Семиточие

Нет, не бойся. Поверь, я ни капли не оскорблен. Не смотрю на тебя с раздраженьем, не плачу, уткнувшись в подушку глупо. Просто дело не в том, что ты правда (ведь правда?) давно ушел. Дело в том, как ты именно прочь от меня отодвинул-отдернул руку. Просто встретились мы не холодной зимой — весной. Просто взгляд твой лучился манящей и свежей любовью. Просто мне не хотелось так сильно тебя отпускать домой, а дыханье хотелось ловить до трагичного вопля грома. Я тогда потерялся. Тогда утонул в тебе. Раньше так не умел, даже если уж очень старался. Но, увы, я не тем был. Я был совершенно не тем, с кем тебе так хотелось лениво с утра просыпаться. Ты жалел меня. Все это время. Потом шептал: «Я не мог по-другому. Ну разве я мог тебя так обидеть?». Вот и снова я в царстве кривых-раскривых зеркал. И смотрю «Как я мог?». Этот жалкий фильмец оборвется на чьем-то имени. Нет, не бойся, клянусь, я ни капли не оскорблен. Не ломаю пальцы как дикий, стекло не крошу в осколки. Просто мы с тобой встретились нежною, теплой весной. А теперь мы поро́знь и мне самую малость (клянусь, только самую малость) больно.