It's wrong, but I can't stop

Грю весь день было не по себе после того, как он наконец-то увидел Дрю. Возможно, он взболтнул Люси что-то о том, что им стоит уехать и он чувствует себя не комфортно, но в глубине души знал - здесь было нечто совершенно иное. Роскошные блондинистые волосы Дрю свели его с ума с первого взгляда (которые, к слову, так подходят его светлому характеру), никогда прежде он не чувствовал такого желания прикоснуться к кому-то, но все, что мог - это ощущать запах локонов и тепло родного тела ту бесконечную минуту, пока брат впервые обнимал его. Что-то новое для Грю. Раньше не могло и возникнуть сомнений, что самое сильное чувство в своей жизни он испытал к Люси, но сейчас... Это было необъяснимо. Списав все на жуткое волнение, Грю мигом отмахнулся от своих чувств, как привык делать всю жизнь, но не мог знать, что в скором времени они с братом останутся одни и ему придется столкнуться с ними с двойной силой. Его пугало то, что происходило внутри, что-то неизбежное, возможно, если бы он знал, что творится сейчас в душе Дрю, он бы не боялся этого так сильно.

***

Дрю знал, что это его обязанность - отвести своего брата в тайное логово отца. Это было заведомо принятое решение, но представлял он себе всё совсем не так. Младшенький не давал себе отчета в том, что его так заводила не сама идея злодейничества, а то, что Грю так уединенно близко. Только когда они спустились, он понял, что машинально взял брата за руку еще там, сверху. Сам не замечая того, Дрю кокетничал, как мог. Никто ведь не догадывался, насколько одиноко и потерянно он чувствовал себя до появления Грю на этом проклятущем маленьком острове. Никто не мог знать, что его солнечное настроение в большей степени направлено на брата. Его возбуждало и привлекало то, как неприступно ведет себя Грю, как он серьезен и собран, и в его голове возникло огромное желание завладеть вниманием брата, хотя причина такой бурной реакции все еще была скрыта от его озорных глаз. Но это было не важно. Главное, что он раскрепощенно полулежит на машине отца и сексуально покачивает бедрами, приглашая братца прокатиться, а через минуту они уже летят на бешеной скорости. Рядом. Совсем близко. Настолько, что пустота, которую Дрю все эти годы не мог заполнить никакими богатствами, начинала потихоньку зарастать...

***

В то время Грю стало казаться, что он сходит с ума. Каждое случайное прикосновение брата кидало в дрожь. Ему нравилась та бешеная энергия и жизнерадостность, которая лилась из Дрю, как луч света, яркий, как и пряди его волос. "Черт его дери!"- молниеносно пронеслось у Мексона в голове. Невозможно было поверить, что это его собственные мысли. Куда же подевалась вся нарочитая серьезность и хмурость? Самое странное началось, когда младшему вздумалось украсть леденцы из фургона со сладостями. Грю недоверчиво сидел в машине и наблюдал за происходящим, за тем, как одновременно по-детски и сексуально Дрю вертит попой, пытаясь достать леденцы. В этом не было бы ничего такого, если бы не... набухающий член. Да, стояк. Это привело Мексона в дикое остолбенение на пару секунд, но звук приближающегося полицейского наряда не дал ему сосредоточиться на неожиданных ощущениях. Кто бы мог подумать? Дрю ведь просто облизал леденец. Облизал своим влажным языком, смотря прямо в перепуганные глаза Грю. Если бы у того было достаточно времени на размышления, он бы понял, что это была не случайность.

***

Дрю не мог перестать смотреть на брата, на то, как он уверенно держит руль и вытаскивает их из передряги, в которую он их втащил. Отцовская машина стояла в логове столько лет и он никак не мог научиться управлять ей как следует, а Грю это давалось с такой легкостью, будто он ездит на ней с самого детства. Довольно странно, ведь старший выглядел куда менее уверенным в себе, чем младший брат, но такой уж он - если дело идет о чем-то связанном с работой, он сделает все, чтобы быть лучшим. Дрю наблюдал. В перерывах от диких эмоций, конечно, но он пытался уловить все детали - сильные мужские руки со вспухшими от напряжения венками, сжимающие руль, сосредоточенность, азартная ухмылка на лице брата, легкий запах одеколона и... бугорок на штанах? Он сглотнул и отвернулся, якобы посмотреть, догоняет ли их полиция, но на самом деле не мог думать ни о чем другом, кроме как о стояке Грю и том, почему так трудно стало дышать. С минуту он не знал куда себя деть, пока они не выбрались из под земли после маневра с буром и не оказались погруженными в прохладную воду, которая на время выбила у него из головы всё и оставила лишь эмоции.

***

Грю смеется. Он мокрый до нитки, но он смеется. Ему нравится это ощущение свободы, будто нашелся кто-то, кто смог вытащить из него те части, которые он так долго ото всех скрывал. Он тоже может быть озорным, эмоциональным и веселым. Он стянул осьминога, который прилип к его лицу, и увидел, что пуговицы на рубашке Дрю расстегнуты. Ему не пришло в голову ничего лучше, чем сморозить какую-то шутку, чтобы не выдать своего волнения, но факт оставался фактом - он по-прежнему возбужден, а его братец будто делает всё, чтобы свести его с ума. По дороге к уединенному островку, где они бы могли просушить одежду, у них завязался разговор. Правда, близнецы до сих пор не могли позволить себе говорить о том, что у них на уме, но уже начинали чувствовать недосказанность. Чувствовать друг друга. Грю стал понимать, что происходит, он не хотел, но рано или поздно это бы произошло. Можно скинуть на волнение легкое возбуждение в теле и сердце, которое бешено бьется, но не стояк и не то, что голос Дрю казался ему самым сладким звуком на свете. И тогда у него в голове начали звучать отрывки из песни, которую он слышал во время полета.

I was your dirty boy, your good, new secret toy Show me how they get you joy (who stayed in trouble with you?) Oh, don't you want some more? Come on, I think they're gone Our part is coming on (you're either with me or) Hug me (bring it in) Would ya loosen up? Would ya Hug me? (bring it in)

Остаток дороги он всеми способами пытался скрыть от брата свои пылающие жаром щеки.

***

Дрю уже знал, чем это все закончится, но понятия не имел, когда начнется. Было нелегко признать, что он влюбился в собственного брата-близнеца, еще тяжелее было видеть, что Грю тоже чувствует это, чувствует, но так отчаянно и испуганно прячет. Этот страх был понятен Дрю, не смотря на то, что ему нечего было терять. Единственный раз, когда он чувствовал нечто подобное, был в его восемнадцатый год на этой земле. Ему до безумия нравилась новенькая, которая перешла в их класс в последний год учебы. Он предпринимал все попытки, какие только мог (грузовики со сладостями, огромные букеты роз, дорогие подарки) и в конце концов добился своего, но... Когда дело дошло до секса, он понял, что не может. Это было запредельно странное ощущение, не связанное с тем, что у него не встал или любым физическим проявлением. Он просто чувствовал, что она - не тот человек, и все это была лишь попытка убежать от собственного одиночества. Но его всегда спасало веселье, друзья и бизнес, так что он не скучал, а Грю... Грю было что терять. Но что если его решение о женитьбе с Люси тоже было бегством? Дрю чувствовал вину за все это, но не настолько сильно, чтобы отказываться от своих намерений. Все эти мысли проносились в его голове, пока он развешивал мокрую насквозь одежду на бельевой веревке. Он чувствовал себя так, будто всё, что было до этого момента - всего лишь прелюдия, такая же как и разговор, который он завел, идя к Грю. И вот он уже обнимает брата за плечо и прижимается к его щеке своей на волне эмоций, весь мокрый от брызг воды. Старший согласился пойти с ним на злодейскую миссию! Но почему тогда он до сих пор стоит сухой? Один маневр и Грю уже бултыхнется в воде. Дрю смешно и он не скрывает это, как никогда не скрывал своих эмоций. Он смеется до боли в животе, наблюдая за всей этой картиной. - Ах, ты ж мелкий... - старший резко встает, азартно ухмыляется и бежит на Дрю, сбивая того с ног. Они падают на теплый, мягкий песок и оказываются в очень интимной позе. Они лежат - Грю на Дрю, оба полностью мокрые, веселые и одновременно испуганные. Дрю чувствует стояк своего брата, упирающийся ему в ногу и то, как сильно он вцепился в его майку. Блондин мягко улыбается в ответ на эту искренность и понимает - момент настал.

***

Грю нечем дышать. Набухающий с новой силой член упирается в его трусы с черепушками, он понимает, что Дрю чувствует, он видит это на его лице, которое буквально в нескольких сантиметрах - улыбающееся, доброе и невероятно сексуальное лицо брата. - Дрю, я... - пытается выдавить из себя старший, но Дрю не дает ему договорить. Он медленно опускает свою руку и кладет на стояк брата, немного сжав. Грю тихо стонет и утыкается носом в ключицу блондина, проклиная все на свете. Если бы он только знал, как этот стон и произнесенное с таким волнением имя возбудили и пуще прежнего завели Дрю. Он улыбается и спрашивает с издевкой: - Мне убрать? Ответа не последовало, вместо этого Грю впился в шею брата и легонько куснул, нечаянно наткнувшись на эрогенную зону. Из губ младшего вырвался стон, он вцепился в майку Грю, а после легким движением перевернул того на спину, оказавшись сверху и держа запястья близнеца в своих руках. Его щеки тоже пылают румянцем, он смотрит на брата и видит, что страха в его глазах стало меньше, остался лишь интерес и желание. Грю лежит на спине и смотрит в очаровательные голубые глаза Дрю, принимая его намерения и прерывисто дыша. Он хочет собственного брата - это был неизбежный факт, как и то, что после всего этого ему придется говорить с Люси. Может, не сразу, но все же. Плевать. Он не просто хотел его, это чувство было больше и сильнее, нечто чистое и бесконечное. Будто он наконец-то нашел то, что так долго искал. Мексон поднимается на локти, приближается к лицу брата и, взяв высвобожденной рукой его за подбородок, притягивает к себе. Целый день он ждал именно этого, не признаваясь себе, пряча в потаенных частях души, не смотря на то, что это преследовало его везде. Губы старшего накрыли губы Дрю с такой нежностью, будто это их последний день на земле . Таков уж был по натуре Грю - страх всегда останавливал его в первое время, но потом инициатива оказывалась преимущественно в его руках. Так было с девочками, так было с Люси и так случилось и здесь. Но с Дрю все наоборот - импульсивный, делающий первый шаг, но совершенно мягкий после. Они были противоположностями, которые притянулись. Прелюдия длинною в жизнь.

***

Дрю проводит языком по нижней губе брата, немного прикусив и оттянув, а после кокетливо улыбается. Казалось они оба знают наперед движения танца, ритм и такт. Он отрывается от поцелуя, приподнимает майку брата и плавно, усеяв поцелуями шею Грю и оставляя едва заметный засос, спускается к груди. Старший резко откидывает голову и прикусывает губу в наслаждении, когда влажный язык младшего добрался до сосков, когда Дрю стал посасывать их, а потом проделал тот же маневр - немного оттянув и прикусив. Они будто играли в сапера, только наоборот - найди все мины и дай им взорваться. Стон наслаждения вырывается из уст Грю, он отчаянно сжимает песок в руках, забывая что они на пляже. За всю их недолгую совместную жизнь с Люси, он никогда не получал такое удовольствие от секса, да что уж там, у них его почти не было - дети, работа, ночные смены и усталость. Никто не научил его любви, это была злая шутка судьбы, что его выбрала мать, а отец - Дрю. Всё должно было быть наоборот, а в идеале вообще не должно было быть. Но это в прошлом. Единственно важное сейчас - чувствовать поцелуи Дрю, которыми он в эйфории покрывает всё его тело, оставляя влажные отметины, будто подписываясь - "Это теперь моё". Дрю доходит губами до кромки трусов, останавливается и смотрит Грю прямо в глаза. Он не знал зачем, ведь ему не требовалось разрешение или подтверждение - все было понятно без слов, но, наверное, хотел показать - он тоже волнуется, ведь раньше никогда этого не делал. Член Грю темнее, чем остальная кожа на теле, и его покрывают маленькие фиолетовые венки. Блондин облизывает губы и снова приостанавливается, боясь, что сделает что-то неправильно, но вдруг вспоминает сотни леденцов, которые ссосал за свою жизнь. Взяв член за ствол, он немного отводит его от себя, слегка надрачивая, и тогда проводит язычком от самого низа до головки, оставляя влажную дорожку. Грю гортанно стонет и выгибает спину, снова отчаянно зарывая пальцы в песок. До того как успела прозвучать просьба, Дрю протягивает свободную руку и, скрестив свои и пальцы брата, крепко сжимает. Кто бы знал, что у него так хорошо получится. Он стал насаживаться на влажный от его слюны член брата, пытаясь взять во всю длину и не переставая работать языком. На фоне слышались все те же возбуждающие приглушенные стоны и прерывистое дыхание. - Дрю... - старший протягивает руку и, запустив пальцы в пшеничные волосы брата, насаживает его глубже, снова извиваясь от волны удовольствия. Член Дрю набухает с новой силой, от чего он немного прикусывает ствол у основания. Грю шипит в ответ, и его рука вновь опускается на мягкий песок. Младший Мексон не хочет, чтобы кто-то из них кончил раньше, поэтому, еще немного пососав головку и проведя кончиком языка по уретре, поднимается и ложится рядом с братом, который все так же прерывисто дышит, прикусывая губу почти до крови. Дрю придвинулся ближе, кокетливо улыбнулся и шепнул на ухо Грю: - Я хочу, чтобы ты вошел в меня. И Грю таки прокусил губу. "Что же творит этот мелкий засранец?" Тогда он повернулся, но, вместо лица взрослого мужчины, увидел личико Агнес, которая выпрашивает единорога в парке развлечений. " Черт бы подрал этот день и этого... этого". Он встает и, взяв Дрю за руку (что вызвало у него волну дрожжи по всему телу, будто он влюбленная восьмиклассница), ведет его к машине, нажимая пару кнопок, чтобы места в кабине стало больше. - Иди сюда, малыш - с бесконечной нежностью произносит Грю, когда оказывается внутри. Дрю не понимал, как в нем может умещаться хмурость, сварливость и в одно и тоже время нечто такое светлое, но это и делало из него Грю, очаровательного и непредсказуемого. Он, все так же кокетливо улыбаясь, перелазит через дверцу машины и садится, поставив колени с двух сторон от задницы брата. Старший Мексон наконец стягивает с брата надоедливую майку и трусы, на которых красовались цветастые кексики. На минуту он останавливается, созерцая красоту родного тела, совсем непохожего на его собственное. Грю протягивает руку и проводит ладонью по более рельефному животу братца, а после по талии и бедрам, но не может дать себе больше времени на эти ласки, потому что ему кажется, что вот вот и... - Плюнь. - немного смущенно приказывает Грю, подставив ладонь к лицу блондина. Но Дрю не играет по чужим правилам, поэтому, легко обхватив запястье брата, засовывает три пальца себе в рот. Грю наблюдает за тем, как брат пошло посасывает его пальцы, оставляя на них достаточно слюны для смазки, и снова чувствует прилив крови к члену, от чего прикрывает глаза и сжимает губы. " Засранец." Грю забирает пальцы, и кончиками ведет по торсу брата, так истосковавшемуся без ласк, проводит указательным по головке члена, спускаясь вниз и заводя руку назад. От этих прикосновений Дрю будто бьет током, он придвигается ближе к брату, стягивая с него надоедливую майку, и падает в плечо, тихо шипя. Грю заботливо улыбается и продолжает - нащупав маленькую дырочку, он медленно, но легко, вводит первый палец, заставляя брата вцепиться в его спину и в этот раз громко застонать. Он чувствует как влажно и тепло внутри, аккуратно массируя, он вводит второй палец с такой же легкостью, понимая, что Дрю возбужден до предела. Блондин стонет пуще прежнего и сам насаживается на пальцы, прося еще. Тогда Грю вводит третий палец и случайно натыкается на комочек простаты. Дрю вцепился ногтями в спину старшего и чуть ли не закричал ему в ухо: - Войди в меня! Пожалуйста... Плюнув себе на ладонь, Грю смазал член и стал медленно вводить его, целуя ключицы младшего, боясь причинить боль. Но Дрю не мог ждать - он насадился резко и во всю длину, уже почти что урча от удовольствия, и стал интенсивно двигаться, все также прижимаясь всем телом. Они оба знали, что не продержатся долго. Пляж заполнился стонами, вскриками, шипением. Грю вцепился в бедра брата и сам стал насаживать его на себя, чувствуя, как сжимается все внутри, когда он задевает простату. Сердце замирает, из уст слышится что-то отдаленно напоминающее рычание и плевать, что это неудобно - Грю подрывается, резко кладет младшего на капот и входит с новой силой, заставляя того просить еще. Дрю тянется рукой к члену, чтобы помочь себе, но не успевает - старший перехватывает ее и прижимает к уже охладевающему металлу. Свободная рука Грю ложится на член брата, сжимает, на что тот сразу же отвечает скрежетом ногтей по покрытию и хриплым стоном. Брюнет продолжает толкать с той же силой, теперь еще и надрачивая брату, лаская головку пальцами, сжимая. Он чувствует, что уже скоро, тело брата изгибается, просит взять его, а сам Дрю приподнимается и тянется к Грю за поцелуем. Их языки сплетаются, пошло, мокро, и блондин стонет прямо в губы старшему, прикусывая их чуть дальше от места, где уже заживала ранка. Грю сходит с ума от того, как интенсивно мелкий сжимает внутри себя его член и стонет ему прямо на ухо, уже кусая не губы, а мочку. Дрю извивается в руках брата, как змея, подрагивая от судорог, кусает его за плечи, чувствуя надвигающуюся волну оргазма, и почти что скулит. Еще пару толчков и Грю не выдерживает - на последнем входит так глубоко, что младший царапает его спину до крови, изгибается, чуть ли не оказываясь спиной на капоте, и они одновременно взрываются. Дрю пачкает торс брата и падает в объятия, под конец то ли хрипло простонав, то ли прорычав тому в шею. Грю вздрагивает и шипит от того, как сильно напоследок брат сжал внутри себя его член, и чувствует, что горячая сперма стекает и капает на пол. - Не... не вытаскивай. - еле-еле сквозь зубы шепчет Дрю, продолжая крепко держаться за спину брата. Но ему не стоило произносить это вслух, Грю и так знал все наперед. Они просидели так минут пять, вцепившись друг в друга, подрагивая от остатков оргазма и тяжело дыша. Грю робко целовал плечо младшего, закрыв глаза, но вскоре совсем потерял силы и, последовал примеру брата, уткнулся тому в шею. Он и сам не хотел оставлять себя без удовольствия чувствовать себя внутри Дрю, чувствовать как все внутри него то успокаивается, то снова сжимается, от чего блондин продолжал иногда тихо стонать брюнету в шею. Через какое-то время старший встал, взяв Дрю на руки и пошел к морю. Он зашел в воду по бедра и медленно опустил брата перед собой. Страсть и возбуждение сменились нежностью. Щеки обоих были налиты румянцем, они смотрели друг на друга впервые после того, что произошло, понимая - слова здесь лишние. Да и разве слова могли описать то, что произошло, происходит и может произойти? Могли бы они заполнить пустоту, которая образовалась в них, когда их разлучили. Грю ласково улыбнулся и провел ладонью по лицу брата, наслаждаясь этим прекрасным моментом и безмолвно признаваясь в своих чувствах. Когда-то в детстве Дрю прочел книгу, где героиня верила, что в мире для каждого существует родственная душа, которую нам суждено встретить. "Это чувствуется, - говорила она, - ты будто смотришь на потерянную часть, без которой раньше внутри тебя была зияющая пустота, которую ничем нельзя было заполнить". Теперь у него не возникало сомнений, что Грю - и есть та потерянная часть его самого, и он знал, что это взаимно. Дрю провел ладонью по торсу Грю, смывая остатки своего наслаждения, и потом, подойдя чуть ближе, уже робко поцеловал его. - Как отметим? - с улыбкой спросил блондин, заставляя Грю смутиться, - Я про злодейскую миссию, дурачок. Грю хохотнул и отвел взгляд в поисках интересной мысли. - Есть у меня одна идейка.