Infinitum.

— Насколько огромен мир, Арлекин? — спросил кудрявый и блондинистый мальчик, пристально смотря в глаза юноше, который умело орудовал синими языками пламени, мило и загадочно улыбаясь невинному мальцу. — Мир выглядит так, как видишь его Ты. Он может быть в твоих глазах маленьким и большим, прекрасным и уродливым, расцветающим и сгорающим. Я не могу тебе ответить, потому что этот мир — Твой мир. И ничей более.

Мальчик лучезарно улыбнулся, обнимая юношу за желтый, почти золотой фрак. Арлекин любил золотые цвета, подобные солнцу, а малыш любил своего Арлекина. Каким бы ярким не было солнце рано или поздно оно сядет, оставив за собой легкие, но такие же золотистые лучи. А за солнцем приходит другой властитель ночного царства — Луна. Одаривая волшебный мир маленького ребенка своим холодным и харизматичным светом, Луна была проводником сна и покоя. — Что Тебе по душе: Луна или Солнце? — тихо произнес золотистый парень, который был похож на своего рода шута. — Солнце красивое, как и луна. Но я думаю, они не смогут друг без друга. — тихо ответил малыш, почувствовав, как его собеседник приятно поглаживал по волосам, словно отправляя в царство Морфея. — Ты прав, малютка Неизвестности. Луна не сможет быть без Солнца, а Солнце — без Луны. Они добавляют друг друга, они — часть друг друга. И оба властелина своей среды. Закончил улыбкой Арлекин, замечая, что его любимый собеседник видит уже седьмой сон.

***

Спустя множество лет, когда малыш уж не был малышом, а взрослым человеком, Арлекин вспоминал о нем с теплом, разглядывая Солнце над своей головой, все также играясь с огоньками пламени на своих пальцах. — Вспоминает ли малютка о наших путешествиях, разговорах и снах? Все так же ли для тебя Луна и Солнце существуют вместе? Вспоминаешь ли мой золотой фрак, который согревал тебя в ночные путешествия не хуже одеяла? Арлекин не взрослеет, ведь он — древнее и бессмертное существо, что не нуждается в новых физических оболочках. Существует рядом. Рядом с теми кому нужен, но не становится желанным никому. Даже малютке, с которым он был с детства. Ты всегда приходил ко мне вечерами, слушая мои рассказы о закатах и рассветах, о нашей Луне и Солнце. Ты любил то, что существует и живет рядом с тобой: мягкую зеленую траву, каньоны, сады, замки. Но больше всего тебе нравился утес, где мы вели разговоры перед ночным и утренним небом, пока ты засыпал на моих коленях, рассказывая, как в твоем мире Арлекин теплее и роднее местного Солнца. И не имело значения, что ждет нас в путешествии дальше, мы были вместе: твой золотой гид Арлекин с шуточками и ты — маленький путешественник с улыбкой и мягкими щечками. Не было значения, что ждет нас завтра, мы жили так, словно каждый вечер, день, утро, ночь было для нас последним. — Милый мой малютка, наши путешествия останутся со мной. Арлекин поднял взгляд на Луну, касаясь теплой ладонью прохладной травы, мелких цветов, что красиво гармонировали и мужчина помнил каждое место, где растет тот или иной цветочек здесь. Небо встречало звездами и слезами, они падали, сгорали доживая свои последние минуты, дни, месяцы, а утёс все был таким же уютным, несмотря на хаос и разруху внизу. Мир малютки умирал и совсем скоро разрушение коснётся и этого места. А пока что Арлекин наблюдал, как медленно его покидают силы и телесная оболочка распадается на атомы в старом Мире, он вновь играл на флейте до рассвета, как просил его это делать друг перед сном, оставляя за собой золотой фрак с новыми лучами Солнца в новом Мире. За утесом больше некому ухаживать.