Отпусти меня

Тяжёлые тучи нависли над небольшим городом. Воронеж погрузился во мрак. Моросил мелкий дождик, придающий ещё большей безнадёги к общей картине. По тротуару одной из улиц шёл молодой человек, еле перебирая ногами. Взгляд голубых глаз парня был устремлён куда-то вдаль, в манящую темноту проулков. Он остановился только когда подошёл к дороге. Машины со свистом пролетали мимо, совсем не заботясь о тех, кто проходил мимо, так что на глазах мужчины джип марки ниссан бессовестно обрызгал неповинную женщину. Она успела лишь выкрикнуть что-то неприличное в сторону негодяя и озлобленная направилась в том же направлении, куда и шла. Арсений Попов, герой данной истории, был молод, красив и успешен. Его карьера с каждым днём всё росла и росла, так что начиная с второстепенных ролей дорожных театров, он перешёл на главные там же, позже его позвали в известный театр Санкт-Петербурга, а потом он познакомился с замечательным парнем, Сергеем, который привёл его в мир юмора. Сейчас Попов стал частью команды импровизаторов и выступал на телевидении, транслируясь каждую пятницу недели на канале «ТНТ». И казалось бы, живи и радуйся, наслаждайся… Но всю его идеальную жизнь портило одно «но». Он был бесповоротно влюблён. Влюблён в своего коллегу, напарника по шоу, Антона Шастуна. Это был конец, считал Арсений, ведь влюбиться в парня, да ещё и друга-импровизатора, точно не входило в его планы. И точно не могло привести к хэппи-энду. Поэтому он всё чаще ловил себя на мысли, что нужно отгородиться, закрыться, отбросить подальше все мысли о человеке, который, как ни в чём не бывало, продолжал накидываться на Попова при встрече, смотреть на него неоднозначными взглядами, при любой возможности касаться рук, спины, бёдер и шутить такие пошлые шутки, которые заставляли Арсения слегка подрагивать, борясь с фантазией и пытаясь не думать о том, как он бы нагнул этого хиленького паренька, крепко придерживая в области живота, и выбил из него всю энергию. Но сейчас, когда мужчина подходит к одной из десятиэтажек, он точно уверен, что такого точно не произойдёт, ведь этот самый Шастун, который действительно проявляет слишком много внимания к старшему импровизатору, уже некоторое время радостно проводил время в родном городе с новой девушкой. Они были знакомы не так давно, однако всё, что мог слышать Арсений — это молву про то, какая она красивая, нежная, добрая и вообще самая самая. Не лучший расклад. Асрений поднимается на нужный ему этаж и надавливает на кнопку звонка. Мелодия разносится по квартире и резко умолкает. Слышится лёгкий топот, щелчок замка и дверь открывается. На пороге стоит слегка удивлённый Дима. Он хмурится и поправляет очки, как бы пытаясь понять, действительно ли перед ним Попов, или ему кажется? Как бы четверо импровизаторов не были дружны на съемочной площадке, по выходе из здания они разбредались по своим делам, совсем не общаясь. Так вышло, что ребята дружили парами до проекта, Дима с Антоном, а Арсений с Серёжей и их всё вполне устраивало. Вот только Дима знал секрет Попова. Он был единственным хранителем данной тайны и поэтому только догадывался, что делает на его пороге товарищ по работе. Из комнаты выглядывает молодая девушка, Катя Позова, и улыбнувшись, выходит к двери. — Привет, Арс! — она поправляет волосы, рассматривая лицо мужчины. Его глаза немного красные, так что он либо усердно их тёр, либо плакал, а мешки под глазами дают знать о том, что сна этот человек давно не видывал. — Привет, мне бы с Димой переговорить, прям не на долго, — как можно шире выдавив улыбку, говорит Арсений, прекрасно понимая, что выглядит он, на самом деле, никак не радостно, а скорее устрашающе. Но муж и жена делают вид, что не замечают этого, за что мужчина отдельно благодарит их. — Вы можете пройти, — она окидывает рукой квартиру. — Не стоит, Савина наверняка спит, вдруг разбудим, — говорит Арсений и Дима, кивая головой, берёт с тумбочки пачку сигарет и зажигалку, снимает с крючка бомбер и выходит на лестничную площадку, прикрывая дверь. — Что случилось на этот раз? — как-то по доброму спрашивает Позов, присаживаясь на ступени. — Я хотел заглянуть к Шасту, — начинает Арс, глубоко вдыхая. — Он приглашал меня к себе, даже сказал, что я могу остаться с ночёвкой… Дима щёлкает зажигалкой и прикуривает сигарету. Арсений протягивает руку, как бы прося угостить никотиновой палочкой и Дима, с лёгким прищуром, отдаёт ему пачку. Попов повторяет действия друга и продолжает рассказ: — Я, конечно, не надеялся на что-то за гранью дозволенного, просто хотел хорошо провести с ним время, но, — нахмурившись, он делает большую затяжку. — Но пришла Ира и заявила, что останется на ночь у него… Позов уставился на профиль мужчины. — Серьезно? — Я тоже офигел, — пожимает плечами Арс. — И всё бы ничего, и это бы я пережил, но она не отходила от него ни на шаг. Они выглядели как ебаная семья, Дим. Постоянно целовались, обнимались, чуть ли не поссать ходили вместе! Повысив голос из-за прилива эмоций, он даже привстал, разводя руки. — Я так больше не могу… Меня это выматывает, изнуряет, — он падает на место. — Убивает… Повисает тишина. Сигареты выкурены, бычки выброшены в пепельницу. Двое мужчин сидят на лестнице и ни один не знает, что сказать. — Знаешь, — начинает Дима, собравшись с мыслями. — Я совсем не понимаю Антона. Он только недавно говорил, что хочет свободы, что ему надоели эти девушки со своими отношениями … — Он счастлив, — перебивает его Арсений. — Поверь, я видел. — Ну, не мне судить, конечно, но она ему совсем не подходит, — продолжает поддерживать Позов. — Что ты сказал, когда уходил? Попов тяжело вздыхает, осматривается по сторонам и, слегка вздрогнув, застёгивает кофту. — Что пойду прогуляться… — И сколько прошло времени? Арсений удивлённо переводит взгляд с импровизатора на часы и хмурится. — Четыре часа. Позов ухмыльнулся, приподнимаясь с лестницы и на автомате начиная отряхивать пятую точку. Он спускается на лестничную площадку и говорит, чтобы Арсений подождал. Зайдя в квартиру, он тихонько юркнул в комнату, на цыпочках проходя мимо спящей дочери и, выхватив телефон с прикроватной тумбы, так же тихо покидает комнату. Попросив Катю заварить чая, он разблокировал телефон и набрал номер Шаста. — Привет, Диман, — раздаётся на том конце провода. — И тебе, — безэмоционально отвечает Дима. — Ну и чё опять началось? Дело в том, что Дима уже устал. Устал наблюдать за тем, как страдает Арсений, за тем, как этот прекрасный мужчина тратит время на какого-то дурака. И проблема то в чем? Что этот дурак просто ссыкун. — Опять Арсений? — только и произносит Антон. На фоне слышится звук закрывающейся двери. — Опять Арсений. И знаешь, вот я бы тебе всё лицо расквасил, если бы был на его месте. Тебе не стыдно? — Я не хотел сначала, — начала оправдываться тот. — Она сама пришла, без предупреждения. Ну, а я чо, не выгонять же её. — Хватит его мучить! — не выдерживает Позов, слегка прикрикнув, но резко осекается, вслушиваясь в тишину квартиры. Не разбудил ли он дочурку? — Да не мучил я его! Он сам в эту фигню влез, что мне теперь поделать? — Пойми, Дим, — слышится вздох Антона. — Я думал о Арсении, как о мужчине, как о партнёре… Я всю голову себе сломал… И пришёл к выводу, что ничего не получится. Он невероятный человек, действительно, о таком только и стоит мечтать, но я — это не его судьба. Он заслуживает другого, чего-то лучшего. — Да почему? Ты же не знаешь, вы даже не пробовали! — Когда ты встретил Катю, что ты почувствовал? — резко переводит тему Шастун. — Что хочу делить с ней всё в этом мире до конца жизни, что хочу просыпаться рядом и постоянно целовать… — А я то, что он просто забавный парень. И всё, понимаешь? Мы родились не там и не теми, чтобы быть вместе. — Ты узко мыслишь! — не успокаивается Дима. — Я заберу его, — спустя пару секунд молчания говорит парень. — Ирина только что ушла. Но это ничего не изменит, мы никогда не будем вместе. И не успел Позов вставить и слово, как звонок обрывается. Сняв очки, он начал тереть глаза, сильно надавливая, чтобы хоть как-то прийти в себя. Катя подходит к мужу с двумя кружками чая. — Всё будет хорошо, малыш, — улюлюкает девушка. — Они слишком настрадались, чтоб не получить счастья в конце концов. — Я люблю тебя, — шепчет парень, забирая из её рук стаканы. — Спасибо. Чмокнув жену в щёку он возвращается на площадку. Арсений сидит в тишине, уткнувшись лицом в колени. Его плечи слегка подрагивают. — Арс… Дима ставит на ступеньку горячий чай и присаживается на корточки рядом с другом. Кладёт руку ему на плечо и тот, вздрагивая сильнее обычного, поднимает голову. Раскрасневшиеся глаза заставляют внутренности Димы сжаться. Одна слеза скатывается по щеке Попова. Человек, который будто бы и не грустит никогда, сидит в подьезде напарника по работе и просто плачет… Дима не знает, что нужно сделать или сказать, поэтому он просто притягивает друга к себе, обнимая за плечи. — За что же мне такое, — бормочит Арсений, зарываясь в бомбер Позова. Дверь открыватеся и к ним выходит Катя. Осторожно ступая по лестнице, она подходит к двум товарищам. — Знаете, я принесла шоколад, он должен поднять вам настроение, — девушка протягивает им сладкую плитку, пытаясь держать улыбку, что выходило плохо, ведь эта ситуация до глубины души её трогала. — Спасибо, — Арсений отодвигается от Димы, показывая, что ему стало немного лучше. — Всегда хотел попить чая в подьезде! Слегка усмехнувшись, он взял в руки один из стаканов и поднял его, делая вид, что «чокается с воздухом». Появление девушки разрядило обстановку, за что мужчины были ей благодарны. Они спокойно выпили свои напитки, поговорили, даже немного посмеялись и сделали фото, чтобы «этот день запомнился, и больше никогда не повторялся», а потом на их этаже открылся лифт и появился высокий парень. Антон оглянулся и, заметив друзей, подошёл ближе. — Привет, — напряжение резко подскачило. Его даже можно было бы порезать ножом, если сильно захотеть. Повисла тишина, каждый не знал, что сказать и куда деться. — Арс, можно тебя? — продолжил Шастун, перебирая браслеты на руке. Он, конечно, не признавал этого, но дико волновался, а сердце билось с бешенной скоростью. — Зачем? — спрашивает Попов, переживая жутчайший хаос внутри себя. Руки дрожали, ноги тоже, он не мог даже встать, настолько был атакован волнением. Конечно же мужчина понимал, что Шастун здесь из-за того, что его позвал Дима, но очень не хотелось думать о том, зачем же Позов так поступил с ним, ведь Антон — последний, кого ему сейчас хотелось видеть. — Поехали, нам нужно поговорить. «Он всё знает» — пронеслось в голове Арсения и он замер. Антон выглядит устрашающе. Он стоял ниже на пару ступеней, однако всё равно выглядел слишком высоким, будто нависая над Арсением, поэтому Попов даже забыл как дышать. Рвано хватая воздух ртом, он поднимается на ноги, неуклюже отряхиваясь. Катя обнимает его за плечи, прощаясь и шепчет успокаивающее «Всё будет хорошо». Пожав руку Диме, Арсений заходит за Антоном в лифт, двери которого закрываются и парни несутся на первый этаж. Потом они садятся в машину, проезжают почти через весь город, поднимаются в квартиру… И всё это время молчат. Ни один не проронил и слова, они витали каждый в своих мыслях и старались как можно дольше не замечать друг друга. Только когда два парня уселись на диван, один из них решился заговорить. — Ты же понимаешь, что я очень ценю тебя, — говорит Антон, накручивая посеребрённое кольцо на пальце. — Ты чудесный парень, весёлый, красивый, добрый. — Но не привлекаю тебя, знаю, — обрывает его Арсений. — Не то, чтобы не привлекаешь, очень даже, — заикается Антон, пытаясь смотреть куда угодно, но не на мужчину напротив. — Но я не тот, кто тебе нужен. — Почему же ты так решил? — Попов был так напряжён, что чувствовал биение сердца в горле. — Я не знаю, как это обьяснить, просто мы совершенно разные и у меня всё ещё есть Ира, мне хорошо с ней. К глазам старшего импровизатора подступают предательские слёзы. Как часто он представлял, что однажды признается другу в чувствах и получит взаимность, как будет будить его по утрам лёгкими поцелуями, а ночью закрывать шторы и вытворять очень грязные вещички, как они будут обьезжать весь свет и наслаждаться лишь компанией друг друга… — Арс, — когда тишина затягивается, шепчет Антон. — Забудь ты меня, забудь. Я не принесу тебе счастья. А после долгих путешествий они бы приезжали в родную, обжитую квартиру и закрывались бы там на несколько дней. Просто лежали бы, кушали и смотрели интересные фильмы или сериалы. Иногда ходили бы в парки, ведь их так любил Шастун, и кушали бы мороженное, мимолётно целуясь, когда из поля зрения пропадали бы люди… — Не для нас этот мир, попробуй понять. И Арсений думает, что постоянно целовал бы его, крепко обнимал и никогда не отпускал. — Отпусти меня, не своди себя с ума. Слёзы, всё же, долго не задерживаются на ресницах и скатываются по щекам. И начинают литься без остановки; Попов не может вымолвить и слова. Поднявшись с дивана, мужчина проходит в коридор и начинает собираться. — Куда ты пойдёшь? — спрашивает Шастун, задерживаясь в проёме между комнатой и коридором. — По дороге придумаю. Арсению больно. Но он не знает, что Антону больно не меньше. Просто Арсений смирился и открылся, а Антон не смог. Антон боялся и страх довёл его до такой ситуации. — Может лучше не надо? — пытается хоть как-то остановить его Шастун. На что Попов лишь ухмыляется. Вытирая большим рукавом толстовки щёки, он последний раз смотрит на Антона и щепчет быстрое «спасибо». Покидает квартиру, подьезд и двор возле дома. Антон жалеет, что всё скложилось именно так, поэтому сильно ударив по стене рукой, начинает плакать, рассевшись посреди коридора. Рука ноет от дикой боли, а мысли забиты совсем не ей. Можно ли сказать, что чувства Арсения взаимны? Этого не знает точно даже сам Антон. Он лишь хочет всегда быть рядом с старшим импровизатором. Хочет касаться его рук, обнимать и, вероятнее всего, даже целовать... Но не может. Конечно же это выглядит глупо, всё он может, сказал бы любой мимопроходящий, вот только Антон чувствует себя так, будто ему перережут горло, если он сделает хоть один шаг на встречу Арсению. Шастун боится. И ненавидит себя за то, что не может сделать абсолютно ничего для Арсения. Поэтому продолжает просто лежать и думать, что он только что разбил сердце своему любимому другу. Арсений же в это время стоял всего в двух кварталах от дома Шастуна. Стоял и смотрел в одну точку, на столб через дорогу. Капли дождя падали всё с большей скоростью, превращаясь в ливень, а мужчина так и не мог пошевелиться. Его одежда промокла насквозь, но сырость совсем не отвлекала. Попов уже не плакал, только думал, что же сделал в этой жизни не так. Вибрация телефона заставила его вздрогнуть, однако телефон он так и не достал. Некоторое время аппарат раздражал кожу торса, так как лежал в кармане толстовки, но вскоре умолк. Мужчина не знал, куда ему идти, ведь у Позовых дочь, да и был он там, а к Шеминовым нельзя, они ничего не знали, а притворятся весёлым Арсений просто не мог. Так что здесь, посреди улицы, в сильный ливень он находил лучшее место для укрытия. Шастун не долго оставался на полу. В его голове что-то щёлкнуло и он, сорвавшись, побежал на улицу, успев прихватить с собой только зонтик. Пробегая мимо дома, он думал, куда же мог пойти Арсений. В том, что он не в тёплом, сухом месте Шастун был уверен на все двести процентов. Пробегая мимо небольшого продуктового магазина, он резко затормозил. На перекрёстке, рядом с дорогой, стоял Попов. По-крайней мере толстовка была его, ведь стоял он спиной. Рванув к нему, он раскрыл зонт. Зачем он вообще брал его изначально? Ведь Арсений уже промок, да и Шастун тоже. Накрывая друга защитным материалом, он крепко вцепился в его плечо, разворачия к себе лицом. Попов смотрит испугано, слегка ошалев, а Антон просто крепко обнимает его, прижимая к себе как можно ближе. Ничего не говоря. Они стоят так целую вечность — то есть так думает Арсений, конечно же —, а мимо пролетают машины и проходят прохожие. Зонт укрывает их от не на шутку разыгравшегося ливня, а мокрая одежда прилипает к телу. Арсений отстраняется, уставившись в пол, и начинает тихонько смеятся. — Что? — шепчет Антон, рассчитывавший на совершенно другую реакцию. — Шаст, ты забыл надеть обувь.