Последнее воспоминание о тебе.

В моей голове нет мыслей. Уже несколько часов я просто сижу в кафетерии и смотрю на своё отражение в чашке горького кофе, которое успело остыть. Вокруг мелькают люди, оживленно что-то обсуждают, улыбаются, делятся впечатлениями. Машинально беру маленькую ложечку в руки. Поднимаю голову вверх, словно ища кого-то в мимо проходящих силуэтах, но ничего не происходит, я не вижу того кого не сумел удержать, не сумел защитить когда это было так нужно. Опрокидываю ложку в чашку и начинаю помешивать еще не тронутое кофе, от чего раздается звонкий звук. В этот момент у меня неприятно зазвенело в ушах.

***

Утром я стоял на причале, встречая новый день, который должен был пройти по привычному мне плану. С первыми лучами солнца приходит новая надежда. Рассвет встречать всегда хорошо, круто и даже романтично, но увы, я пришел сюда не для того, чтобы полюбоваться видом. Я ждал своего друга. Изредка я оглядывался по сторонам, чтобы увидеть его знакомый силуэт еще издалека. Солнцу не надо было никого ждать, оно ни от кого не зависело, поэтому большой раскаленный шар медленно поднимался в небо. Смотря на это зрелище, я и вовсе забыл про приближение встречи. Время пролетело незаметно и быстро, как говорится «когда ты занят чем-то увлекательным, то время проходит мимо тебя незаметно» Рассвет и был этим чем-то увлекательным. Вдруг чья-то рука коснулась моего плеча, и я медленно повернул голову, глянув краем глаза через свое плечо, и увидел лицо Сакуноске, который поприветствовал меня довольно теплой и дружеской улыбкой. Мельком взглянув на наручные часы я протянул свою руку другу. — Ты как всегда без опозданий — с улыбкой сказал я. Довольно быстро получив взаимный жест рукопожатия, которое немного затянулось, мой собеседник фыркнул: — В следующий раз обязательно опоздаю. Кашлянув, я постарался сменить тему разговора ближе к делу. Ода тяжело вздохнул и с каким-то разочарованием глянул на меня. — О нашем враге известно мало чего — пояснил он — он предводитель преступной организации, родом из Европы под названием «Мимик». Главного звать Жид, и у него есть способность. Он один из одаренных, только пока нам неизвестно о ней ничего, кроме того, что она есть. Вот пожалуй и все — с легкой грустью выпалил он на одном дыхании. Я кивнул Сакуноске в знак понимания и осмысления всей информации. Эти слова о таинственной способности главного заставили меня всерьез задуматься. Опасен ли он благодаря этой силе? Насколько все серьезно? Вопросов была куча, а ответов на минимуме. Мысли начали лезть сами собой, выстраивая в голове логическую цепь из зацепок, улик и фактов, но к великому сожалению каждый раз находилось то, что могло сломать или опровергнуть мою новую теорию по поводу этого дела. Собеседник тем временем внимательно разглядывал меня и думал над моим задумчивым видом. Заметив это, я чуть вздрогнул и выдавил что-то наподобие улыбки. «Нужно с этим заканчивать» — подумал я, а вслух сказал: — Интересную информацию ты мне предоставил, но ее недостаточно. Будем работать над этим. Нужно применить ее в деле со всей точностью и осторожностью, понимаешь? Бой вслепую опасен — ухмыльнувшись, я посмотрел на парня, который слушал меня внимательно и запоминал каждое слово. После того как я окончил, он всё еще молчал. Парень явно ждал продолжения моим словам, но, к великому сожалению, мне больше нечего было сказать. Судя по всему Одасаку это понял, так как его глаза наполнились грустью и тем самым чувством, которое я буду пытаться разгадать еще не раз. Я же удивленно смотрел на него, словно пытался запомнить каждый изгиб его лица, тела, каждую неточность. Но больше сделать я ничего не мог, тем более, что всю необходимую информацию я получил, поэтому кое-как я попрощался со свои старым другом. — Давай вернемся в порт? — сказал я в вслух, а в голове прокручивал совершенно другой ход событий. По пути хотелось зайти еще в бар, где мы любили проводить время с Одой и Анго. Это было поистине волшебное время. Мы, такие дружные и веселые, могли часами там сидеть и просто разговаривать друг с другом, по честному, без тайн и обманов. В этом месте мы отдыха отдыхали душой, здесь мы были свободны от всего. Именно поэтому мне так нравилось это место. Ведь нужно иногда брать душевный перерыв от черных дел мафии. Нет, конечно, я не жалуюсь, мне всегда нравилась своя работа, тем более я всегда был доволен тем, что у меня есть. Пусть это и глупо, но я привык к жестокости, и если бы со мной не было Анго и Оды, то я бы не смог назвать себя «человеком». Ведь даже в их окружении я бываю жесток, но все равно они сдерживают меня от глупых поступков, о некоторых из которых я потом буду жалеть. Как бы то ни было, это наше место. Именно туда мне сейчас и захотелось. Я думал об этом и тащил Оду в нужном направлении, не давая ему отставать, будто боясь потерять контакт. По пути мы разговаривали о таких мелочах, которые сразу же вылетали из головы, но оставляли приятный осадок от разговора, в основном болтал я, а Ода внимательно слушал. Его, кажется, тоже это забавляло, не меньше меня, но его серьезный вид насмешил меня и я начал хохотать, прямо на всю улицу. Этим самым я привлек к себе внимание случайных прохожих, которые будто мысленно осуждали меня за то, что я нарушил их серую жизнь. В их взглядах я видел лишь осуждение, мол «такой взрослый, а ведет себя как ребенок» и в такие моменты хотелось еще больше рассмеяться и делать более безумные вещи. А они все никак не могли понять, что я делаю, и бросали все те же недоуменные взгляды. Некоторые же просто делали вид, что не замечали нас, и продолжали идти по своим делам. Я решил тоже не обращать на людей внимание, и поэтому позволил себе плыть по течению, наслаждаясь коротким мгновением жизни. Мгновение было действительно коротким, но я был хитер, и поэтому, не теряя возможности, предложил Оде пойти коротким путем, который проходил как раз через наше место. Тем самым я завлекал своего друга в веселую ловушку под названием «бар». Ода лишь заговорщицки подмигнул мне на мое предложение. И уже минутой позже мы мчались туда чуть ли не галопом. Быстро дойдя до столь желанного места, я радостно улыбнулся и затаил дыхание, переводя взгляд на мужчину, который, как и всегда, на вид был спокоен, но я то точно знал, что он рад не меньше меня. Не позволив нам перевести дыхание и восстановиться после легкого бега, я потащил Оду внутрь. Оказавшись там, я наконец отпустил сжатую руку мужчины и прошел к барной стойке. Теплые цвета расслабляли, слегка приглушенный свет не давил на глаза, а даже наоборот придавал этому месту еще больше комфорта. Шаги были слышны на деревянном покрытии и этим легким эхом разошлись по помещению, выдавая наше присутствие. Все взгляды других посетителей бара не задерживались на нас дольше чем на несколько секунд. Мне было здесь комфортно. Это как почувствовать себя в своей тарелке. Мой друг, очевидно, думал так же, я увидел это по его взгляду, блуждающему по бару и официанту за барной стойкой. Сев за стойку, я поднял руку, дав понять бармену заказ. Хотя он и так бы налил нам виски — ведь это то, что мы тут берем каждый раз. — Рад вновь Вас видеть — сказал с легкой улыбкой на лице пожилой и довольно приятный мужчина. Я кивнул ему в ответ, и заметил, что Ода улыбается ему во весь рот. Подавив смешок, я легонько ткнул ему локтем в бок. Он мгновенно среагировал, так что я еле успел увернуться от следующего удара от его ноги. При этом движении стул, на котором я сидел, чуть покачнулся и я почти соскользнул с него, но от падения меня спасла рука Оды, которая схватила меня за рукав и потянула на себя. Я схватился за рукав друга и облегченно вздохнул. — Еще чуть-чуть и упал бы! Из-за тебя причем. — я одарил друга взглядом убийцы. — Ох, Дазай, ты похож на котенка — с издевкой проговорил мужчина, взяв в руку стакан. — Кто бы говорил — пробурчал я в ответ, потянувшись за своим стаканом, и сделав глоток виски. Тепло моментально разлилось по всему моему телу и я почувствовал себя более свободным. Но все еще обида не ушла, поэтому я наградил Одасаку тишиной, которую он так не любил. — Ну всё хватит — сделав очередной глоток, буркнул он — ты уже для вида скорчил такую мимику? — Я все еще злюсь на тебя — сказал я смехом и снова стал потягивать божественный напиток из своего стакана. Пропустив еще пару стаканов, в голову ударил алкоголь, и все начало плыть. Наверное я выпил слишком много для себя, но сейчас это не имело значения. Мне было весело, и взглянув на Оду, захотелось спеть или станцевать. Но чёрт бы побрал телефон, который так не вовремя зазвонил в кармане партнера и нарушил все мои планы. Ода лениво потянулся к телефону, но взглянув на экран, его лицо в миг стало серьезным и он откашлялся, прежде чем ответить. Приняв звонок, он начал с кем-то разговаривать. Ну, а я в свою очередь улегся на плече друга и начал ловить хоть отрывки фраз разговора. — Да Огай — услышал я краем уха- скоро буду. После этих слов на меня нахлынула волна грусти и я удивленно вскинул взгляд на Оду. Он положил телефон на место и чуть поднялся, так чтобы я не свалился. — Думаю было бы неплохо закончить на такой приятной ноте. — Но ты не может вот так взять и уйти! — я начал возмущаться. — Или можешь? Ну не уходи — снова заныл я. Рядом с ним я менялся, становился мягким. Интересно, это плохо? Ода принадлежит мне. Как бы глупо это не звучало, но он мой и меня крайне бесило, что босс так нагло пытается украсть его сегодня у меня. Я схватился за его руку и еще больше приблизил его к себе. Выдохнув, я выпалил то, чего сам от себя не ожидал: — Я с тобой. Пошли вместе, а? И тут же заткнулся, ожидая ответа от собеседника. — Извини, — он отвел от меня взгляд, словно пряча его — я не могу взять тебя с собой на это задание, оно довольно опасное и сложное даже для меня. Я не смогу его выполнить, если ты будешь рядом. — Я не буду тебе мешать — продолжаю упорствовать я. Я готов хвататься за каждую соломинку, лишь бы подольше побыть с ним. Интересно, понимает ли Ода это? Он смотрит на меня, и я не отвожу взгляд. Отвернуться — значит подчиниться. Смотреть в глаза — значит бросить вызов. Я выбираю последнее. Судя по всему он не уступит мне, ведь в его взгляде сейчас не было ничего теплого, он смотрел на меня как на маленького ребенка, который разбил любимую вазу мамы, подаренную папой на юбилей или еще на какой-то праздник. — Нет — он сказал это тихо, но я услышал отчетливо, в груди начало что-то сжиматься. Я опустил руки к себе на колени и усиленно стал рассматривать их. — Ладно, — без какой-либо злости согласился я и сразу же поднялся с места — тогда пошли — расплатившись, мы направились к выходу. Я шел впереди, Ода чуть сзади, но он почти догонял меня. Выйдя из бара, я вдохнул полные легкие свежего воздуха и огляделся. Был уже поздний вечер, наверное за девять, время быстро прошло, улица была освещена тусклым фонарем. Я прищурился и сумел разглядеть в десяти метрах от нас стоящие машины. Кругом не было ни души, и мне это нравилось. — Улицы прекрасны без людей — послышался позади голос, и я обернулся на него. Ода стоял от меня на расстоянии вытянутой руки, и я невольно подошел к нему вплотную. — Ага, читаешь мои мысли — хрипло произнес я на выдохе. Смотря на его губы мое сердце пропустило удар. Прижавшись к нему всем телом, я обвил его шею руками и нежно поцеловал в губы. Ода чуть приоткрыл рот, впуская мой язык. От этого я машинально остановился, но не отодвинулся ни на миллиметр от его губ. Одасаку сразу же взял инициативу на себя, и я почувствовал как его руки скользят вниз, ложатся на мои бедра, до легкой боли сжимая их. Его губы снова накрывают мои и он целует меня с новой страстью, переплетая наши языки воедино, все больше углубляя поцелуй. Наши сердца бьются в унисон, учащенно и с такой силой, как будто хотят выпрыгнуть из груди. Мои руки скользят по его телу, запутываются в его волосах и он все сильнее сжимает меня. Почувствовав, что воздух в моих легких заканчивается, я слабо потянул его за волосы, чтобы он отстранился. Напоследок он неожиданно укусил меня за губу. Сперва мне показалось, что он даже прокусил ее. Я открыл глаза и посмотрел на Оду. Он до сих пор стоял с закрытыми глазами и прижавшись своим лбом к моему. Мы оба часто и шумно дышали. — Мне действительно пора — наконец сказал он, восстановив дыхание — у нас еще будет много времени на обсуждение этого, но…мне понравилось. Сейчас Ода напомнил мне лиса, он немного щурился и облизывался. Я стоял в том же положении, боясь пошевелиться и разрушить этот момент. И в ускоренном темпе думал, искал повод, чтобы он остался. Но это было бессмысленно. Ему пора, и я должен отпустить его сейчас. — Да, пора — наконец сказал я охрипшим голосом, Сразу замолкая и морщась. Сейчас мой голос мне не нравился. Это все из-за хрипоты? Хотя какая разница, сейчас имеет лишь значение то, что он отстранился от меня. Я чувствую себя школьницей, которая бегает за семпайем. Как-то неловко, хотя я ведь сделал шаг назад, так еще и улыбнулся без особых эмоций. Я точно дурак. — До скорого Ода-кун. Он развернулся, чуть сутулясь и начал уходить. Я лишь провожал его взглядом до тех пор, пока он не скрылся из виду. Постояв еще какое-то время и подумав обо всем случившемся, я направился к своему дому. Шагая через плохо освещенные улицы, я заметил как фонари все тусклее освещают мне дорогу. Вскоре идти было и вовсе трудно, так как освещение пропало. Фонари в этой части города горели очень редко, из-за неполадок. Но меня это не заботило. Мне удалось без особых проблем добраться до своего дома. Зайдя в квартиру, я на ходу скинул с себя чёрный плащ, снял туфли и недолго размышляя прошел в спальню, плюхнулся на кровать и уснул сладким младенческим сном.