался это в себе изменить, но получался тогда уже не Ли Минхёк. И ему всё равно, что другие его не понимают, что даже близкие это делают с трудом. Охранник в последний раз осмотрелся, проходя к запасной лестнице в конце коридора. Но, конечно, ничего не нашёл, ведь парни молчали. Он пошёл обратно к своему рабочему месту и взял со стола кружку. Насыпал пару ложек кофе и направился к кулеру с водой. Подождал несколько секунд, чтобы вода нагрелась, и потом залил кофе. У парней же не было возможности даже встать, потому что меньше, чем за минуту, мужчина приготовил свой напиток и вернулся на место. Кихён клянётся, что задушит Мина его же душевым полотенцем, говорит он это всё одними только губами, но Ли всё понимает и в ответ гладит по голове своего друга, как бы дразня его. Младший кивает в сторону охранника, спрашивая, что они будут делать. Хотя доверять в таких ситуациях Хёку - то же самое, что выйти в открытый космос без какой-либо защиты. Минхёк же в ответ пожимает плечами и натягивает милую улыбочку, раздражая ещё больше брюнета, на чьих коленях он сейчас сидит. Похоже, всё стало в разы хуже, потому что сейчас охранник не спешит выключать свет. И парни вообще не могут передвигаться по этажу, а им очень надо за спину охранника, потому что все ключи там. Ну, Минхёку надо, а Ки просто не понимает, почему всё-таки позволил когда-то этому блондину стать его другом. – Делай уже что-нибудь, – шепчет Кихён так тихо, что Мин едва слышит его. Парни подождали, когда полусонный мужчина вновь увлечётся своим кино чересчур сильно (а прошло без малого минут двадцать, у Кихёна затекли ноги, а кружка с дешевым кофе опустела), и только тогда Минхёк начал на четвереньках ползти к стойке и столу охранника. И вот, между Минхёком и мужчиной в рабочей форме каких-то двадцать-тридцать сантиметров, только старший парня не видит, так как, во-первых, блондин за его спиной, а, во-вторых, мужчина, ну, слишком увлечён своим фильмом. Минхёк пробежал взглядом по стойке с ключами, выискивая ключ с надписью “Архив”, найдя, он его взял, чуть не уронив. И когда Мину надо было уходить, парень решает задержаться, чтобы посмотреть то, что сейчас смотрит охранник. Кажется, это какой-то детектив, триллер. Хёк продолжает стоять за спиной охранника, который с огромным вниманием наблюдает за всем происходящим на экране старенького телевизора, только теперь он такой не один. В глазах парня, наблюдающего то же самое, проглядывается такой же интерес. Кино оказалось более интересным, чем предполагали парни. Ю всё это видит и жалеет, что с собой у него нет пистолета. Кихён всеми силами подавляет в себе желание закричать на своего легкомысленного и безответственного друга, и, слава богу, не делает этого. В фильме сменяется сцена, и на экране появляется расчленённый труп. И у двух зрителей сразу меняется выражение лица – появляется шок и маленькая толика отвращения, но интерес к фильму не пропадает ни у одного, ни у второго. А Кихён, сидя за спинкой кресла уже чуть ли не плачет, жалея, что ввязался в это, что когда-то согласился через силу стать другом Ли. И единственное, что спасает парней, – это то, что охранник зевает и начинает подтягиваться, чуть не задевая руками Мина. Блондин наконец вспоминает, что он не в кинотеатре и что ему нужно как можно скорее уходить отсюда. Минхёк убирает ключ в карман брюк и возвращается в то положение, в котором он добрался до рабочего места охраны. Дойти, а точнее, доползти до Ки не очень сложная задача, и Минхёк с этим справляется с лёгкостью. А вот дойти до лестницы, чтобы попасть к архиву намного сложнее, потому что теперь по вине парней на всём этаже горит свет. Но Минхёк не успокоится, пока не добьётся своего. Он, не думая, просто встал с колен и сделал первый шаг. Кихён посмотрел на него, как на сумасшедшего, дергая за края футболки, чтобы тот сел обратно. Но Хёк, как обычно, друга своего не слушает и только отмахивается от него. Минхёк хочет на друга зашипеть и закричать, но вовремя останавливается, вспоминая о том, что они не одни в коридоре. Он машет Кихёну, прося его встать и пойти за ним. Младший отнекивается, как может, убирает чужие руки от себя, не желая влезать во всякую хрень (извините за выражение). Кажется, темноволосый готов остаться ночевать тут за креслом. Это кажется Кихёну более удачным вариантом. Но Ли силой поднимает на ноги своего друга. А с виду такой слабак. Парни секунд десять простояли, не двигаясь, и словно даже не дыша. Конечно, каждый из них не хочет получить первый выговор (на самом деле, у Мина второй) в первую неделю учёбы, только кто-то этого боится по-настоящему, а кто-то как Мин, у которого волнение живёт только на самом дне его опошленной, но наивной души. Но всё же оба парня не хотят быть пойманными. Похоже, сейчас всё идёт намного лучше. Но в этот раз и сам Минхёк осознаёт, что они не в лучшем положении, и сердечко его начинает отплясывать дикие танцы. На самом деле это его первый раз, когда он нарушает закон, пусть и закон университета. Но, несмотря на его характер, это так. Странно, не так ли? В общем, убедившись, что опасности вроде как нет, парни начали двигаться по коридору в сторону запасной лестницы. Только вот, когда они оказались напротив их комнаты, Кихён вырвался из рук своего друга и ушёл в блок, помахав напоследок с наигранно милой улыбкой, больше похожей на ухмылку. – Вот гадёныш... – но Мин больше ничего и не ждёт. Он понимает: всё-таки было глупо втягивать в это друга, хотя, кажется, это такая ерунда. Минхёк быстро и без происшествий добирается до архива, который находится на цокольном этаже, а туда попасть могу либо преподаватели с аспирантами, либо старосты. Но у Хёка получилось. Только вот ему пришлось сразу же столкнуться со своим самым отвратительным кошмаром – с огромным количеством скучных, однообразных бумаг. Офисы, серые рабочие костюмы, кучи бумаг и работа за компьютером на неудобном кресле никогда Мину не нравились. Сейчас его мнение относительно всего этого оставалось таким же. От таких вот бумажек его чуть ли не тошнило. Но парень заходит в этот обитель скуки и пыли. Копается на полках он достаточно долго, потому что не сразу понимает систему, по которой всё тут разложено. Но всё же Ли находит нужные ему документы. Он не решается читать их сейчас и здесь, поэтому просто делает фотографии листов, возвращает всё на место и уходит. Минхёк решает, что как-нибудь вернёт ключ завтра, а сейчас он так же тихо возвращается в свой блок, где уже спит Кихён. Минхёк – хитрожопый наглый мальчишка, поэтому он хочет разбудить своего друга в отместку за то, что тот его оставил на половине этого гениального плана. Но он не делает этого, потому что сегодняшняя ночь – ничто по сравнению с тем, что Кихён делал для Хёка раньше. Блондин ложится на кровать и начинает читать личное дело Че Хёнвона. И всё, что нужно, Минхёк узнаёт: адрес семьи Че и то, что у его младшей сестры завтра день рождение.

***

На Минхёке дорогая одежда из последней летней коллекции Гуччи. Кажется, обычная рубашка и брюки, а стоит это дороже поддержанного авто. На самом деле аккаунт Минхёка в Инстаграме ещё не достиг таких высот, чтобы он мог вот так расхаживать в Гуччи, и парень копил на эту одежду около трёх месяцев. Но сейчас есть повод. У Минхёка укладка, сделанная в дорогом салоне, на которую он потратил около пятисот долларов. В руках у него два огромных букета орхидей, а также подарок для младшей сестры Хёнвона. И он стоит прямо перед дверью дома Че весь такой шикарный, что даже самый натуральный натурал станет на часок геем. Минхёк нажимает на звонок, от которого раздался весьма приятный звук. Парень не ожидал этого, ведь... в его доме даже это не такое. Секунд через тридцать дверь открывают, и на пороге стоит та самая сестрёнка Хёнвона, у которой сегодня день рождение. И она безумно похожа на своего брата, даже цвет кожи у них одинаковый и родинка на губе. Сначала она просто стоит и смотрит на Хёка, который сногсшибательно, в своём стиле улыбается. Кажется, она даже не верит в происходящее. Девочка тянется своей тонкой рукой к Мину и дотрагивается до него. И потом раздаётся истошный и чрезмерно громкий крик, сообщающий о безумном шоке и радости пятнадцатилетней девочки. Джекпот! Она фанатка Мина. – Минджи, что случилось?! – подбегает к девочке женщина, чем-то отдалённо похожая на Хёнвона. Конечно, виновница сегодняшнего торжества всё ещё в шоке и не может ответить матери, которая с недоверием смотрит на парня, стоящего в дверях. Всё делает сам Ли. – Здравствуйте, – он низко кланяется, – я – друг Хёнвона. А это Вам, – он отдаёт женщине, которая, кстати, довольно молодо выглядит, один из букетов орхидей. По её взгляду понятно, что с цветами он угадал. – Вы прекрасно выглядите, – а после он улыбается своей улыбкой, которой всегда сражает всех девушек. И... Мама Хёнвона очарована! Точно в цель. Теперь Мин ещё на шаг ближе к своему предмету обожания. Всё идёт даже лучше, чем блондин планировал всю ночь. – Ох, спасибо, – кланяется она в знак благодарности, – не знала, что Хёнвон пригласил гостей... – Это же Ли Минхёк! – наконец проговаривает девочка, смотря на парня влюблёнными глазами. – О, нет, Хёнвон не знает, что я здесь. Это сюрприз. Он обмолвился, что у его прелестной сестры сегодня день рождение. Я подумал, что стоит поздравить. Это тебе, – он отдаёт девочке второй букет и подарок – маленькую коробочку, в которой лежит серебряный браслет с бриллиантами. И опять крик... Ну, Мин был готов к этому. А вы представьте, если бы вас поздравил человек, на которого вы чуть ли не молитесь. – Боже, Минджи, прекрати кричать, – в коридор выходит ещё одна женщина возраста мамы Хёнвона. Руки её в чём-то испачканы, в муке, кажется. – Простите... Минхёк? – Ли кивает в подтверждение. – Это... Моя гражданская супруга... – Две мамы? – а вот такого поворота парень не ожидал. Совсем. Это сбивает его с намеченного плана. Но не в первый раз придётся импровизировать. Но эта семья теперь ещё больше нравится его голубому нутру, потому что его собственная совсем не такая. Внутри него даже возникает какая-то зависть. – Вау, – теперь он начинает смотреть на всех с восторгом и восхищением... Проходит около сорока минут и только потом появляется нерадивый брат, который опаздывает на полчаса. Так говорят родители Минджи. Кстати говоря, за эти сорок минут Ли очень сдружился с девочкой и даже согласился на фото для её аккаунта в Инстаграме. А её мамы просто без ума от парня. И да, он честно признался о своей гейской натуре и о своём не самом умном, но коварном плане по завоеванию Хёнвона. А его родители только “за”. – Ма, я в пробку попа...ал... Что за хрень?! – оу, Хёнвон тоже в шоке. Впрочем, это ожидаемо. – Привет, Хёнвонни!