Прекрасная «незнакомка»

      Проснувшись, Макс осторожно склонился над Аллой, невесомо поцеловав её в плечо. Она улыбнулась сквозь сон, зарывшись носом в подушку. Он лёг обратно, крепче обнимая её за талию, прижимая к себе. Алла положила одну свою ладонь поверх его, продолжая сладко посапывать. Через несколько минут у Макса завибрировал телефон. Продолжая обнимать Аллу, он одной рукой дотянулся до мобильника и принял вызов. — Алло. — Алло. Привет, — поздоровался Антон, — извини, что отвлекаю, вы когда приезжаете-то? — Привет, дня через два, три. — Ну, хорошо, а то отбиваться от Линды у тебя лучше получается. — Линда? А чего она опять? — Да узнала, что ты в Россию возвращаешься, насела по полной. — Ладно, приеду — разберусь. — Как у тебя хоть дела-то? Как отпуск? — Хорошо, — улыбнулся Макс, — полным ходом. — С Аллой как? — А что с Аллой? — продолжал улыбаться он. — Всё, — улыбнулся Антон. — Тоже хорошо, правда одна проблемка нарисовалась, ну, да ладно. — Какая? — Да я ей про тир свой рассказал, она показать попросила. Вчера её в подземелье пострелять сводил. — А в чём проблема-то? — В том, что с меня теперь требуют обзорную экскурсию по нижним помещениям. — Ааа. — Ага. Она меня и так как-то садистом назвала, — усмехнулся Макс. — А я почему-то уверен, что даже если я соглашусь показать ей всего одну любую комнату, то её пальчик тыкнет именно в эту дверь. — А ты её сам-то туда сводить не собираешься? — Не хочу. — А че это так? — Не знаю, мне её жалко, — улыбнулся Макс. — Как-то раньше по отношению к женщинам у тебя это чувство не очень проявлялось, по крайней мере, в данном конкретном смысле, — засмеялся Антон. — Всё когда-то бывает впервые, — поглаживая Аллу по руке, сказал он. — Да и все мои предыдущие девушки особой беззащитностью не отличались. — Это Пугачёва-то беззащитная? — улыбнулся Антон. — Нет, врезать она может, в этом я не сомневаюсь, правда, слава Богу я её до такого ещё не довёл, — с улыбкой усмехнулся Макс. — Но я не об этом. — Ладно, — улыбнулся он, — когда вы хоть улетаете? — Не знаю пока, но до тридцатого точно, надо у Аллы спросить, когда ей нужно в Москве быть. — Ну, спросишь, короче, скажешь потом. Давай, до встречи. — Пока. Когда он заканчивал разговор, Алла уже не спала. — Ты же говорил, что выключишь его? — Это мой второй телефон, его знают человек шесть. Основной я ещё по дороге сюда отключил. — А я и основного не знаю, — с неким упрёком напомнила ему Алла. Макс улыбнулся, обнимая её. — В Москве мне всё равно придётся покупать новый номер, а пока мы здесь, тебе мне звонить незачем. — Мне лучше знать, есть зачем мне тебе звонить или нет. — Так, закрыли тему. — Ничего не закрыли. — Алла. Она немного вздрогнула. — Извини, я забыла. — А надо помнить. — Мы сегодня стрелять идём? — Идём, я ведь обещал. — Когда? — Сейчас позавтракаем и пойдём. — Я не хочу есть. — Что значит «не хочу»? — То и значит. — Мы идём завтракать и это не обсуждается, — сказал Макс, поднимаясь с кровати. — Пока не поешь, никакой стрельбы. Кстати, как руки? Не болят? — Пальцы ломит чуть-чуть. — Сгибать можешь? — Могу. — Покушаем и я посмотрю. Вставай потихоньку и спускайся в столовую, — надевая шорты, сказал он. — Хорошо, — раскрывшись, ответила Алла. Позавтракав, они спустились вниз.       Встав в стойку, она посмотрела на Макса. — Правильно? — Молодец, — кивнул он, улыбнувшись. Вспомнив и выполнив все его вчерашние советы и указания, она нажала на курок. Её действия были гораздо твёрже и увереннее, чем вчера, что подметил Макс. Посмотрев на продырявленную цель, он довольно кивнул. Алла выстрелила ещё несколько раз, а затем развернулась к Максу. — А ты не хочешь пострелять? — сняв наушники, спросила она. — Да нет, я на тебя посмотрю. — А чего это? Покажи мне мастер-класс, — улыбнулась Алла. — Ну, хорошо, если только один раз, — улыбнулся Макс, надевая наушники и взял у неё из рук пистолет. Он прицелился и выпустив всю обойму ровно в центр, всё с той же улыбкой вернул его Алле. — А ты говоришь, что у меня нет причин тебя бояться, — немного шокировано усмехнулась она. — Совершенно нет. — Ну-ну. — Да, — Макс привлёк её за талию в свои объятия и поцеловал в висок. — А у тебя настоящее оружие есть? — Есть. — А ты из него стреляешь? — Иногда. — Покажешь? — Так, — он немного отстранился, с хмурой улыбкой посмотрев на неё, — из настоящей пушки я тебе стрелять не дам. — Я не просила стрелять, я просила показать. — У тебя всегда была такая тяга к оружию или неожиданно проснулась? — Ну…мне просто интересно. — Значит, ты переживёшь мой отказ. — Ну, Макс. — Алл, на вид оно значительно ничем не отличается. — А я хочу посмотреть. Он вздохнул. — И не надо так вздыхать. — Так, или ты сейчас идёшь и продолжаешь стрелять, либо мы поднимаемся обратно наверх. — Иду, иду, — надевая наушники, ответила Алла. — Вот вредное создание, а, — проворчал Макс, улыбнувшись, когда она его уже не слышала. Они провели там чуть больше часа, Алла ни в какую не хотела уходить. — Всё, я устала, — в очередной раз опустошив обойму, сказала она, отложив пистолет. — Даже не верится. — Лучше, чем ворчать, со мной бы пострелял, — кладя наушники на место, ответила Алла. — Я люблю в одиночестве стрелять, меня это успокаивает, а так, для удовольствия я не очень. — А просто за компанию? — Вот научишься, тогда я с тобой постреляю. — Ты сам сказал, что у меня неплохо получается. — Даже очень хорошо, — улыбнулся Макс, — но ты ведь далеко не всегда в центр попадаешь? А вот когда весь ряд окажется в середине, тогда и поговорим. — Ага, конечно. У меня всего два дня. — Почему два дня? Я в Москве под домом сделал точно такую же комнатку, ты сможешь тренироваться столько, сколько влезет. — Да? — Да. — А ты это сам делал здесь? — Подземелье? — Да. — Нет, оно было, большинство комнат даже не изменены. — Например? — Например…комната охраны. — А где она? — Дальше по коридору, мы до неё не доходим. — Ты мне обещал экскурсию. — Я не обещал, я сказал, что подумаю над этим. — Ну, тебе что, трудно? Или тебе есть что прятать? — Нет, не трудно, и прятать мне тоже нечего. — Тогда пойдём. — Ладно, но мы просто пройдёмся по коридорам и всё, хорошо? — Хорошо. — Пошли, — он немного приобнял её, направившись к дверям. Они вышли и направились дальше по коридору. Алла продолжала уговаривать его показать ей ещё какую-нибудь комнату, но Макс каждый раз отвечал отказом. — Ну, пожалуйста, всего одну, — в очередной раз попросила она. — Сколько ещё раз мне сказать тебе «нет», чтобы ты от меня отстала? — Язык сотрёшь, — ответила Алла. — Ну, я где-то так и подозревал. — Ну, одну комнатку, ну… — Алла, ты уже начинаешь меня злить. — А ты не злись, ты покажи. — Что за человек неугомонный и как только с тобой люди живут. — А они долго со мной особо-то и не живут… — немного отодвинувшись от него и продолжив идти чуть в стороне, ответила она. — Да я ни то хотел сказать, — он притянул её к себе обратно. — Но сказал именно это. — Ты обиделась что ли? — Нет, — не смотря на него, понуро ответила Алла. — Ну иди ко мне, — он остановился и крепко её обнял, поглаживая по спине. — Ну что ты? Я просто немного не так выразился. — И сколько ты планируешь меня вытерпеть, если ни секрет? — Во-первых, терпеть я тебя не собираюсь, я собираюсь тебя любить, долго, сильно и страстно. Во-вторых…что же я хотел сказать во-вторых… — вспоминая, улыбнулся Макс. — Ах, да. Во-вторых, кажется, позавчера проскользнула такая мысль, что за непослушанием будет следовать наказание. А ты мне сколько сегодня раз уже перечила, м? — Не помню. — Ну, вот и я со счёта сбился. — И что же ты хочешь со мной сделать? — подняв на него глаза, поинтересовалась своей судьбой Алла. — Этого я пока ещё не знаю, но ты не волнуйся, к вечеру обязательно придумаю. — Тебе правда нравится меня пугать? — Чуть-чуть, — улыбнулся Макс, поцеловав её в лобик. — Ненормальный, — шмыгнула носом она. — Какой уж есть. — А не боишься, что я сбегу? — Нет, — поглаживая её по спине, уверенно ответил он. — И откуда же такая уверенность? — Хотя бы потому, что без моего ведома отсюда тебя никто не выпустит. — Я просто могу сесть в первый же самолёт до Москвы, когда мы в город вернёмся. — Нет, не можешь. — Это ещё почему? Только не говори, что из аэропорта меня тоже не выпустят. — Не скажу, но мне сообщат, что куплен билет на твоё имя и итог тот же, ты никуда не улетишь. — Я могу и не на своё имя… — Ты хочешь просмотреть все варианты? — улыбнулся Макс. — Да. — Ну, хорошо. Допустим, у тебя получится улететь. Ты думаешь, что в Москве я тебя не найду? Алла промолчала. — Найду, — ответил на свой же вопрос он. — А я могу и не в Москву, улечу вон от тебя в какую-нибудь Америку и ищи. — Ладно, хватит фантазий, — улыбнулся Макс. — Если по правде, то ты даже из гостиницы не выйдешь, мне позвонят. Так что, не хочется тебя разочаровывать, но шансов скрыться от меня у тебя нет никаких. — А если я не захочу с тобой жить? — А ты уже согласилась. — Это когда это? — Согласилась, Алл, — улыбнулся он, обнимая её. — Я могу и передумать. — Не можешь. — Хорошо, а это почему? — Потому что ближайшие дни решаю я, забыла? — Да, но когда мы вернёмся в Мюнхен, моё право голоса ко мне вернётся. — У тебя оно и сейчас есть, просто оно не должно сильно противоречить моему. — Ну да. — Да. И за эти дни я постараюсь добиться от тебя по максимуму. — Какая поразительная откровенность. — А чего мне от тебя скрывать? — улыбнулся Макс. — Ты много что от меня скрываешь. — Ты опять? — Молчу. — Пошли давай, — потянув её вперёд, вздохнул он. Они прошли ещё несколько метров и Макс остановился. — Выбирай дверь. — Вот эта, — указала Алла на одну их них. — Почему я не сомневался в твоём выборе, — усмехнулся он. — А что там? — Увидишь. Только сразу говорю, что это как раз одна из тех комнат, которые существуют в своём первозданном виде, — сказал Макс, открывая дверь. Он пропустил Аллу вперёд.       Она зашла и застыла на месте. Макс продолжал стоять позади, ожидая её реакции. Алла, потеряв дар речи, оглядывала стены с цепями и наручниками. Посреди помещения находилась огромная кровать, у изголовья и изножья которой так же находились оковы для рук и ног. Алла продолжала с неким испугом в глазах озираться по сторонам, не сдвинувшись с места. Макс подошёл к ней, положив руки на её плечи. — Алла. — А? — вздрогнула она, посмотрев на него. — Ну чего ты? — он крепко прижал её к себе. — Ничего… — сглотнула Алла. — Я же сразу сказал, что это всё так уже было, чего ты так перепугалась? — он поцеловал её в макушку, крепче обнимая. — А…а ты тут… — Алл, ты меня просила показать тебе одну комнату? — Да, — вновь сглотнула она. — Я показал? Она кивнула. — Пойдём? — Пойдём, — повторила за ним Алла. Перед выходом Макс снова завязал ей глаза. Они поднялись в дом и прошли в спальню. — Ты мне не ответил, — сказала она, когда он снял с неё чёрную ленту. — На что? — Про комнату. — Алл, я тебе ещё раз напомню про мой выигрыш и условия. — Ответь. Ты…ты её использовал? Макс выдохнул, хотя звук больше напоминал рычание. — Да, использовал, — после небольшой паузы ответил он. Она промолчала, отведя глаза. Он обнял её, одну ладонь положив ей на поясницу, а второй легонько поглаживая по голове. — Ну что ты, испугалась? — зарывшись носом в её волосы, спросил Макс. — А меня ты… — Нет, — резко ответил он, не дав ей договорить. — Почему? — А ты что, хочешь? — насторожено спросил Макс. — Ну, я же твоя рабыня…эти дни ты можешь делать со мной всё, что хочешь… — Ой, дурочка, а, — выдохнул ей в волосы он. — А тебе это нравится? — Что? — Ну, наручники эти, цепи… — Так, Алл, всё. Давай заканчивать этот разговор, это всё несерьёзно. — Но ты же сам сказал, что использовал эту комнату. — Да, использовал, и довольно часто, раз уж это тебя так волнует, но я не хочу об этом с тобой разговаривать, — довольно жёстко ответил он, чуть сильнее сжав её в своих руках. — Ладно… — прошептала Алла, немного закусив губу. — Только ты ни о чём не хочешь со мной разговаривать, — отстранившись, сказала она, — почти на всё, что я не спрошу, ты отвечаешь одинаково, что не можешь или не хочешь об этом говорить, а, нет, есть ещё один ответ, что ты «скажешь позже». Только это «позже», по-моему, наступит в следующей жизни. — Не расходись, — кротко ответил он. — А что ты сделаешь? — она с вызовом посмотрела на него. — Успокойся, — он крепко схватил её за запястье, так, что кожа от нажима его пальцев побелела. — Отпусти, — Алла попыталась выдернуть руку, было больно. — Я сказал, успокойся, — он ещё сильнее надавил. Алла испуганно смотрела на него, перестав дёргать рукой. Через несколько секунд он отпустил. Она схватилась за руку. — Прости, — выдохнул Макс. — Ты точно ненормальный, — шмыгая носом, сквозь подступающие слёзы, ответила она. — Очень больно? — он обнял её за плечи, бережно перехватив покрасневшее запястье, и немного поглаживая его, поднёс к губам. Алла не ответила, шмыгая носом. — Прости меня, — он прижался губами к её запястью, продолжая поглаживать его с внешней стороны. — Пойдём в кровать, ты немного устала, и я тебе пальчики обещал размять. Он подвёл Аллу к постели и уложил её, присев рядом. — Давай ручку, — сказал он, когда она устроилась. Взяв её руку в свои, он начал по одному массировать её пальцы. — У тебя очень красивые руки, — поцеловав её ладошку, прошептал Макс, продолжив растирать её пальчики. — У тебя тоже, — куда-то в сторону прошептала Алла. — Такого мне ещё точно никто не говорил, — легонько улыбнулся он. — У тебя пальцы музыкальные, длинные. — Да, вот только я играть ни на чём не умею. — Хоть что-то ты не умеешь, — краешком губ улыбнулась Алла. — Ну, все мы несовершенны, — улыбнулся Макс, — хотя, может и не все, — поцеловав её в запястье, шёпотом добавил он. — Мне повторить, что ты льстец и нахал? — Если хочешь, — улыбаясь, ответил Макс. — Тогда я повторю, ты бесстыдный льстец и бессовестный нахал. И вообще, тебе так нравится слушать это? — С Ваших губ любая гадость звучит как комплимент, — рассмеялся Макс, — кстати, давно ты мою характеристику не пополняла. — Сегодня пополнила. Ты, оказывается, всё-таки, садист. — Ну, почему сразу садист? — А как это ещё назвать? — Давай другую ручку, — размяв все её пальцы, сказал он. — И я не садист. — А кто ты? — Я не получаю удовольствие, когда причиняю женщинам боль, а садизм заключается именно в этом, — приступая ко второй руке, ответил Макс. — Власть я люблю, но не более. — Это ещё доказать надо. — Ну, перестань. К тому же, эту пыточную даже не я делал. — Пыточную? — Ну, я её так называю. — И после этого, он мне тут ещё что-то доказывает. — Я не доказываю, я утверждаю, — поцеловав её в пальчик, ответил он. — И как ты только за все эти дни такие ногти не переломала, а? — Сама в шоке. Хотя вообще, один я надломила и, похоже, о твою спину… — Угу, — нахмурился Макс. — Да… — опустив глаза, виновато прошептала Алла. — Так вот откуда кровь на простыне была. — Он там чуть-чуть впился… — Чуть-чуть? — улыбнулся Макс. — Да… А ты не заметил? — Ну, в воде что-то щипало, а так нет. — Странно… — Чуть-чуть, говоришь? Ну-ка, покажи мне этот пострадавший ноготь. — Вот, — она показала ему нужный палец, — я всё равно их уже под него подточила. — А, это ты их ещё и подточила? — улыбнулся он. — Чем тебе не нравятся мои ногти?! — Мне они очень нравятся, меня просто немного напрягает тот факт, что один из них чуть не остался во мне, а я этого даже не заметил. — Макс…а если я скажу, что хочу? — Что ты хочешь? — Ну…там, внизу… — Алла. — Ну, что…? — Зачем? — Почему ты со мной не хочешь? — с явной обидой в голосе, спросила Алла. — Потому что я сомневаюсь, что тебе это понравится. Ты же ни в каком виде не любишь подчиняться, — улыбнулся Макс. — А там ты будешь лежать абсолютно неподвижно. — Вообще? — У тебя будут плотно прикованы руки к изголовью кровати, так, что ты не сможешь ими шевелить, ноги будут зафиксированы в максимально разведённом состоянии, аналогично неподвижно, ты ни на сантиметр не сможешь их сдвинуть, так же будет пряжка на животе. — На животе? — Я же сказал, полная неподвижность. — Я её просто не заметила… А на стенах? — Что на стенах?  — Цепи, кандалы какие-то… — Это нам с тобой точно не пригодится, — Макс закончил массажировать её вторую руку и, положив её на постель, поцеловал Аллу в подбородок. — Но ты этим тоже пользовался? — несколько секунд не решаясь, всё же спросила она. — Пользовался, — не стал отрицать Макс. — А почему… — Ты так хочешь повисеть на стене, прикованной к ней железными цепями? Это я устроить тебе могу, но больше ничего с тобой в таком положении делать не буду. — То есть, на кровать ты согласен? — Никогда бы не подумал, что меня будут на такое уговаривать, — усмехнулся Макс, — а, тем более, что я буду отказываться, — чуть более тише добавил он. — А ты не отказывайся… — Хорошо, если ты этого правда хочешь. Но только завтра. Алла согласно кивнула.