Выжившие

— Здесь есть кто живой? — послышался мужской голос из коридора. Затем я услышала, как открылась дверь и в проёме показался силуэт человека. Я мигом залезла под стол, чтобы меня не заметили.  — Походу мы квартирой просчитались. — этот голос был не такой грубый.  — Я чётко слышал выстрелы из этой квартиры. Здесь должен быть кто-то живой. Стёпка… Я узнала его голос. И Сашка. Они наши соседи. Учатся на последнем курсе и снимают квартиру на двоих. — Сашка. — Я вылезла из своего укрытия и побежала к друзьям. — Как я рада вас видеть. — Маруся, это ты? — Он схватил меня за плечи и прижал к себе. — О господи! Это ты стреляла? Я кивнула головой в знак согласия. — Они мертвы. Отец мёртв. А мама… Я убила её! Я.- слёзы лились так, что мою речь невозможно было понять. — Тише, тише. Успокойся. — Саша гладил меня по голове, Стёпа тем временем достал бутылку воды и протянул мне. — Спасибо. — я немного отпила и поставила бутылку на стол. Саша усадил меня на диван.- Откуда вы узнали что я здесь? — А мы и не знали. — ответил Степан. — Да. Просто услышали выстрелы и прибежали сюда. Может расскажешь, что случилось? — Да тут и рассказывать особо нечего. — всхлипывала я. — Я была в школе. Как объявили тревогу. Паника. Потом солдаты в нас стреляли. — слёзы опять полились. Я чувствовала себя такой тряпкой. Накаляло обстановку и то, что стоит мне повернуть голову, как я увижу свою мать, которую убила… Успокоившись, я продолжила: — Мы выпрыгнули из окна второго этажа и убежали. Ночевали у Алины. Мы слышали про эвакуацию, которая должна была быть вчера утром. Но никого не было. Потом мы шли к Максу. И я убежала от них. Пришла домой, а папа мёртв. И мама… Я не знаю, что это было, но меня это очень напугало. Ребята молча меня слушали, изредка переглядывались. — А вы что здесь делаете? Почему не уехали? — Вы были на пункте сбора? — проигнорировал мои вопросы Саша. — Нет. - А мы были. Так вот, там людей построили в 3 очереди. Можешь догадаться: мужчины, женщины и дети. Детей сажали в автобусы и увозили, а если родители сопротивлялись — их убивали. В центре стояла огромная палатка с вооружённой охраной по периметру. Так вот туда заводили женщин. Мужчин убивали на месте. Когда мы это поняли, смылись оттуда. Решили, что безопасней вернуться домой, чем бродить по улицам с нежитью. — Нежитью? — переспросила я. — Первого из них мы встретили по дороге домой. — пояснил Стёпа. — Это был парень лет 20. У него были красные глаза и длинные чёрные ногти. — я невольно обернулась и посмотрела на маму. Она лежала в луже крови и первые лучи солнца освещали её кудряшки. — Когда я смотрел в его глаза — то ослеп. На время, конечно. Тогда Сашка врезал ему пару раз. А ему нифига. Сашка взял меня под руку и мы свалили. — Так вот что значит «глаза опасны»… — вспомнила я слова доктора. — Что, прости? — А? Нет, ничего. Что вы планируете делать дальше? — Без понятия. — пожал плечами Саша. — Но пока мы не убежали, я услышал разговор военных. Они говорили про город, в котором безопасно. Что он охраняется, и что детей увозят именно туда. Он к северу отсюда, насколько далеко — не знаю. Можно попробовать туда съездить. — Чувак, ты правда думаешь, раз они убивали людей просто на улицах — то они пустят нас в этот город? — сомневался Стёпа. — Тогда я не знаю. — Ребята, — перебила их я, — мне нужно найти друзей. Я знаю, куда они пойдут. Вы мне поможете? — Ну что ж, раз в безопасности мы быть не хотим, — он саркастично улыбнулся Стёпе, — пойдём рисковать жизнями. — он потрепал мои волосы. — Не впадай в крайности. — я легонько пихнула его в плечо. — Давайте сначала поедим и поспим, а то я уже двое суток на ногах. — жаловался Степан. — Идёмте к нам, у нас нет трупов. — мы посмотрели на мою мать. Нельзя её так оставлять. Ребята принесли отца в гостиную, к маме. Мы завернули моих родителей в простынь. Я очень злилась сама на себя. За то, что не могу похоронить их. Но выбора не оставалось. Мы ушли в квартиру напротив, чтобы переночевать. — Как ты? — послышался голос Саши позади меня. Я сидела на диване в зале, положив голову на ноги. В руках был телефон. Я смотрела на фото мамы с папой. Но больше не плакала. — Никак. — Можно? — он указал на место, рядом со мной. Я кивнула в знак согласия. Атмосфера была напряжённой. После небольшой паузы он начал: — Мне очень жаль, дорогая… — Не надо. Я прошу. То, что ты мне сейчас скажешь, мне ничем не поможет. А родителям — и подавно. Так что, либо сиди молча, либо проваливай. — я не хотела грубить, но и вежливости в тот момент мне не у кого было занять. Саша молча поднялся и побрёл к себе в комнату. Стёпка уже давно храпел. А я никак не могла уснуть. Как только закрываю глаза — сразу вижу то, что я сделала. А как же ребята? Я бросила их. Как им теперь в глаза смотреть? И живы ли они? Если по улицам бродит эта нежить — то надо скорее валить из города. Куда-нибудь. С этими мыслями я провалилась в сон, а на столике всё ещё догорала свеча.