Договорились

      Бён хорошо запомнил тот ужасный день, который на самом деле начинался очень даже хорошо. Он проснулся до надоедливой мелодии своего будильника и почувствовал себя очень бодрым и выспавшимся. Погода была замечательной, сентябрь ещё сохранил остатки тепла летнего дня, но добавил запах утреннего дождя. По дороге в университет Бэкхён забежал в любимое кафе «Eldorado» и купил там любимую булочку со сгущёнкой и небольшой латте. Все пары прошли незаметно и не так выматывающий как обычно. Позже он договорился встретиться с Чонде опять-таки в «Eldorado», и обговорить план действия. Что за план? Бэкхён и Чонде решили отправиться летом в путешествие по Европе, но для этого им нужен был план и деньги, поэтому сразу как они сели за стол, они молча начали копаться в интернете в поисках подработки. Бён предвкушал вкус путешествия и летал в облаках грёз, его переполняло чувство удовлетворения и хорошего настроя. Этот день начался идеально, и он думал, что ничего не может его испортить, и теперь он понимает, насколько сильно ошибался.       Сосредоточив всё своё внимание и мысли на поисках работы, он не обращал внимание на окружающую суету, пока Чонде не подавился булочкой и не начал лихорадочно откашливаться. Когда Бек поднял глаза на своего покрасневшего друга, который запивал булочку остывшем кофе, он увидел причину его удивления. К ним подсела звезда всего университета, любимчик всех студентов и преподавателей, лучший студент инженерного факультета, красавчик из всех альф, богач и «добряк», сам Пак Чанёль. На самом деле, Бён плохо знал его до того дня, но это не мешало ему его недолюбливать. Бён не отрицал, что тот красив, горяч, умён и богат, но то что он добр и мил — НЕТ! И Бён не из тех людей, что судят человека, не узнав его поближе, но когда он впервые увидел Пак Чанёля, он решил, что не хочет узнавать его ближе. В то время как все вокруг видели Чана только со светлой стороны, он видел лишь его темную сторону. Бэкхён один замечал, как тот наивно смотрит на человека и дружелюбно улыбается, но стоит всем отвернуться, как он закатывает глаза и становится безразличным. Он вертит людьми так, как ему хочется и нужно, и ни один из них этого даже не замечает. Но к счастью Бэкхёна это не касалось, до тех пор… — Чего тебе? — обычно он более дружелюбный.       Пак довольно улыбнулся, будто ожидал такую реакцию. Видимо у Бёна на лбу написано, что он ему не по душе, в любом случае он это знал. — У меня к тебе разговор, — он посмотрел в глаза омеги и мило улыбнулся. — Ну начинай, я весь во внимание, — выговорил Бэк и отвёл свой взгляд к телефону, продолжая листать поисковик. — Не мог бы ты нас оставить? — он обратился к Чонде.       На самом деле, Бён не хотел оставаться наедине с этим мудаком и надеялся, что Чонде это понимает, однако он как зомбированный послушал Чанеля и оставил друга на поле боя одного. К слову, Чонде был из тех, что без ума от Пака. — Бэкхён? Мне будет удобней, если ты будешь смотреть на меня. — А мне будет удобней, если тебя здесь не будет, — ответил он, но всё равно взглянул на Чанёля, а вот он не ушёл. — Что тебе нужно? Давай сразу к делу, вкратце и быстро. — Окей, притворись моим парнем, — непринужденно произнёс альфа.       Никто не знает о чём Пак думал, когда решил ляпнуть такое не подготовив к этому бедного Бёна, который оказался в ступоре с открытым ртом. — Это что прикол такой? — произнёс он после оторопения. — Если да, то совсем несмешно, скажу я тебе. — Я абсолютно серьезно, мне нужна твоя помощь. Видишь ли скоро у моего кузена свадьба, а когда я иду на такие праздники, мой папа вечно пытается меня познакомить с каким-то омегой, поэтому я сказал, что у меня уже есть парень. И, в общем, я влип, потому что теперь он просит привезти его с собой и представить. — И причём здесь я? Найди кого-то другого или придумай отмазку, ты настолько туп?       Бён до сих не понимает ход его мыслей. «Ладно, представим, что просто соврать таким способом легче, но почему именно я?! Бён Бэкхён?! Тот, с кем он не особо хорошо общался, тот, кого он плохо знает, тот, кто его недолюбливает.»       Конечно, Бэк задал ему этот вопрос, на что тот просто ответил: — Остальные не подходят.       И естественно, в начале Бэкхён был категорично против, но Пак оказался очень настырным, и в итоге вместо «не-а» он произнёс — «а что я получу в замен?» — Всё что угодно, исполню любые желания, любой сложности.       Посмотрев в большие молящие глаза Пака и подумав пару секунд, он ответил: — Не-а.       Затем взял рюкзак в руки, встал, огляделся в поисках Чена (но от этого идиота и след простыл) и направился к выходу. И как ожидалось этот кретин-Чан за ним увязался, и, когда они перешли дорогу, он заговорил уже иным тоном. — Я не хотел этого говорить, но раз выхода нет, я скажу это, — он замолчал на пару секунд, может, не решаясь сказать это или просто для эффекта. — Я знаю, где похоронили твоих биологических родителей.       Сначала до Бэкхёна не дошёл смысл слов, но когда он понял, о чём тот говорит, он резко остановился, однако не обернулся. Бён смотрел вдоль улицы невидящим взглядом, пытаясь не думать: откуда Пак Чанёль узнал о том, что Бён приёмный; или о том, что его биологические родители мертвы. — Ну так что, поможешь? — нагло спросил Пак.       Сжав кулаки, омега молча пошёл дальше. И к его легкому удивлению, Чанёль от него отстал.       На следующий день Бэкхён проснулся в полдень и чувствовал себя просто ужасно. Он совсем не выспался и изголодался. После разговора с Пак-идиот-Чанёлем у него не было аппетита, и ночью он еле как смог уснуть. Его мозг никак не отключался, в голове всё время крутились слова Чанёля. Он никому (кроме Чонде) никогда не рассказывал о том, что его усыновили или о том, что про биологических родителей ему ничего неизвестно. Его нашли на улице. Одного. Грязного. Голодного. С выплаканными глазами. Шестилетнего омегу, который помнил лишь своё имя. Семнадцатилетний омега увидел его на улице в девять часов вечера и связался с полицией, когда понял, что тот потерялся. Бэкхён пробыл в полицейском участке всю ночь. Его накормили, умыли и успокоили словами, что они быстренько найдут его родителей. Но они так и не нашлись, конечно, винить полицию в этом он не мог. У них не было о нём никакой информации, кроме имени. По словам врача, который осмотрел ребёнка, скорей всего из-за шока, он всё забыл, подавил все воспоминания. Один из полицейских, молодой альфа, тогда ещё всего-лишь сержант, выразил желание временно взять малыша под своё крыло. Он и его муж присматривали за ним несколько дней в ожидании, что за ним придут, но этот день так и не наступил. За пару дней они успели привязаться к мальчику, как и он к ним, и тогда они начали задумываться об усыновление и спустя месяц с лишним он официально стал их сыном, Бён Бэкхёном. С тех пор про его родителей по крови всё так же ничего неизвестно. Учитывая то, что они его не искали, Бён решил, что скорей всего он не потерялся, его просто кинули. Но его это не волновало, по крайней мере он так думал и спокойно жил. Он смирился и никогда особо не задумывался над этим. Однако теперь ему сообщают, что его родители мертвы. Конечно, это мало что меняет, но по какой-то непонятной причине его накинула грусть от мысли, что теперь он точно их не встретит, не сможет познакомится и спросить, почему они его бросили. Хотя до этого он ещё ни разу не задумывался и не предъявлял желание видеться с ними и тем более разговаривать. — Бэкки, — за дверью послышался сладкий голос ребёнка. — Входи.       Это был Тэхён, шестилетний альфа, младший брат Бэкхёна. Почёсывая глаз, он зашёл в комнату с растрёпанными волосами и в голубой пижаме с принтом мишки на футболке. — Хён, папа сказал тебе покушать и идти на учёбу, — затем он вышел и закрыл дверь.       Когда Бэкхён зашёл на кухню, его папа и двое братиков уже сидели за столом. В семье их было пятеро. Спустя год после того как Бёна усыновили, на свет появился Кибом, а через семь лет Тэхён. Оба ребёнка считают Бэкхёна родным братом. Бён понимал, что это неправильно. Но он не хотел, нет, не мог сказать им правду. Говорить это Тэхёну бесполезно, он не поймёт и не даст большое значение его словам. Но как-то он собирался рассказать об этом Ки, но не смог, слова никак не шли, и с тех пор Бэк просто забил на это. Однако в их семье был очень забавный факт. Не смотря на то, что Тэ и Ки были родными братьями, они сильно отличались внешне, но люди часто говорят, что Тэ похож на старшего брата. И, конечно, Бёну мало с кем поделиться с этой забавой. — Мелкие, вы почему не в школе? — Папа разрешил остаться дома, — радостно пропищал младший. — Ты слишком многое им разрешаешь, — недовольно сказал омега папе. — Они могут к этому привыкнуть.       Тот улыбнулся и сказал, что ему просто нужна помощь на работе. Мистер Бён имел цветочный магазин недалеко от их дома, где продавал цветы, которые сам и выращивал. Бизнес шёл мало по малому, но главное было не это, а то, что это доставляло ему удовольствие. Цветы приносили ему какое-то счастье и упоение. «Наверное, если бы у него была такая возможность, он пробыл бы на работе все двадцать четыре часа в сутки,» — думал Бён.       Бэк ровнялся на папу и всегда им гордился. Он был добрым, с большим сердцем, всегда спокоен и мил. Даже когда ему грубили, или на него орали, или просто напросто действовали на нервы, он не терял самообладание и держал себя в руках, не падал до уровня других и всё равно отвечал очень вежливо и был добр. Вначале Бэкхёна это раздражало, потому что ему казалось, что люди этим пользуются и вытирают об его чистую душу ноги, а его папа просто терпит. Но затем он понял, что жалок не он, а эти люди, они тратят столько усилий, чтобы взбесить и унизить его, но он, обладая крепким характером, всё равно высоко поднимает голову и улыбается им в лицо. — Бэкки, милый, ты не заболел? — А, что? — Заболел? — Тэхён протянул ладонь ко лбу брата, вылупив глаза, а потом радостно добавил: — Не-е, не заболел. — Ты сам не свой со вчерашнего дня. Что-то случилось? — Нет-нет, всё в порядке.       Врать было невыносимо, он старался всегда быть откровенным с родителями, говорить о своих проблемах и неприятностях, которые пытался не допускать. Ему не хотелось доставлять неудобства этим добрым людям, которые впустили его в свой дом и вырастили как родного сына. Но он не мог сказать им, что его беспокоит, поэтому быстро поев, он побежал в комнату, переоделся и выбежал из дома.       Сегодня у него была одна пара и лекция по строительству. Сейчас он не припомнит, что там говорилось, да и тогда бы не припомнил, если бы его спросили. Его мысли снова были заняты другим, он полностью погрузился в раздумия, что не замечал происходящее вокруг. Время от времени Чонде тыкал его карандашом, мол очнись. Вчера вечером, когда они говорили по телефону, он пересказал ему весь разговор с Паком. Чен тихо выслушал и в итоге даже не знал, что и сказать. — А может у него на всех информация есть? — сказал он после минуты молчания. — Да без разницы, лучше скажи, что делать. Мне соглашаться? — Ты ведь знаешь, что если бы я был на твоём месте, то без раздумия согласился бы. Да кто угодно согласился бы! Это же Пак Чанёль. Побудешь денёк парнем богатого альфы, узнаешь, как там живут эти богачи и к тому же ты сможешь узнать что-то о своих биологических родителях. — А вдруг он меня надул? И вообще почему я?! Почему он просит меня? — Ну не знаю, но попытка не пытка. — А по-моему как раз таки пытка.       Разговор с Ченом, честно говоря, особо не помог. Бён всё ещё не знал, что ему делать. С одной стороны его мучило любопытство, но с другой стороны он понимал, что тут есть какой-то подвох и не всё тут чисто. Он думал, что ему придётся избегать этого придурка весь день, но Пак как обычно не обращал на него никакого внимания, проходил мимо, не смотрел в его сторону и не подавал никакого намёка на вчерашний разговор. Однако Бён был в напряжение, он не мог расслабится и у него жутко трещала голова. А ещё он жутко хотел кофе, но идти в «Eldorado» желания не было. Кстати говоря, одной из причин, по которой его бесил Пак Чан, являлось то, что он был хозяином его любимого выше упомянутого кафе.       Бён был ужасно усталым и изнеможённым, его мысли и нервы сожгли слишком много энергии, поэтому, придя домой, он тут же уснул. Даже не смотря на сообщение Чанёля: «Жду ответ завтра вечером с 6 до 9 часов (^▽^)»       В ту ночь ему снился сон. Он был размытым и непонятным, после пробуждения Бэкхён почти ничего не помнил, лишь мутные силуэты, неразборчивые звуки и фразы из контекстов, такие как: мы скоро вернёмся; всё хорошо; подожди здесь.       Проснувшись из-за ужасной головной боли, он заметил, что вспотел и кажется плакал, учитывая то, что подушка промокла. Он примерно представил, что ему снилось и почему, но решил не зацикливаться на этом. Умывшись, он пошёл на кухню и к своему удивлению застал там отца за чаепитием. Отцу Бэкхёна было лет сорок пять, но выглядел он лет на пятьдесят с лишним, особенно по утрам. Работа детектива была сложной и брала своё. — Отец, сейчас 6 часов утра и сегодня твой выходной, почему не спишь? — Я лёг вчера рано, поэтому рано пробудился, — хриплым голосом ответил он. — А ты чего? — По той же причине, — Бэк сел напротив отца. — Правда? Выглядишь не особо хорошо, папа беспокоится. Если что-то случилось… — Ничего особого, я просто вымотался из-за учёбы, не беспокойтесь, — отец передал ему чашку с чаем, и Бён ему улыбнулся. — Хорошо, но если вдруг, я всегда выслушаю и помогу чем смогу. — Знаю.       Они довольно долго пили чай в молчании, но это было не напряжённая обстановка, а наоборот успокаивающая. Рядом с этим человеком Бэкхён чувствовал себя как за каменной стеной, этот альфа единственный кто смог успокоить его в первую их встречу своим хриплым голосом и добрым взглядом. Бэкхён уже и не знал, когда начал доверять ему, в первую же секунду знакомства, или когда он решил взять его к себе домой на какое-то время, или когда решил усыновить, но это не имеет значение, важно то, что он ещё ни разу не терял его доверия. — Отец, как ты думаешь, стоит ли мне найти своих биологических родителей? Он задал вопрос, но не решался взглянуть на отца, однако был уверен, что он сейчас пристально на него смотрит. Мистер Бён молчал пару минут, а потом заговорил: — Родители, это самые важные люди в нашей жизни. Они имеют огромную роль в нашем мире. — Да, но у меня есть вы с папой. И всё, что мне могли дать они, дали вы и даже больше. — Нет, Бэкхён, мы конечно заботились о тебе и любили, как родного сына, но то, что происходит между настоящими родителями и их детьми похоже на магию. Ты чувствуешь к ним самые теплые чувства. Они необязательно могут тебе нравится как люди, но ты ничего не поделаешь с тем, что тебя тянет к ним и то, что ты любишь их какими бы они не были. Это необъяснимо, но я думаю, что это чувство должен прочувствовать каждый. — А что если, я найду их и узнаю, что они на самом деле просто бросили меня? — Если это так, я уверен у них была огромная причина на это, потому что иначе они не могли отказаться от такого замечательного сына.       После разговора с отцом Бэкхен решил не тянуть время и пошёл в кафе Пака, как раз когда он только открывался. В «Eldorado» было уютно и красиво, в воздухе царил запах кофе и выпечки, были полки с книгами, диванчики, много растений и цветов, уединенные места в углах, где просиживался Бён, когда у него было плохое настроение. Вот за это он и любил это место.       В кафе был только Сюмин, администратор и главный бариста этого заведения. Он был на пару лет старше Бёна, но выглядел младше. А ещё он нравился Бёну как личность: он был милым, вежливым, добрым и готовил просто чудесный кофе. Но у него был один большой минус, он был очень близким другом Чанёля. А как говорится в поговорке, скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты. — Привет, тебе как всегда? — Сюмин радостно улыбнулся первому клиенту. — Да, пожалуйста, — сев на стул рядом со стойкой, омега спросил: — А где хозяин? — Чанёль? — малость удивлённо спросил альфа, но от работы не отвлёкся. — У него дела, придёт только к полудню, а что? — Да так, просто, можешь передать ему, что я согласен? — Да, конечно, но можно спросить на что ты согласен? Надеюсь, он не впутывает тебя во что-то плохое. — Нет, конечно нет, но я не могу рассказать тебе, извини.