Любовь с никотином

***Пятница*** ***9:00*** Вот и настала долгожданная для кого-то пятница, но не для меня. Потому что именно сегодня я как какая-то дурочка должна в течении всей вечеринки прятаться от этого придурка Вильгельма. Ну, почему меня никто за язык не удержал. Ладно, найдем выход. Мы сильный и независимые В принципе, я уже решила, как я пройду мимо Вильяма. Самое главное это надо узнать, есть ли у Магнуссона в доме так называемой черный вход. Если нет, то все, товарищи, шоу окончено. Единственный человек, который подробно знает план дома Вильгельма, то это сам Магнуссон или Крис Пенетратор. Ну, конечно, можно, немного, попытать Вильде и все узнать. Главное правило начать тему разговора. — Вильде, слушай, а где будет проходить вечеринка, а то я забыла? — начала я разговор — Ты что? Вообще забыла? — Да, прости, забыла, просто вчера доклад писала, и все из головы вылетело. — Вечеринка будет у Вильяма дома. Кстати, девочки, вы заметили Вильям стал обращать на меня внимание? Ну, все понесло нашу Вильде. Если хоть капелька ее мозгов работала вне зависимости от ее наивного влюбленного сердечка, то что-нибудь можно было и нарыть по информации. Но увы. Природа ее таким не наделила. — Да, я видела, как он с тобой общался, — сказала Сана. Что простите? Я, конечно, все понимаю, но, блин, Вильде, он тобой пользуется, чтобы выиграть наш с ним спор. И все. А дальше он просто тебя пошлет. Хотя, может, он исправился? У него появились мозги, и он влюбился в Вильде? Или он поспорил с кем-то? Нет, лучше не стоит с ним общаться, ведь, он же бабник. Это, блин, каждой известно. Ну, подумаешь, переспали на вечеринке. Ну, подумаешь, он стал с тобой флиртовать, но это не значит, что он готов для тебя, блин, с небес там всякие звезды вонючие доставать. Хотя пусть сами разбираются в своих семейных отношениях. Мне на это плевать с высокой колокольни. Пошли эти голубки в задницу большими шагами. Кстати, сегодня было довольно тепло, и поэтому я решила одеть синюю юбку-солнце и белую майку с воротом, которую заправила в юбку. Единственный плюс сегодняшней пятницы было то, что сегодня у нас три пары: испанский, химия и физ-ра. Так-с до урока осталось еще десять минут, поэтому можно еще пять минуточек посидеть на солнышке. Пока девчонки обсуждали сегодняшнюю вечеринку Магнуссона, самого Магнуссона, кадрящего Вильде, ради собственных эгоистичных целей, и всех Пенетраторов в целом, мне пришло сообщение с неизвестного номера. «Привет, принцесса!» Что за нафиг? Какая нахрен принцесса? Где во мне можно найти принцессу? Так, ладно, может это не мне. Просто извинимся и пошлем. Культурно, конечно же. Мы же как никак леди. Я: «Простите, но мне кажется, вы ошиблись номером» Н: Нура Амалия Сатре? Бля, теперь еще и мое имя знает, может это кто-то из нашей школы? Я огляделась, но никого примечательного не увидела Я: Да, а что? Н: Ты удивлена тем, что я узнал твой номер? Я: Извиняюсь, конечно. Но че те надо от меня, сударь? Н: Оу, какие мы вежливые! Я просто хотел тебя получше узнать, чтобы победить сегодня. Надеюсь теперь до тебя дойдет. Стоп! То есть выиграть. Я не с ем не играю… блять, я же вчера с этим мудилой поспорила. Точно! Но как он мой номер узнал? Хотя, Нура, не тупи. Он же с Вильде типо общается, вот она небось и ляпнула мой номер телефона. Вот же дура! Я подняла голову и решила найти этого идиота. Около парковки стояла почти вся шайка Пенетраторов, но там не было придурка-Вильгельма и бабника-Криса. В: Меня ищешь? Я: Вовсе, нет! Я просто осматривала двор В: Оу, ты оправдываешься передо мной! Детка, ты что в меня влюбилась Мне приятно! Я: Приятно тебе будет, когда я тебе твою промежность садовыми ножничками отрежу это, во-первых. Во-вторых, я не оправдываюсь. Ты. Мне. Не. Нравишься. И я тебе не детка. Деткой будет какую-нибудь очередную шлюху называть. В: Ладно, Окей сдаюсь. Посмотри на 2 корпус. Я: Не буду я никуда смотреть. И вообще иди ты в зад. В: Ну глянь. Детка, ну, пожалуйста. После этих слов я решила его игнорить, но, взглянув на время, я быстро поднялась, и мы вместе с Евой пошли на испанский. Бля, урок же во втором корпусе проходит. А там этот идиот. Вот, же черт. Ладно, мы сильные и независимые. Мы все сможем. Зайдя с Евой во второй корпус, где у нас должно проходить занятие, мы поднялись на 3 этаж и подошли к 214 кабинету, на двери висела записка: «Уважаемые первокурсники первый урок, испанский язык, будет проходить в 220 аудитории. Уважительная просьба не опаздывать. Мистер Фричман» Увидев записку, мы с Евой пошли искать класс. Еле успев зайти в кабинет до звонка, мы сели за вторую парту третье ряда. Всего рядов было пять, на каждом ряду по пять парт. — Странно, мистер Фричман никогда не уходил из своего кабинета на другие уроки, — сказала Ева. — странно то, что нас об этом никто не оповестил. И еще аудитория слишком большая, хотя наша группа могла бы поместиться и в других классах, — высказала я, но тут прозвенел звонок, — Ладно, сейчас узнаем. Может что-то случилось? — Здравствуйте, ребята. Сегодня из-за отсутствия некоторых преподавателей в школе у вас так мало уроков, но сегодня все ваши занятия будут проходить совместно с одной из групп третьего курса, — сказал учитель, подходя к двери кабинета, — Третий кус проходите, рассаживайтесь. И в этот момент в наш класс ввалилась почти вся шайка Пенетраторов, включая этих двух идиота и бабника. Кто из них, кто решайте сами. Зайдя в класс, Вильгельм и Крис сели сзади нас с Евой, и этот мудак Вильям в наглую пялился на меня. Ладно, лучше будем слушать преподавателя. — Итак, сегодня мы с вами будем учиться общаться в парах. Вступать в диалог. У меня на столе есть карточки с темами для диалогов. Теперь вам необходимо разбиться по парам, — немного помолчав, учитель добавил, — Это будет некое соревнование в знание языка. Третий курс против первого. Теперь прошу вас так разбиться, чтобы был один ученик с первого курса, а второй с третьего курса. Даже после этой пламенной речи все продолжали сидеть на своих местах. Учителя это взбесило, и он добавил: — Если сами не разобьётесь по парам как мне нужно. Я сам это сделаю. После этого весь третий курс стал бегать по кабинету, ища себе кого-нибудь в пару. А я так и продолжала сидеть, но тут ко мне подошел учитель и сказал: — А вы, мисс Сатре, будете в паре с мистером Магнуссоном, так как вы лучшие в своих группах. Тем более вы жили в Испании, так что покажите ребятам, как необходимо общаться. Божееееее! Что же я того плохого в этой жизни сделала, что надо мной сегодня так издеваются. То этот дуратский спор, теперь, блин, этот испанский. Бесит. Ааааа! — Привет, детка! — сказа этот урод, подсев ко мне. ААААААА! SOS, спасите меня от этого идиота. Хотя, стоп, Сатре, ты жила в Испании, знаешь испанский от и до. Значит, сможешь, его унизить на чистом испанском. (P.S. вот так / \ будут обозначаться фразы на испанском.) / — Дорогой, Вильгельм, будь добр, отстань от меня и не мешай мне учиться. Ибо если ты не отстанешь, то я тебя тут же убью. — Оу, я смотрю, ты умеешь говорить на испанском, а я то думал, мне тут какого-то неуча подкинули. — Неуч в данной ситуации это ты, котенок, — сделав акцент на последнем слове, сказала я на испанском. — О, мы смеем дерзить. Как это не культурно, сударыня. — Мы можно все. А дерзить таким идиотам как ты одно удовольствие, — съязвила я. — Ладно, Окей, я сдаюсь — А что это так боишься меня? — Нет, кись, я не хочу, чтобы у мое девушки были плохие оценки по испанскому. — Так что же ты к ней не сел помог ей не только в испанском, но может и глаза бы ей открыл, на то какой ты мудак. — Моя девушка сидит передо мной. — Слышь, не наглей. Я твоей девушкой не была, я ей не являюсь, и я ей не буду. Понял? — Понял.\ — Так, Сатре, Магнуссон, вы карточку с темой взяли? — Нет, — ответили мы в один голос. — Ну так чего сидим, быстро взяли! — сказал мистер Фричман, после пошел дальше. — Дамы вперед, — сказал мне Вильям. — Давай ты, мне просто лень вставать. Давай удиви меня темой. — Окей. Странный он какой-то. Быстро во всем соглашается, еще номер мой где-то откапал, теперь еще подкатывает. Вообще, странный он какой-то. А не офигенный, как его описывала Вильде. Сев обратно Магнуссон протянул мне карточку, на которой было написано большими буквами «Равноправие» Моей радости не было придела. — Ну все берегись, Вильгельм.