Часть 1
6 июля 2017 г., 09:08
— Я ничего у Вас не крал! — Гарри смотрел честно и искренне, и выдержать такой взгляд было просто невозможно.
— Не надо лгать мне. Жабросли — вещь безобидная, но шкура Бумсланга... Крылья Златоглазок... Ты с друзьями готовишь оборотное зелье и, поверь, я узнаю, зачем! — Снейп захлопнул дверь подсобки прямо перед носом у своего ученика. Мужчина отошёл к задней стене и облокотился на неё, закрыв глаза. Спустя некоторое время он вышел из надоевшей комнатушки, но тут же столкнулся с юношей, который, похоже, не уходил.
— Профессор, — начал парень, но тут же встретил мощный удар кулака и отлетел в крошечное помещение, чуть не сбивая на лету стеклянные баночки с зельями. За двумя людьми захлопнулась деревянная дверь.
— На одну секунду мне показалось, что я ясно дал Вам понять, Поттер, что наш разговор окончен! Или, — учитель опасно приблизился к Гарри, — Быть может, Вы хотите в чём-то мне признаться?
— Я только хотел сказать, что не брал ни один компонент из Вашей кладовки, сэр, — юноша смотрел открыто, но холодно, будто стараясь прочитать собеседника, как обычную книгу.
— Назойливый мальчишка! Вы так же глупы и упрямы, как ваш никчёмный отец! — Северус закипал.
— Мой отец не такой! И я тоже! Уж не потому ли Вы презираете его, что он был лучшим во всём?! — вырвалось у Поттера. Забрать слова назад было невозможно, и мальчик сильно пожалел, что сказал подобное. Ведь он совсем не знает, какая у этого мужчины была раньше жизнь, а следовательно, не имеет права судить и сравнивать. Но думать об этом было уже поздно.
— В любом случае, — доверительно мягким низким тембром постарался исправить ситуацию студент, — Я всё ещё смею утверждать, что и пальцем не прикоснулся к Вашим запасам. Я верен Хогвартсу и не имею права лгать.
— Докажи, — вдруг язвительно хмыкнул Снейп, почти перебивая ученика. Этот полусмешок не сопровождался ни единым подобием улыбки рта или глаз, на лице мужчины не было ни мускула, который бы хоть как-то дрогнул при этом коротком выдохе. От того становилось ещё страшнее.
— Что? — Поттеру показалось, что он ослышался. Юноша с непониманием смотрел в смолисто-чернильные глаза.
— Докажи мне свою преданность, наглый мальчишка!
— Как? — юный волшебник спросил это уже скорее от безысходности, чем исходя из настоящего интереса.
— Что ж, подумай, что ты можешь предложить в качестве своей верности школе, директору и мне.
Поттер в растерянности молчал, не смея открыть рта. Этот странный разговор уже начинал утомлять.
— Так я и знал, — спокойно подвёл итог Северус. И вдруг он резко изменился в лице.
Снейп надвигался на Гарри грозно и неумолимо, словно буря. В один момент ученику показалось, что тот собирается отвесить ему пощёчину, или того хуже — наслать какое-нибудь заклятие.
— Левикорпус! — гриффиндорец взмыл в воздух, роняя свою палочку, барахтаясь, не имея возможности освободиться. Он вдруг перевернулся и повис вниз головой. Футболка задралась к подбородку, обнажая торс. Северус коротко размахнулся и ударил парня в живот. Тот, согнувшись, влетел в шкафы с зельями, упал на пол и закашлялся.
Но очнуться ему не дали. Профессор грубо схватил мальчика за плечо, сжимая кожу, оставляя на ней синяки. Резко, без промедления он развернул Гарри к себе спиной, толкнув его между лопаток. Тот, не удержавшись, согнулся пополам, замахал руками, пытаясь выровнять баланс, начал выпрямляться, но ему не дали это сделать — тяжёлая ладонь Северуса опустилась на тонкую мальчишескую спину. Парень, не найдя другой точки опоры, схватился руками за деревянную перекладину лестницы напротив, находящуюся на уровне лица.
— Советую не дёргаться, иначе один из нас может остолбенеть. И этим несчастным буду не я, — прошипел учитель на ухо юноше.
И разорвал футболку вдоль, обнажая точёный позвоночник. Поттер не сопротивлялся и вообще не двигался, и это только ещё больше раздражало. Снейп больно схватил ученика за волосы, потянув на себя, прижался к нему сзади, положив вторую руку на острое плечо, всем весом навалился на парня и, повинуясь странному и злому порыву похоти, с силой укусил его в ключицу. Под клыками хрустнула жилка, а под пальцами безмолвно дёрнулся Гарри. Из новой раны потекла кровь. Северус попробовал её на вкус, слизнув каплю с белоснежной кожи, но остальные ручейки трогать не стал, и вскоре вишнёвый дождь украсил деревянный пол, впитываясь в крошечные трещинки, вырисовывая непонятный узор.
Сильные пальцы оставляли на теле синяки, и им понадобилась секунда, чтобы освободить Поттера от брюк.
Послышался характерный звук расстёгивающейся ширинки, а затем полуобнажённый мужчина прильнул к юноше. Он вошёл резко и болезненно, парень вскрикнул, и ему тут же заткнули рот ладонью. Сжимая ученика в руках, наставник стал двигаться, попутно хрипя ругательства в сторону студента. Переходя в бешеный ритм, Снейп услышал звон битого стекла, причиной которого оказались слетевшие в этом сумасшедшем темпе очки Гарри.
Толчок. Толчок. Отрывисто, зло, надменно. Поттер перестал кричать, но на место воплей пришли тихие стоны, и это бесило, выводило из себя. Северус остановился, освободив пленника от своего присутствия внутри, но ненадолго — цепко схватив мальчишку ногтями, он развернул его к себе, сжал за бёдра и поднял в воздух, с грохотом вдавливая тело в дубовую дверь, гортанно рыча, вновь размашисто вошёл в ученика. У него не было цели заняться любовью или сексом, сделать партнёру приятное, — нет, это было грубое изнасилование. Снейп начал вдалбливать Гарри в деревянное покрытие, а тот слепо ощупывал поверхность позади в надежде отыскать опору. Он её не нашёл, и поэтому вскоре одна, а затем и другая рука обвили шею учителя. Тот отмахиваться не стал, — сейчас это его не волновало: этот наглец получит позже.
— Профессор! — Поттер не выдержал и закричал, прижимаясь к мускулистой груди, обнимая ещё крепче. Наставник посмотрел на его лицо, и сразу пожалел об этом: юноша откинул голову назад, закусил губу и приоткрыл глаза, его ресницы были влажные, а затуманенный взор был точно такой же, как тот, что несколько лет назад Снейп видел в последний раз. Будто изнутри этого парня смотрела Лили...
Северус ускорился, не отрываясь от лица Гарри, наклонился вперёд и вновь до крови укусил свою жертву, теперь уже в шею. Крик затих в мантии, когда Поттер уткнулся в широкое плечо, на оголённую от сбитого воротника ключицу Снейпа упали несколько солёных капель, и когда это произошло, волшебник не выдержал и излил своё семя прямо внутрь юноши. С минуту они оставались на своих местах: парень — прижат к двери, мужчина — с напором вжимающий пленника в дерево. Эйфория проходила, и вот преподаватель собрался отшвырнуть свою жертву в сторону, но почему-то не стал. Он медленно поднял обмякшего Гарри на руки, положив его на разорванную футболку, прислонив спиной к многочисленным шкафам. Затем, не понимая, какого чёрта происходит, снял с себя огромную мантию и одним движением накинул её на парня, укрывая всё обнажённое тело.
Профессор оправил одежду и вышел из подсобки, не удостоив пленника и взглядом. Это произошло столь быстро и внезапно, что Поттер не успел задать ни единого вопроса. Снейп шёл по коридору раздражённый и злой, он бы смёл сейчас всё на своём пути, попадись ему хоть кто-то или что-то под руку.
На последнее соревнование он не явился. Северус направился прямиком в свой кабинет, достал новый плащ, надел его и, убитый, опустился на своё место. Спрятав лицо в ладони, он просидел так неподвижно около получаса, пока вдруг не услышал тихий смех. Подняв глаза, мужчина увидел привидение — погибшую ужасной смертью темноволосую девушку по имени Миртл Элизабет Уоррен. Она редко забредала куда-либо, кроме своего туалета, и сейчас её появление было совсем не кстати.
— Уходи, — отмахнулся профессор, — Сейчас не до тебя.
— Что ж, прежде, чем выгонять меня, может, выслушаете кое-что интересное? — призрак явно старался держать себя в руках и не ныть при учителе, что получалось с большим трудом, ибо скрыть плаксивый тон было невозможно.
— Слышала, Вы наказали мальчика Гарри за то, что он готовит оборотное зелье, — продолжила она, видя, как меняется в лице Снейп, — В моей комнате для девочек как раз готовится одно, я могу Вам показать.
— Веди, — резко вскочил со своего места профессор. Он торопливо проследовал за Плаксой Миртл по коридорам, пока не достиг пункта назначения. Войдя в женский туалет, Северус сразу увидел котёл, из которого шёл пар, распространяя отвратительный запах по всему помещению. Котёл был явно не из Хогвартса, он также не мог принадлежать кому-то из учеников, потому как такая большая привезённая с собой вещь не осталась бы незамеченной, да и предмет был сделан не в Лондоне. Волшебник вдруг напрягся и рванул из комнаты, направляясь прямо к директору. Призрак кричала что-то вслед о награде, но профессор уже не слушал, — его мысли были поглощены совсем иными вещами.
***
Они ворвались в кабинет Аластара прежде, чем тот успел напасть на мальчика. Завидев Поттера, Снейп на мгновение замешкался, взирая на множество ран, уродующих юношеское лицо. Брюки у Гарри были те же, а вот футболку ему пришлось сменить... Но думать об этом было некогда, и Северус, наконец, использовал зелье правды по его назначению — влил в рот врагу, отобрав у него странный флакон, напоминающий голову чудовища. По просьбе Дамблдора он с грохотом взломал крышку того, что вполне могло стать гробом однажды. Да, на дне огромного сундука лежал настоящий Грозный Глаз Аластор Грюм. Но... Кто же тогда находился рядом с ними в комнате? Снейп открыл изъятый флакон и вдохнул аромат златоглазок, водорослей, растёртого в порошок кусочка двурога и спорыша. — Оборотное зелье... — без сомнений, это было именно оно. — Теперь мы знаем, кто у Вас воровал, Северус, — подвёл итог Альбус. Директор не знал, что за его спиной встретились взглядами профессор и ученик. Юноша мягко двинулся вбок, протянув руку, коснувшись тыльной стороны ладони наставника, от чего тот вздрогнул. Мужчина знал, что Поттер вправе рассказать Дамблдору о произошедшем, этот дрянной мальчишка с лёгкостью может убрать учителя, по простому щелчку пальцев сломать всю его судьбу, обеспечить ему полную гонений жизнь. Но парень просто смотрел на Снейпа, и из глубин его глаз на мужчину взирала сама Лили... Нет, не только она, во взгляде Поттера пылал и сам мальчик, униженный, но... Добрый. На губах не было ни тени счастья, но сине-зелёные радужки — они прощали, они не держали зла, они тепло и нежно улыбались, они... Любили?Кажется, показалось.
