Почему именно ты?

      Как только Алек отключил сенсор, с комнате повисло угнетающие молчание. Мы с ним стояли прям в центре библиотеки Люка, как раз перед её хозяином, который потирал ушибленные костяшки рук. Тот кто много лет был мне как отец, сейчас выглядел как чужой человек и непрерывно смотрел на книжные шкафы.       Первым сдался Александр и нарушил ненавистную мне тишину вопросом:  — Ну и долго мы будем стоять здесь? — скептически произнёс шатен, так как-будто его абсолютно не злила эта ситуация.  — Столько сколько нужно, глупый и совсем молодой сумеречный охотник. — ответил ему Люк, всё так же задумчиво смотря на книжную полку. Александр сжал кулаки так, что на костяшках появились белые пятна. И хотел было что-то сказать, но я выкрикнула своим осипшим голосом  — Хватит! С меня довольно, я возвращаюсь в институт. — я не дожидаясь ответа выбежала из подвала и понеслась по лестнице вверх, так как находится здесь было не выносимо больно и тяжело, а всё потому что ровно пятнадцать минут назад я узнала правду.

15 минут назад

Пока мы с Алеком стояли не дыша кровавое побоище набирало обороты, двое мужчин всё ещё лупили того чей голос смутно напоминал Люка, но которого называли Люциан. Удар, потом ещё пара ударов, внезапный удар по книжной полке от чего та сильно покачнулась и упало несколько книг с другой стороны стеллажа. Второй голос с другой стороны книжной полки сказал:  — Оставим его, у нас нет на это времени. — послышались тяжелые шаги по деревянному полу, видимо в противоположною сторону от нас, так как с каждым шагом звук становился тише. Мене удивило это ведь единственный выход находится у нас за спиной. Но другой мужчина не стал оказывать сопротивление и только спросил:  — А что будем делать с ним? — спрашивал с какой-то непонятной мне иронией незнакомый низкий голос.  — Оставим здесь. Если захочет жить — выберется! — и оба засмеялись по окончанию диалога, каким-то ледяным нечеловеческим смехом. Я дёрнулась, хотела подойти по ближе и взглянуть на них, но Александр схватил меня раньше чем я это поняла. Я дернулась в попытке выбраться, но попытки были четными и я осталась стоять на месте. Шаги и хохот становился всё тише и тише, а потом и вовсе исчез, и только тогда сумеречный охотник отпустил меня и я быстро, но тихо подошла к книжной полке. У меня подкосились ноги и я чуть было не упала, когда увидела что к деревянному стулу огромными цепями прикован Люк. Я хотела закричать, но не издала не звука, а просто, как будто инстинктивно, подбежала к нему.       Он поднял голову и посмотрел на меня с расширенными от страха зрачками. Его глаза нервно осматривали меня и как будто в попытке увидели казалось бы всё, он спросил тихо:  — Клэри? — после того как он протяжно произнёс моё имя, у меня уже не осталось не единого сомнения, что передо мной сидит на деревянном стуле не кто иной как Люк Гэрроуэй. Мне надо было что-то ответить, но голос как будто исчез, и мне оставалось только лишь своим упорством пытаться освободить из этого мучительного плена.       Видимо сразу же за мной вышел и Алек, но я в упор ничего не слышала и не поняла, пока голос не сказал мне:  — Отойди, у меня это быстрее выйдет. — и он положил руку мне на плечо. Из-за затуманенного разума я невольно попятилась назад наблюдая за тем как черноволосый вырисовывает искрящимися линиями знак. Я не сразу обратила внимание что пока парень старался Люк напряжённо за ним наблюдал, как волк который с минуты на минуту готов набросится на свою жертву. Дело было сделано и железные оковы спали с рук маминого соульмейта, но спустя секунду он молниеносно схватил Александра за шею и прижал к стене в другом конце комнаты.  — Кто ты и что ты делаешь рядом с Клэри?! — злобно, почти нечеловечески произнёс Люк, вдавливая тело сумеречного охотника в стену от чего казалось бы по слою шпаклёвки пошли трещины. Прежде чем я осознала это, я нечеловеческим голосом закричала одну единственную фразу «остановись». После этого коп повернулся и посмотрел на меня удивлёнными глазами, медленно отпуская парня. Как только руки Люка были полностью убраны с шеи Александра, черноволосый отскочил как ошпаренный и потер рукой красную шею. Мы смотрели чётко друг другу в глаза, я пыталась понять о чём думает человек который знает меня с пяти лет, и всего считаные минуты назад заявил что ему плевать на меня. Возможно он тоже пытался понять что я думаю, хотя мои мысли были банальны до не возможности, но озвучить их в любом случае необходимо, хоть и ответ я не горю желанием узнать.  — Что здесь происходит? — спросила я довольно не уверенно, хотя о какой уверенности вообще может идти речь.  — Это тебе должна бы рассказать Джослин — он не надолго замолчал, но после продолжил, — а не я.  — Ну как ты уже мог заметить её здесь нет! Мамы вообще не где нет! И либо ты объясняешь всё сам, либо я достану из тебя информацию. — сказала я на повышенных тонах, от чего Люк немного вздрогнул. Он долго смотрел на меня не произносив ни слова, но спустя минут десять тишины он шумно выдохнул, так будто ему невыносимо больно, и скрестив руки у себя на груди и предварительно набрав в лёгкие воздуха, начал:

      «Эта история началась очень давно, примерно тогда когда человечество было на середине своей эволюции. По легенде ангел Разиэль создал Чашу смерти и в ней, смешав свою кровь и человеческую, дал испить из Чаши людям, так и появились первые Нефилимы. Наполовину ангелы, наполовину люди. Также известны как Сумеречные охотники, защищающие мир от вторжения демонов, находящихся за его границами. Они были стражами порядка по всей земной поверхности, дабы не дать демонскому отродью погубить всех людей на планете. Валентин Моргенштерн был одним из самых часто узнаваемых охотников, как в хорошем, так и со временем в плохом смысле. Его захватывающим идеалам подверглись многие, и одной из этих «многих» оказалась Джослин Фэйрчайлд, его жена и твоя мать. Что по инерции делает тебя и его дочерью. Всё было бы хорошо если бы у Валентина, с его башносносными идеями, крыша не поехала и он не стал врагом номер один для Сумеречного и Нижнего мира. Он убил не одну сотню охотников и тысячи существ Нижнего мира, а потом вместе с собой и своим сыном, твоим братом, поджог ваш дом, когда ты была ещё в утробе своей матери. Возможно ты задаёшь сейчас сама себе вопрос «почему он так много знает?», всё потому что я поначалу был лучшим другом твоей мамы и парабатаем Валентина. Мы с твоей мамой вместе сбежали от него и общества которое он создал, от «Круга», но когда вернулись за твоим братом нашли только обугленный дом и белые кости»

      Я сидела в полном замешательстве, кажется будто только что, и так наполовину сломанные, розовые очки разбились в дребезги, и я наконец смогла увидеть картину всего происходящего. А если точнее то моя жизнь целиком и полностью была конченой ложью. У меня оказывается был отец психопат, и брат которого он благополучно сжёг вместе с собой. От такого умозаключения глаза наполнились слезами и всего за мгновение я перед собой ничего уже не видела кроме полупрозрачной пелены и какой-то размытой фигуры. Я попыталась как можно не заметнее убрать их, чтобы не добавлять ещё большей трагичности этой драме. Даже не смотря на то что атмосфера напряжённей некуда, мне всё ровно придётся спросить интересующий меня вопрос:  — Так хорошо, но, а мама моя где? — спросила я и посмотрела на Люка, а тот в свою очередь избегал моего взгляда. Молчание продлилось не долго.  — Она у Валентина. — напряжённо сказа Люк.  — Но этого не может быть, он мёртв! — прокричал Александр, о существование которого я на мгновение забыла. — Ты даже себе и представить не можешь на сколько ты ошибаешься.