Oops, I did it again

      Звук пустых бутылок в этом доме стали уже привычным явлением. С тех пор, как Хейли узнала об измене Чада, её затянула схема "рюмка-стакан-бутылка чего-нибудь покрепче". И не в том даже дело, что ей нравилось состояние полнейшего опьянения, просто так становилось легче. По крайней мере, она яро пыталась убедить в этом, в первую очередь, себя.       Вот и этот вечер не отличился от нескольких десятков предыдущих: Хейли сидит на диване с бутылкой виски, пересматривая фото с их с Чадом недавней свадьбы. "Как все было хорошо..." – который раз она себя добивает этой мыслью, после чего слезы предательски падают на фото. И в самом деле: несколько лет крепких отношений, теплые чувства и – бах! После свадьбы все пошло не в том направлении, в котором ожидалось. Кажется, перебирая все самые хорошие моменты в своей памяти и вспоминая тот момент, когда Хейл узнала про измену, она теряет веру в любовь, которую не так-то давно и приобрела.

Tell me how to feel about you now?

Let me know...

Do I suffocate or let go?*       Хейли вскакивает с дивана и бежит к столу, чтобы взять первый попавшийся на глаза клочок бумаги и записать"хорошую рифму". Это уже не первые строки, пришедшие в голову вокалистки в таком состоянии. Их уже накопилось прилично, осталось только выбрать и красиво отредактировать. Проблема лишь в том, что на утро эти наброски успешно забывались. Следует напомнить, что последний альбом у группы вышел в марте 2013-го года, пора бы и браться за новую работу, но пока что ребятам не до того. Или не до того только Хейли.       Тейлор, самый близкий друг Хейли, всегда был готов прийти ей на помощь. Хоть в шесть часов вечера, хоть в три часа ночи. Но Хейл довольно грубо пренебрегала благородными порывали друга и убеждала его, что может со всем справиться сама, хотя впадала в самую настоящую депрессию. Ей казалось, что позволив кому-то помогать, она совсем потеряет над самой собой контроль и проявит слабость, чего ей совсем не хотелось. Поэтому все, что мог делать в эти моменты Тейлор – это просто ждать дня, когда Хейл придет к нему и скажет: "Эй, нам пора писать альбом!" Увидя, что Хейли может петь и писать, он успокоится за нее, ведь музыка ей давала стимул и желание жить, и если она этим занимается, то она приходит в норму. Так, во всяком случае, он был убежден.       Однако время текло, и Хейл на контакт не была готова идти. Напряжение нарастало, Тейлор хотел что-то предпринять, дабы помочь рыжеволосой подруге, но не знал, как именно. Все звонки и смс она игнорировала, если не желала никого слышать, дверь собственного дома не открывала, хотя, если прислушаться, можно было услышать ее шаги внутри и стуки каких-то предметов.       "Так, если у неё нет желания выходить и взаимодействовать с окружающим миром, то его надо пробудить!" – с этой мыслью, озарившей улыбкой лицо Тейлора, он пошел в звукозаписывающую студию, с целью отыскать номер давнего друга Хейли.